В тот момент, когда разлом распахнулся шире, первая волна тварей хлынула наружу без малейших колебаний. Казалось, то, что таилось по ту сторону, давило на эту границу задолго до того, как она наконец поддалась. В одно мгновение тьма внутри забурлила, а затем выплеснулась наружу. Из пролома начали вырываться силуэты: монстры, один за другим. Их искаженные, смертоносные тела источали первобытный голод, присущий созданиям, рожденным лишь для того, чтобы убивать и пожирать. И в ту же секунду, как они коснулись земли, сам воздух, казалось, потяжелел от враждебности.

Каэль отреагировал мгновенно.

Никакой задержки, ни одного лишнего движения. Его тело развернулось в едином плавном рывке, вставая между разломом и теми, кто находился позади. Стойка стала шире, а присутствие обострилось — не из-за паники, а повинуясь инстинкту командования. Роль Лорда-Маршала взяла верх. Каким бы подозрительным ни казалось положение дел всего пару минут назад, теперь перед ним возникла прямая угроза. И пока она не устранена, всё остальное отходило на второй план. Даже если эти так называемые "гости" скрывали сомнительные намерения... они находились под его присмотром. Допустить, чтобы на территории его же командного штаба им причинили вред, было немыслимо.

А вот Леди Вейра у него за спиной не шелохнулась.

Она осталась стоять ровно там же, где и была.

Ее взгляд не метнулся к разлому. Вместо этого он, тихо и пристально, задержался на Разеале и тех, кто стоял рядом с ним. Пока Каэль смотрел наружу ситуации, она смотрела внутрь неё. Её сила заключалась не в реакции, а в осведомленности. Если был хотя бы малейший шанс, что эти внезапные беспорядки послужат прикрытием, если Разеаль или кто-то из его группы собирался воспользоваться хаосом, она бы это увидела.

Если они сделают хоть шаг... хоть малейшее лишнее движение... Она ответит.

Но за этой бдительностью не скрывалось беспокойства.

Ни капли.

Потому что она уже оценила разлом.

Средний уровень. Максимум А-ранг.

Возможно, даже ниже.

Опасно в неконтролируемой среде, безусловно... но здесь?

Внутри военного командного лагеря, в окружении тренированных солдат, капитанов и, что самое главное, Лорда-Маршала, стоящего на пике ранга Великого Святого?

Это была не угроза. В худшем случае, неудобство... или, в более прагматичном смысле — возможность.

Потому что подобные разломы, хоть и оставались нестабильными, поставляли ресурсы: монстров, элементальные ядра, материалы и биологические компоненты, которые можно было перерабатывать. При надлежащем контроле их можно было превратить в управляемый источник прибыли.

Каэль явно понимал то же самое. Потому что он не стал атаковать.

Ему не было нужды тратить свою силу на существ, которые находились далеко ниже его уровня, особенно когда целое войско стояло в полной готовности с ними разобраться. Поэтому он остался на месте, стабилизируя поле боя своим присутствием. Его голос разнесся с резким авторитетом: команды, чисто разрезающие нарастающий хаос.

Солдаты отреагировали незамедлительно.

Строи перестраивались с отработанной точностью: линии замыкались в контролируемые дуги вокруг разлома, держа дистанцию и обхватывая его со всех сторон. Их дисциплина была видна в скорости и координации движений: щиты были сомкнуты, ряды копий выровнены, стрелки заняли позиции позади. Каждый находил свое место так, словно они репетировали это тысячу раз.

А затем...

Они появились.

Волна монстров хлынула наружу со взрывной скоростью — гораздо быстрее предыдущих тварей. Быстрее, чем большинство солдат могли среагировать в реальном времени. Их тела были гладкими и смертоносными, покрытыми зазубренными кристаллическими наростами, поблескивающими на свету. Их движения — текучие, но невероятно жестокие: словно физическое воплощение острых инстинктов.

Кристаллические леопарды.

Хищники А-ранга.

Достаточно быстрые, чтобы прорвать неподготовленную оборону. И достаточно сильные, чтобы разорвать опытных бойцов, если те допустят ошибку.

В ту же секунду, как они появились, весь строй напрягся. Каждый солдат зафиксировал цель, мана вспыхнула. Но даже тогда возникла заминка — не от страха, а от невообразимой скорости существ.

К тому времени, как первый ряд успел полностью подстроиться, звери уже были в прыжке. Их тела разрезали воздух с пугающей скоростью: челюсти распахнуты, когти выпущены, а в глазах горела первобытная жажда крови.

Десять штук. Одновременно.

А позади пробивались всё новые.

Столкновение было неизбежно.

Или, по крайней мере... должно было быть.

Потому что как раз в тот момент, когда леопарды готовились атаковать... Что-то метнулось из тени Разеаля.

Это случилось за долю секунды.

Две вспышки — темные, нечеткие, почти неуловимые для глаза — рванули вперед, словно фрагменты живой тьмы. Их скорость превосходила даже скорость леопардов. Они пронзили монстров с такой невероятной точностью, что на мгновение показалось, будто ничего и не произошло.

А затем... в ту же секунду.

Монстры рассыпались на куски.

Прямо в воздухе.

Их тела расщепились с хирургической аккуратностью: плоть и кристаллы были разрезаны по идеальным линиям. Инерция протащила останки тел чуть вперед, заставив их разлететься по земле чудовищным каскадом. То, что ещё мгновение назад было смертоносными хищниками, превратилось в груду безжизненного мусора, так и не долетев до своих целей.

Последовала тишина.

Короткое, ошеломленное безмолвие.

Солдаты, приготовившиеся к удару, инстинктивно отшатнулись назад. Их строй на мгновение нарушился — не из-за страха, а из-за замешательства. Глаза бегали по пространству впереди в поисках причины того, что только что произошло.

И тут... они увидели две фигуры, стоящие там, где должны были приземлиться монстры.

Одетые во всё черное, они почти неестественно сливались с окружающими тенями. Их облачение безошибочно выдавало ассасинов: оно было создано не для показухи, а для функциональности. Движения минимальные, контролируемые — словно даже неподвижность была осознанным действием. Лица частично скрыты масками. Глаза — острые, но расслабленные: они несли в себе тот специфический контраст смертоносности и непринужденности, который бывает только у тех, для кого убийство стало рутиной.

Каждый из них держал пару кинжалов. Не сжимал их до побеления костяшек и не вскидывал в защите.

Клинки свободно покоились в руках, лезвия были направлены вниз. Как если бы разделка десяти зверей А-ранга потребовала от них не больше усилий, чем просто отмахнуться.

Один из них стоял абсолютно неподвижно.

В то время как другой... Лениво прокрутил кинжал между пальцами.

Скучающе, но в то же время восторженно.

"Предоставьте это нам, ребят... мы разберемся" Ассасин заговорил легким, почти игривым тоном. Он повернул голову ровно настолько, чтобы бросить взгляд на окружающих солдат, и на его губах заиграла слабая ухмылка. Он даже подмигнул — непринужденно и легко, как будто это было не внезапным прорывом внутрь укрепленной военной базы, а всего лишь мелким развлечением. В его глазах читался нескрываемый восторг, что-то первобытное и необузданное, как у зверя, наконец-то выпущенного из клетки.

'Ах... этот воздух... этот мир... как же долго я этого ждал' пронеслась в нем мысль с тихим трепетом, пока его пальцы с идеальной точностью прокручивали кинжал 'Столетия... и вот, наконец, что-то снова движется'

И даже пока он говорил, даже когда он отвернулся от поля боя, его тело не бездействовало — ни на долю секунды. Очередная волна кристаллических леопардов вырвалась из разлома у него за спиной: их движения были дикими, ведомыми чистым инстинктом убийства.

Они рванули вперед с ослепительной скоростью, целясь прямо в ближайший ряд солдат. Но прежде чем они успели преодолеть и половину дистанции — прежде чем солдаты вообще успели среагировать — ассасин двинулся. Или, вернее, показалось, что он двинулся.

Для нетренированного глаза не произошло вообще ничего. Для тех же, кто обладал силой, мелькнула лишь слабая вспышка — размытый след, искажение, которое едва ли можно было осознать. А затем... монстры уже были мертвы.

Их тела разорвало пополам прямо в движении. Чистые, точные порезы расчленили их на куски, словно невидимые лезвия прошли сквозь них без малейшего сопротивления. Плоть, кости и кристаллические шкуры упали отдельно, осыпав землю ужасающим дождем из ошметков. Никакой борьбы — только мгновенный конец. Второй ассасин двигался так же легко: его присутствие было ещё более тихим, более сдержанным, но не менее смертоносным. Его кинжалы блеснули лишь раз — едва различимо — и следующая группа вырвавшихся из разлома существ разделила ту же участь, рухнув ещё до того, как успела сориентироваться. Никаких лишних движений.

Их работа была… эффективной. Идеально под контролем. Почти ленивой в своём исполнении.

Солдаты стояли как вкопанные.

Они переглянулись.

Затем снова посмотрели на две фигуры.

Потом на останки монстров, усеявшие землю.

И снова переглянулись.

Смятение прокатилось по их рядам, словно невысказанная, но общая волна: 'Вы это видели?'

Никто не произнес этого вслух, но это было ясно написано на их лицах. Даже командиры отрядов — мужчины и женщины с силой А-ранга, те, кто прошел бесчисленное количество битв и находился в элите армии, могли лишь ошеломленно моргать. Их глаза напрягались, пытаясь восстановить картину того, что только что произошло, но зацепиться было не за что. Движения были слишком быстрыми. Слишком точными. Далеко за пределами их возможностей к восприятию.

И всё же за этим последовало облегчение.

По строю прошел тихий, коллективный выдох. Прямая угроза была нейтрализована. Кем бы ни были эти двое... они не позволили монстрам прорваться.

Но всё же... что-то казалось неправильным.

Никакой ауры.

От этих двух фигур не исходило ни малейшего следа силы. И все же то, что они только что продемонстрировали... было неоспоримо.

Они сильные. Это каждый солдат понимал инстинктивно. Невероятно сильные.

Но затем пришло следующее осознание.

Их одежда… чёрная, облегающая и скрывающая лица… это… одеяние ассасинов?

А ведь это... это был военный лагерь. Строго укрепленный лагерь, охраняемый со всех сторон, находящийся под постоянным наблюдением, окутанный многослойной физической и магической защитой. Никто не должен был суметь проникнуть сюда незамеченным. Никто.

Тогда как..?

Тревога вновь вспыхнула в солдатах.

Это была не паника, а насторожённость.

Однако солдаты не стали атаковать. Не сделали ни одного необдуманного шага. Вместо этого они, словно по единой команде, перевели взгляды обратно на Каэля, ожидая указаний.

Но Лорд-Маршал... реагировал совершенно иначе.

Пока остальные пытались осмыслить увиденное, Каэль уже всё понял. И от этого понимания... его лицо помрачнело.

Великие Святые...?

И не обычные Великие Святые.

А пиковые.

Оба.

Осознание тяжелым грузом осело в его голове, инстинкты мгновенно заострились. Это были не просто сильные люди... они были ровней. Ему и Вейре. И что самое пугающее — он их вообще не почувствовал.

Они были здесь... а он и не знал. Одного этого было достаточно, чтобы бить тревогу.

Их присутствие стало известно лишь тогда, когда они сами решили раскрыться, лишь тогда, когда пришли в движение. До того момента они были… ничем. Были… буквально невидимками.

Взгляд Каэля едва заметно скользнул к Леди Вейре.

Она встретилась с ним глазами. И в этом коротком обмене всё стало ясно.

В её всегда спокойных глазах теперь появился острый блеск.

'Два пиковых Великих Святых...' её мысли выстроились быстро. Внешне она не изменилась, но бдительность возросла до предела. Ситуация только что перешла все границы ожидаемого.

Каэль еле заметно кивнул.

Решение было принято.

Его рука медленно, расчетливо потянулась к эфесу меча. Без спешки, без паники, но с готовностью — он уже расценивал этих двоих как угрозу. В конце концов, они проникли в военный лагерь без всякого разрешения...

Но прежде чем его пальцы успели полностью обхватить оружие...

"В этом нет нужды" голос Разеаля прорезал тишину, останавливая его от дальнейших действий "Это мои стражи"

Слова прозвучали просто.

Но эффект от них был совершенно иным...

Каэль застыл, а взгляд Вейры слегка дрогнул.

Они оба были охвачены абсолютным непониманием... впервые с начала их встречи.

"Твои... стражи?" повторил Каэль. Теперь его голос звучал медленнее. Уверенность, которая была в нем прежде, сменилась чем-то куда более шатким. Он быстро перевел взгляд на двух ассасинов, наблюдая, как те продолжают без усилий шинковать монстров, а затем снова посмотрел на Разеаля 'Нет... в этом нет никакого смысла'

"Ты хочешь сказать..." продолжил он, и его тон напрягся "...что у тебя в подчинении два Великих Святых?"

Пауза.

Его брови нахмурились.

"И не просто Великие Святые..." его взгляд вновь заострился "А пиковых рангов?"

Даже говоря это, его глаза искали на лице Разеаля хоть какой-то признак насмешки, преувеличения или обмана. Потому что, с какой стороны ни посмотри, логически это заявление не вписывалось ни в какие устоявшиеся нормы. Великие Святые не были подчиненными и уж точно ни для кого не были обычными слугами... Так ведь?

Само это заявление граничило с абсурдом в рамках любой известной структуры власти и иерархии.

Но прежде чем Разеаль успел ответить, в разговор вмешался другой голос.

"Не волнуйтесь, Мастер. Ваша защита превыше всего. Обещаю вам... Ни одна тварь не подойдет к вам ближе чем на десять шагов." Ассасин, который лениво крутил кинжал... по имени Даггер... обернулся прямо в движении, словно поле боя его вообще не волновало. и с театральным размахом он шутливо, по-мальчишески отсалютовал Разеалю.

На его лице сияла широкая, ничем не сдерживаемая ухмылка: та самая, которой не место в эпицентре смертоносной схватки, словно он наслаждался каждой секундой этого хаоса. Но за этой ухмылкой скрывалось нечто более глубокое — первобытный восторг, странное возбуждение от того, что он, наконец, выбрался из того проклятого пространства.

'Ах... наконец-то... движение, кровь, сопротивление... Этот мир, этот воздух и всё остальное... после стольких лет' эхом пронеслась мысль. Его пальцы снова взялись за своё: они непринужденно игрались с кинжалами, крутя и подбрасывая клинки так, словно те были продолжением его собственного тела.

"Да, Мастер" добавил второй ассасин... Блиц. Но, в отличие от Даггера, в его тоне не было ни игривости, ни видимого восторга. Он был спокоен. Ровен и Прямолинеен. Слегка повернув голову к Разеалю, он коротко кивнул "Всё, что захочет добраться до вас, должно будет сначала пройти через нас."

Не было нужды в пояснениях. Само заявление было достаточным. Это было простое обещание, которое всё же было абсолютным.

Разеаль, стоявший позади них, лишь ответил легким кивком, и на его губах заиграла слабая улыбка — словно подобный обмен репликами был самой естественной вещью на свете.

И это... именно это и стало последней каплей.

"М... Мастер?"

И Каэль, и Леди Вейра отреагировали в одну и ту же секунду. Их самообладание дало трещину... не так чтобы это проявилось внешне в виде истерики, но внутренне это был жестокий удар. Их глаза резко дрогнули: слово раз за разом отдавалось в головах, отказываясь превращаться во что-то, имеющее смысл.

Мастер?

Они услышали это совершенно четко.

Ошибки быть не могло.

Два существа — несомненно находящиеся на самом пике Великого Святого — только что обратились к кому-то другому как к своему мастеру.

Не как к равному.

Не как к союзнику.

И даже не просто как к вышестоящему по рангу.

А как к… Мастеру?

Их взгляды почти инстинктивно впились в Разеаля: острые, вопрошающие, ищущие хоть что-то, что могло бы объяснить то, что они только что услышали. Их умы, обученные и дисциплинированные годами опыта, пытались логически обработать информацию. Пытались вписать её в структуру того мира, который они понимали.

И потерпели неудачу.

Потому что ничего из происходящего не вписывалось в эту структуру.

И не могло вписаться.

'Невозможно' тут же подумал Каэль: твердо, почти агрессивно, словно отвергая саму идею 'Такого просто не бывает'

Даже Вейра, чей ум был куда более гибким и готовым рассматривать невероятное, на мгновение оказалась в ступоре.

'Два пиковых Великих Святых... добровольно служат кому-то...? Нет... не может быть'

Её глаза слегка сузились: она искала обман, иллюзию, уловку — что угодно, что могло бы придать смысл этому противоречию.

И тут Разеаль наконец заговорил, отвечая на их прежний вопрос.

"Нет" спокойно произнес он. Его голос разрезал их мысли тихой уверенностью "У меня нет двух стражей на пике стадии Великого Святого"

На короткий миг они почувствовали облегчение.

Плечи Каэля слегка опустились, напряжение, сдавившее грудь, ослабло. Его разум уцепился за эти слова.

'Ну конечно...' подумал он 'Это было бы полнейшим абсурдом'

Вейра тоже позволила себе короткий, контролируемый выдох: выражение её лица смягчилось на малую толику.

'Вот в этом есть смысл...' заключила она. Её мысли снова выстроились в соответствии с реальностью, которую она понимала.

Потому что альтернатива... Была просто неприемлемой.

Даже если они это слышали.

Даже если слово "Мастер" было произнесено ясно, без колебаний, без сомнений.

Было проще... гораздо проще предположить что-то другое.

Недоразумение.

Возможно… ослышались.

Возможно, хаос момента исказил их восприятие. Возможно, их уши уловили что-то не так.

Потому что это объяснение… было гораздо более правдоподобным, чем та правда, которую их разум пытался им донести… но которую они просто отвергали.

В конце концов, существа на уровне Великого Святого не были чьими-то подчиненными. Они сами по себе были силами природы. В каждом из них были гордость, власть и независимость, которые нельзя было просто сломать или подчинить. На этом уровне даже короли и королевы обращались с ними с осторожностью, с уважением. Ими не командовали — с ними договаривались... если, конечно, они сами не были этими правителями.

Представить себе подобных созданий... в роли охранников?

Слугами?

Это было не просто маловероятно.

Это было нелепо.

На этом уровне Великий Святой мог основать свою собственную семью, стать главой великого дома, стать основой целого королевства.

Некоторые правители сами находились на этом ранге.

Тогда как... как такие существа могли унизить себя, служа другому?

Нет.

Их разуму было лучше и безопаснее полностью отвергнуть эту идею.

И они это сделали.

Никто из них даже не остановился, чтобы копнуть глубже в это противоречие — ни почему эти двое назвали его "Мастером", ни почему они сейчас стоят здесь, ни почему Разеаль заговорил именно так. Потому что альтернатива требовала пересмотра всего, что они знали о власти.

А подобное... разум так легко не принимает.

'Так куда логичнее' твердо сказал себе Каэль, и его взгляд снова стал уверенным: 'Должно быть дело в чём-то другом'

'Да… но мы упускаем какую-то деталь', внутренне согласилась Вейра. Её самообладание вернулось к ней, хотя лёгкий след сомнения всё ещё прятался где-то глубоко внутри неё.

На несколько коротких секунд они успокоились.

Вернулись к тому, что казалось… реальным.

Но это хрупкое чувство ясности... оно тоже продлилось недолго... из-за того, что Разеаль сказал следом.

"У меня нет двух стражей на пике Великого Святого..." произнес он, глядя прямо на Каэля и Леди Вейру "...потому что у меня их десять."

Слова легли в воздух без лишнего давления, но то, что за ними последовало, ударило гораздо тяжелее, чем любая демонстрация силы.

И как только он это сказал, тень под его ногами сгустилась. Не расползаясь в стороны, а уплотняясь внутрь, словно нечто в ней лишь ждало разрешения.

И затем один за другим из неё в абсолютном молчании начали выходить силуэты.

Восемь мужчин появлялись контролируемыми, размеренными движениями. Одетые в одинаковые темные одежды ассасинов, их появление не было ни суетливым, ни пафосным. Они просто... точно занимали позиции вокруг Разеаля с легкостью давно отработанной координации.

Они скрестили руки на груди, с тихой бдительностью подняв взгляды на Каэля и Леди Вейру. И только тогда их ауры раскрыли себя — не вырываясь наружу со взрывом, а разворачиваясь неуклонно: словно давление скорее обозначало себя, чем высвобождалось.

Восемь отчетливых присутствий осели в пространстве — каждое из них утонченное, стабильное и безошибочно находящееся на самой вершине ранга Великого Святого.

Каэль почувствовал это ещё до того, как его мозг полностью осознал увиденное. Его хватка ослабла без всяких команд, рука соскользнула с эфеса меча. Его внимание намертво приковалось к фигурам, стоящим вокруг Разеаля. Его глаза медленно скользнули по ним, пересчитав один раз, затем второй — не потому, что он сомневался в своих чувствах, а потому, что его разум требовал подтверждения тому, что отказывался принимать.

Каждый из них... пиковый Великий Святой.

Его челюсть слегка сжалась, не от злости, а от необходимости сохранять контроль. Потому что к этой ситуации больше нельзя было подходить, руководствуясь только инстинктами или властью.

Леди Вейра не пошевелилась, но перемена в её взгляде была более резкой, более красноречивой. Выражение её лица оставалось собранным, но теперь под ним таилось легкое напряжение — то, что случалось крайне редко. Её мысли неслись с бешеной скоростью, обдумывая увиденное, сопоставляя это со всем, что она знала... политика, структуры власти, влияние, скрытые силы — но ничто не сходилось.

Здесь не было никаких рычагов давления, которые она могла бы использовать. Просто десять пиковых Великих Святых... стоящих за спиной одного человека без какого-либо сопротивления или видимых условий. Её взгляд мельком метнулся к Каэлю, и в этом коротком обмене оба поняли одно и то же без слов... дело было не в том, что они уступали им в индивидуальной силе, а в том, что сама ситуация уже вышла из-под их контроля.

А затем пришло второе осознание.

Десять... и сам Разеаль. Одиннадцать Великих Святых находились внутри их королевства.

Каэль медленно выдохнул. Его дыхание было куда более размеренным, чем раньше. Его поза изменилась ровно настолько, чтобы показать: какой бы подход он ни планировал раньше, теперь он неприменим. Это больше не была конфронтация — это была ситуация, которая в случае ошибки могла перерасти в нечто гораздо худшее.

Леди Вейра пришла к тому же выводу. Отбросив былое пренебрежение и скепсис, она предельно сосредоточилась, и теперь ею двигало совершенно иное внимание. Речь шла уже не о проверке намерений Разеаля, а о попытке нащупать их границы.

А тем временем остальные ещё только пытались догнать происходящее.

Губы Марии слегка приоткрылись. Её глаза скользили по восьми новоприбывшим мужчинам. Её самообладание держалось, но трещало по швам, когда она перевела взгляд обратно на Разеаля.

"У тебя... что?" спросила она тише обычного. Не из страха, а потому, что её мысли ещё не до конца всё осознали… Несмотря на её воспитание, несмотря на то, что она имела дело с высшими эшелонами власти империи, она никогда не видела ничего подобного и никогда не была к такому готова.

Йограй же просто медленно почесывал руку, глядя на группу с глубокой хмуростью, словно пытаясь осознать, в эпицентре чего он оказался.

Аврора, София и Леви замерли. Их взгляды были прикованы к Разеалю, они были в таком же замешательстве, как и остальные... если не больше... потому что даже они пребывали в шоке.

Какого черта здесь происходит?

Но среди всех них... сильнее всего была потрясена Нэнси.

Это было не просто удивление на её лице. Это было нечто более глубокое, пришедшее от понимания того, что именно она только что услышала. На мгновение она так и осталась стоять, уставившись на Разеаля, словно её разуму требовалось время, чтобы догнать реальность.

"У тебя... десять Великих Святых в роли стражи?" спросила она. Её голос был искренним, лишенным всякого самообладания. В её тоне не было контроля, не было благородной сдержанности — только чистое недоверие. Потому что она понимала, что это значит, лучше, чем кто-либо другой здесь.

Она не была обычной аристократкой, знающей о власти лишь понаслышке. Она была дочерью Верховного: той, кто выросла в окружении высочайших уровней силы и авторитета. Она видела, как выглядит истинная мощь, как она функционирует, как её уважают. И при всем при этом — у неё не было ни одного Великого Святого в качестве стражника.

Да, у неё никогда не было ни одного... Ни единого.

Потому что такого просто не бывает. Дело было не в богатстве, не в ресурсах и не во влиянии. Не существовало такого количества золота или сокровищ, которое заставило бы Великого Святого унизиться до того, чтобы стоять у кого-то за спиной в качестве охранника. Этот уровень силы был бесценным, не подлежащим обсуждению. Великий Святой был тем, кто стоял на вершине: тем, кто мог стать главой великой семьи, столпом королевства, даже правителем. Они не служили. Они не следовали. В лучшем случае они стояли рядом, как равные или как союзники. И никогда — в подчинении. Даже если бы перед ними стоял Верховный, они не стали бы так поступаться своей гордостью. И все же Разеаль стоял здесь, совершенно спокойно держа при себе десятерых.

Её мысли отчаянно пытались оформиться в слова. В происходящем не было ни капли смысла.

Разеаль же просто пожал плечами. В его реакции не было ни тяжести, ни попыток акцентировать внимание на том, что он только что выдал.

"Ага, вроде того" произнес он так, словно это было в порядке вещей. По правде говоря, вид их шока и неверия доставлял ему лёгкое чувство удовлетворения… но он держал его при себе. Давить дальше не было нужды. Он не собирался шокировать их до состояния полного ступора, ведь это только усложнило бы дело.

Он спокойно шагнул вперед и слегка развел руки в стороны. Ассасины вокруг него идеально синхронно перестроились: отступив ровно настолько, чтобы дать ему пространство, но при этом сохраняя свои позиции. Их глаза оставались острыми, бдительными: они наблюдали за всем, не делая ни единого лишнего движения. Им не нужно было говорить или действовать дальше. Одного их присутствия было достаточно.

"Видите" сказал Разеаль, остановив взгляд на Каэле и Леди Вейре. "Вот почему я сказал, что мог бы сделать всё силой... но я не стал."

На этот раз смысл этих слов был воспринят совершенно иначе.

Раньше это могло звучать как высокомерие, как пустая угроза с целью спровоцировать или доказать свое превосходство. Теперь же всё было совсем по-другому. Теперь это ощущалось как простая констатация факта.

Каэль и Вейра промолчали. Они просто смотрели на него.

Властность, которая переполняла их всего несколько минут назад, исчезла, уступив место чему-то куда более шаткому. Их лица больше не находились под прежним строгим контролем. Они не злились, не занимали оборонительную позицию. Они осмысливали. Медленно и Тяжело. Как если бы реальность перед ними отказывалась вписываться в то, что они понимали, но у них не было иного выбора, кроме как принять её.

Авелина, которая всё это время тихо стояла в стороне, наконец с шумом выдохнула, даже не осознав, что все это время задерживала дыхание. Её грудь медленно поднялась и опустилась: она пыталась прийти в себя

Её взгляд метнулся от Каэля к Леди Вейре, а затем снова к Разеалю. Этого было достаточно. По одним лишь их лицам она кристально ясно осознала всю тяжесть ситуации.

Это было плохо.

Нет... это было гораздо хуже, чем она предполагала.

Эти двое не были обычными дворянами. Они были столпами королевства — людьми, которые не теряли хладнокровия даже в разгар войны. И всё же, прямо сейчас, они оба выглядели потрясенными. Не сломленными внешне, но неоспоримо выбитыми из колеи.

'Десять Великих Святых... в роли стражи?' подумала она. Её взгляд обострился, когда она посмотрела на Разеаля куда более серьезно, чем раньше. Теперь вопрос заключался не только в силе. Речь шла о происхождении. О масштабах. О чем-то гораздо большем, чем то, что они сейчас видели.

'Кто же он такой?'

Потому что, каков бы ни был ответ, теперь было ясно одно: эта ситуация зашла гораздо дальше всего, что она ожидала изначально.