Глава 16. Признание

Юджин уставилась в его яростные синие глаза. Они никак не могла в них насмотреться.

В его зрачках кружилась синяя энергия, подобно хаотично накатывающимся волнам. Это выглядело ужасающе таинственно...

Праз...

В этом мире всего шесть человек обладали такой силой. Сверхъестественный праз мог передаваться только по королевской родословной.

Наследник короля тоже получал эту чудесную способность, но его контроль над этой силой был слабее, чем у его отца. Полностью он мог унаследовать эту силу только взойдя на трон после смерти предыдущего правителя.

Юджин отчетливо чувствовала мощный поток энергии, исходящий из его тела. Его кожа пылала жаром. Казалось, что если он дотронется до нее, то на ее коже останутся следы.

Увидев своими глазами такоe фантастичное зрелище, о котором она только писала в своей новелле, Юджин испытала неописуемо странное чувство. Она в оцепенении уставилась на него, не отрывая глаз...

Она была зачарована вихрями энергии, которые сначала танцевали в его глазах, а затем собрались вместе и вытянулись словно змеиный зрачок... На этом все не закончилось. Казалось, энергия готова была вырваться из его глаз наружу.

А затем нахлынул жар...

Он был слишком сильным, чтобы ее тело могло вынести это.

В этот момент Юджин испытала абсолютную боль, которую был способен причинить только праз. Ее разум, который прежде замирал в восхищении перед созданным ей чудом, заполнили мысли о неминуемой смерти.

Созданное ей чудо в любой момент могло лишить ее жизни, всего лишь по щелчку пальцев.

Повинуясь инстинкту, Юджин испуганно отпрянула от него. Ее резкое движение заставило Кассера овладеть собой, и энергия начала угасать, пока совсем не исчезла.

Кассер с довольно смущенным видом опустил взгляд на свою руку. Он впервые потерял контроль над своим празом с тех пор, как взошел на трон.

Страшно перепуганная Юджин резко вскинула свои глаза. Он только что собирался убить ее?

Уже в тот момент, когда король в порыве яростного гнева вошел в ее комнату, ей стало ясно, что Чжин Аника совершила ужасное преступление, за которое Юджин придется понести наказание.

Но теперь, когда она увидела, как Кассер использует против нее свою смертоносную силу, ее нервы не выдержали, и она сделала то, что на ее месте сделал бы любой — громко закричала.

— Значит, тебе нравится винить других за свои собственные проступки? — низкий голос Кассера вывел ее из состояния паники.

— Что? — спросила у него Юджин, которая наконец-то пришла в себя.

— Если ты будешь так кричать, люди снаружи могут неправильно это понять.

Конечно же, Юджин, которая прежде жила в совершенно другом мире, не могла в столь короткое время вникнуть в ситуацию. Поскольку у нее раньше в памяти всплывали обрывки воспоминаний Аники, ей было интересно, сможет ли она вспомнить все остальное.

Но как она ни старалась, каждый раз все это заканчивалось сильной головной болью.

Перед тем как позвать к себе Жанну, она приложила неизмеримые усилия, напрягая свой мозг, чтобы разобраться во всем. Но теперь это происшествие подкинуло ей еще одну загадку, которую ей предстояло разгадать.

То, как пристально он уставился ей в глаза, словно пытаясь проникнуть прямо в ее душу, дало ей понять, что Кассер с каждой минутой раздражается все больше и больше. Хотя она могла понять его чувства, но все равно испытывала обиду за то, что ее обвиняют в проступке, которого она не совершала.

Она находилась в теле королевы, но даже если она сама создала этот персонаж, мир написанного ей романа совершенно не вписывался в рамки ее ожиданий.

Она совершенно точно не хотела оказаться на месте Чжин Аники. Один взгляд на лицо этого мужчины, которое кипело ненавистью — и она еще больше уверилась в этом

— Я всегда знал о твоей наглости, — возмущенно покачал головой Кассер. — Разве в твоем положении тебе пристало поднимать крик?

— Значит, королю нравится использовать праз против людей, когда он злится? — быстро возразила она, используя его же собственные слова, чтобы задеть его.

В ответ на столь резонное обвинение, Кассер недоверчиво посмотрел на нее.

— Это было ошибкой с моей стороны, — вздохнув, признал он.

После этого между ними возникла неловкое молчание. Тем не менее, в их головах роились бесконечные мысли друг о друге, не давая им покоя.

В конце концов, Кассер нарушил тишину. Теперь его слова были вежливыми, а выражение лица намного более сдержанным.

— Давай спокойно поговорим.

После этого он с комфортом расположился на ее диванчике, который оказался слишком маленьким для его крупного тела.

Когда он это предложил, Юджин засомневалась, стоит ли ей садиться рядом с ним, ведь он занял большую часть места на диване. Таким образом, если бы она села рядом, то оказалась бы слишком близко к нему... Она осталась стоять. "Мне и здесь хорошо", — подумала она.

Кассеру не потребовалось много времени, чтобы заметить ее колебания, поэтому он бросил на нее ледяной взгляд, который словно говорил: "Садись, тебе приказывает твой король".

От такого настойчивого взгляда колени Юджин подкосились и она заставила себя сесть рядом с ним. Мягкие подушки слегка примялись под ее весом.

Кассер глубоко вздохнул, пытаясь усмирить свой пылающий гнев и незаметно стиснул зубы. В отличие от него Юджин сейчас была совершенно спокойной.

Она устала притворяться, что все знает и понимает. Придерживаясь этой линии действия, она лишь подвергнет риску свою жизнь.

Кто знает? Чжин Аника могла совершить серьезное преступление, за которое ей грозил смертный приговор. Не желая брать на себя ответственность за свои поступки, она устроила так, что я оказалась в ее теле...

И вот она я — стала ее плотью и кровью!

С Аникой в Махаре обращались как с особенным существом. Только Небесный король мог ее осудить и вынести приговор за совершенные ей преступления.

Даже когда в новелле всем стало известно о прегрешениях Чжин Аники, король убил ее лишь после того, как Небесный король разрешил ее покарать без проведения суда.

— Я должна кое-что сказать королю, — проговорила Юджин, глядя ему прямо в глаза, чтобы убедить его в своей искренности. — Это очень неожиданно, поэтому вы можете мне не поверить.

Она уже решила сказать королю то же самое, что и Жанне, предоставив вымышленное оправдание. После долгих размышлений она пришла к выводу, что самый простой способ избежать последствий того, что натворила Аника — это заявить, что она ничего об этом не знает.

Потеря памяти.

Это было отличное оправдание. По крайней мере, она надеялась, что оно таким было.