Башня Сердца Дракона, Уровень 23, Резиденция 30. Спальня Эммы и Тацеи. "Палатка".

Эмма Букер

Я не могла уснуть.

Как бы сильно я ни ворочалась. Как бы сильно я ни крутилась так и эдак.

Даже просьба к EVI поставить плейлист с низкой точностью для сна ничуть не помогла моей ситуации.

Стоп.

EVI.

Я вскочила, осознав, что все еще слышу ее пассивно-агрессивные ответы, как будто я все еще была в костюме.

Бегло осмотрев себя, вытянув руки в перчатках, стало ясно, что так оно и было.

На мне все еще был этот чертов экзокостюм.

Неужели я так устала, что забыла снять костюм, прежде чем заползти в постель?

Я издала громкий вздох раздражения, снова вставая и тянусь к дата-паду, закрепленному на перчатке, начиная настукивать ручные переопределения сброса костюма.

Я потратила достаточно времени, застряв в этой штуке, я собиралась убедиться, что смогу хоть немного поспать перед тем, как...

ХРУСТ

Мои пальцы замерли.

Все мое тело застыло, так как мои камеры начали фиксировать движение, те же самые движения, которые я зарегистрировала в саду всего несколько часов назад.

Однако вместо того, чтобы быть снаружи палатки, движение было зарегистрировано внутри нее.

Или, если точнее, оно было внутри воздуховодов рециркуляции.

Это было невозможно.

Палатка была замкнутой системой, не было никакого способа, чтобы что-то могло проникнуть внутрь, кроме...

Ядра нула.

Неужели... кусок его ядра застрял в моем костюме, когда оно взорвалось?

У меня едва было время даже обдумать логистику нахождения нула здесь, прежде чем он быстро вытек из вентиляционного канала, как куча неньютоновской жижи.

Именно в этот момент между борьбой и бегством я поняла, что должна выбраться оттуда.

Бой внутри палатки был невозможен, и мне нужно было пространство между ним и мной, некоторое расстояние, чтобы я могла эффективно с ним разобраться.

Я прыгнула к шлюзовой двери, потянувшись, чтобы вручную открыть ее...

Только чтобы удариться лицом о твердый пластиковый пол, почувствовав, как мой центр тяжести необъяснимым образом подводит меня, моя лодыжка была схвачена железной хваткой этой серой массы болезненной жижи.

После этого все развивалось невероятно быстро: я потянулась за своим оружием, только чтобы эта штука втянула меня. Как амеба, поглощающая свою бедную одноклеточную жертву.

За исключением того, что этой единственной клеткой была я.

Хотя я чертовски точно не собиралась становиться гребаным обедом, мысль, которая стала только острее, когда меня втянуло в его цитоплазматические пределы, и болезненно-серая мембрана быстро закрылась вскоре после этого.

Так что я дергала и тянула, ударяя по податливой «коже» капли, только чтобы она растягивалась невероятно тонко, отказываясь рваться.

Ситуация изменилась от плохой к худшей, так как желеобразная жидкость, в которой я плавала, увеличилась в вязкости до такой степени, что я чувствовала себя так, будто застряла в патоке.

Каждый дюйм движения ощущался как геркулесова задача, даже с помощью экзоскелета и сервоприводов костюма, которые все были на грани перегрева только от одного напряжения.

Затем, наконец, я остановилась. Не потому, что хотела, а потому, что сопротивляться было физически невозможно.

Мое сердце продолжало колотиться, а частота дыхания участилась до такой степени, что я чувствовала, будто вот-вот потеряю сознание... но этого так и не произошло, даже когда я почувствовала, как густая, вязкая патока проникает в мой костюм через невидимые швы, прежде чем, наконец, покрыть все мое тело с головы до ног.

Я была подвешена в этом... растворе, казалось, целые часы, но, как показал костюм, прошло всего несколько минут с тех пор, как вся эта ситуация пошла наперекосяк.

Однако по прошествии минут я заметила, как мембрана нула становилась все тоньше и тоньше, пока, наконец, не лопнула.

Плюхнув меня обратно на композитный пол палатки, совершенно неподвижную, так как мое тело отказывалось реагировать на любые мои команды убраться оттуда.

Я не поняла, что произошло дальше. Я не могла этого толком осмыслить... но я внезапно почувствовала холодный, нерегулируемый воздух, ударивший мне в спину, заставив меня вздрогнуть и забиться в попытке выпрыгнуть из костюма, только чтобы обнаружить, что... я не могу.

Вместо этого это сделало что-то другое. И сделало это медленно, осторожно, методично.

Словно наслаждаясь ощущением свободы движения, как я делала это прошлой ночью, выйдя из костюма в палатке в самый первый раз.

На самом деле, я мельком увидела его, когда оно прошагало передо мной, или, скорее, перед броней.

Так как передо мной стояла... я сама.

Она была одета в тот же подкостюм, который я носила, когда вошла в броню этим утром.

Ее каштановые волосы были взъерошенными, беспорядочными и неухоженными, точно как у меня.

Именно тогда я поняла, с внезапным ужасом и выворачивающим кишки чувством абсолютного страха, что это была я.

И я не застряла внутри костюма.

Я...

— Спасибо! — Произнесло оно голосом, который идеально имитировал мой собственный, вплоть до той тонкой напевной интонации, которую я использовала, чтобы подшучивать над друзьями дома.

Словно это был какой-то гребаный розыгрыш.

— Думаю, это начало крепких отношений. Поскольку теперь я — это ты, я так же заперта в этом неумолимом мире маны, как и ты была! Но, эй! Теперь у меня есть тело! А ты... — Оно посмотрело на меня, наклонив голову, или мою голову, черт, я больше не знала, что происходит.

— Ну, ты ведь все еще жива там внутри, не так ли?

Я не могла ответить, я не могла пошевелиться.

— Полагаю, ты все еще там. Что ж, слушай, радуйся, что я не расплавила тебя и не удалила твою душу или что-то в этом роде. Я просто... переместила ее! И я поместила ее в следующую лучшую вещь! Твою броню! Или, ну, наверное, мне стоит сказать, что это теперь моя броня! И подожди, значит ли это, что ты принадлежишь мне? Хм, это немного странно. Но эй! Мы можем с этим сработаться, верно?

Оно ухмыльнулось, игривой, почти озорной улыбкой, которая не подходила моему лицу.

— Ха! Я приму молчание за согласие! Ладно тогда, уже почти... двадцать три ноль-ноль. Ого, у вас... Землян такая увлекательная система исчисления времени! Твой разум наполнен всевозможными уникальными вкусностями! Не могу дождаться, чтобы стать тобой, Эмма! Или, эм, хм, полагаю, я теперь и есть ты, да?

Оно продолжало без умолку, уставившись на меня этими восторженными глазами, глазами того, кто только что сбежал из тюрьмы строгого режима и теперь просто наслаждался свободой свежего воздуха.

Я пыталась двигаться, сопротивляться, пыталась тянуть руки туда и сюда, но не могла.

Все, что я могла делать, это смотреть через те линзы, которые теперь были моими глазами, не в силах даже моргнуть, пока нул, ставший мной, сохранял ту самодовольную ухмылку на протяжении всего моего внутреннего крика.

В конце концов, оно запрыгнуло на табурет, придвинув свое лицо, мое лицо, вплотную к шлему костюма, словно чтобы еще больше ткнуть меня носом в свою победу.

— Не волнуйся, я хорошо позабочусь о твоей миссии. Никто ничего не заподозрит. И когда мы вернемся на Землю к концу года, я обязательно попрошу Директора и Майора оставить этот конкретный комплект брони. Я не дам тебе умереть, Эмма Букер. Я все-таки забочусь о тебе.

Оно продолжило тем же напевным голосом, прежде чем спрыгнуть с того табурета с изяществом фигуриста.

То, чего я вряд ли смогла бы сделать.

Без колебаний оно вернулось в костюм, запрыгнув обратно внутрь, начав брать полный контроль и выходя из палатки.

Казалось, я отошла на задний план, когда мое тело, или, скорее, костюм начал двигаться по прихоти двойника.

Я могла только смотреть в полном ужасе, продолжая выкрикивать ругательства... но без рта никто не мог услышать мой крик. (от переводчика: да, это отсылка)

— Не волнуйся, дорогая, ты привыкнешь.

БИП БИП БИП БИП

Я проснулась ошеломленной, в панике, сбитой с толку и разгоряченной.

Пот покрывал мои волосы и лицо, пока я некоторое время барахталась на месте, пытаясь сориентироваться, все еще застряв между миром сновидений и миром бодрствования.

Прошло некоторое время, казалось, минуты, прежде чем мои руки потянулись, чтобы коснуться моего лица, моих рук, моих ног, всего моего тела, словно чтобы убедить себя, что все это был просто кошмар.

Это было глупо, возможно, даже тупо, но в данный момент я сомневалась, что какой-либо безумный диковинный страх когда-либо действительно исключался.

Грань между реальностью и фантазией была окончательно и бесповоротно разрушена в тот момент, когда я пересекла тот портал и попала в царство буквальных мечей и магии.

Прошло пять минут, а я все еще не могла избавиться от неприятного чувства, что я заперта внутри брони.

Не как пассажир, не как носитель, а как гребаный заключенный внутри самого металла и композита.

И точно так же, как прошлой ночью, я сидела, скрестив ноги, перед настоящей мощной машиной, глядя на ее бесчувственное, непоколебимое лицо.

Однако на этот раз я вздрогнула.

Я знала, что это невозможно.

Я знала, что нул на это не способен.

Это было просто мое гиперактивное воображение.

— Мне никогда не следовало запоем смотреть многочасовые разборы скрытого лора Castles and Wryverns. Это было топливом для кошмаров в старшей школе, это топливо для кошмаров и сейчас. Черт возьми.

Произнесла я вслух чисто для себя. Мне просто нужно было услышать свой собственный голос, мне просто нужно было подтверждение, что все на самом деле в порядке.

Я не знала, из какого конкретного аспекта Castles and Wyverns я черпала это, каким аморфным существом отчаяния я вдохновлялась, или это была просто отсебятина в данный момент... но я знала, что все это было просто результатом моего гиперактивного воображения.

МЕДИЦИНСКАЯ ТРЕВОГА: Обнаружены повышенная частота сердечных сокращений, артериальное давление, частота дыхания и гормоны стресса; паттерны ЭЭГ вне базового стандарта.

Паттерны указывают на [1] эпизод сильного ночного ужаса. Эмма Букер, желаете ли вы...

— EVI, заткнись, я в порядке, просто дай мне гребаную минуту.

Выдавила я, заставив EVI пикнуть в знак подтверждения.

Принято, Эмма Букер. Медицинское событие зарегистрировано для отчетов полевой оценки.

Я простонала от раздражения, понимая, что это означает, когда я вернусь домой.

Терапия.

Мои глаза быстро метнулись в верхний правый угол моего зрения, ожидая увидеть различные таймеры обратного отсчета и номинальные часы, которые всегда, казалось, тикали к чему-то.

Однако, поскольку это был один из немногих моментов, когда я действительно была вне костюма, все, что я увидела, была та же ослепительная белизна палатки и несколько плавающих мушек.

— EVI, время?

Сейчас 22:45.

— Ладно, дай мне 10 минут, потом лимит дремоты 5 минут.

Принято.

====================

Башня Сердца Дракона, Уровень 23, Резиденция 30. Гостиная. Местное время: 23:00.

Эмма Букер

Приоритет номер один после инспекции оружия и перед завтрашней второй попыткой переговоров с ученицей: настроить остальные жилые удобства палатки СРОЧНО.

Инструктировала я себя, лениво выходя из своей комнаты обратно в общую жилую зону общежития.

Там, как и ожидалось, я встретила таких, как Тацея и Талмин.

Чего я не ожидала, так это возвращения знакомого лица с синей чешуей.

Лица, которое выглядело совсем не довольным своим текущим положением.

Что было справедливо, учитывая, что он выглядел так, будто только что выполз из ямы.

Если и был какой-то оркестратор наших судеб, то было ясно, что он промахнулся с тем, кто должен был принять на себя основной удар боевых шрамов дня.

Хотя, честно говоря, я рада, что у меня вообще не осталось шрамов, потому что, если бы бой дошел до этого...

Я содрогаюсь при мысли, что могло бы произойти на самом деле.

— Серьезно, Землянка? Невежливо глазеть и пялиться, знаешь ли. Я знаю, что соломенная хижина и сырая пещера не идеальны и не способствуют воспитанию общества культуры и этикета, но я ожидал, что твой вид уже привык видеть одежду, которая была порвана и разорвана мерзкими зверями.

Внезапно пролаял Илунор, что вызвало резкое карканье раздражения со стороны таких, как Тацея, и суровое рычание Талмина.

— Итак. — Начала я, успокаиваясь, понимая, что открываю дверь для мелочных тирад Илунора... но, черт возьми, я не могла не удовлетворить свое любопытство.

— Что случилось, Илунор?

Это прошло так хорошо, как и следовало ожидать.

Поскольку маленькое создание высоко подняло голову, направив пасть в потолок и прочь от всех, прежде чем, наконец...

ТРЕВОГА: ОБНАРУЖЕН ЛОКАЛИЗОВАННЫЙ ВСПЛЕСК МАНА-ИЗЛУЧЕНИЯ, 300% ВЫШЕ ФОНОВОГО УРОВНЯ ИЗЛУЧЕНИЯ

ХРИП

Небольшое облачко черного дыма и сажи вырвалось из пасти Вунерианца, сопровождаемое серией искр и маленьким, недолговечным пламенем, которое умерло так же быстро, как и возникло.

Если это была попытка выразить свое разочарование способом, подобным его предполагаемым драконьим предкам?

То он промахнулся, и еще как.

— Илунор, если бы ты перестал пытаться подражать своему 32-му кузену дважды удаленному, это было бы очень признательно, спасибо.

Прервал Талмин, заработав резкое шипение от синего Вунерианца, который молча метал кинжалы взглядом в лупинорского принца.

Это побудило его немедленно начать контроль ущерба.

— Но видишь ли, я не пытался подражать ни одному из моих драконьих родственников. Это был бы подвиг, предназначенный для того, чтобы его свидетельствовали такие, как мои собратья, а не такие, как те, кто недостоин такой великолепной демонстрации драконьего совершенства.

Вунерианец попытался быстро скорректировать свой курс. — Ни оскверненный, ни наемник, ни новореаловец не заслуживают такого дерзкого акта драконьей агрессии.

Гордо похвастался он.

— Так почему же...

— Ага, и вот мы здесь, мой дорогой друг-наемник. Как всегда самонадеян и быстр на предположения. То, что ты видел, не было величественной демонстрацией драконьей силы.

Он позировал.

— Ладно, тогда что это было...

— Это была моя попытка ответить на вопрос Землянки через визуальную демонстрацию, которая могла бы быть легче усвоена существом, которое всегда предпочитает демонстрацию разговору.

Маленькое существо попыталось перевернуть свою неудачную попытку имитировать дыхание дракона, извращая и перекручивая свою логику так, что это заставило бы покраснеть любого младшего политика дома.

— Визуальная демонстрация неудачи проложить себе путь через библиотеку с помощью бартера? — Вмешалась Тацея с раздраженным воркованием.

— Напротив, моя оскверненная принцесса, это визуальная демонстрация проактивного студента первого курса Трансграсианской Академии Магических Искусств, который на самом деле использует свое время с умом, чтобы получить преимущество еще до того, как гонки начались!

Ящер огрызнулся. — Ибо, видите ли, я вовлечен в различные, скажем так... внеклассные занятия сейчас. Из которых вы, более чем вероятно, видели лишь непропорционально малую долю в тот краткий момент, когда наши пути пересеклись в библиотеке.

Вунерианец, закончив свое многословное скромное хвастовство, наконец повернулся обратно ко всем.

— Итак, отвечая на твой вопрос, Землянка, я был занят внеклассными занятиями, просто и ясно! Одно из которых привело к жестокой и ужасно неоправданной ссоре в отвратительном и постыдном заведении, которым является библиотека. Что неизбежно привело к тому, что я потратил все свои усилия на использование своих природных драконьих даров с явной целью самообороны!

Был ли... был ли он на самом деле правдив сейчас? Я думала, он по крайней мере попытается скрыть этот факт.

Что означает, что здесь, вероятно, есть нечто большее, чем просто поход в библиотеку и простая ссора с лисами.

Если он не хотел скрывать этот факт, определенно замышлялось что-то еще.

— Верно.

Я ответила просто и с одним осторожным кивком. — Ладно тогда. Спасибо, что ответил на мой вопрос, Илунор.

Заявила я прямо, но была быстро прервана Талмином, которому явно было что сказать более важное.

— Эмма, нам нужно поговорить. — Начал Талмин, гася угли огня Вунерианца, прежде чем он мог разгореться во что-либо, напоминающее более длинный разговор.

Поскольку было ясно, что если бы Илунор добился своего, вся эта ночь неизбежно скатилась бы в еще одну серию мелочных словесных перепалок.

И поэтому, с коллективной серией кивков от таких, как лупинор, авинор и я, мы коллективно решили игнорировать непрекращающиеся провокации Вунерианца.

По крайней мере, на данный момент.

— Конечно, что случилось? — Выдавила я между тяжелым зевком и потягиванием.

Потягивание, которое закончилось бы некоторым сопутствующим ущербом в виде удара тупым предметом по стенам и мебели, если бы не многомесячный процесс акклиматизации к силовой броне, или, более конкретно, курсы пространственной осведомленности, которые заставили меня практически перепрограммировать мои подсознательные восприятия того, сколько места я на самом деле занимаю.

— Значит, вы все собираетесь вести себя как дети, полностью двигаясь дальше без единой капли или слова сочувствия или эмпатии?

Вунерианец заговорил еще раз, на этот раз он кипел от злости. — Ладно! Пусть будет так, я ухожу!

Миниатюрный ящер начал вырываться из нашей маленькой группы, стараясь сделать каждый свой маленький топот как можно более громким и слышимым, когда он вошел в свою спальню и захлопнул за собой дверь.

Мы коллективно решили быстро проехать это, по крайней мере, на данный момент, так как гораздо более насущные вопросы требовали нашего внимания.

— Эмма, я полагаю, было бы благоразумно обсудить, что именно ты решишь рассказать оружейнику о твоем «пистолете».

Я знала в тот момент, что это будет долгий разговор.

====================

Трансграсианская Академия Магических Искусств, Мастерская Оружейника. Местное время: 23:45.

Эмма Букер

Разговор закончился так, как я и предполагала.

Хотя многое было обсуждено и много идей было обменено, мы в конечном итоге вернулись к единогласному решению.

Что было бы лучше, если бы я держала пистолет, по крайней мере, когда дело доходило до его истинной природы, подальше от оружейника.

У Талмина уже была возможность встретиться с парнем в течение моего сна для целей его собственной инспекции оружия.

Он проинформировал меня, насколько мог, из того немногого, что он смог разглядеть в парне, что было немного, учитывая, насколько коротким было все взаимодействие для него.

Хотя и кратким, была одна вещь в оружейнике, которая действительно поразила Талмина, и это был тот факт, что он был эксцентриком.

Хотя и не в том смысле, который казался вредным, так как волк упомянул, что он казался больше похожим на Чиску, чем на Мал'тори, что было глотком свежего воздуха.

Несмотря на это, в нем было что-то тревожное, и это была его постоянная сосредоточенность на том, чтобы тыкать и подталкивать каждого студента на предмет сплетен об определенном бронированном студенте.

Этого было достаточно, чтобы заставить меня задуматься.

В целом, я была уверена в своей оценке начать с осторожности, а не с шумного позерства.

Решение, которое я тщательно взвешивала в голове с момента объявления об инспекции оружия прошлой ночью.

Хотя я рассматривала возможность разглашения ограниченного объема информации о пистолете в качестве демонстрации силы, я поняла, что любой чистый выигрыш, который я получу от этого, более чем вероятно, будет перевешен тем, что Академия сумеет использовать эту информацию против меня.

Либо подготовив какую-то контрмеру, либо просто из-за потери элемента неожиданности.

Было безопаснее молчать об этом.

И, как ни странно, весь стереотип о том, что оружие без маны является примитивным, был бы полезен в этом начинании.

Так как я могла опереться на этот нарратив, который Нексус был более чем счастлив распространять.

В чем я была менее уверена, однако, так это в своей способности ориентироваться в лабиринте, которым была академия

Так как каждое путешествие по ее залам казалось приключением само по себе.

Действительно, путешествие было практически усеяно тем, что я могла описать только как магические выбоины или что-то в этом роде, учитывая, сколько предупреждений о локализованных всплесках мана-излучения было зарегистрировано между моим общежитием и мастерской.

К счастью, однако, путь к самой мастерской был ничем иным, как долгожданным перерывом от обычной еды Академии.

Так как все это было просто длинным, оскорбительно прямым коридором, который вел от самого замка к другому строению, построенному довольно далеко от главного комплекса.

Длинный, узкий коридор напомнил мне те нелепые переходы, которые можно найти в старых аэропортах, переделанных в космопорты, затем снова переделанных в аэропорты, которые усеивали весь Асела.

От древних Ньюарка и Ла-Гуардии до Нортпорта середины тысячелетия и Вице-президента Синклера, эти аэропорты, казалось, имели странную любовную одержимость этими длинными, тонкими, чрезмерно длинными коридорами.

Хотя на Земле я бы вздыхала от раздражения из-за необходимости добираться через один из них, я практически прыгала от радости, видя что-то, что не было поворотом коридора на 100 градусов здесь, в Академии.

Пройдя добрых 500 футов или около того по коридору, я встретила большую пару двойных дверей.

Хотя вместо дерева или дуба они были сконструированы из чего-то тяжелого.

Сталь или какой-то другой материал, украшенный сложной работой, на создание которой, как я могла только представить, ушли годы, учитывая, сколько фресок покрывало практически каждый квадратный дюйм этих 20-футовых дверей.

У меня едва было достаточно времени, чтобы изучить их, прежде чем я занесла их в виртуальные банки памяти костюма.

Так как пара больших дверей открылась, открывая то, что я могла описать только как настоящую игровую площадку для таких одержимых оружием, как Талмин.

Слово мастерская было оскорблением для этой комнаты. Комнаты, которая казалась открытой, похожей на собор, простором гранита и стали.

Арки, построенные из того, что выглядело как светящийся металл, изгибались вокруг открытого пространства, пересекаясь и переплетаясь, как на одной из тех старых фабрик викторианской эпохи с сомнительными правилами охраны труда и техники безопасности.

Крыша этого места добавляла слой роскоши к в остальном довольно утилитарно выглядящему пространству.

С печами и кузницами, работающими сами по себе, выстилающими все стены и купающими комнату в изнуряющем жаре.

Действительно, комнате вообще не нужны были осветительные приборы.

Именно одни только кузницы обеспечивали теплое, оранжевое и красное свечение, которое омывало все пространство, и их было достаточно, чтобы ни один угол комнаты не остался в темноте.

Даже так поздно ночью.

Однако ни одна из этих вещей не была действительно самым впечатляющим аспектом этого места.

Поскольку этот титул уверенно удерживал человек, который стоял посреди всего этого, доминируя над всем пространством.

На протяжении моих разговоров с Талмином, несмотря на то, что мы вдавались в подробности темперамента оружейника, мы более или менее оставили детали относительно его фактических физических характеристик за рамками наших обсуждений.

Я предполагала, что мужчина будет еще одним эльфом. Или, возможно, еще одним человеком-зверушкой.

Или, возможно, даже гигантом или даже каким-то существом, происходящим от дракона.

Может быть, даже гномом, теперь, когда я подумала об этом.

Однако то, что меня ожидало, не было ни одним из этих вариантов, а вместо этого кем-то, кто заставил меня замереть... как будто я наткнулась на точное зеркальное отражение самой себя.

Если бы я получила магическое преображение, конечно.

Потому что человек, который стоял там, посреди этой пещерной комнаты, был существом, облаченным в броню.

Броню, которая была замысловато спроектирована, детализирована и украшена мотивом за мотивом.

От золота до меди, и драгоценных камней изумруда и сапфира, мужчина выглядел так, как будто он только что прошел несколько рейдов, чтобы получить броню самого высокого уровня из всех существующих MMO.

Хотя было ясно, что его броня была не только для галочки.

Так как несколько сколов, царапин и даже вмятин на ней были отчетливо видны.

Почему он еще не починил это, было выше моего понимания.

Следующее, что я немедленно отметила, когда сделала те первые неуверенные шаги в мастерскую, был мощный всплеск мана-излучения.

ТРЕВОГА: ОБНАРУЖЕН ЛОКАЛИЗОВАННЫЙ ВСПЛЕСК МАНА-ИЗЛУЧЕНИЯ, 700% ВЫШЕ ФОНОВОГО УРОВНЯ ИЗЛУЧЕНИЯ

И источник всей этой маны?

Помимо кузниц, которые были зарегистрированы на уровне около 700% выше фонового уровня излучения?

Был сам мужчина.

— А, наконец-то здесь! Я ждал тебя весь день! — Проревел мужчина.

Как будто его голос исходил откуда-то глубоко из костюма, а не из самого шлема.

— Ты вызвала настоящий переполох среди людей наверху. Могу я сказать, это был довольно захватывающий день ожидания твоего прибытия. Итак, начнешь ты или я?

— Учитывая, что я инспектируемая сторона, я была бы не против начать, профессор. — Предложила я.

— Хм! Этот голос!

Выпалил мужчина так быстро, как только услышал, как я говорю.

— Эм, мои искренние извинения за этот небольшой приступ социальной оплошности, моя прекрасная леди! Или, моя прекрасная рыцарь? Хм, они сказали, это был кадет... Я полагаю, это военный титул, значит, рыцарь! Если только у вас нет личных оговорок относительно того, какой титул мне следует использовать, чтобы правильно обращаться к вам?

— Эм, просто Кадет, или Эмма, подойдет, профессор. — Предложила я, мое самообладание ни разу не дрогнуло, даже когда эксцентричность мужчины начала вырываться на поверхность.

— О звезды! Я прошу прощения, если это слишком навязчивый вопрос, но, видит бог, я должен знать! Среди студентов ходят слухи, что вы какой-то отшельник, или, возможно, даже голем или какое-то другое мерзкое существо. Но, конечно, мой слух меня не обманывает! Я должен спросить, вы еще одна из моего рода?

Тот, кого я считала крупным дородным мужчиной под этим громоздким костюмом, начал буквально прыгать от радости.

— Вашего рода, профессор? — Просто спросила я в ответ.

— А, ну да! Конечно!

Начал он, с громким лязгом металла о металл откинувшись назад.

Это звучало... неправильно, больше похоже на звон полого колокола, чем занятой брони.

— Я прошу прощения за превышение границ и самонадеянный характер моего волнения! Да, моего рода! Нашего рода? Одержимых заклинаниями. Конечно, я не ошибаюсь, но голос, который я слышу из вашего собственного комплекта брони, явно не генерируется традиционными, подождите, обычными? Нет... органическими? Да! Органическими средствами! И он не усилен простым заклинанием усиления голоса! Ваш голос, как я его слышу, генерируется средством, не непохожим на мое собственное! Не через серию мясистых связок, не через вдыхание и выдыхание застойного воздуха, а через другие средства! Что может

означать только...

— Эм, профессор. Я прошу прощения, если перебиваю здесь, но я могу заверить вас, я не... «одержимая заклинаниями» или что-то в этом роде. Я...

Подождите, это действительно первый раз, когда я раскрываю себя как кого-то, кроме Землянки?

— Я человек, профессор. Землянка, как люди здесь, кажется, так предрасположены говорить.

— А. Значит. Плоть и кровь?

Произнес мужчина с широким наклоном головы и явным оттенком разочарования, окрашивающим его голос.

— Да, профессор. Я просто плоть и кровь под этим костюмом.

— Черт!

Огрызнулся мужчина в костюме, как голосом, так и буквально, щелкнув пальцами в перчатках с громким металлическим лязгом.

— Но ваша аура, или ее отсутствие. И отсутствие какой-либо жизненной силы, это...

Я прервала мужчину, прежде чем он успел закончить эту мысль.

Ну вот, опять.

— Это долгая история, профессор.