Глава 46

Караван спускался по горному хребту, протянувшемуся между вершинами горы Чонмок.

Прямо по курсу, перед мордами идущих в авангарде лошадей, уже садилось багровое солнце.

Цок-цок! Цок-цок━

К этому времени неловкость в общении с главой Хваном окончательно рассеялась.

Хоть старый наемник и продолжал делать вид, что женщина в карете — просто рядовая телохранительница, Квак Ён решил не задавать лишних вопросов и подыграть. В конце концов, Хван сейчас и так был слишком болтлив, что даже немного утомляло.

— Кстати, как ваша голова, глава Квак?!

— Всё в порядке.

— Вот как! О! Посмотрите на небо, эти плывущие облака так похожи на нашу мимолетную жизнь, не правда ли, глава Квак?!

— Ага.

— Я про те облака, глава Квак.

— Эм... я понял. Можете больше не делать такой акцент на моем титуле.

— Каком титуле?

— Вы в каждом предложении называете меня «глава Квак».

— ...Вы заметили?

— ...Да.

— Как и ожидалось, у вас крепкая голо... а, простите. У меня всё еще на языке вертится ваш бой с главой Им.

— Ха-ха, ничего страшного.

— Кстати, а что вы в итоге взяли из лагеря разбойников?

— Да так, просто прихватил самый дорогой на вид кувшин. Думаю открыть его, когда прибудем на место ночлега.

— Кха-ха-ха-ха!

Хван Пхиль, видимо, оценив шутку, раскатисто засмеялся, хлопая себя по коленям.

Утирая выступившие от смеха слезы, он посмотрел на юношу, энергично кивнул и сказал:

— ...Как и ожидалось от вас, глава Квак!

— В любом случае, позаботьтесь об этом кувшине.

— Не волнуйтесь, я отвечаю за него головой!

Но Квак Ён прекрасно знал, что именно находится в кувшине, который они погрузили на телегу позади.

В той самой невзрачной посудине, которую он забрал с щедрого разрешения Им Чхон Хака, доверху лежали корни духовной травы.

«Мне сказочно повезло».

Он смог найти тайник благодаря своим вампирским чувствам, которые, если на них сосредоточиться, далеко превосходили человеческие. Конечно, он не запомнил запах каждой существующей духовной травы, чтобы искать их вслепую. Если бы он мог это делать, то уже давно бы бродил по лесам, выкапывая все чудодейственные корешки Мурима.

«Всё-таки воспоминания из прошлой жизни иногда бывают чертовски полезны».

Это была духовная трава, о которой у него остались яркие воспоминания из прошлого. Точнее говоря, для быстрого выведения ее природной токсичности требовались определенные ингредиенты, которые нужно было варить вместе с ней прямо в кувшине.

Острый имбирь и рыбный соус.

Специфический запах этого варева, который он однажды уловил, будучи в гостях у друга, был настолько резким, что намертво врезался в память даже сквозь перерождение.

И, что еще важнее...

— Выбирай что угодно! Хочешь оружие — бери оружие! Хочешь любой кувшин, что там стоит — забирай! И те медвежьи шкуры тоже! Бери всё, что душе угодно, ха-ха-ха!

Реакция Им Чхон Хака, когда Ён безошибочно ткнул пальцем именно в этот кувшин среди десятков других, тоже была бесценной.

— Э-этот?

— Там ведь есть вещи и подороже на вид, разве нет?

— П-прямо весь кувшин?

— Разве тебе не тяжело будет тащить его целиком? А, ну да. Я же сам сказал...

— Может, лучше возьмешь вон тот бочонок с выдержанным соевым соусом?

— Хм-м?!

— Ого! Ты что, думаешь, я беру свои слова обратно?!

— Вы что, думаете, я помутнел рассудком после парочки ударов головой?

— Х-хорошо! Забирай!

Вспоминая вытянутое лицо разбойника, Квак Ён еле сдержал смех.

На самом деле эта реакция главаря была не просто многозначительной, она была очевидной, как ясный день. Несомненно, там хранились стратегические запасы духовных трав для элиты Лесного Братства.

И к тому же...

«Судя по весу, там далеко не один корешок...»

Хотя эффективность эликсиров резко падает, если принимать один за другим без перерыва, это не имело значения. В конце концов, в его отряде было достаточно ртов.

Ён планировал отдать излишки трав Чхон Гану и Хо Сину.

— Вы выглядите очень довольным, глава Квак!

— Ха-ха, верно. А вы, глава Хван?

— Я тоже почувствовал невероятное облегчение, когда мне больше не нужно ничего скрывать от вас, кха-ха-ха-ха!

Напряжение спало не только между командирами.

— Люди такие глупые! Глупые!

— Ты о чем?

— Бодаться как козлы! Ой-ёй-ёй-!

— Не смей так говорить о бое молодого господина! Лучше скажи, как тебе моя дуэль? Я ведь был безупречен, не так ли? Это всё благодаря упорным тренировкам, тупая ты ворона.

— Хвастун! Не хочу слушать!

— Кх-хи-хи.

Черная Птица, которая сначала кружила в небе, а затем спустилась на крышу телеги, беспрерывно ворчала, переругиваясь с Чхон Ганом.

Внезапно Ё Бэк Ран высунулся из окна кареты, рядом с которой они ехали, и робко заговорил:

— Кхм-кхм, как поживаешь, птичка?

— ...Молодой Глава?

— ...Молодой Глава? Это ко мне?!

Чхон Ган и Черная Птица обернулись с растерянными лицами.

От такого резкого внимания лицо Бэк Рана слегка покраснело, но, видимо, ему так отчаянно хотелось пообщаться с диковинной птицей, что он не убрал голову обратно.

Удивительно, но суровая Чу Хва Джон, ехавшая с ним, тоже промолчала. Казалось, она была впечатлена той неуклюжей смелостью, которую мальчик проявил в лагере разбойников, взяв вину на себя.

И, похоже, не только она.

Воины Торгового Дома Чхонхэ, ехавшие в арьергарде, начали громко подбадривать Чхон Гана и Птицу, с которыми уже успели сдружиться за эти дни.

— Эй, ну что вы как неродные! Наш молодой глава хочет поговорить с птичкой!

— Давай, пощебечи ему что-нибудь веселенькое!

— Это же сам молодой глава!

— Молодой глава! Эта наглая пернатая даже клюв не откроет, если не дать ей что-нибудь вкусненькое!

Это кричали те самые люди, которые раньше относились к Бэк Рану с опаской и холодом. Мальчик вырос в тепличных условиях и почти не общался с простыми наемниками гильдии.

Но, видя, как дружелюбно и тепло к нему относятся суровые воины после недавнего инцидента, Ё Бэк Ран почувствовал признание. У него мгновенно поднялось настроение.

Поспешно развязав свой шелковый мешочек, мальчик достал медовую сладость и робко протянул её в окно.

Увидев хрустящее лакомство из рисовой муки, обильно обжаренное в меду и кунжуте, Черная Птица стремительно спикировала.

— Магва — это вкусно! Обожаю!

Схватив лакомство клювом, она добавила:

— Спасибо! Спасибо!

— Вау...

В этот момент улыбающийся от детского восторга Ё Бэк Ран краем глаза заметил, что кто-то смотрит на него из авангарда.

Встретившись взглядом с Квак Ёном, с которым ему до сих пор было некомфортно, мальчик слегка напрягся.

Квак Ён с легкой, одобряющей улыбкой кивнул ему.

«...Пф.»

Чувства Ё Бэк Рана были смешанными. Он был искренне благодарен Ёну за то, что тот спас его репутацию перед подчиненными, но с другой стороны, всё еще по-детски ревновал к тому, что этот выскочка перетянул на себя всё внимание финальным боем.

«Я бы тоже мог так сразиться!»

Но, несмотря на внутреннее ворчание, уголки его губ предательски поползли вверх. Испытывая эти новые, странные эмоции, Бэк Ран с раскрасневшимся лицом обратился к Черной Птице:

— Тты! Как тебя зовут!

— Я Черная Птица! Черная Птица!

— Кхм! А я Ё Бэк Ран!

Чхон Ган с добродушной усмешкой наблюдал за этой сценой. 

«Для ребенка он проявил недюжинную смелость тогда в лесу».

Но если говорить о ком-то действительно выдающемся, то это, несомненно, его господин. Чхон Ган перевел полный благоговения взгляд на Квак Ёна, ехавшего впереди.

«Как он это сделал?»

Давать такие точные, ювелирные подсказки прямо в пылу боя, которые позволили ему одолеть опытного заместителя Лесного Братства! И при этом — каждый раз кратко и идеально по времени.

Для этого нужно не только в совершенстве знать все формы и приемы искусства меча, но и обладать гениальным тактическим гением, мгновенно анализируя чужой стиль.

«Я всегда знал, что он умен, но... не думал, что настолько».

Более того, тяжелый железный шест, который Ён заставил его взять, оказался на удивление удобным. Дистанция, кинетика взмахов и колющих ударов — всё было просто идеально подобрано под его рост и массу.

Оставив Черную Птицу болтать с Бэк Раном, Чхон Ган погрузился в мысленное повторение недавнего боя.

— Хм-м.

Так, в слегка изменившейся, более теплой атмосфере, караван спустился с гор.

Цок-цок! Цок-цок!

Трясь, трясь.

Когда солнце начало клониться к закату, заморосил мелкий, противный осенний дождь.

Глава каравана, взглянув на тяжелеющие облака и прикинув погоду, склонил голову набок и предложил:

— Кажется, ночью будет серьезный ливень. Судя по расстоянию, до следующей государственной станции мы не дотянем...

— Как насчет вон того большого павильона?

— О, отличная идея.

Вдалеке, у обочины тракта, виднелся большой павильон — двухэтажное деревянное строение, служащее бесплатным местом для отдыха путников.

— Внимание! Мы заночуем вон в том аавильоне!

Если бы они поднажали, то смогли бы добраться до станции, но Хван, учитывая надвигающийся дождь и усталость Ёна с Чхон Ганом после боев, решил устроить привал пораньше.

Так караван расположился на ночлег.

К счастью, как только они успели расстелить циновки и натянуть непромокаемые навесы вдоль открытых перил первого этажа, хлынул настоящий ливень.

Шу-у-у-у…

После долгого, насыщенного адреналином дня все, кроме часовых, быстро провалились в сон под мерный, убаюкивающий шум дождя.

***

Ночной дозор несли по двое.

Особенно в час Быка (между 1 и 3 часами ночи), когда сон самый крепкий и сладкий, дозор добровольно взяли на себя Чхон Ган и Квак Хо Син, дежуря внизу у повозок.

Второй этаж павильона.

Чу Хва Джон, сидевшая с закрытыми глазами, прислонившись спиной к колонне рядом со спящим Ё Бэк Раном, сквозь монотонный шум дождя уловила тихие шаги.

— Вы ведь не спите? Давайте поговорим.

Женщина открыла глаза, словно ждала этого визита.

Повернув голову, она увидела Квак Ёна, бесшумно стоящего среди спящих людей.

— В чем дело?

— О, не поймите меня превратно.

Заметив, что рука Чу Хва Джон уже легла на скрытый эфес меча, Ён медленно, демонстративно разжал ладонь.

В его руке лежало нечто, с первого взгляда казавшееся невероятно ценным.

— Я хочу отдать это вам.

— Пройдемте на лестницу.

Шум ливня заглушал звуки, но на всякий случай они отошли на темную лестницу, соединяющую этажи, и заговорили максимально тихо.

Чу Хва Джон всё еще настороженно и колюче смотрела на Квак Ёна.

— Что это?

— Духовный корень.

— Значит, вы принесли его из лагеря разбойников.

— Мне повезло с выбором кувшина.

— Но зачем вы даете его мне?

— Остался один лишний.

— Что?

Она уловила много информации, но в первую очередь ее внимание зацепилось за слова «остался один». Сколько же их там было изначально?!

— Остальные я планирую отдать своим людям. Так что можете взять этот, не чувствуя себя обязанной.

«Своим людям» в данном контексте, очевидно, означало Чхон Гана и Хо Сина, несущих дозор.

Прежде чем выдавить слова благодарности, женщина не удержалась от вопроса:

— И всё же, почему вы отдаете столь ценную вещь именно мне?

— Разве не за вами здесь последнее слово?

— С чего вы так решили?

— Всё просто. Здесь Молодой Глава отдает приказы главе Хвану, а этот самый Молодой Глава слушается только вас.

— !..

Глаза Чу Хва Джон расширились.

— И не спрашивайте, как я догадался, — опередил ее Ён. — Ребенок, рядом с которым сидит наемный телохранитель, и ребенок, рядом с которым сидит родная кормилица, даже едят с совершенно разным выражением лица.

— Вы пугающе проницательны.

Она, конечно же, не могла знать, что перед ней стоит монстр, способный при желании подслушать все ее тихие уроки с Бэк Раном в карете сквозь шум колес. Но, раз уж ее главная тайна раскрыта, Чу Хва Джон решила принять эту «взятку».

— Так что берите. Как бы там ни было, в этом караване нас свела судьба.

— Есть еще какие-то причины для вашего недовольства Торговым Домом?

— Вы скрываете слишком много секретов. Мне это не нравится.

— ...Понимаю. И тем не менее, спасибо, что позаботились о нас сегодня.

— Мы в одной лодке. Помните, что сказал глава Им, когда мы расставались?

Конечно, она помнила. Его последнее предупреждение, процеженное сквозь зубы перед тем, как отдать кувшин.

— Да, и еще. Говорят, в последнее время на трактах севернее появились подозрительные люди, выдающие себя за крупное охранное агентство. Будьте осторожны на дорогах...

Похоже, этот человек по имени Квак Ён принял предупреждение лесного владыки всерьез.

— Отдайте этот корень тому из ваших людей, кому это нужнее всего. Судя по свойствам, эта духовная трава не имеет строгих противопоказаний по типу телосложения и не вызовет отторжения Ци.

С этими словами Ён вложил сухой корень в ладонь Чу Хва Джон. И добавил с тонким намеком:

— Ну, вы, как истинный мастер, наверное, разбираетесь в этом лучше, чем наш глава каравана.

— !..

— Что ж, я пойду постою на страже у своих ребят, пока они усваивают эликсиры. Можете спать спокойно, дозор под моим контролем.

Бросив эти слова, Квак Ён растворился в тенях лестницы.

Чу Хва Джон потрясенно смотрела ему вслед. С таким выражением лица, будто только что встретила диковинного демона.

***

Наступило ясное утро.

— Так, выдвигаемся! Нам предстоит долгий путь!

Ливень, шедший всю ночь, словно смыл всю грязь с мира, и под яркими лучами солнца караван быстро завершил сборы.

Некоторые лошади проявляли упрямство из-за глубоких луж на дороге, но...

— Ох! Да что с этими тварями сегодня, почему они такие нервные?

— Я посмотрю.

— Вы умеете обращаться с лошадьми, глава Квак?

— Ха-ха, вроде того.

— Ого.

За исключением этого небольшого инцидента, который Ён, отлично умевший обращаться со скотом в прошлой жизни, быстро уладил, серьезных задержек не возникло.

После того как кучера, грузчики и наемники выстроились в колонну, караван снова двинулся на север.

Цок-цок! Цок-цок!

Чхон Ган и Квак Хо Син, охранявшие фланги, переглянулись сквозь щель между телегами и многозначительно кивнули друг другу.

«Молодой господин, это...»

«Хм-м!»

Их глаза сияли как никогда.

Еще бы. Это было благодаря духовной траве, которую Ён тайно передал им прошлой ночью. Благодаря тому, что он лично стоял на страже, направляя их потоки, пока они усваивали энергию, Чхон Ган и Хо Син смогли выжать из эликсира максимум.

Сверк!

В их глазах переливалось истинное сияние переполненнон ци. К тому же, в их даньтянях теперь жарко пульсировала новая, чистая энергия, расширившая меридианы.

«Как же... как же вовремя я поехал с ним!» — Хо Син был в абсолютном экстазе. До такой степени, что на его лице вновь заиграла фирменная, жуткая «убийственная улыбка».

— Ч-что это с ним?

— Кажется, он не выспался...

— Что-то случилось? Кого-то будут убивать?

Заметив этот оскал, воины Чхонхэ вздрогнули и потянулись к оружию, но Хо Сину было плевать на их панику.

«Я не прогадал, когда решил последовать за братом!»

Он поглядывал на едущего в авангарде Квак Ёна и тихо хихикал так, что это вызывало у окружающих мороз по коже.

«Если мой резерв возрос настолько, сколько еще шагов в искусстве меча я смогу сделать? Значит, в следующий раз, когда я буду выполнять прием ветра и потока...»

А Чхон Ган по другую сторону телеги маниакально бормотал себе под нос строки из учебников боевых искусств и последовательности ударов шестом, словно безумный монах, читающий сутры.

Их сердца всё еще бешено колотились от резкого притока внутренней энергии.

Однако...

На самом деле, человеком, который больше всех охренел от эффекта съеденной прошлой ночью травы, был кое-кто другой.

Квак Ён, покачиваясь в седле, ехал с абсолютно ошарашенным выражением лица.

Прошлой ночью, переваривая эликсир вдали от чужих глаз, он случайно открыл новую, чудовищную способность вампира.

Подписывайтесь на наши соцсети, ваша активность очень важна для нас *_* (а еще там доступно больше глав!)