Хм?

К чему такой вопрос?

Она боится умереть?

Неужели у нее и правда есть Хаки Наблюдения? Уже почувствовала присутствие Аокидзи? Или все поняла по моим действиям?

Нет, этого не может быть.

Вир взглянул на Робин. Лицо ее было серьезным, но в глубине глаз теплилась надежда. Он без колебаний ответил:

— Разве я позволю своему пациенту умереть?

Робин хотела уточнить, что имела в виду совсем другое, но не успела и слова вымолвить, как Вир продолжил:

— Расслабься. Если медицина окажется бессильна, моя сила тебя не подведет.

— А если и ее не хватит, — он чуть заметно коснулся своего медицинского саквояжа, — уж здесь точно найдется решение.

Заметив, как слегка нахмурилась Робин, Вир добавил с непоколебимой уверенностью:

— Короче говоря, пока я рядом, умереть тебе будет затруднительно!

Тон Вира был спокоен, но Робин смотрела на него растерянно. Ее взгляд, устремленный на него, постоянно менялся — в нем смешались благодарность, удивление и недоверие.

Неужели я… так важна для него?

Она и сама не заметила, как глаза наполнились влагой. Осознав это за мгновение до того, как слезы могли пролиться, Робин резко отвернулась, не смея больше смотреть на Вира. Она приказала себе взять себя в руки, заставила сердце биться ровнее. Нельзя, ни в коем случае нельзя показывать слабость.

Но несколько простых слов Вира тронули ее до глубины души. Они подарили ей такое острое чувство защищенности, что стены, которые она возводила вокруг себя годами, едва не рухнули. На одно короткое мгновение ей отчаянно захотелось расплакаться.

Но она сдержалась.

— Ты плачешь? — озадаченно спросил Вир. — Почему?

Он ведь просто ответил на вопрос. С чего вдруг слезы? Хоть она и отвернулась быстро, он все заметил.

— Не плачу я… извращенец, — упрямо буркнула Робин.

Будь она хоть немного сильнее его, непременно врезала бы по этой бестолковой голове. Как можно быть таким же непробиваемым, как Луффи? И кто вообще задает такие вопросы…

Услышав знакомое прозвище, Вир, уже привыкший, не обратил на него внимания. Называй как хочешь! Хоть горшком назови… хотя нет, об этом лучше не думать…

— Раз уж ты так боишься смерти, держи мой самый сильный оберег.

С этими словами Вир извлек из саквояжа пару пластиковых кошачьих ушек и протянул их Робин.

Она уставилась на предмет в его руке со смесью изумления и насмешки. Кошачьи ушки? Взрослый мужчина таскает с собой такую безделушку в качестве оберега? Хотя, вещь действительно была из его саквояжа. Их иссиня-черный, словно искаженный, цвет начисто лишал их миловидности. И все же… Робин почему-то нашла их очаровательными.

— И это твой оберег? Уверен, что не извращенец? — поддразнила она игривым тоном.

Вир откашлялся, поняв, что его слова и впрямь прозвучали… двусмысленно. Прощай, образ сильного и мужественного мужчины!

— Кхм! Неважно! Важно то, что эта штука способна отразить один смертельный удар, какой бы силы он ни был, — серьезно произнес он.

Сначала Робин решила, что он шутит, но его тон заставил ее усомниться. Это правда? Смертельный удар? Глядя на серьезное лицо Вира, она поняла — он не шутит. Эта вещица действительно может спасти ей жизнь!

Но если это правда, зачем он отдает ее ей? Неужели только потому, что решил, будто она боится умереть?

— Зачем ты даешь это мне? — растерянно спросила Робин.

— Потому что тебе это нужно, — ответил Вир и аккуратно надел ушки ей на голову.

Глядя на то, как забавно смотрятся большие черные ушки на голове Робин, Вир удовлетворенно кивнул. Идеально! Миссия выполнена!

— Если попадешь в беду, просто мысленно крикни: «Вир, спаси меня!», и ушки высвободят невероятную силу! — Вир говорил это с самым серьезным видом, хотя в душе едва сдерживал смех.

Робин, наблюдая, как он собственноручно надевает ей ушки, почувствовала, как слегка заалели щеки.

— Понятно… — ответила она чуть тише.

— Помни, главное — мысленно! — еще раз напомнил Вир.

В этот момент издалека донесся голос Нами:

— Эй! Вир! Робин! Лог Пос настроился! Пора в путь!

Хм? Уже?

Вир удивился. Он полагал, что они задержатся здесь хотя бы на день. Но прошло всего полдня, а Лог Пос уже указывал новый курс. Быстро.

— Понял! — крикнул Вир в ответ, затем осторожно поднял с земли спящего Чоппера. — Я отнесу его на корабль, — сказал он Робин и направился к Нами.

Глядя ему вслед, Робин, теперь с кошачьими ушками на голове, не смогла сдержать легкой улыбки. Она что-то прошептала себе под нос, прежде чем подняться и последовать за ним.

Если бы кто-то стоял рядом, он мог бы расслышать:

— Лжец… Это же совсем не работает.

Но в бескрайнем поле ее слова, наверное, услышал только ветер.

...

К этому времени Луффи и остальные уже собрались у «Гоинг Мерри». Когда подошли Вир и Робин, все тут же уставились на странные ушки на голове последней.

— Эй, почему у Робин уши на голове? У нее еще одна пара выросла? — спросил Луффи.

— Это же просто аксессуар, идиот, — раздраженно бросил Зоро.

Санджи, однако, уже через мгновение оказался перед Робин, его глаза сияли.

— Робин-чшуууан! Какая прелесть!!!

Сердечки плясали в его глазах, пока он извивался перед ней в восторге. Робин мягко улыбнулась ему в ответ. Эта улыбка едва не сразила Санджи наповал!

Вир всерьез забеспокоился, как бы кок не умер от переизбытка чувств прямо здесь и сейчас, не оставив времени на реанимацию. Если верно, что «похоть — нож над головой», то над головой Санджи их висела как минимум тысяча. Даже оперировать его было сущим мучением: стоило ему заметить во время операции симпатичную медсестру, как швы тут же расходились… Такое случалось не раз. К счастью, с тех пор как перешли на «сварку», стало значительно проще.

БАМ!!!

— Ты, озабоченный дурак! Хватит загораживать Робин дорогу! Пошли уже!

Поддавшись «нежным» пинкам Нами, Санджи, стеная, поплелся к кораблю.

Как только все собрались подняться на борт, Нами заметила, что Луффи опять куда-то пропал. Оглядевшись, они наконец увидели его возле какого-то валуна. На вершине камня виднелось что-то похожее на большой гриб, который, очевидно, и привлек внимание капитана.

— Да неужели?! Нашел время грибы собирать?! — Кулаки Нами инстинктивно сжались.

Но не успела она применить свои «воспитательные меры», как гриб внезапно… встал!

— А? Это человек?

Все направились к Луффи. Лицо Робин в одно мгновение стало белее мела. Она узнала его! Аокидзи! Человек, преследовавший ее в кошмарах! Страх сковал ее ледяными тисками, дыхание перехватило. Она хотела крикнуть, остановить их — но было слишком поздно. Даже Вир уже подошел ближе.

Сжав кулаки до боли в костяшках, она заставила себя сделать шаг. Она должна их предупредить!