С небольшого холма, заканчивающегося крутым утёсом, открывался отличный вид на море, из-за чего он стал прекрасным местом для последнего пристанища той, которая когда-то провела немало времени, бороздя просторы этого самого моря. Несмотря на прошедшие десять лет с момента погребения, многочисленные дожди и постоянный солёный ветер с моря, могила и местность вокруг неё ничуть не пострадали. Было совершенно очевидно, что кто-то постоянно ухаживал как за самой могилой, так и за местностью вокруг. И этот «кто-то» и сегодня был здесь.

У большого деревянного креста лежал букет свежих цветов и несколько мандаринов, а прямо напротив креста, поджав под себя ноги, сидела красивая девушка, лет двадцати на вид. Высокая, загорелая, стройная, с фигурой в виде песочных часов, и со светло-синими волосами средней длины, подвязанными красным шёлковым ремешком. Тёмные бриджи, светлая майка, соблазнительно обтягивающая выдающуюся грудь, и светлые босоножки на ногах. Хотя всё же самым первым делом, — хорошо, вторым, всё-таки грудь у неё действительно выдавалась, — на что бы обратил внимание любой человек, так это на большую татуировку, покрывающую значительную часть её правой руки и верхнюю область груди. Татуировка не представляла собой ничего определенного. Ветвящиеся линии, точки и лёгкие закругления — словно руку девушки опутали ветви какого-то куста или дерева.

— Бель-Мер, за прошедшие пару месяцев, я уже, наверное, успела тебе надоесть, — чуть улыбаясь, произнесла девушка. — Но я ничего не могу с собой поделать, — тяжело вздохнув, добавила она. — Прошло уже больше года, с тех пор как я в последний раз видела Нами. Ты и сам знаешь, что она ещё никогда не пропадала на столь долгий срок. Самое большое, на шесть месяцев и то только один-единственный раз. С каждым днём я волнуюсь за неё всё сильнее и сильнее… и надеюсь всё больше и больше. Надеюсь, что моя маленькая сестрёнка, наконец, нашла своё счастье и больше никогда не вернётся на этот богом забытый остров. Нами не заслужила такой жизни. Моя маленькая сестрёнка заслуживает счастья… Ты же тоже так считаешь, Бель-Мер?

Нодзико — именно так звали загорелую красавицу, сейчас сидящую у могилы своей приёмной матери. Девушка владела небольшой мандариновой фермой, доставшейся ей в наследство от покойной матери. Собственно именно поэтому на могиле Бель-Мер и лежали свежие мандарины. Хотя непосвящённому человеку такое подношение могло показаться немного странным. Однако в округе не было никого, кто бы не знал историю жизни бывшей дозорной, оставившей свою службу ради воспитания своих приёмных дочерей. Нодзико была её старшей дочерью — серьёзным, спокойным, уравновешенным ребёнком, а Нами младшей. Та самая Нами, которую сейчас всё Ист Блю знало как «Королеву Монстров», «Милосердную Королеву» и уже почти всеми забытую «Кошку-Воровку». И, наверное, учитывая каким непоседливым и проблемным ребёнком росла Нами, не было ничего удивительного в том, кем в итоге она стала. Хотя люди с острова, включая Нодзико, ещё ничего об этом не знали. И на это существовало сразу несколько причин.

Во-первых, уже больше восьми лет на острове и в окрестных водах заправляла пиратская команда рыболюдей, под предводительством бессердечного Арлонга. Никто не мог покинуть или причалить к острову без их ведома, поэтому люди, живущие на острове, оказались фактически отрезанными от внешнего мира. Арлонг позаботился о том, чтобы даже газеты им не доставляли. Информация до жителей просто не доходила. Естественно, информация о Нами не стала исключением. В результате, ни Нодзико, ни кто-либо ещё на острове, просто не знали о существовании команды охотников за головами, давно уже наводящей ужас на всех пиратов Ист Блю. И не только пиратов. С другой стороны, даже если бы Нодзико услышала слухи о существовании некой Нами, по прозвищу «Королева Монстров», она бы всё равно не смогла поверить, что речь идёт о её младшей сестрёнке. Мало ли в мире живёт девушек, носящих имя Нами?

Во-вторых, Нодзико ничего не знала о внешнем мире по той простой причине, что Нами никогда и ничего ей не рассказывала, за вычетом каких-то общих деталей. Такая уж она была. Нодзико только и знала, что её младшая сестрёнка взялась грабить пиратов, чтобы насобирать сто миллионов белли для покупки Кокояси — их родной деревни, — а всё остальное Нами всегда оставляла за кадром. Даже тогда, когда она, поначалу, возвращалась на остров вся израненная, она всё равно отказывалась рассказывать какие-либо подробности, предпочитая отговариваться общими фразами. Затем, постепенно набираясь опыта, она стала возвращаться не только без ран, но и с каждым разом приносить всё больше и больше денег. И Нодзико просто перестала спрашивать. Пусть никогда и не переставала волноваться. И надеяться.

Каждый раз, когда Нами уходила в море, Нодзико искренне надеялась, что в этот раз она просто плюнет на неё саму, их деревню, весь их остров, Арлонга с его бандой, после чего больше никогда не вернётся. Видит бог, жители деревни сделали для этого более чем достаточно, тщательно демонстрируя рыжеволосой девушке своё презрение. Почему так получилось? Для ответа на этот вопрос нужно вернуться на восемь лет назад, когда Нами, ещё будучи маленькой девочкой, вступила в команду Арлонга. Она сделала это только для того, чтобы выкупить свою родную деревню, Кокояси, но о своих истинных мотивах рассказала только своей любимой старшей сестре. Так Нами в одночасье стала предательницей для всех жителей острова, а главное для всех жителей её родной деревни. Естественно, долго такая тайна оставаться тайной не могла.

Старейшина деревни, Гэндзи, приходящийся сёстрам кем-то вроде любимого дядюшки, довольно быстро вызнал у Нодзико всю настоящую подоплёку сделки. И вот с тех пор, все в деревне знали, что Нами изо всех сил старается спасти их всех. И именно поэтому, никто в деревне не показывал к ней своего настоящего отношения. Чтобы, если она когда-нибудь решит всё бросить и сбежать, она могла спокойно жить, не мучаясь мыслями об их судьбе. Отсюда и двоякие чувства Нодзико, по поводу долгого отсутствия Нами. С одной стороны она искренне волновалась за судьбу своей младшей сестрёнки, — неужели с ней что-то случилось? — а с другой, столь же искренне надеялась, что та, наконец, решилась их бросить. Однако чувство страха всё же было сильнее.

Нодзико не верила, что Нами действительно могла их бросить. Кому как не старшей сестре знать насколько упряма её младшая сестрёнка? К сожалению, такие мысли только добавляли беспокойства Нодзико. Раз Нами не могла их бросить, но при этом её не было уже больше года, тогда, вероятнее всего, с ней…. На этом месте Нодзико старательно отгоняла все плохие мысли прочь. И чтобы хоть как-то поддерживать свой душевный покой, она, в последние несколько месяцев, взяла в привычку чуть ли не ежедневно приходить на могилу своей приёмной матери. В конце концов, у кого ещё просить защиты для младшей сестрёнки, как не у их любящей матери? К счастью девушки, её волнениям сегодня должен был настать конец. И не только её. И не только волнениям.

— Солнце уже высоко, поэтому мне пора работать, — произнесла Нодзико, поднявшись с колен. — Ты ведь и сама знаешь насколько тяжело в одиночку ухаживать за целой мандариновой рощей — работы у меня непочатый край. И спасибо что снова выслушала меня, Бель-Мер, но, боюсь, через день-два я вернусь снова. Слишком сильно я переживаю за свою младшую сестрёнку… Ха-ха-ха… Ничего нового, правда? Нами с самого детства была у нас той ещё непоседой… Ты уж присмотри за ней… И до следующий встречи, Бель-Мер.

Последний раз бросив взгляд на могилу, Нодзико отвернулась и начала спускаться с пологого холма, на котором и располагалась могила её покойной приёмной матери. Настроение, несмотря на ярко светящее солнце и радостное щебетание птиц в лесу, было ни к чёрту. И оставалось оно таким ровно до того момента, пока в поле её зрения не показался родной дом, из трубы которого вилась тонкая струйка дыма. Сердце, на мгновение замерев, заколотилось с удвоенной силой. Она невольно прибавила шаг. Потом ещё прибавила. И ещё. В конце концов, не удержавшись, она перешла на бег. Почему? Потому что в мире был только один человек, который бы, без разрешения войдя в её дом, стал бы топить печь. И только одному человеку вообще могло понадобиться топить печь в её доме. Так оно и оказалось.

Едва не снеся дверь с петель, Нодзико ворвалась в дом и замерла. Самым первым делом она отметила длинную, пышную, роскошную гриву волос, столь знакомого ей с детства цвета спелого мандарина. Затем обладательница роскошных волос, занимающаяся готовкой обеда, повернулась в её сторону, и Нодзико замерла уже совсем по другой причине. Девушка представшая перед ней бесспорно являлась её младшей сестрой, но… И вот от этого самого «но» она невольно забыла о том, что ей нужно дышать.

Последний раз, когда Нодзико видела свою младшую сестрёнку, та балансировала на грани между угловатым подростком и юной девушкой. Однако рыжеволосая красавица, которую Нодзико сейчас видела перед собой… Тут скорее подходило словосочетание «молодая женщина», чем «взрослая девушка», настолько… настолько взрослой выглядела Нами. И дело было даже не столько в её внешности, — хотя и это тоже, — сколько в излучаемой ею ауре непоколебимой уверенности и спокойствия. Словно все проблемы в мире просто перестали для неё существовать. Или нет, не так! Словно она теперь могла справиться слюбой проблемой, в чем бы эта самая проблема ни заключалась. И что ещё важнее, так это радость Нами. Чистая, ничем не замутнённая, радость! Последний раз, когда Нодзико видела свою сестру настолько счастливой, Бель-Мер была ещё жива… Больше восьми лет назад.

В следующую секунду, впавшая в ступор девушка оказалась заключена в медвежьи объятья своей совершенно уже точно немаленькой сестры. Как так? Грудь Нами, на размер, а то и все два, оказалась больше её собственной! А ещё, как бы Нодзико не хотелось сказать по-другому, но объятья её сестры на самом деле походили на медвежьи. Первые несколько мгновений она на полном серьёзе опасалась, что Нами просто переломает ей кости, настолько сильно она сдавила её в своих объятьях. Настолько сильной стала её сестра за время своего неестественно долгого отсутствия. Нодзико оказалась приподнята над полом, словно большая плюшевая игрушка. И тут она поняла ещё один факт — Нами возвышалась над ней на добрых полголовы. И пусть отчасти дело было в белых босоножках с высоким каблуком, произошедшие с её сестрой изменения просто поражали. Словно прошел не год, а десять лет. Спрашивается, куда делась её маленькая сестрёнка, и кто эта уверенная в себе молодая женщина?

— Как же я рада тебя видеть, Нодзико! — радостно произнесла счастливо улыбающаяся Нами. Она, наконец, поставила свою старшую сестру обратно на пол и слегка отстранилась, при этом не убирая своих рук с её плеч. — Не могу поверить, что прошло уже больше года с тех пор, когда я видела тебя в последний раз! Ты даже представить себе не можешь, как же сильно я по тебе соскучилась! — на этом месте она снова заключила сестру в свои медвежьи объятья.

— Думаю, я вполне могу себе представить насколько ты скучала, — немного сдавленно ответила Нодзико, когда ей снова позволили дышать. — Однако я должна сказать тебе, что ты изменилась. Сильно изменилась.

Она потихоньку приходила в себя от испытанного ею шока.

— Правда? — чуть удивленно произнесла Нами, после чего, отступив от сестры на шаг назад, заинтересованно оглядела себя. — Мне кажется, какой была, такой и осталась… Разве что волосы немного отрастила и грудь себе малость наела.

— Малость? — эхом повторила Нодзико, невольно переведя взгляд на полноценное «оружие массового поражения».

Голубое бикини, казалось, вот-вот было готово капитулировать под натиском того, что изо всех сил пыталось скрыть под собой. Никакой «малостью» тут и не пахло. Она волей-неволей заинтересовалась, чем же именно питалась её сестрёнка весь последний год, что смогла наесть себе такое? Впрочем, надо признать, грудь Нами выглядела шикарной не столько из-за своих размеров, сколько из-за самой их обладательницы. Нодзико ничуть не лукавила, когда говорила о том, что её сестра сильно изменилась. Рост, волосы, грудь, аура — все изменения были заметны и по отдельности, но главное как они смотрелись вместе.

Нами и раньше никогда не жаловалась на внешность. Однако на фоне себя нынешней, она с тем же успехом могла быть гадким утенком, который только теперь вырос в прекрасного лебедя. И насколько бы Нодзико не хотелось признавать такой факт, но её сестра стала слишком красивой. Её красота казалась едва ли не противоестественной… Разве может кто-то быть настолько красивыми? И как вообще человек способен измениться настолько сильно, за столь малый срок? Да и всё ещё побаливающие ребра не давали Нодзико забыть о новоприобретённой силе сестры, большей похожей на нечеловеческую силу рыболюдей. Кстати о них… Раньше Нами предпочитала носить одежду, которая бы закрывала её руки, а заодно и вытатуированный на левом плече пиратский флаг команды рыболюдей. Сейчас же она сверкала своими оголенными плечами и, судя по всему, ничуть не переживала о так ненавидимой ею татуировке.

В итоге, едва улегшееся беспокойство Нодзико за судьбу Нами начало подниматься с новой силой, только теперь уже по совершенно другим причинам. Слишком уж неестественными выглядели произошедшие с её младшей сестрой изменения. Что же довелось ей пережить, за время её столь непривычно долгого отсутствия? Нодзико ничуть не сомневалась, что столь разительные изменения с Нами произошли по той же самой причине, по которой она пропала больше чем на год.

— Нами, где ты была? — прямо спросила Нодзико. — Пропадать на столь долгий срок… На тебя это совсем непохоже.

Уловив в голосе сестры неприкрытое беспокойство, счастливое выражение на лице Нами уступило место немного грустному, но в то же самое время необычайно нежному.

— Не волнуйся, всё нормально, — она снова подошла к сестре и успокаивающе потерла её плечи. — Со мной всё хорошо. Просто… просто я, наконец, нашла своё место в этом мире. Не скажу, что оно особенно спокойное или безопасное, но теперь, когда я его нашла, не променяю его ни на одно другое.

— Нашла своё место? — переспросила немного сбитая с толку Нодзико.

— Да, я нашла себе семью… Вернее, семья нашла меня, — чуть подумав, тут же поправила сама себя девушка. — А затем моя новая семья ещё долгие два месяца старательно объясняла мне, что теперь, когда я стала одной из них, никуда мне уже от них не деться.

Нашла себе семью? Стала одной из них? Никуда от них не деться? Нодзико с трудом понимала о чём шла речь, но с каждым произнёсённым словом происходящее нравилось ей всё меньше и меньше. Объяснения звучали так, словно Нами наткнулась на второго Арлонга, который, так же как и первый, заставил её вступить в свою команду. Самое забавное? Нодзико, по сути, была не так уж и неправа. Разве что после знакомства со своим капитаном, Нами, — на полном серьёзе и по весьма уважительным причинам, — стала считать Арлонга не более чем безобидной аквариумной рыбкой. По крайней мере, таковым она стала его считать в сравнении с Луффи и Зоро.

— Нами, тебя что… опять заставили вступить в какую-то пиратскую команду? — Нодзико и сама не знала, чего было больше в её голосе, удивления или страха.

Каков шанс наступить дважды на те же самые грабли? В смысле, такие грабли? Нами тоже хороша. Продолжительное общение с Луффи опять дало о себе знать, поэтому вместо нормального объяснения, она начала «болтать» не под делу. И ей показалась забавной реакция Нодзико.

— Я бы не сказала, что он заставил меня вступить, — задумчиво ответила Нами, после чего направилась к плите, чтобы вернуться к приготовлению обеда. — Скорее он сделал мне предложение от которого я не смогла отказаться… Изначально, всё это должно было стать лишь временным сотрудничеством. Только потом поняла, что никакого временного сотрудничества с ним быть не может в принципе, но к тому моменту уже было поздно. Теперь буду с ним до конца своей или его жизни. И не только я. Нас уже таких шестеро. Хотя пятый ещё даже не представляет с кем он связался, а шестой все ещё наивно полагает, что он сможет избежать рук Луффи… Откровенно говоря, такая наивность просто умиляет. Единственный шанс избежать рук Луффи — это вовремя пустить себе пулю в висок. Вот только, чтобы это понять, нужно сначала оказаться в его руках. Однако к тому моменту твоя жизнь уже будет принадлежать ему, поэтому и пулю в висок себе пустить ты не имеешь права, а он такой приказ никогда не отдаст. Так лёгко и просто отделаться от него нельзя.

— Луффи? — только и смогла произнести Нодзико, расширенными глазами наблюдая за Нами.

— Монки Д. Луффи, если говорить совсем точно, — пояснила девушка. — Капитан «Соломенных Шляп». Мой капитан.

— «Соломенных Шляп»? Значит, ты из-за этого носишь соломенную шляпу у себя на спине?

И действительно, поверх роскошных волос Нами болталась старая, сильно потрёпанная, соломенная шляпа. Шляпа держалась на чёрном шнурке, повязанным вокруг её шеи.

— Что? А, ты про неё… — Девушка, заведя руку себе за спину и взяв шляпу, сначала посмотрела на неё, после чего надела себе на голову. — Нет, это шляпа моего капитана. Он мне её дал в качестве талисмана, а также напоминания того, кому я теперь принадлежу. И ещё она выступает чем-то вроде наглядного подтверждения моего главенства. Пока у меня есть эта шляпа, я могу свободно отдавать приказы монстру такого калибра, которого ты даже представить себе не сможешь. И ещё двум его ученикам. Но ты сильно не заморачивайся об этом, скоро и сама всё поймёшь, — словно невинный ангел улыбнулась она, когда заметила на лице свой старшей сестры совершенно непередаваемое выражение.

Умение поставить мозги собеседника раком — одно из самых главных умений, тщательно взращиваемых Луффи в каждом члене своей семьи. И все они любили этим умением пользоваться. Если не считать Зоро. С другой стороны, он бы, наверное, тоже бы полюбил, но вот беда-печаль, чтобы использовать упомянутое умение требовался ещё один человек. Более того, второй человек не только должен хотя бы иногда вставлять собственные реплики, но ещё не пытаться постоянно грохнуться в обморок от страха, и не заниматься одним лишь вымаливанием собственной жизни. Ещё он обязательно должен быть живым, — что логично! — потому как мертвому мозги не запудришь — ему уже пофиг. К сожалению, у Зоро всегда возникали трудности со всеми перечисленными критериями. Зачастую, люди в его присутствии, — если не падали в обморок сразу или не умирали от одного из его мечей, — обычно вообще не соображали от ужаса, либо просто были готовы соглашаться со всем им сказанным. В таких условиях пудрить мозги весьма проблематично.

— …

В этот момент, Нодзико, окончательно дезориентированная всем услышанным, попыталась сесть на ближайший стул, и едва не загремела на пол, когда выяснилось, что на стуле лежал серебряный кейс.

— Что это? — невольно спросила она.

Девушка ещё никогда в жизни не видела подобного «чемодана».

— Ты про кейс? — обернувшись от плиты, спросила Нами. — Это всё Луффи. Ему чем-то не угодили чёрные чемоданы, поэтому он потратил почти тридцать миллионов, чтобы заказать вот такие вот кейсы под все наши деньги. Понятия не имею с чем это связано, но Луффи был совершенно непоколебим, когда говорил, что деньги в серебряных кейсах смотрятся намного круче, чем в чёрных чемоданах. Как по мне, так они и в чёрных чемоданах смотрятся вполне неплохо… Хотя не буду отрицать, что серебряные кейсы мне нравятся больше. Стильно выглядят, неправда ли?

Нодзико с трудом вычленила главное из всего сказанного — в серебряном кейсе лежали деньги.

— Это… ум… твоя последняя добыча? — неуверенно спросила она.

— Не совсем, — отложив деревянную лопаточку в сторону, которой секундой ранее помешивала поджаривающийся лук, и, убрав сковороду с плиты, Нами подошла к сестре. — Вспомнив сколько золота натаскала в свой тайник, решила не тащить к Арлонгу нечто столь тяжёлое и объемное, поэтому, с разрешения Луффи, взяла всю сумму сразу из запасов нашей семьи. — На этом месте она подняла кейс со стула и положила его на стол, после чего щелкнула замками и откинула крышку, продемонстрировав Нодзико содержимое кейса. — Ровно сто миллионов, ни на белли больше или меньше. Прямо из банка, и самыми большими купюрами. Здесь тридцать шесть пачек, в каждой пачке чуть меньше трех миллионов.

— !!!

Нодзико могла только молча стоять и смотреть, вытаращив глаза на такую огромную кучу денег.

— Согласна, завораживающее зрелище, — Нами понимающе усмехнулась. – Особенно когда видишь такое в первый раз в жизни.

— Откуда… откуда ты их взяла?! — очумелый взгляд Нодзико переместился с содержимого кейса на рядом стоящую сестру.

Нами получала от всего происходящего намного больше удовольствия, чем бы ей следовало. Хуже всего, что она сама прекрасно это осознавала, но ей и в голову не пришло остановиться. Она во всём винила Луффи. И небезосновательно. Он всегда был в чём-нибудь виноват, а уж в этом конкретном случае и подавно.

— Я же тебе уже объяснила, — деланно-терпеливо произнесла она, словно разговаривала с неразумным ребёнком, а не со своей старшей сестрой. — Я взяла эти деньги у Луффи.

— Да кто такой этот твой Луффи?!! — в конце концов, не выдержала Нодзико, сорвавшись на крик.

— Я же тебе уже говорила, — снова деланно-терпеливым тоном, ответила Нами. — Монки Д. Луффи. Капитан «Соломенных Шляп». Мой капитан. И он один из тех людей, которые считают себя едва-едва сводящими концы с концами бедняками, если у них под рукой нет хотя бы одного миллиарда белли.

Нодзико, наконец, обессилено опустилась на освобождённый от кейса стул. Буквально пятиминутный разговор с младшей сестрой оставил её ослабленной настолько, насколько не ослабляла полноценная дневная работа на ферме. Хуже всего, что день только начался.

— …Значит, теперь у тебя есть все сто миллионов, так? — после пары минут молчания, спросила она.

— Так! — уверенно кивнула от плиты Нами.

— …В смысле, ты теперь можешь выкупить нашу деревню, так?

— Так! — снова кивнула рыжеволосая девушка.

Нодзико точно знала, что в этот момент должна начать прыгать от счастья… Вот только почему-то прыгать ей совсем не хотелось. Более того, несмотря на тот факт, что деньги лежали буквально перед её носом, — кейс так никто и не закрыл, — она сильно сомневалась в их реальности. Откровенно говоря, она уже всерьёз начала сомневаться в реальности всего происходящего, а не только денег. Может, по дороге от Бель-Мер, она где-нибудь запнулась и хорошенько приложилась обо что-то головой? Бредовые видения — это бы сразу объяснило, почему она никак не может ничего понять.

— …Получается, ты сегодня заплатишь Арлонгу? — наконец, задала она самый главный вопрос.

— Возможно, — уклончиво ответила Нами.

— Возможно?

— Дело в том, что я уже была у Арлонга и пообещала ему принести все деньги к вечеру. Вот, теперь жду его хода.

— Его хода?

Нет, серьёзно, у Нодзико всё больше и больше складывалось впечатление, словно её младшая сестра, несмотря на знакомые слова, научилась говорить на каком-то совершенно непонятном языке. В конце концов, как ещё можно объяснить тот факт, что она сама только и могла глупо переспрашивать, хотя раньше понимала сестру с полуслова? Да какого там полуслова! Раньше Нами и говорить-то ничего не нужно было, а она уже прекрасно знала не только о том, что собирается сказать её младшая сестрёнка, но и о том, что предпочтёт оставить недосказанным. И вот теперь Нодзико не понимала свою сестру даже тогда, когда она говорила вслух.

— Дело в том, что я сильно сомневаюсь в данном Арлонге слове, — тем временем, совершенно беззаботно ответила Нами.

В мире было не так уж много вещей, которые смогли бы вернуть фокус Нодзико ещё быстрее, чем прозвучавшее откровение.

— Хочешь сказать, он не сдержит своё слово?! — невольно воскликнула она, приставая со стула. — Но ты же сама говорила о том, что Арлонг всегда держит своё слово, если дело касается денег! — с отчетливо слышимыми нотками отчаяния в голосе, произнесла она.

— И это действительно так, — согласно кивнула рыжеволосая красавица.

— Угх! — натуральным образом схватилась за голову Нодзико, рухнув обратно на стул.

Опять! Нами опять это сделала! Совершенно понятные слова, и совершенно непонятный смысл! Однако если бы Нодзико могла видеть лицо своей сестры, она бы сразу поняла, что чертовка просто над ней издевается. И не только издевается, но ещё и получает от этого массу удовольствия! Даже выбранная тема не могла испортить ей настроения. Да и с чего бы ему портиться? Всё уже произошедшее, происходящее сейчас и все будущие события, которым ещё только предстояло произойти, на самом деле, не более чем хорошо поставленный спектакль, лично написанный и срежиссированный Луффи.

Вот только спектакль, на его взгляд, был настолько примитивный и скучный, что он даже не соизволил «выйти на сцену», ограничившись лишь «работой из-за кулис». Нами ничуть не сомневалась, что если бы дела обстояли иначе, сейчас бы мозги её сестре выкручивала не она сама, а её капитан. И, вероятнее всего, он бы выкручивал не только мозги Нодзико, но и её собственные. Да и всем попавшимся под руку тоже. Однако Луффи, вместо участия в спектакле, по написанному им же самим сценарию, предпочёл тренировать Усоппа и Санджи. Хотя, опять же, Нами ничуть не сомневалась, что Луффи столь демонстративно устранился не только по уже упомянутым причинам. Для него такое было бы слишком просто и очевидно, а ещё скучно и чересчур нормально. Правда, о других причинах его решения можно было только догадываться.

— Если ты говоришь Арлонг всегда держит своё слово, когда дело касается денег, почему тогда решила, что он его нарушит? — спустя какое-то время, так и не отнимая рук от головы, Нодзико задала сам собой напрашивающийся вопрос.

Нами только этого и ждала, поэтому тут же охотно пустилась в объяснения.

— Дело в том, что мой капитан очень доходчиво растолковал мне логику людей вроде Арлонга… Или рыболюдей, если говорить про наш случай. И как он говорит, человек может следовать либо Духу данного им слова, либо его Букве. Знаешь в чём разница?

Естественно Нодзико не знала. Девушкой она была умной, и ей пришлось немало испытать в своей жизни, но мира, как такового, она не видела. Как в своё время и Нами, ещё до встречи с Луффи. И это несмотря на тот факт, что к тому моменту она успела побывать чуть ли не во всех уголках Ист Блю.

— Разница в том, что если следовать Духу данного слова, заплатив Арлонгу деньги, наша деревня действительно станет свободной. Без всяких дополнительных «но» и всего такого прочего. Однако Арлонг из тех людей, которые следуют не Духу данного ими слова, а его Букве. Это, в свою очередь, означает, что если я принесу ему деньги, он действительно продаст мне деревню Кокояси, но никто не помешает ему захватить её повторно. Или установить налог для любого жителя, решившего покинуть её пределы. Вариантов много.

Нодзико почувствовала, как её грудь сдавливают стальные тиски. Восемь лет… Они терпели долгих восемь лет и… и всё было напрасно? Все их страдания были напрасны? Получается, всё это время, Нами просто так рисковала своей жизнью? Годы и годы стараний, чтобы взамен получить очередные страдания? К счастью, прежде чем Нодзико успела окончательно погрузиться в омут отчаяния, она почувствовала теплую ладонь сестры на своей голове.

— Не волнуйся, всё будет нормально, — мягко улыбнулась Нами. — Вот в чём-чём, а в этом ты можешь не сомневаться. Я лично прослежу за этим.

И от того, каким тоном были сказаны последние слова, Нодзико почувствовала, как по её спине забегали мурашки. Она никогда в жизни не слышала подобного тона у своей сестры. И она готова была повторять это снова и снова, но… Намиизменилась.

— Если всё так, как ты говоришь, зачем тогда сказала Арлонгу о том, что ты собрала всю необходимую сумму? — задала очередной вопрос Нодзико, когда снова взяла под контроль свои эмоции, а рыжеволосая красавица вернулась к плите.

— Я задала практически аналогичный вопрос своему капитану, когда он сказал мне так сделать, — хмыкнула Нами. — Скажи, как бы ты поступила на месте Арлонга? Взяла деньги, и потом бы начала искать способ возобновить наш контракт на прежних условиях? Или ты бы предпочла отобрать у меня деньги заранее, используя третью сторону, сделав вид будто ты тут вообще не причём?

— Логичным было бы использовать третью сторону, — ответила Нодзико. — Хочешь сказать, Арлонг наймёт кого-нибудь отобрать у тебя деньги до того, как ты ему их отдашь? Но кого он наймёт? На острове нет людей, которые бы смогли справиться с подобной задачей… Да и людей, которые бы добровольно захотели взяться за нечто подобное тоже нет.

— Это подводит нас ко второй причине, почему я сказала Арлонгу про деньги, — Нами бросила через плечо довольную улыбку в сторону своей сестры. — Ты не находишь, что, учитывая, сколько времени Арлонг провёл на нашем острове, мы практически никогда не видели корабли дозорных? Даже если многие просто боятся приближаться к нашему острову, поведение дозорных всё равно вызывает серьёзные подозрения.

— Хочешь сказать, Арлонг платит кому-то из дозорных? — сразу же поняла Нодзико, куда клонит её сестра.

— Это очевидно.

— Думаешь, Арлонг заплатит дозорным, чтобы они отобрали твои деньги?

— Это Луффи так думает, но я с ним согласна, — ответила Нами. — Единственная проблема заключается в том, что дозорные могут просто не согласиться взяться за такую работу.

— Почему?

— Скажем так, — на лице рыжеволосой девушки вновь расцвела совершенно ангельская улыбка, — моя новая семья, за последние несколько лет, успела заработать себе весьма специфическую репутацию. Если дозорные, берущие взятки от Арлонга, обладают хотя бы зачатками мозга, они не просто откажутся от работы, а вообще порвут все отношения с ним и его бандой. Вот только Луффи уверен, что мозгов у этих дозорных нет, и за работу они возьмутся. И хотя мой капитан выглядит полным идиотом даже в свои самые лучшие дни, я ещё не помню случая, когда бы он ошибался.

— И что же за репутация у твоей новой семьи?

— Ммм… Если кратко, то с нами предпочитают не связываться. Ни дозорные, ни пираты… Да и мирные жители, в большинстве своём, тоже.

— Это что у вас за репутация такая? — нахмурилась Нодзико.

— Лучше не думай об этом! — от чистого сердца посоветовала ей Нами. — Лучше давай, иди, помой руки, у меня уже всё готово.

Нодзико только теперь обратила внимание, что её сестра всё это время готовила не просто обед на двоих, а полноценный пир на десятерых.

— Ты что, хочешь закормить пришедших за твоими деньгами дозорных до смерти? — пошутила она, рассматривая количество приготовленной еды.

Нами непонимающе посмотрела в ответ.

— Закормить до смерти? — она перевела взгляд обратно на кастрюли. — Да таким количеством одного Луффи не накормишь, не говоря уже про всю свору моих проглотов. По их меркам это не более чем лёгкий перекус.

— По их меркам? — непонимающе склонила голову на бок Нодзико.

— Сейчас познакомлю! — расцвела улыбкой Нами. После чего подошла к окну, выходящему на противоположную солнцу сторону дома и, открыв его, произнесла: — Мальчики, хватит валяться, пора кушать!

С удивлением поняв, что они вовсе не одни, Нодзико поднялась со стула и повернулась к двери. Затем, по мере того как в дом, один за другим, начали заходить приглашенные на обед «мальчики», она стала испуганно пятиться назад, пока не уткнулась спиной в противоположную от «мальчиков» стену. Двое из трёх вошедших, своими размерами, не так уж и сильно уступали размерам с детства знакомых ей рыболюдей. Вот только ни один известный ей рыбочеловек не обладал настолько развитой мускулатурой. У каждого из парней мускулы составляли едва ли не половину всего их размера. Третий из «мальчиков» так же обладал внушительной мускулатурой, но не такой как первые два, а ещё он заметно уступал им в росте. При этом именно он вызывал у Нодзико наибольший страх, практически ужас. Если первые два парня заставили её шумно сглотнуть, то от вида последнего у неё самым натуральным образом начали трястись ноги. Словно она опять маленькая девочка, а перед ней огромный монстр, Арлонг, только что убивший её мать.

— Нодзико, успокойся, — подойдя к своей сестре, и положив руку ей на плечо, произнесла Нами. — Возможно, они и выглядят посланниками Ада на земле…

— Эй! — раздался дружный, возмущённый возглас со стороны Джонни и Йосаку.

— … но на самом деле они довольно неплохие парни… Даже Зоро… Где-то глубоко-глубоко внутри… По крайней мере, так постоянно повторяет Луффи, а он, как я тебе уже говорила, всегда прав.

— Знаешь, по-моему, это тебе нужно завязывать так тесно общаться с нашим капитаном, — таков был ответ Зоро на слова Нами. — Это всё прозвучало подозрительно близко к тому, что сказал бы сам Луффи, — добавил он, усаживаясь за стол.

— Итак, знакомься, — произнесла Нами, обращаясь к Нодзико, полностью проигнорировав слова мечника. Таким своим поведением она только подтвердила всё им сказанное, потому что именно так бы и поступил Луффи. — Вот этого монстра в белом и красной повязкой на лбу зовут Рю, по прозвищу Джонни…

— Эту дурочку спасать уже поздно, — отозвался в ответ упомянутый Рю, так же как и Зоро усаживаясь за стол. — По пути Луффицирования она прошла дальше, чем кто-либо из нас. Хуже того, она ещё отказывается признавать этот очевидный факт. Для неё спасения уже нет.

— …Блондина-монстра в красном зовут Йосаку.

— Не волнуйся о ней, все там будем, — «успокоил» своего друга представленный Йосаку, усаживаясь за стол напротив мечника.

— …И, наконец, последним у нас идёт Зоро. Он первый помощник нашего капитана, и я тебе искренне советую держаться от него как можно дальше. Может быть, где-то глубоко внутри, он и хороший парень, но снаружи наш Зоро прирождённый убийца. Если он не убьёт в неделю хотя бы человек двадцать, такая неделя у него будет считаться прошедшей зря.

После подобного представления, Нодзико побледнела ещё сильнее, что ещё несколькими секундами ранее казалось невозможным: она и так уже была белее мела!

— Мальчики, а это Нодзико, моя старшая сестра, — встав за спину девушки и положив руки ей на плечи, представила её Нами. — И сразу же вас предупреждаю, что я очень сильно её люблю, поэтому лучше вам держаться от неё подальше. Она нормальная девушка и я хочу, чтобы она такой осталась даже после нашего ухода.

— Я не пойму, ты сейчас пыталась успокоить свою сестру или запугать её ещё сильнее? — спросил в ответ Джонни. — Если первое, то тебе явно нужно ограничить своё общение с Луффи-аники, а если второе, то тебе тем более нужно ограничить своё общение с Луффи-аники.

— Давайте лучше есть, — прежде чем Нами успела ответить, внёс своё предложение Йосаку. — А то мы ещё со вчерашнего дня ничего не ели, — добавил он, а его живот, в знак подтверждения, громко заурчал.

— Вам бы только жрать, — презрительно фыркнула рыжеволосая красавица, но, вопреки своим словам, тут же засуетилась, доставая глубокие тарелки и принялась разливать по ним суп.

По ходу дела она растормошила свою сестру, заставив её помогать. Накрыв на стол, Нами сама уселась есть, заодно усадив рядом с собой и Нодзико. Пока ели, никаких серьёзных тем старались не поднимать, поэтому застольный разговор в основном вёлся о том, что им может понадобиться на Гранд Лайне. И о том, что их вообще может ожидать в самом загадочном море в мире. Надо признать, принимая во внимание всё уже ими пережитое, планка ожиданий была установлена необычайно высоко.

— Нами, ты собралась на Гранд Лайн? — волнение или нет, но такую тему Нодзико никак не могла оставить без внимания.

— Не я, а мы все, — поправила девушка свою сестру. — Вся наша семья. Когда мы разберёмся с Арлонгом и его бандой, нам просто нечего будет делать в Ист Блю.

— Кстати об Арлонге, — Зоро чуть склонил голову на бок, словно к чему-то прислушиваясь. — Кажется, он проглотил наживку.

— Рыба она и есть рыба, что с неё взять? — выдал мысль Джонни.

— Ты что-то услышал? — уточнила у мечника Нами.

— Так точно, мой капитан! — усмехнулся тот в ответ, заставив её обиженно надуть губы.

Парни хоть и слушались Нами, — никто из них не хотел получить по шее от Луффи, — почти никогда не упускали возможности как-нибудь её «подколоть». Иными словами, они находили довольно забавным тот факт, что им нужно ей подчиняться, и даже не пытались этого скрыть.

— И что ты услышал? — спросила его девушка, требуя деталей.

— К пристани, возле твоей деревни, пришвартовался корабль. И судя по количеству голосов на нём, а также их перемещениям, я почти на сто процентов уверен, что к нам пожаловали дозорные.

— Кажется, Луффи-аники в очередной раз оказался прав, — озвучил и без того всем очевидную вещь Джонни. – А ещё мне интересно, насколько нужно быть отмороженным, чтобы решиться принять подобный заказ? — он протянул Нодзико свою пустую тарелку, и жестом попросил добавки.

— Мы никогда не трогали дозорных и все про это знают, поэтому, наверное, гниды посчитали, что им ничего не будет, — предположил Йосаку, заодно тоже протянув девушке свою пустую тарелку за добавкой.

– Дозорные ваши, а Арлонг мой! — сразу же попытался застолбить за собой самое многообещающее сражение Джонни.

— Это ещё почему?! — моментально возмутился Йосаку.

— Твой был Криг.

— А твоим стал Фальшивый Зомби!

— Фальшивого Зомби завалил ты!

— Не считается! Ты его уже побил к моему приходу, а я просто добил!

— В этот раз лучше сражайтесь вместе, — неожиданно произнёс Зоро. — Арлонг, может и не особо известен, если не считать его награды за голову, но, вероятнее всего, он всегда был и остаётся сильнейшим пиратом Ист Блю, поэтому у него вполне может найтись для вас несколько неприятных сюрпризов. К тому же, не стоит забывать, что он приплыл с Гранд Лайна, а это уже совсем другой уровень. Силой своих дьявольских фруктов вы его вряд ли удивите.

Нами, Джонни и Йосаку уставились на Зоро такими взглядами, словно не могли поверить в услышанное.

— …Ты не хочешь сразиться с Арлонгом? — вернув себе дар речи, недоверчиво спросила девушка.

— Почему же? Хочу!

— Но, тем не менее, собираешься вот так вот просто уступить его Рю и Йосаку?

— Луффи выдал мне другое задание, — наконец, пояснил Зоро.

— А-а-а… — понимающе протянул Джонни. — Кого он тебе сказал перебить? Дозорных?

— С чего ты взял, что он вообще приказал мне кого-то перебить? — немного раздраженно спросил мечник.

— Зоро-аники, — тяжело вздохнул Йосаку, — если ты так просто отказываешься от одного геноцида, совершенно очевидно, что ты просто собираешься устроить другой… Или ты хочешь сказать, что мы не правы?

— …

— Что и требовалось доказать, — развел руки в стороны парень. — Серьёзно, Зоро-аники, мог бы уже смириться и не спорить.

— Так что тебе сказал сделать Луффи? — не дав мечнику ответить, задала свой вопрос Нами. — Вряд ли просто перебить всех дозорных.

— На самом деле, фактически, именно это он мне и сказал сделать, — ответил хмурый Зоро. — Мне тоже налей, — тут же добавил он, когда Нодзико поставила перед Джонни и Йосаку их вновь наполненный тарелки.

— И через сколько дозорные будут здесь? — спросил Йосаку. — Мы поесть-то успеем или как?

— Думаю, полчаса у нас ещё есть.

— Зоро, что бы тебе не сказал Луффи, не вздумай устроить резню на ферме моей матери! — строго произнесла Нами. — Без шуток! Это приказ.

— На этот счёт можешь не волноваться, — успокоил её мечник. — Луффи сразу мне сказал, что перебить я их должен на их же корабле.

— Дай угадаю, — сухо произнесла девушка, — для антуража, так?

— Зачем спрашиваешь, если и сама знаешь, насколько Луффи любит показуху.

Когда-то, месяцев десять тому назад, Нами с трудом могла поверить, что кто-то может так беззаботно обсуждать будущие убийства других людей. Теперь она уже настолько привыкла слышать и участвовать в подобных разговорах, что и сама стала считать их не заслуживающими внимания. Поэтому только бледное лицо Нодзико напомнило ей о том, что сейчас среди них находится еще один человек. И сестра, как когда-то и она сама, вовсе не считала подобные разговоры не заслуживающими внимания.

— Не волнуйся, Нодзико, — улыбнулась ей Нами. — Всё будет в порядке. Мои мальчики годами работали охотниками на пиратов, поэтому, как бы дико это не звучало, но они уже давным-давно привыкли убивать различных мерзавцев.

— Вы охотники на пиратов?! — поставив вновь наполненную тарелку перед Зоро, девушка удивлённо оглядела сидящих парней.

— Бывшие охотники, — ответил мечник за всех. — Теперь мы сами пираты.

— Вы пираты?! — ещё более удивлённо воскликнула Нодзико. — Нами, и ты тоже?! — быстро сообразив, что к чему, она в шоке уставилась на свою сестру.

Принимая во внимание сколько несчастий пираты принесли в их дом, её шок был вполне оправдан и понятен.

— Лучше пока забудь, — опять посоветовала ей Нами. — Мы ещё поговорим на эту тему, но попозже, а сейчас давай есть. Иначе, после того как придут дозорные, нам станет не до еды, и мы останемся голодными.

Вполне естественно, что после всего услышанного Нодзико кусок в горло не лез, не говоря уже о том, что её буквально распирало от множества самых разных вопросов. Однако посмотрев с какой скоростью сметается еда со стола, она до поры до времени прикусила язык. И, тем не менее, парни едва-едва успели к приходу дозорных подчистить все приготовленные блюда.

Два десятка матросов, в своих фирменных одеждах, — бело-синие кепки с логотипом Морского Дозора, белые рубашки-безрукавки, синие платки на шеях, и тёмно-синие штаны, — сложив руки за спиной, усиленно демонстрировали миру непроницаемые лица. Впереди матросов, руки в карманах, стоял их капитан. Тощий, одетый во что-то среднее между плащом и кителем, он, со своими торчащими в разные стороны усиками и маленькой жиденькой бородкой, походил на мышь. Очевидно, он и сам об этом знал, иначе зачем бы ещё ему было надевать кепку с двумя маленькими ушами, один в один похожими на мышиные? Хотя опять же, оставался открытым вопрос, зачем кому-то вообще могло понадобиться косить под мышь? Или это было такое своеобразное проявление совести? Типа, раз я продажная крыса, значит, и выглядеть буду как крыса? Впрочем, о вкусах не спорят.

Помимо матросов и капитана, чуть позади и в стороне от всех, стоял староста деревни Кокояси, Гэндзи. В своей привычной тёмно-коричневой кепке с вертушкой, такого же цвета рубашке, шортах и сандалях. Неизменные чёрные усы и шрамы. Множество шрамов на всех открытых участках тела. В своё время он получил эти шрамы стараясь спасти Нами из лап Арлонга и его банды, о чём девушка никогда не забывала.

— Бывшая «Кошка-воровка», я так полагаю? — заговорил капитан вполне себе обычным голосом, тогда как девушка подспудно ожидала услышать мышиный писк, а не человеческую речь.

— А ты кем будешь? — опершись плечом о дверной косяк и сложив руки на груди, миролюбиво спросила Нами.

— Морской Дозор, капитан Нэдзуми, приятно познакомиться со знаменитой на всё Ист Блю «Королевой».

— И зачем же вы сюда пришли, уважаемый капитан Нэдзуми?

— Мы пришли за деньгами, которые ты украла, ещё будучи воровкой. В отличие от вознаграждений за головы пойманных или убитых пиратов, раньше ты получала деньги незаконным путём, поэтому они должны быть конфискованы.

— Интересно, и как же вы собираетесь узнать, какие деньги я получила законным путём, а какие нет? — с чарующей улыбкой на губах, из-за которой у всех присутствующих мужиков заметно покраснели лица, спросила девушка.

Ради забавы она решила поддержать устроенный дозорным фарс и, надо заметить, Луффи бы поступил точно так же.

— Действительно, мы не знаем какие деньги были получены законным путём, а какие нет, поэтому конфискованы будут все деньги и золото, какие нам удастся найти. Всё конфискованное, сверх ворованного, будет считаться своеобразным штрафом за твои прошлые прегрешения.

— Я смотрю, ты подготовился, прежде чем прийти сюда, — улыбка на лице Нами стала поощрительной. — Тогда ещё один важный вопрос, что ты и твои люди собираются делать с Арлонгом?

— Арлонг находится не в моей компетенции.

— А ты в курсе, что я состою в его команде и одна из его офицеров? — отстранившись от дверного косяка, она продемонстрировала Нэдзуми вытатуированный на своём левом плече флаг Арлонга. — Тронете меня или мои деньги, и вам несдобровать.

— Известная на всё Ист Блю охотница на пиратов сама состоит в команде пиратов? Какой позор! Вот будет скандал, когда все об этом узнают… Мне вот интересно, твои новые соратники знают о твоей пиратской жизни? Или ты удачно забыла упомянуть им про сей примечательный факт? Интересно, что они сделают, когда узнают? Чи-чи-чи…

Возможно голос у капитана и был нормальным, но вот смеялся он точно как самая настоящая мышь… Если допустить возможность того, что мыши на самом деле умеют смеяться. И всё-таки Нами не могла не отдать ему должное. Нэдзуми оказался намного умнее, чем она ожидала. Если первоначально она считала, что только полный отморозок рискнёт покуситься на её деньги, то теперь была вынуждена признать существование ещё одного варианта. Нэдзуми явно считал себя самым хитрожопым ублюдком в округе и, надо отметить, не без оснований. Окажись на её месте кто-нибудь другой, и всё происходящее вполне могло сойти ему с рук. Вот только на её месте была именно она сама и никто другой, что сразу всё меняло. Именно поэтому, для начала, она решила слегка опустить зарвавшегося дозорного с небес на землю.

— Как насчёт того, чтобы спросить моих соратников лично? Знают они про мою… ммм… пиратскую сторону жизни или нет?

Крыса крысой, но дураком Нэдзуми назвать было сложно. Он сразу сообразил к чему идёт дело, из-за чего заметно спал с лица, а стоило Нами отойти в сторону от дверного проёма, как его лоб и вовсе начал быстро покрываться холодным потом. Примерно так же отреагировали и стоявшие за ним матросы, когда из дома, на солнечный свет, один за другим вышли трое: Джонни, Йосаку и Зоро. От самоуверенности Нэдзуми и напускной непоколебимости морячков сразу же не осталось и следа. Легко скалить зубы, когда у тебя за спиной вооруженная толпа народу, а перед тобой стоит одна-единственная красивая куколка с большими сиськами. И совсем другое дело скалить эти же зубы на самых опасных людей Ист Блю. Более того, даже без учёта их репутации, каждый из них выглядел ходячей Машиной Смерти. И без того не шибко внушительно смотревшиеся морячки, на фоне таких монстров, и вовсе стали походить на стайку едва вылупившихся цыплят. Такие же мелкие и беззащитные, только цветом не жёлтые, а белые.

— Какие-то проблемы? — негромко спросил Зоро, взглянув на Нэдзуми.

— Я… я так понимаю, вы осведомлены о том факте, что ваша напарница состоит в пиратской команде? — с трудом, но всё-таки сумел выдавить из себя Капитан-мышь.

— У неё не было бы причин в ней состоять, если бы дозорные выполняли свою работу, а не брали взятки, — нехорошо оскалился мечник.

Нами, Джонни и Йосаку ни на мгновение не усомнились, что в этот самый момент он представил себе, как будет расправляться с Нэдзуми и его людьми. Слишком уж специфическим был продемонстрированный дозорным оскал. Предвкушающий и кровожадный. Такой оскал Зоро демонстрировал либо людям уже ставшими жертвами его меча, либо только собирающимися стать.

— К-как бы т-там ни было, мы сейчас пришли исполнить свой долг и в-вернуть ук-к-краденное, — пусть и запинаясь, обильно потеющий Нэдзуми всё-таки сумел выдавить из себя нужные слова.

Нами в этот момент стало понятным, что стоящий перед ней капитанчик, помимо чрезмерного самомнения, в какой-то момент своей жизни явно успел «потерять берега». По-видимому, он так давно якшался с различным отребьем, что успел прочно уверовать в свою полную неприкосновенность, из-за своей причастности к Морскому Дозору. Зоро, Джонни и Йосаку нагоняли на капитанчика жуть — это было очевидно! И тем не менее он всё равно продолжал искренне верить, что не только сможет выйти сухим из воды из сложившейся ситуации, но ещё и подзаработать, отобрав у Нами все её деньги. Похвальная самоуверенность, пусть и совершенно неоправданная.

— И что ты сделаешь, если мы начнём возражать? — оскал Зоро стал ещё более нехорошим, а его открытый глаз начал наливаться кровью.

Капитанчик шумно сглотнул.

— Если… если вы станете препятствовать исполнению нашего долга, тогда сами станете преступниками и больше не сможете заниматься охотой на пиратов… Вы ведь не хотите лишиться своего заработка?

— Не могу понять, то ли он умный, то ли просто самоуверенный идиот, — признался Джонни.

— Умный самоуверенный идиот, — Йосаку без труда решил дилемму своего друга. — Лучше дай мне огоньку, — добавил он, доставая из внутреннего кармана позолоченный портсигар и позолоченную гильотину.

— А кто сказал, что мы лишимся своего заработка? — проигнорировав парней, ответил Зоро. — Если вы сегодня все здесь умрёте, могу с уверенностью сказать, что никто ничего никогда не узнает.

От подобного заявления матросики и капитанчик заметно заволновались.

— З-здесь не в-все мои люди! На корабле осталось ещё достаточно матросов! Они заметят наше отсутствие и доложат куда надо!

Непонятно, умный он или идиот, но хитрожопый точно. Нэдзуми придумывал довольно грамотные ответы буквально на лету. Опять же, окажись на месте Соломенных Шляп кто-нибудь другой и подобные ответы вполне могли сыграть свою роль. Вот только, без всяких сомнений, капитанчик полностью растратил свою удачу за прошедшую жизнь: иначе бы он не стоял сейчас перед Зоро.

— Так в чём проблема? — ничуть не обескуражил мечника приведённый дозорным аргумент. — Сначала я убью всех вас, а потом схожу на корабль и убью всех оставшихся. Потом отведу корабль подальше от берега и пущу его на дно, после чего никто никогда ничего не узнает. Кроме того, Арлонг контролирует весь остров, поэтому даже если местные жители что-то увидят, они всё равно никому ничего не смогут рассказать. Тем более, вам, мёртвым, какое уже будет дело, понесу я наказание за ваше убийство или нет?

И не поспоришь. Пусть Зоро, по уже ранее упомянутым причинам, не научился толком ставить мозги своих собеседников раком, зато он в совершенстве освоил один из самых безотказных приёмов в арсенале Луффи. Назывался этот приём просто и незамысловато: «И чо?». Вы станете преступниками! И чо? Вы больше не сможете зарабатывать деньги! И чо? Вас объявят в розыск! И чо? По крайней мере, Нэдзуми сумел сообразить, что спор с Зоро выиграть невозможно. Тогда, — и всё же умный гад! — он быстро решил спустить всё дело на тормозах.

— Принимая во внимание ваши заслуги, пожалуй, Морской Дозор вполне может закрыть глаза на прошлые прегрешения «Королевы», — на полном серьёзе выдал он, словно сделав большое одолжение всем Соломенным Шляпам. —Мы не станем изымать её деньги, но взамен такое не должно больше повториться! Если она когда-нибудь снова вернётся к своему прошлому ремеслу, Морской Дозор будет вынужден объявить её в розыск, как преступницу! На этом у меня всё, поэтому теперь позвольте откланяться.

Резко развернувшись, Нэдзуми почти бегом припустил в сторону деревни, а, оттуда, без всякого сомнения, он собирался как можно быстрее попасть на свой корабль и отчалить.

— Всё-таки он умный, — удовлетворенно кивнул Джонни, наблюдая, как морячки дружной толпой рванули вслед за своим стремительно удаляющимся капитаном. — Обставил всё так, словно мы ему ещё в чём-то должны остались. Типа он нам одолжение сделал. Вдобавок, не стал пытаться давить дальше и не стал пытаться угрожать силой.

— Угрожать нам силой после того, как во всех газетах раструбили о том, что мы втроём перебили больше десяти тысяч пиратов? — выпустив в небо большое кольцо дыма, насмешливо произнёс Йосаку. — Будь он таким идиотом, его бы давно уже убили.

— Если учесть, что он всё-таки изначально решился рискнуть стрясти с меня деньги, особо умным его назвать всё же нельзя, — поделилась своей точкой зрения Нами.

— Перебили десять тысяч пиратов? — спросила показавшаяся из дома Нодзико. — Это в каком смысле?

— В самом прямом, но пока лучше об этом тоже не думай, — в очередной раз посоветовала ей Нами, после чего, уперев руки в бока, наехала на одного вполне себе конкретного мечника. — Зоро, что я тебе говорила по поводу убийств в саду моей матери? Что бы ты стал делать, если бы он решился атаковать?!

— Не волнуйся, всё было под контролем, — спокойно ответил парень. — Я уже говорил, что Луффи оставил мне чёткие инструкции, поэтому развязывать здесь драку я не собирался. Рискни он по-настоящему оскалить на меня зубы, как я бы сразу сдал назад… Потом, выполнять приказ Луффи стало бы ещё приятнее. Хотя не буду отрицать, я уже и так получу намного больше удовольствия, чем рассчитывал получить изначально.

— И что теперь будет дальше? — опять подала голос Нодзико. — Судя по тому, что я услышала, Арлонг действительно не собирается сдерживать данное Нами слово.

— ЧТО?!

Все присутствующие тут же повернулись к пришедшему вместе с дозорными старосте. После поспешного бегства морячков, он так и остался стоять на месте. По-видимому, мужчина не знал, как ему быть дальше. Однако он не мог проигнорировать слова, сказанные Нодзико.

— Арлонг не собирается продавать Нами нашу деревню, — пояснила синеволосая девушка старосте.

— Что?! Хочешь сказать… Хочешь сказать все эти восемь лет, что мы терпели… Всё это было напрасно?!

— Интересно, от кого же Гэн узнал, что я собираюсь выкупить у Арлонга нашу деревню? — не скрывая иронии в голосе, спросила Нами. — Сестрёнка, ты ничего не хочешь мне рассказать? — сложив руки на груди, добавила она.

Нодзико сразу же приобрела немного смущенный вид, однако ответить ничего не успела, вместо неё слово взял староста.

— Это я заставил её мне всё рассказать, — пояснил Гэндзи, натянув козырёк своей кепки на глаза, словно стараясь спрятаться от взгляда Нами. — Я не смог поверить, что ты на самом деле продалась Арлонгу, поэтому вызнал всю правду у Нодзико… И я рассказал об этом всем остальным… Мы всё знаем Нами, и всегда знали… Однако мы ничего тебе не говорили на тот случай, если бы ты…

— Решилась сбежать, меня не мучила совесть и всё такое прочее, — беспечно закончила за мужчину рыжеволосая красавица, слегка поболтав рукой в воздухе.

Нодзико и староста в шоке уставились на неё.

— Ты… ты знала? — спросила её сестра. — И давно?

— Не то чтобы я точно знала об этом… Просто Луффи, узнав всю историю, сразу же предположил, что ты обязательно должна была кому-нибудь разболтать мой секрет. Почему-то он не сумел поверить, что девочка-подросток сможет долго удерживать рот на замке, — Нами немного ехидно улыбнулась своей сестре. — И я тебе уже говорила, что Луффи никогда не ошибается. Следовательно, пусть я ничего не знала наверняка, но, на мой взгляд, особой разницы нет.

— А мне вот теперь стало интересно, что будет делать Арлонг, если ты ему сейчас принесёшь деньги? — ухмыльнулся Джонни, когда стало очевидным, что Нодзико и Гэндзи не могут найти слов для ответа.

— Возьмёт, а потом придумает что-нибудь ещё, раз с дозорными не получилось, — пожала плечами Нами. — Луффи тоже об этом говорил.

— Это-то как раз понятно, но мне любопытно, что именно он придумает.

— Хочешь проверить? — приподняла бровь девушка.

— Пас! — сразу же открестился парень. — Кто его знает, сколько он там будет думать? И что тогда? Ждать, пока его осенит новая идея?

— Ладно, ребята, я пошёл, — неожиданно двинулся с места Зоро. — Морячки так припустили, что если не потороплюсь, они на самом деле могут успеть свалить.

— А мы тогда что? — проводив взглядом мечника, Йосаку повернулся к Нами. — Пойдём разбираться с Арлонгом?

— Да, — кивнула она, — только сначала прихватим с собой пару вещей.

— А он у нас случаем не заблудится? — в отличие от остальных, Джонни продолжал смотреть подозрительным взглядом вслед Зоро, уже скрывшимся среди деревьев.

В отличие от дозорных, мечник направился к пристани напрямик, через лес, а не через деревню.

— Насколько я заметил, он обычно теряется, если страдает фигнёй, не использует Волю Наблюдения, если Луффи-аники не отдавал ему никаких приказов и ни о чём его не просил. Однако сейчас он как раз занят, не страдает фигнёй, использует Волю Наблюдения и выполняет задание Луффи-аники, поэтому вряд ли он потеряется, — успокоил своего друга Йосаку.

– Тогда нам лучше поторопиться, — предложил Джонни. — Не знаю, какие там конкретно Луффи-аники дал Зоро-аники указания, но сильно сомневаюсь, что их выполнение отнимет у него много времени. Не поспешим, и Арлонг может нам не достаться. Нами, какие ты там вещи хотела прихватить? — он повернулся к девушке. — Бери их быстрее, и пойдём!

— Не волнуйтесь, всего пара мелочей и можем выдвигаться, — ответила Нами.

И она уже сделала шаг в сторону двери дома, как её остановил обеспокоенный возглас старосты:

— Нами, вы что, на самом деле собираетесь сражаться с Арлонгом и его бандой?! Втроём?!

— Не волнуйся, Гэн, — улыбнулась ему девушка. — Всё будет в порядке, — произнесла она те же самые слова, что немногим раньше говорила своей сестре.

— Позволь… позволь мне хотя бы собрать людей! Если Арлонг на самом деле решил нарушить данное им слово, остальные жители деревни не останутся в стороне!

— Нами, Гэн прав, — поддержала его Нодзико. — Ни я, ни другие жители деревни просто не могут остаться в стороне, когда происходит что-то подобное. Мы все будем сражаться!

— По правде сказать, я даже не собираюсь сражаться, но, как бы сказал Луффи, какого чёрта? Можете собирать людей! Народ совершенно точно заслужил посмотреть на конец Арлонга ничуть не меньше меня, — усмехнулась Нами, после чего скрылась в доме, оставив Нодзико и Гэндзи молча переваривать её ответ.

Хотя, самое главное они поняли довольно быстро, поэтому на пару побежали в сторону деревни собирать местных жителей.