— Первый пункт? Что ещё за первый пункт? — закономерно заинтересовался Санджи.

Он не присутствовал, когда вскрылась вся «ужасная правда» о дальнейших планах Луффи, поэтому всё ещё пребывал в блаженном неведении.

— Наш капитан завёл себе дневник, куда теперь записывает все пришедшие ему в голову идеи, — Зоро «любезно» просветил блондина, усевшись обратно на своё место за столом и взявшись за недопитую бутылку вина.

Сигарета Санджи выпала из его раскрытого в ужасе рта, а сам он уставился на книжку в руках Нами, как… как… В общем, точно так же, как в своё время на неё смотрели все остальные члены семьи. И только Усопп всё ещё не осознавал серьёзности всего происходящего.

— Не сравнивай мою записную книжку с дневником! — Луффи недовольно посмотрел на своего первого помощника. — Дневники — это для маленьких девчонок! Настоящие мужики пользуются записными книжками и только записными книжками.

— Я думал настоящие мужики вообще ничем таким не пользуются, — произнёс Йосаку.

В этот момент ему сильно повезло, что у Луффи под рукой была Нами вместо его любимых револьверов. Это спасло бессмертного парня от очередного выноса мозга… в буквальном смысле слов.

— …

— Да всё-всё, молчу-молчу!

Йосаку поспешил примирительно поднять руки, когда заметил шарящий по столу взгляд Луффи, который явно искал, чем бы таким в него смертельно бросить.

— Ну и? — дрожащими руками вставив в рот новую сигарету и с трудом её подкурив, спросил Санджи после нескольких глубоких затяжек. — Какой там следующий пункт в этой дьявольской книжке? — посмотрел он на Нами.

— Второй и третий пункты отсутствуют, — опустив взгляд обратно в книжку, ответила она. — Четвёртым пунктом идёт уничтожение какой-нибудь секретной организации… Тут ещё написано, что «Барок Воркс» сойдёт… Что ещё за «Барок Воркс»?

— Неужели я и вправду написал «Барок Воркс»? — явно озадачился Луффи, после чего заглянул в собственную книжку в руках девушки. — Вот блин, точно! Как это я так ошибся? И никто меня главное не поправил, позор вам! — это уже было адресовано Зоро, Джонни и Йосаку. — Нами, ну-ка, дай-ка мне сюда мою книжечку, надо в ней кое-чего подправить.

— Так что за «Барок Воркс»? — вернув парню его книжку, Нами вопросительно посмотрела на сидящего напротив Зоро. — Что-то я не помню никакого «Барок Воркс».

Получив обратно свой «не дневник», Луффи тут же достал огрызок карандаша, специально припасённый для подобных случаев за ленточкой его шляпы, и принялся что-то чиркать в своём, опять же, «не дневнике».

— Для начала, не «Барок Воркс», а «Бардак Шваркс», — оторвавшись от бутылки, слегка усмехнулся Зоро.

Джонни, Йосаку и Санджи тоже сразу расплылись в улыбках.

— Я в тот раз был вместе с ними, — пояснил блондин, стоило ему поймать на себе вопросительный взгляд Нами.

— Мы в тот день как раз только-только собрались в очередной раз обчистить Багги, — начал рассказывать Джонни, — когда к нам заявился этот мистер номер семь…

— Неопознанный труп номер семь — вставил улыбающийся Йосаку.

— …и начал капать нам на мозги — невозмутимо продолжил Джонни, — этой их организацией, «Барок Воркс».

— С легкой подачи Луффи сразу превратившейся в «Бардак Шваркс».

— Придурок принялся рассказывать нам о том, какие они там все невероятно сильные, насколько нереально их много и что все их базы располагаются только на Гранд Лайн, — презрительно фыркнул Джонни. — Он нам хотел типа сказать, что настолько фантастически крутые парни могут жить лишь в самом опасном море из всех.

— В общем, мужик пел обычные дифирамбы, — резюмировал Йосаку.

— Собственно говоря, ничего такого интересного и оскорбительного, за что бы стоило его убить, он не говорил, — вставил Санджи. — По крайней мере, в начале, но потом ему пришлось немного умереть.

— Я так и не поняла чем они занимались, — произнесла недоумевающая Нами. — И зачем им понадобились конкретно вы?

— Я как раз об этом собирался сказать, — кивнул Джонни. — «Бардак Шваркс» — это организация битком набитая охотниками на пиратов.

— Ага, теперь ясно, зачем вы им понадобились, — понимающе кивнула девушка.

— Под их контролем находится несколько целых городов, куда они заманивают пиратов, а затем берут их в плен или убивают, — продолжил рассказ Йосаку, когда Джонни решил промочить горло пивом. — Всё оставшееся от пиратов имущество, они, понятное дело, продают или оставляют себе.

— То есть, прямо как мы сами до недавнего времени, — вставил Джонни, поставив опустевшую кружку на стол.

— Наши действия заинтересовали их Босса, так называемого Мистера Ноль.

— Будущий неопознанный труп номер зеро.

— Вот он и отправил к нам седьмого трупа, чтобы тот нас завербовал, — закончил с пояснениями Йосаку.

В этот момент Нами, наконец, поняла, откуда взялись все эти номерные неопознанные трупы. Попытка подчинить Луффи? «Ворксу» или «Шварксу» действительно было не место в этом мире.

— Самое забавное, что в качестве признания наших заслуг на поприще охотников за вознаграждениями, нам были обещаны должности сразу в числе Миллионс, а не Биллионс, — добавил Джонни.

Все парни, не считая Усоппа, тут же опять расплылись в улыбках.

— Миллионс? Биллионс? — невольно приподняла бровь Нами. — В смысле, Миллионы и Миллиарды?

— Наш будущий неопознанный труп номер зеро представляет собой труп с очень большими амбициями, — пояснил ей рядом сидящий Луффи. — Как мы потом выяснили в процессе допроса с пристрастием, на самом деле Миллионс насчитывается всего пара сотен, а Биллионс едва перевалило за полторы тысячи человек. И ещё любой Миллионс может отдавать приказы любому Биллионсу.

— Иначе говоря, нам было обещано, что, стоит нам вступить в их клуб по интересам, как в нашем подчинении сразу же окажется более полутора тысяч человек, — опять резюмировал Йосаку. — Помимо этого нам ещё пообещали, что если хорошо будем трудиться, со временем, вполне можем оказаться в числе номерных агентов.

— Таких всего двенадцать, плюс у каждого номерного агента есть своя пара, названная в честь дней недели и различных праздников, — добавил Джонни.

— Есть ещё тринадцатая пара, пара чистильщиков, которые устраняют агентов проваливших задание и предателей, — Йосаку выразительно провёл большим пальцем поперёк своего горла. — В случае смерти номерного агента, замену ему находят среди Миллионс.

— Прикол в том, что все Миллионс должны подчиняться номерным агентам, но любой из них с куда большей радостью собственноручно вскроет череп номерному агенту, чем выполнит его приказ. И вот обещанием, что мы, в будущем, сможем попасть в число номерных агентов, нас и пытались заманить в их организацию.

— Ведь это такая честь, быть номерным агентом! –прокомментировал Луффи полным сарказма голосом.

— По крайне мере, пока он говорил об этом сам, всё выглядело именно так, — усмехнулся Санджи. — Однако стоило нам начать жечь ему пятки, как он сразу запел совсем по-другому.

— Едва запахло жаренным, как он тут же рассказал нам, что половина номерных агентов дохнет не от рук пиратов, а от ударов в спину своих же людей из Миллионс, — произнёс Джонни.

— Важное уточнение, — приподнял палец Йосаку, — дохнущие номерные агенты относятся ко второй половине… Это агенты, начиная с шестого номера и по двенадцатый, — пояснил он в ответ на молчаливый вопрос Нами.

— Для такого чёткого разделения существуют какие-то причины? — вопросительно приподняла бровь девушка. — И чем они отличаются друг от друга? Хотя, конечно, вариантов тут немного.

— Думаю, ты и сама уже догадалась, — привычно раскурив свою сигару от пальца Джонни, Йосаку откинулся на спинку стула и закинул ноги на стол. — Всё дело в силе, — сделав глубокую затяжку, выпустил он вверх струю дыма. – Первая половина просто-напросто намного круче второй.

— Вроде как, все номерные агенты и их пары, начиная с Мистера Зеро, и заканчивая парой Мистера Пять, являются самыми крутыми ребятами в «Бардак Шваркс», — поддакнул Джонни.

— Иначе говоря, все в их организации нереально круты и пафосны, но первая пятёрка особо крута и пафосна даже среди таких фантастически невероятных ребят, — насмешливо произнёс Йосаку, довольно попыхивая своей сигарой.

Его слова и тон голоса не оставляли ни малейших сомнений в том, что он на самом деле думает об «крутых и пафосных» ребятах.

— И что? — спросила Нами после небольшой паузы, когда убедилась, что словесный фонтан парней иссяк. — Мы будем выслеживать эту группу, чтобы затем её уничтожить? — этот вопрос она адресовала непосредственно Луффи.

— А почему бы нет? — беспечно спросил он в ответ. — Я решил стать пиратом по той простой причине, что так я смогу быть абсолютно свободен в принятии решений… В разумных пределах, конечно.

— Это в каких же? — невольно заинтересовался Джонни.

По выражениям лиц остальных членов семьи можно было легко прочесть, что они тоже совсем не прочь услышать об этих самых «разумных пределах». С их точки зрения Луффи был тем ещё… беспредельщиком. Поэтому им было странно слышать о каких бы то ни было пределах.

— Разве не очевидно? – он обвёл взглядом всех присутствующих. — Я могу поступать по собственному желанию только до тех пор, пока мои поступки не приведут вас всех к смерти. Будь я совершенно один, тогда бы давно уже вовсю веселился в Новом Мире, но у меня есть вы, и это накладывает на мои действия определённые ограничения. Не сказать, чтобы эти ограничения были такими уж сильными, но, например, не имеет смысла плыть в Новый Мир, пока каждый из вас не овладеет двумя типами Воли… Вернее никто не мешает нам отправиться в Новый Мир хоть завтра с утра, только в чём прикол? В таком случае мне придётся ограничивать себя практически во всём, иначе вы все тупо умрёте… Ваших сил пока ещё недостаточно, чтобы я мог не задумываться о последствиях своих действий в Новом Мире.

Это был один из тех немногих случаев, когда он был предельно серьёзен. По нему легко можно было сказать, что он ничуть не преувеличивает и говорит всё так, как есть.

— Откровенно говоря, я даже не уверен, что моих нынешних сил достаточно для веселья в Новом Мире, — высказал Луффи практически кощунственную мысль. — Я имею кое-какое представление о силе наших будущих противников, и некоторым из них хватит одного лишь чиха в сторону того же Зоро, чтобы его распылило в кровавую пыль… И я бы даже не сказал, что сильно утрирую — его Воля всё ещё не достаточна сильна. Как вы понимаете, в таких условиях я не смогу со спокойной душой пинать в задницу каждого не понравившегося мне козла, что совершенно точно нельзя назвать свободой… Именно поэтому, после прибытия на Гранд Лайн, я планирую ещё два-три года развлекаться в первой его половине, что автоматом возвращает нас к «Бардак Шваркс». Раз у нас всё равно будет много свободного времени, так почему бы не потратить некоторую его часть на уничтожение тайной организации, привлёкшей к себе моё внимание? Мы в любом случае будем искать себе развлечения, возможности напоминать миру о себе и испытывать собственные силы, так почему бы тогда не начать с «Бардак Шваркс»?

В ответ на столь тривиальный вопрос Джонни, члены семьи совершенно точно не ожидали услышать от своего капитана целую речь. Да ещё настолько серьёзную речь, а не какой-нибудь его обычный бред. Над словами парня задумались все без исключения, но атмосфера за столом вовсе не стала тягостной. Безусловно, в своей речи он затронул по-настоящему серьёзные вопросы, но, помимо них, он также продемонстрировал свою заботу о семье, об их семье. И подобное тоже происходило чрезвычайно редко. Слишком уж сильно Луффи любил валять дурака. Нет, все они знали, что он никогда не позволит причинить им настоящий вред, — совсем другое дело вред небольшой, для обучения и закалки характера, такое парень мог проделать и сам, — но он редко демонстрировал свои истинные чувства. Тем не менее, когда это всё же происходило, никто из семьи не мог остаться равнодушным.

Так в своё время было с «Козырной Семьёй», когда стоило Джонни и Йосаку на самом деле оказаться в смертельной опасности, Луффи тут же перемешал в кровавую кашу всех врагов рядом с ними. Так было с Кригом, когда Луффи не пустил Нами участвовать в кровавом побоище. Так было с родным островом девушки, когда участь всех рыболюдей была предрешена тем простым фактом, что они посмели поднять на неё свои перепончатые руки. Их ждала смерть даже вздумай она неожиданно их простить — парень верил в прощение только после смерти. В любом другом случае лишь по-настоящему веские причины могли заставить его пощадить своих врагов. Например, если их смерть гарантировала смерть его семьи, но даже при таком раскладе отсрочка могла быть только временной. Стоило бы ситуации измениться, как Луффи бы сразу вернулся к своим «незаконченным делам».

На фоне Нами, Джонни, Йосаку и Зоро немного в стороне оказались Усопп и Санджи. Первый едва успел вступить в семью, поэтому ещё знать не знал свидетелем насколько редкого события он сейчас стал, а Санджи, несмотря на прошедшие два года, всё ещё более-менее сохранял ясный ум относительно Луффи… Или, если говорить откровенно, блондин не был настолько же неистово предан своему капитану, как все остальные члены семьи. В результате чего, такое открытое проявление заботы значило для него несопоставимо меньше, чем для них.

И этому имелось вполне простое объяснение.

Несмотря на всё проведённое со своей новой семьёй время, Санджи всё-таки не находился рядом с Луффи постоянно. Несколько недель или месяцев совместных тренировок и сражений, после чего блондин возвращался обратно в окружение своей первоначальной семьи, к старику Зеффу и остальным поварам. Не будет преувеличением сказать, что чувства парня к обитателям «Барати» были даже более сильными, чем к обитателям Гоинг Мерри. Если вынести за скобки Зоро, который был со своими тараканами в голове и скелетами в шкафу, то Джонни и Йосаку вообще не имели никакой семьи кроме нынешней. Для Нами новая семья стала настоящим спасением из беспросветного мрака, поэтому она уже успела невероятно глубоко привязаться к своим «мальчикам». В свою очередь, старик Зефф и повара из «Барати» для Санджи важны примерно так же, как Луффи, Зоро, Джонни и Йосаку важны для Нами. Узы блондина не были кровными, но, как и в случае семьи «Соломенной Шляпы», отсутствие кровного родства не имело никакого значения.

В тоже время, несмотря на свои прошлые привязанности, Санджи, в случае необходимости, всегда был готов отдать жизнь за любого члена своей новой семьи. Однако если Нами, Джонни, Йосаку и Зоро на полном серьёзе считали, что их жизни целиком и полностью принадлежат Луффи, то для блондина таким человеком был Зефф. В своё время, старик спас Санджи в обмен на свою ногу, корабль, людей, славу и силу… На самом деле, конечно же, всё было совсем не так, но для парня дела обстояли именно так. Он считал себя должником Зеффа, из-за чего упорно отказывался надолго покидать «Барати». И в этом его упорстве заключалась одна из основных причин, почему за два прошедших года, он так и не перебрался на Нечто, на постоянное место жительства. Санджи верил, что он должен защищать «Барати» даже ценой собственной жизни, ведь для Зеффа ресторан был самым дорогим на свете… Опять же, на самом деле, конечно же, всё было совсем не так, но только не для парня.

Вера — страшная штука! Как и Надежда, так и Любовь. Тем не менее, в своей жизни Санджи уже давным-давно руководствовался именно Верой. Верой в то, что его жизнь принадлежит Зеффу. Верой в то, что для Зеффа не было ничего важнее «Барати». Верой в то, что если понадобится, он должен отдать свою жизнь за ресторан. Ведь его жизнь принадлежит Зеффу, а для старика не было ничего важнее «Барати». Замкнутый круг вины. И именно из-за чувства вины Санджи не видел того, что было очевидно практически всем, кто хоть немного знал Зеффа и самого парня. Самое дорогое, что было у Зеффа — его ресторан? Да как же! Про такое было смешно даже слушать.

— И как мы будем искать этот твой «Бардак Шваркс»? — спустя весьма продолжительное время, нарушила установившуюся тишину Нами, когда вновь устроилась под боком Луффи. — Насколько я знаю, ты Гранд Лайном не интересовался… В смысле, информацию ты там получать не сможешь.

— Естественно не смогу! — возмущённо фыркнул парень. — Какой прикол знать всё наперёд? Однако после всего того, что я уже слышал о Гранд Лайн, лучше бы ему меня не разочаровать, иначе потом пусть весь мир пеняет на себя!

— Принимая во внимание, что ты умудрился заметно повлиять на этот самый мир из слабейшего моря из всех, ему в любом случае не повезёт, — теперь фырка удостоился сам Луффи, только не возмущённого, а насмешливо-саркастичного.

— …По крайней мере, если останусь довольным, я буду к миру более снисходителен, чем в противоположном случае, — после небольшой паузы, не очень успешно попытался оправдать себя парень.

За разговором о том, что они будут делать по прибытии на Гранд Лайн прошёл ещё целый час. За это время Санджи, вместе с вызвавшейся помочь ему Нами, прибрался на столе, а затем заставил его различными сладостями собственного приготовления. У вроде бы и так уже давно обожравшихся парней немедленно нашлось дополнительное место, поэтому сладости не залежалась. Хотя Зоро, разрывающийся между своим вином и чаем, выглядел крайне забавно… Правда, в итоге, он просто смешал чай с саке, из-за чего Санджи чуть удар не хватил. И вот всё вроде бы было хорошо, и ничего не предвещало беды, но ближе к трём часам ночи случилось то, что просто не могло не случиться.

— В смысле за пять дней? — недоуменно переспросил Йосаку у рядом сидящего Усоппа. — Какие ещё пять дней? Нас не было почти месяц!

— Почти месяц? — Усопп посмотрел на Йосаку таким взглядом, словно тот полный идиот. — Один день до Гаймона, пару часов на острове, пару часов до Барати, и четыре дня на самом ресторане. Если сложить всё вместе, получается, что вас не было всего пять дней… Про какой ещё месяц ты говоришь?

— …

Йосаку откровенно потерял дар речи.

— Я так и знал, что не могло всё быть настолько просто! — в то же время, почти с облегчением вздохнул Джонни.

Разговор мгновенно привлёк внимание всех остальных членов семьи, а едва попытавшегося чё-то там вякнуть Луффи, взяла на себя Нами — она накрыла его рот ладонью, не дав ему и слова сказать. Парень возмущённо замычал, но этим и ограничился, что, в свою очередь, было равносильно разрешению на свободный допрос длинноносого вруна.

— Усопп, хочешь сказать, для тебя прошло всего пять дней? — спросила девушка.

— Что значит для меня? – он наградил её таким взглядом, словно она сказал какую-то чепуху. — Пять дней они и есть пять дней!

— Гм… — выдал Йосаку.

Он озвучил общее мнение.

— Так, давай-ка разберёмся, — незамедлительно взял дело в свои руки Джонни, чрезмерное любопытство которого уже давным-давно не поддавалось никакому контролю. — Я правильно понял, что, по твоему мнению, прошло только пять дней с момента нашего расставания?

— …Я так понимаю, вы хотите меня убедить в том, что прошло не пять дней, а почти целый месяц, так? — уточнил Усопп полным скепсиса голосом. — Вы реально думаете, что после всего произошедшего я поверю в подобную чушь? — презрительно фыркнул он.

И вот что тут ему можно было возразить?

— …

— Получается, ты тренируешься только пару дней, и только после вашего прибытия на Барати? — спросил Йосаку, когда Джонни, как и он немногим раньше, потерял дар речи.

— Ну да… а что?

— Хочешь сказать, ты овладел Волей за пару дней, просто плавая вокруг ресторана с небольшим грузом? — усмехнулся Йосаку.

— Эй, груз у меня довольно большой! — искренне возмутился Усопп.

В конце концов, Луффи заставлял его плавать со специальными утяжелителями, совокупный вес которых равнялся полутонне… Откровенно говоря, длинноносый врун до этого знать не знал, что он вообще способен на подобный подвиг. Ещё неделю назад ему не хватало сил оторвать от земли сто килограмм, а сейчас он умудрялся плавать с полутонной дополнительного веса. И хотя он не понимал, как такое возможно, реальность говорила сама за себя.

— Ладно, пусть будет большим, — кивнул Йосаку, давно уже привыкший к совсем другим цифрам. — Но так как насчёт Воли?

— Что ещё за Воля?

— …

— Ты умудрился увернуться от удара Санджи, и при этом не знаешь, что такое Воля? — спросил Джонни, тогда как Йосаку уставился на длинноносого парня немигающим взглядом.

— Причём тут какая-то Воля? — недоуменно спросил Усопп. — Меня хотели пнуть в голову, конечно же, я увернусь! Любой бы увернулся!

— И каким же образом ты это сделал?

— В смысле? Он попытался пнуть меня в голову, поэтому я просто взял и увернулся!

— …Ты что с ним сделал? — наконец, озвучил Зоро общую мысль, посмотрев на Луффи. — Он использует Волю, но не понимает, что он использует Волю? Такое разве вообще возможно?

— Конечно же нет! — радостно ответил парень, когда Нами слегка приоткрыла ему рот.

— Тогда как он это делает? — ткнул Санджи пальцем в сторону явно ничего не понимающего Усоппа. — Это ведь явно не случайные проявления Воли, а полноценное умение.

— В смысле, как делает? — приподнял бровь Луффи. — Берёт и делает!

— …

— Если он всё понимает, как он тогда может не знать, что такое Воля? — снова озвучил общую мысль Зоро. — Это же, фактически, предвиденье… Как можно не понимать, что ты обладаешь предвиденьем?

На лице Луффи проступило самодовольное выражение по типу: «А я знаю то, чего не знаете вы, но вам я об этом всё равно не скажу!». Впрочем, стоило Нами понять, что больше они от него ничего не добьются, как она вновь закрыла его рот рукой, из-за чего его самодовольное выражение тут же уступило место выражению незаслуженно обиженного щенка… Во всяком случае, глаза были точь-в-точь!

Остальная часть семьи незамедлительно попыталась разобраться с тем, что умудрился Луффи сотворить с Усоппом, но, довольно предсказуемо, не добилась никаких результатов. Зато они выяснили, что Усопп вообще ничего не знал о Воле, но при этом крайне успешно применял Волю Обнаружения. Однако сам он её осознавал совсем не так, как её осознавал тот же Зоро. Если для мечника использование Воли Обнаружения было сродни предвиденью, — собственно, как и у всех, — то Усопп не отличал своё предвиденье от реальности. Иными словами, с его точки зрения, от удара он уворачивался не из-за того, что предвидел его, а из-за того, что он его видел. И убедить его в обратном не представлялось возможным. Теоретически можно было бы проявить намерение, но не нанести удар, дав Усоппу возможность увернуться от несуществующего удара и тем самым доказать его способность предвидеть. Вот только на практике, как и всегда, всё оказалось несколько сложнее.

Для начала, ни один человек, не владеющий Волей Наблюдения, не мог сознательно обмануть человека владеющего этой самой Волей, то есть, за исключением Луффи и Зоро никто в семье не был способен обмануть Усоппа. И всё бы хорошо, но довольно быстро выяснилось, что длинноносый парень видел дальше, — или правильнее будет сказать глубже? — чем Зоро. Усопп реагировал только на реальные удары, полностью игнорируя ложные намерения … и это было уже совсем за гранью Добра и Зла! Однако прежде чем все вокруг окончательно поверили в «Чёрную Несправедливость Мира», Джонни произнёс сокровенную фразу.

— Даже для истории про паровозик, который смог, подобный результат чересчур! — произнёс он с дикой смесью обиды, раздражения, злости и тоски в голосе.

Эффект оказался моментальным. Никто и понять ничего не успел, как лицо Усоппа стало белее мела, а затем начало стремительно и совсем не здорово синеть. Крупные капли пота выступили на лбу резко помертвевшего от страха парня, но самым главным был его взгляд. Секундное недоумение, — он как будто сам не понимал, что с ним происходит… вероятнее всего потому, что действительно не понимал, — начало стремительно уступать место накатывающему ужасу. Взгляд Усоппа потерял чёткость, его рот начал раскрываться в беззвучном крике ужаса, словно он увидел что-то запредельно жуткое, но полностью невидимое для других… Прежде чем пугающие метаморфозы успели зайти ещё дальше, в лоб парня прилетела вилка. Прилетела довольно сильно — достаточно, чтобы пустить кровь и вывести длинноносого вруна из его транса.

— Три-четыре! Три-четыре! Мы едем на каникулы! Усопп, приём! Приём, как слышишь меня? — это всё сказал широко улыбающийся Луффи.

Он улыбался настолько широко, что его глаза превратились в две едва заметные щелочки. В то же самое время он без проблем удерживал под мышкой отчаянно трепыхающуюся Нами, которой теперь уже он зажимал рукой рот. Впрочем, трепыхания девушки довольно быстро сошли на нет, когда она осознала, что сопротивление бесполезно. Замерев, она недовольно насупилась.

— А? — немного заторможено произнёс всё ещё мёртвенно-бледный Усопп.

— Ты хочешь спать! — непреклонным голосом заявил Луффи, всё так же не переставая широко улыбаться.

Это была настолько омерзительно-фальшивая улыбка, что у всех мурашки по коже забегали только от одного её вида.

— Я хочу спать? — недоуменно переспросил Усопп.

Из-за своего заторможенного состояния, он стал единственным, кто не мог должным образом оценить сложившуюся ситуацию.

— Ты хочешь спать! — кивком головы подтвердил Луффи.

— Я хочу спать, — согласно кивнул Усопп.

Выбравшись из-за стола, он несколько потерянно побрёл в сторону входа в ресторан, в дверях которого вскоре и скрылся, после чего повисло продолжительное и тягостное молчание. Все присутствующие никак не могли отвести взгляд от дверей, за которыми скрылся Усопп. Потом, вся семья, дружно, словно по какой-то неслышимой команде, повернулась в сторону Луффи, который, в кои-то веки, совершенно явно почувствовал себя виноватым… Во всяком случае, всем искренне хотелось в это верить.

— В своё оправдание могу сказать, что я не знал, насколько именно его нужно напугать, чтобы пробудить у него Волю, поэтому решил сразу же зайти с козырей! — зачастил парень, что с ним бывало чрезвычайно редко. — И вообще, раз мы нацелились на Гранд Лайн, я был просто обязать сделать его сильным в самые кратчайшие сроки! Иначе, будучи самым слабым в семье, он в будущем вполне мог умереть! Я же только о нём и заботился, поэтому ни в чём не виноват!

Очередные оправдания Луффи в очередной же раз никого не впечатлили. В переводе на обычный язык, его слова означали, что он прекрасно осознавал собственную вину, но, предсказуемо, признавать её не собирался. Хотя, в конечном итоге, самой возмущённой оказалась Нами, да и то лишь на фоне остальных. Парни изначально готовились к тому, что больше никогда не увидят Усоппа, — и готовились не столько в шутку, сколько всерьёз, — поэтому любой другой исход, с их точки зрения, выглядел положительным результатом… К тому же, Усопп пробудил Волю, а такое ему никто из парней не собирался прощать. Даже Зоро. И это показатель.

С другой стороны, Нами, когда Луффи её освободил, лишь немного побурчала, вяло попыталась воззвать к совести окружающих, закономерно потерпела полное поражение, и, на этом успокоившись, вернулась обратно под руку к парню. Тем более, как уже говорилось, вся семья, за исключением Санджи, давно уже считала, что их жизни принадлежат Луффи. И Усопп, соответственно, не исключение. Подобная фанатичная преданность вполне могла напугать, но в то же самое время, каждый из семьи знал, что Луффи был предан им с едва ли не ещё большим фанатизмом… Конечно, его преданность тоже была весьма своеобразна, и порой вообще не выглядела таковой.

На просьбу Зоро быстрее сделать его сильнее, Луффи, фактически, просто-напросто убил его. Однако попытайся кто-нибудь проделать такое с мечником помимо самого парня, и он бы, в отместку, если бы понадобилось, залил кровью и завалил трупами весь мир. И не как сейчас, когда его, пусть и с натяжкой, можно было назвать хорошим. Серьёзно, без шуток! В конце концов, своих жертв он находил среди различного сброда, в основном пиратского, по которому и так все виселицы дружно плакали. Нет, речь шла о такой ситуации, когда бы Луффи, преследуя одного-единственного человека, без раздумий бы уничтожил целую страну, со всеми её жителями, если бы конечным результатом стало убийство того самого «одного-единственного». Именно об этой Тьме, которую Луффи контролирует, и говорила Нами. И именно эта Тьма, как был непоколебимо уверен Зоро, заставит мир содрогнуться, когда какой-нибудь идиот всё-таки достанет кого-нибудь из их семьи.