– Идём, Усопп, поплывёшь вместе с нами, — бросил Луффи так и оставшемуся сидеть на месте «Кондориано».

— Мы куда-то поплывём? — тут же озадачился тот.

— А ты как думал? Спарринг или нет, начни мы сражаться на корабле, и «Барати» уйдёт под воду… Кстати, хорошая работа с Кондориано и армией нежити. Вот так и надо врать.

Усопп озадаченно посмотрел на Луффи.

— В смысле? Я всегда так врал!

— …Конечно, охотно верю.

— Как-то не похоже.

— Ты лучше скажи мне, как давно мы отплыли с твоего острова? — спросил Луффи, резко сменив тему.

— Что-то я не поня…

— Просто ответь на вопрос.

— Три дня назад, а что?

— Ничего, так, проверяю… А как насчёт паровозика, который смог?

Усопп мгновенно побледнел, а его лоб покрылся холодной испариной.

— Что-то… что-то мне к-как-то резко п-поплохело, — слегка заикаясь, произнёс он, принявшись испуганно ощупывать свой холодный влажный лоб.

— Не обращай внимания, — посоветовал ему Луффи, успокаивающе похлопав по плечу. — И давай поднимайся, вон и Санджи уже плывёт, — он опять поспешно сменил тему.

— А-ага, — чуть заторможено кивнул Усопп, вылезая из-за стола и направляясь вслед за Луффи. – Иду.

Местом предстоящего «боя» была выбрана небольшая скальная площадка, возле которой ресторан «Барати» и простоял на протяжении всего дня. Вообще, само появление «Барати» было связано с похожей скальной площадкой, возвышающейся прямо посреди моря. Если не особо вдаваться в подробности, то около десяти лет назад, когда старик Зефф ещё был не таким уж стариком и вполне себе действующей Легендой, капитаном пиратской команды, случился шторм. Роковой шторм.

В тот памятный день команда Зеффа, только-только вернувшаяся из своего путешествия по Гранд Лайну, грабила пассажирский корабль, на котором, в свою очередь, обычным помощником кока работал мелкий Санджи. И вот в самый разгар грабежа на сцепленные абордажными крюками корабли обрушилась огромная волна, из-за чего оба судна оказались разбиты вдребезги, а из всех людей выжили только два человека — Зефф и Санджи. Этих двух выбросило на скалистую безжизненную площадку, что возвышалась посреди моря. На этой самой площадке они провели несколько месяцев, с растущим день ото дня отчаянием ожидая спасительного для себя корабля. Их и без того немногочисленная еда довольно быстро закончилась, поэтому к моменту своего спасения они оба были полумёртвыми от голода.

Ирония их тогдашней ситуации заключалась в том, что, когда корабли потонули, старик Зефф успел прихватить с собой огромный мешок золота. У них было достаточно золота, чтобы купить себе целый ресторан, но при этом они всё равно медленно умирали от голода. Именно тогда у Зеффа и родилась идея о плавающем ресторане.

— Вот было бы хорошо, если бы где-нибудь посреди этого бескрайнего моря плавал самый настоящий ресторан, способный накормить любого человека, — сказал он Санджи в момент, когда уже почти умер от голода, и буквально за полчаса до их спасения.

Так вскоре появился плавающий ресторан «Барати». И маршрут его плавания был выбран отнюдь не случайно. На протяжении чуть более двух месяцев, ресторан медленно плавал от одной безжизненной скалы к другой, пока не замыкал большой неравный круг, и не начинал маршрут сначала. Кроме того, на каждой скале были устроены легко обнаружимые тайники с небольшим количеством провизии, и очень большим количеством сигнальных ракетниц. За десять лет существования ресторана, благодаря предусмотрительности Зеффа и Санджи, было, с одной стороны, спасено всего двенадцать человек, а с другой, целых двенадцать человек избежали одной из самых страшных смертей на свете. Мало что в мире могло сравниться с длительной и невероятно мучительной смертью от голода.

— Давай уже, показывай, что ты там придумал, если вдруг настолько сильно поверил в себя, — стоило им оказаться на скалистой площадке, Луффи сделал приглашающий жест рукой. — Учти, я ожидаю чего-нибудь впечатляющего. А тебе, Кондориано, лучше отойти подальше, — слегка наклонив голову в сторону Усоппа, добавил он.

Длинноносый парень, не будь дураком, тут же поспешил отойти куда подальше, от приготовившейся к «бою» парочки.

— Для начала предлагаю начать с лёгкой разминки, — предложил Санджи.

Он встал напротив Луффи, приблизительно на расстоянии пяти метров.

— Делай что хочешь, — прозвучал равнодушный ответ.

Было совершенно очевидно, что он не воспринимал серьёзно предстоящий «бой»… и не без оснований, поэтому Санджи ничуть не разозлился. Более того, блондин пребывал в предвкушении. Он действительно хотел узнать, насколько его новый приём окажется эффективным против Монстра подобного калибра. Однако сам спарринг парень открыл чередой обычных его ударов. Он не собирался сразу же доставать свой заготовленный козырь. Сначала он хотел оценить, насколько возросла его сила в нормальном состоянии. И всё бы ничего, но в его «обычных ударах» и «нормальном состояние» не было ничего обычного или нормального.

Стоящему в стороне Усоппу показалось, что Санджи просто взял и исчез, настолько быстро он двигался. За одну секунду он успел не только преодолеть разделявшие их с Луффи пять метров, но и нанести несколько ударов ногой. Будучи коком, он был воспитан с верой в бесценность собственных рук, поэтому всегда атаковал только ногами. Он не мог быть шеф-поваром без рук, поэтому во всех сражениях использовал стиль «Красной Ноги». Название появилось из-за того, что ноги человека, сражающегося подобным стилем, к концу битвы, становились красными от крови убитых врагов. По той же самой причине когда-то старика Зеффа прозвали «Красная Нога». Вполне понятно, что старый пират обучил Санджи своему стилю сражения, и тот добился в нём немалых успехов… Что ничуть не помешало Луффи полностью избежать двух первых его атак, и заблокировать третью.

— Сила и скорость заметно подросли, — одобрительно кивнул он, рукой остановив удар ноги.

Санджи, ничуть не обескураженный или расстроенной своей неудачей, незамедлительно атаковал вновь. На Луффи тут же обрушились удары со всех сторон, чудовищные по силе и молниеносные по скорости. Однако, плавно двигаясь из стороны в сторону и иногда используя руки, он без каких-либо заметных усилий принялся избегать или блокировать все атаки.

— …Рю и Йосаку ты победишь без проблем, но до Зоро тебе всё ещё очень далеко, и тут уже ничего не поделаешь, — спустя какое-то время, озвучил свой вердикт Луффи. — Пока не овладеешь Волей Наблюдения и Волей Вооружения, тебе с ним ни за что не сравниться… как, впрочем, и со мной, — добавил он, выставляя раскрытую перед собой ладонь.

Один из сильнейших ударов Санджи пришёлся прямо в центр ладони, но несмотря на чудовищную силу, ботинок парня оказался полностью остановлен в нескольких сантиметрах от ладони Луффи, словно врезавшись в невидимый барьер. Тем не менее, сила, стоящая за ударом, не могла просто взять и исчезнуть, поэтому блондин, вместе с мелкими камнями и песком под ним, оказался резко отброшен назад. Как будто он попал под очень сильный порыв ветра.

Сделав несколько полных оборотов в воздухе, Санджи всё же смог вывернуться и приземлиться на ноги, но окончательно остановиться он сумел только после того, как ещё метров семь проскользил ботинками по скале. Остановившись и вернув себе равновесие, парень поднял голову и посмотрел на своего противника. Луффи всё также стоял с выставленной перед собой рукой с раскрытой ладонью, и, чуть улыбаясь, смотрел на самого Санджи. Как и всегда, Луффи выглядел так, словно его можно было «соплёй перешибить», но блондин на собственном опыте знал, что выставленная в его направлении рука с тем же успехом могла быть монолитной стальной стеной… Только, пожалуй, шансов пробить стальную стену было не в пример больше. Однако парень пытался мыслить позитивно, ведь шансы всё-таки были, а всё остальное уже мелочи.

Пусть Санджи так до сих пор не смог овладеть ни одном типом Воли, теорию он знал на «отлично». Он был прекрасно осведомлён о том, что Воля Наблюдения позволяет человеку заранее знать обо всех действиях своего противника. Потрясающая способность, овладение которой многократно увеличивало боевой потенциал любого человека. Однако, потрясающая способность или нет, и у неё имелись недостатки. Например, если противник оказывался слишком быстрым, тогда человек, пусть и владеющий Волей Наблюдения, просто не успевал реагировать. Иными словами, человек мог абсолютно точно знать, что его противник скоро зарядит ему кулаком в нос, но он всё равно ничего не мог с этим поделать. Даже если он закрывал лицо, он тут же получал удар в ухо или живот, или наоборот. Предсказанный удар наносился или менялся быстрее, чем ставился блок. В таком случае способность «предвидеть будущее» становилась практически бесполезной.

Примерно на тех же самых принципах работала и Воля Вооружения. Человек мог покрыть свою руку Волей Вооружения, — как это, например, минутой назад сделал сам Луффи, — но если сила удара оказывалась слишком большой, Воля могла быть пробита. По-другому говоря, человек, владеющий Волей Вооружения, без всяких проблем мог остановить выстрел из пистолета, но не выстрел из пушки. В первом случае он не получал ни царапины, а во втором вполне мог умереть, пусть даже в обоих случаях использовал Волю Вооружения. Естественно, такой пример весьма условен, а в действительно всё было устроено несколько сложнее.

На самом деле пределы Воли (любого типа) если и существовали, то никто о них не знал, а если кто и знал, он не спешил делиться своим знанием с мировой общественностью. Это, в свою очередь, означало наличие гигантской разницы между пользователями Воли. Пока один человек с Волей Вооружения не мог остановить пушечный выстрел, другой, использую ту же самую Волю Вооружения, мог без единой царапины пережить атаку, способную уничтожить целый остров. Именно на этом понимании, и был основан… Нет, пожалуй, назвать затею Санджи «планом» было бы чересчур. Просто он знал, что Волю Вооружения Луффи можно пробить, если атака будет достаточно сильной. И, как надеялся блондин, теперь в его арсенале как раз и появилась «достаточно сильная» атака. Вот поэтому-то ему и не терпелось сразиться с Луффи. Вдруг, сегодня именно тот день, когда он сможет отомстить чёртовому Монстру за все свои мучения? Санджи не собирался упускать подобный шанс!

— Что-то я как-то не заметил особых отличий, — слегка поддел своего противника Луффи. — Ты обещал мне, что сегодня всё будет по-другому, но пока я этого не вижу. Твоя скорость и сила заметно подросли… как они всегда и росли, от спарринга к спаррингу, поэтому и здесь никаких отличий.

— Хочешь отличий, будут тебе отличия, — улыбнулся Санджи, после чего… завертелся на одной ноге.

Явно не ожидавший ничего подобного Луффи, невольно опустил руку, озадаченно уставившись на вертящегося парня. Скорость верчения оказалась настолько сильной, что он умудрился превратиться в маленький чёрный смерч, от чего челюсть Усоппа, всё так же стоящего в стороне, мощно повстречалась с землёй. Санджи продолжал вертеться, а Луффи продолжал на него смотреть, но теперь уже не столько озадаченно, сколько с неприкрытым любопытством.

Блондину потребовалось около пятнадцати секунд, прежде чем он остановился, и Усоппу с Луффи предстала умопомрачительная картина раскалённой ноги парня. Словно его нога изначально была железной, а теперь он ещё и нагрел её до температуры, близкой к плавлению, из-за чего она приобрела раскалённый ярко-белый цвет, ближе к колену переходящий в красный. Став в боксёрскую стойку, блондин согнул и поднял раскалённую ногу на уровень груди, оставшись стоять на одной ноге.

— Diable Jambe (Дьявольская Нога)… Огненная нога, раскалённая от высокой скорости вращения… она ничуть не уступает в силе ноге самого Дьявола, — оч-чень так внушительно произнёс Санджи.

С этими словами он, мощно оттолкнувшись от земли ногой, прыгнул вперёд, прямо на Луффи, сейчас едва ли не светящегося от восторга. Это был странный удар. Прыжок и последовавший за этим удар не выглядели быстрыми, но при этом они оказались молниеносными. И сам удар оказался мощным, дьявольски мощным! Словно Санджи неожиданно прибавил в весе, этак тонн пятьдесят-шестьдесят. И ещё он предсказуемо оказался горячим, дьявольски горячим!

От столкновения матово-чёрного предплечья Луффи и раскалённой ноги Санджи содрогнулась вся округа, а во все стороны, от места удара, полыхнуло самым настоящим огнём. От предшествующей этому волны воздуха, Усоппа вполне могло отправить в длительный полёт, но его спасла собственная же челюсть, успевшая так глубоко погрузиться в землю под ногами парня, что он даже не покачнулся. Однако, несмотря на всю силу, скорость и странность атаки, единственным, кто пострадал сильнее всего, стал сам Санджи. Правда, речь шла вовсе не о физических ранах.

— Не… не может быть!!! — в его голосе можно было отчётливо услышать ничем неприкрытое возмущение, удивление, а ещё нотки настоящего страха. — Даже этого оказалось недостаточно?!! — как и в случае с голосом, выражение его лица было дикой смесью возмущения, удивления и страха. — Да разве это вообще честно?!! — в этот момент ко всем уже перечисленным чувствам, прибавилась самая обычная обида, сделав выражение его лица ещё более странным. – В мире вообще существует хоть какая-то справедливость?!!

Причина подобной реакции Санджи крылась в эффекте его удара на Луффи… или, если говорить начистоту, в полном его отсутствии. Вернее эффект был, только совсем не такой, какой бы хотелось видеть блондину. Он, конечно, не рассчитывал сходу победить Монстра, — разве только в своих мечтах! — но тот даже не сдвинулся с места! Даже его чёртова рука не сдвинулась с места!!! Возмущению парня не было предела.

— Твоя нога горит! — уже совсем не буквально светясь от восторга, воскликнул Луффи.

Он выглядел подстать маленькому ребёнку, получившему долгожданный подарок на свой день рождения. Из такой его реакции, Санджи сразу стало понятно, что Монстра ничуть не впечатлила сила Diable Jambe (Дьявольская Нога), зато впечатлила сама раскалённая нога. И такое понимание высыпало ещё больше соли на свежие душевные раны парня. Он уже был в одном метафорическом шаге от того, чтобы на полном серьёзе начать ненавидеть чёртову Волю! И Луффи! Хотя, Санджи давно уже искренне верил, что ненавидеть Монстра полезно для здоровья, поэтому конкретно в этом не было ничего нового.

Раскалённая нога парня вернулась в норму, и Луффи тут же оказался рядом с ним. Присев на корточки и ухватившись пальцами за свой подбородок, парень принялся пристально вглядываться в ногу Санджи, словно такое разглядывание что-то могло ему объяснить. Впрочем, одним разглядыванием он не ограничился. Взявшись за штанину Санджи, — предварительно убедившись, что она не в саже, — Луффи задрал её вверх, а затем, оглядев абсолютно нормальную ногу кока, — даже волосы не опалило! — снова ухватился пальцами за свой подбородок, явно о чём-то задумавшись. И результатом его непродолжительных раздумий стало то, что он выпрямился в полный рост, а затем поднял руку, сжатую в кулак, на уровень своего лица и тут же покрыл её Волей Вооружения.

— Хм… как-то так… или не совсем, — принялся бормотать себе под нос Луффи, не сводя взгляда со своей матово-чёрной руки. — А может так? Тоже нет? Тогда вот так… Ага, понял! — и с этими словами его кулак вспыхнул огнём.

Челюсть Санджи звучно ударилась об землю, а глаза полезли на затылок. В свою очередь, челюсть Усоппа тоже бы опять с радостью упала на землю, но проблема заключалась в том, что она элементарно не успела вернуться на место, поэтому просто продолжила яростно окапываться дальше. Зато его глаза, преодолев затылок, всё равно продолжили уверенно ползти дальше, куда-то в район поясницы. И даже если не утрировать, лицо парня действительно представляло собой невероятное зрелище.

— Чёртов капец.

Удивление Санджи довольно быстро сменилось выражением какой-то прямо-таки детской обиды. Он стал выглядеть словно ребенок, у которого строгие родители мало того, что отобрали любимую игрушку, а его самого поставили в угол, так ещё сделали это в день его рождения, и прямо на глазах у друзей. Парню оставалось только громко зашмыгать носом и пустить слезу, после чего бы сходство стало идеальным.

— Блин, ну и круть!

Луффи, словно, — а словно ли? — решив поиздеваться над чувствами Санджи ещё сильнее, принялся играться со своей новой способностью. Пламя с его кулака сначала медленно поглотило всю его руку вплоть до самого локтя, чтобы затем мгновенно собраться на кончиках его растопыренных пальцев. Вдоволь налюбовавшись на пять трепыхающихся от легкого ветерка огоньков, он снова окутал пламенем всю свою руку и принялся экспериментировать с температурой, из-за чего цвет огня стал меняться от красно-жёлтого до ярко-белого, почти слепящего, и обратно.

Санджи был полностью раздавлен.

Ему самому потребовалось несколько месяцев весьма интенсивных тренировок, прежде чем окутывающее его ногу пламя достигло такой температуры, что огонь приобрёл слепяще-белый цвет. Луффи же сумел этого добиться за считанные минуты. Санджи не хотел звучать, как сломанная пластинка, но нет, серьёзно, разве это вообще честно? Разве не должны существовать хоть какие-то ограничения? Неужели вселенная действительно настолько несправедлива? От его былого боевого запала не осталось и жалкой искорки. Очередная дуэль с Монстром была закончена на ещё более плачевной ноте, чем обычно. Шаркая ногами по земле, разобиженный на весь свет блондин угрюмо побрёл в сторону лодки — оставаться ему здесь больше не хотелось.

Последующие несколько дней прошли в ожидании прибытия остальной части их семьи. Санджи, вполне предсказуемо, быстро оправился от полученного психологического удара, — всё-таки Луффи он знал уже около двух лет, — и, в ожидании прибытия своей Богини, целиком и полностью сосредоточился на готовке. И совсем несложно было догадаться, кто выступал в качестве главного дегустатора. Учитывая колоссальный опыт и чрезвычайно мерзкий характер парня, как минимум в Ист Блю, невозможно было найти более придирчивого дегустатора. Кроме того, когда дело доходило до тренировок чего бы то ни было, Луффи становился совершенно беспощадным, поэтому, семья или нет, он никому не давал спуску. Обычно это проявлялось во время спаррингов, но Санджи был коком, и основная его обязанность заключалась в готовке вкусной еды для всей семьи. В результате, именно в этом аспекте обучения блондина зловредность Луффи проявлялась сильнее всего.

Эгоцентричным парнем была забракована едва ли не половина из всех продегустированных им блюд, ещё значительная часть была сочтена «с голодухи есть можно», небольшой процент удостоился слов «неплохо» и «хорошо», и только пара блюд оказалась принята с неподдельным восторгом. Как ни странно, речь шла не о мясных блюдах, а об одном рыбном и одном овощном рагу. Все блюда с мясом наоборот оказались безжалостно забракованы, потому что такие блюда Луффи оценивал с особой пристрастностью и зловредностью. Зато неизбалованному изысками Усоппу понравилось абсолютно всё. Если бы не тренировки на скорость и выносливость, которые Луффи и не думал отменять, длинноносый канонир вполне бы смог набирать по паре килограмм в день, а так все лишние калории сжигались напрочь.

По вечерам Луффи играл со стариком Зеффом в Сёги или Го, и безжалостно выигрывал как в первом, так и во втором. С таким-то Эго? Ничего удивительного! Если абсолютную неприкосновенность семьи можно было назвать первым принципом Луффи, то «всегда побеждать» смело можно было назвать его вторым принципом. Если бы он не был уверен в своей безоговорочной победе, он бы никогда не сел за сто играть.

Помимо вечерних посиделок с Зеффом, дегустации блюд Санджи, а также загоранием или чтением книг во время тренировок Усоппа, Луффи ещё с удовольствием мастерил различные штуки для длинноносого парня вместе с ним самим. Как можно было понять из истории с деревней Усоппа, и его противостояния команде Куро, он сражался несколько необычным образом. Вместо пистолета — рогатка, вместо грубой силы — хитрость и мозги. Луффи, понятное дело, не собирался зарывать такой талант в землю, поэтому охотно поддерживал Усоппа во всех его изобретательных начинаниях. Тем более это ничуть не мешало Луффи подталкивать своего длинноносого канонира в нужном ему направлении. Чихательные пульки, вонючие подушки, ядрёный кетчуп — это, безусловно, было крайне занимательно и позволяло всласть поиздеваться над своим противником… но не убить. В чём и заключалась основная проблема.

Усопп всё ещё оставался невинным парнем, который никогда никого не убивал. Это не было такой уж большой проблемой, но всё равно, в один определённый момент, могло доставить изрядных неприятностей. Вот Луффи и подталкивал парня создавать всё более и более смертоносные штучки. Маленькие бомбы, бомбы взрывающиеся тучей отравленных игл, бомбы со смертельно ядовитым газом, и всё в том же духе. Усоппу нравилось изобретать различные опасные штучки, поэтому он охотно их создавал, но в тоже время сомневался в своей способности пустить такие изобретения по назначению. Зато Луффи ничуть не сомневался, благо он обо всём позаботился заранее.

Усопп, наивная душа, всё ещё не понимал, в какую семью попал. Хуже всего для него, что он был парнем, из-за чего ему изначально не светило никаких поблажек. Новоиспечённый член «Убийц Пиратов» давно уже считал себя «Пиратом», но теперь, под тщательным руководством Луффи, он стремительно приближался и к титулу «Убийца». За всем этим со стороны наблюдали Санджи и Зефф. Они видели, как день за днём Усопп всё глубже и глубже падал в кроличью нору, и даже не подозревал об этом. Требовалось лишь немного времени… В освою очередь, Санджи и Зефф понятия не имели, что Усопп ещё до встречи с ними успел не только достичь дна кроличьей норы, но и основательно там окопаться. Собственно, опять же, сам он об этом тоже не подозревал.

А потом приплыли Нами, Зоро, Йосаку и Джонни.

Давно уже ожидаемая встреча произошла перед самым обедом, как раз тогда, когда Усопп только-только закончил очередной этап своей повседневной тренировки и теперь отлёживался в прохладе одной из кают «Барати». В то же самое время Санджи экспериментировал с несколькими рецептами, в надежде добиться более насыщенного вкуса, чтобы хоть одно его мясное блюдо, наконец, оказалось по нраву его «не капитану». В смысле, чтобы оно действительно стало идеальным даже в глазах Луффи. Пока таких оценок удостаивались лишь блюда самого Зеффа, что крайне бесило блондина. Однако ещё сильнее его бесил тот факт, что блюда приготовленные по рецептам старика действительно были вкуснее его собственных. Именно поэтому, несмотря на трепетное ожидание прибытия своей Богини, непосредственно в момент её прибытия, он пропадал на кухне. Следовательно, единственным человеком, который увидел прибытие корабля «Убийц Пиратов», стал самый главный «Убийца». И, соответственно, он же стал единственным свидетелем их более чем странного поведения.

Луффи достаточно вольготно устроился в своём лежаке, в тени цветастого зонта, поэтому он не сделал ни единой попытки подняться на ноги и пойти встречать блудную часть своей семьи. Куда они денутся? Сами придут. И они пришли. И первым делом все дружно завалились спать. Сначала Нами бесцеремонно улеглась рядом с Луффи и положив голову ему на грудь, — а также обхватив рукой и ногой, — тут же умиротворёно засопела. Затем Зоро уселся под зонтом и, опёршись спиной о ножку зонта, свесил голову на грудь, чтобы, как и Нами секундой ранее, мгновенно заснуть. Йосаку и Джонни ограничились тем, что растянулись прямо на досках плавника, по разные стороны от лежака Луффи, после чего благополучно вырубились. И всё это без единого слова с чьей-либо стороны.

Как уже говорилось, прибытие корабля «Убийц Пиратов» никто не видел кроме Луффи, как никто не видел и их чрезвычайно странного поведения кроме него же, но, что самое главное, никто не видел выражение лица самого парня. У него ещё никогда не было настолько ошарашенной физиономии! Или, как минимум, никто из семьи никогда не видел на его лице подобного выражения. И, вероятно, никогда не увидят. Потому что момент прошёл, глаза Луффи вернулись со лба на положенное им природой место, как и отвалившаяся на грудь челюсть. Он быстро вернул себе самообладание, словно вповалку спящие вокруг него члены семьи были самым обыденным явлением на свете. Впрочем, вскоре появившемуся Санджи достаточно было увидеть свою Богиню, умиротворённо сопящую на груди парня, чтобы тут же в отчаянии рухнуть на колени и забыть обо всём на свете. В таком состоянии блондин бы точно не заметил никаких странностей.

Зоро, Нами, Джонни и Йосаку нагло продрыхли до самого вечера, — заслуга Луффи, который каким-то образом умудрился ничего себе не отлежать, — а когда проснулись, то дружно сделали вид, что ничего странного не произошло. И не продолжало происходить. Тот факт, что все четверо буквально не отходили от Луффи ни на шаг, конечно же, странным не выглядел совершенно. На взгляд Усоппа и Санджи, ребята вели себя так, словно умудрились дико соскучиться по своему капитану несмотря всего на месяц разлуки… На взгляд самого Луффи… неизвестно. Своими взглядами он делиться не спешил, но постоянно с неприкрытым подозрением косился в их сторону.

Тем не менее, всё сразу отошло на второй план, когда, ближе к ночи, Санджи закатил Пир, — именно так, с большой буквы, — для всей семьи. Дело, как всегда, происходило на одном из плавников и только в кругу семьи. Несмотря на тот факт, что в ресторане не осталось ни одного посетителя, к их семейному столу не был приглашён даже Зефф. Все искренне уважали старика, и в другой раз с радостью бы позвали его за свой стол, но «здесь и сейчас» намечался не просто Пир. «Здесь и сейчас» намечалось обсуждение ближайшего будущего семьи, — и не только ближайшего, — из-за чего посторонним за столом было не место, а Зефф, как ни крути, был именно посторонним.

Полуночный разговор начался с рассказа Йосаку и Джонни. Парни поведали Санджи, Луффи и Усоппу о том, как прошёл их предыдущий месяц и, в особенности, обо всём случившемся на острове Нами. Сама девушка, устроившись под левым боком Луффи, что у неё уже успело войти в привычку ещё перед расставанием, предпочитала отмалчиваться. Молчал и Зоро. Однако, когда рассказ Джонни и Йосаку подошёл к концу, Луффи, глядя на них, подозрительно прищурился.

— С Арлонгом и дозорным мне всё понятно, но я так до сих пор не услышал от вас самого главного, — произнёс он.

— Самого главного? — хором спросили сконфуженные парни.

С их точки зрения, они рассказали обо всём мало-мальски важном.

— Да, — уверенно кивнул Луффи. — Во всём вами сказанном не было никакого объяснения тому, почему Нами периодически пытается убить Зоро взглядом.

Упомянутый парень тут же сделал вид, что он понятия не имеет о чём говорит его капитан.

— Гм… — дружно замялись Джонни и Йосаку.

Они несколько опасливо покосились на Нами, и тут же получили в ответ тот самый «Взгляд Смерти», про который секундой ранее говорил Луффи, только теперь уже направленный на них самих, а не на зеленоволосого мечника. Парни сразу же уловив «намёк» девушки.

— Гм… — опять дружно выдали они.

Однако каким бы убийственным взглядом не обладала Нами, заинтересованное и крайне доброжелательное выражение проступившее на лице Луффи, сулило куда более страшные неприятности, чем недовольство девушки, каким бы сильным оно не оказалось.

— Зоро-аники… эээ… переспал с сестрой Нами, — будучи практически бессмертным, мужественно принял на себя удар Йосаку.

Санджи подавился собственной сигаретой, а девушка громко зашипела в сторону упомянутого мечника. Зоро, в свою очередь, убедительно сделал вид, что целиком и полностью сосредоточен на содержимом своей бутылки вина, из-за чего он ничего не слышит, и ничего не видит.

— ОН СДЕЛАЛ ЧТО?!!

Наконец, в буквальном смысле проглотив сигарету, Санджи вскочил на ноги. Его горящий завистью взгляд был направлен прямо на Зоро, который, несмотря на оглушительный крик, всё равно упорно продолжал строить из себя глухонемого. Он взял на вооружение один из излюбленных приёмов своего капитана.

— В смысле переспал? — в свою очередь принялся уточнять детали Луффи. — Это было на эйфории от победы или…

— Или, — как и Йосаку, понадеявшись на силу своего фрукта, кивнул Джонни. — Она, считай, целых десять дней с него не слазила.

— Хо-хо! Молоток, Зоро! — к вящему возмущению Нами, выразил своё полное одобрение Луффи.

— Не смей его хвалить!!! — вслух возмутилась девушка, и в дополнение к своим словам принялась больно щипать сидящего рядом с ней парня… Во всяком случае, теоретически, это должно было быть больно, но, на практике, довольное выражение и не думало исчезать с лица Луффи. — Она, между прочим, из-за него плакала!

Такое заявление заставило Зоро, Джонни и Йосаку удивлённо посмотреть на Нами. Впрочем, мечнику тут же пришлось отвлечься на разъярённого Санджи, который незамедлительно попробовал наказать «бессердечного ублюдка, довёдшего несравненную сестру божественной Нами-сан до слёз».

— Лично я не помню, чтобы Нодзико плакала, — несколько скептически произнёс Джонни.

— Тоже ни разу не видел, — поддержал его Йосаку.

— Я и не удивлена, — презрительно фыркнула в их сторону девушка. — Вам, мужикам, лишь бы только кого-нибудь затащить к себе в постель, а о последствиях вы никогда не думаете!

— Между прочим, если не считать борделей, то практически все женщины, с которыми я когда-либо был, сами прыгали ко мне в койку, так что не надо тут валить всю вину на нас, мужиков! — справедливо возмутился Джонни, протестующее складывая руки на груди.

– И ты сама знаешь нашего Зоро-аники и его отношение к женщинам, — вставил своё веское слово Йосаку. — Можешь обманывать себя сколько хочешь, но лично я в жизни не поверю, что именно он затащил Нодзико в постель. Всё случившееся явно была её инициатива, и она заранее знала, что Зоро-аники с ней не останется. Следовательно, всё случившееся не его вина.

Тут Нами крыть было не чем. В семье все знали друг друга как облупленных, поэтому она прекрасно понимала, что Йосаку сказал правду. Зоро действительно, сколько она его знала, крайне вяло реагировал не только на женщин, а вообще на людей, в подавляющем большинстве случаев предпочитая тактику полного игнорирования. Учитывая подобное поведение, его внешность и репутацию, народ, вне зависимости от пола и возраста, обходил мечника по широкой дуге. Только единицы добивались от него того, чтобы он обратил на них внимание. И на памяти девушки, он никогда не проявлял интереса первым. Обычно кто-то сам проявлял инициативу или ситуация складывалась таким образом, что Зоро просто не мог продолжать молчать, в результате чего завязывалось знакомство. Тем не менее, даже при таких обстоятельствах, если он кем-то и заинтересовывался, так только людьми обладающими немалой силой воли… Например, такими как Нодзико… Но даже так, было крайне сомнительно, что он стал бы первым, кто проявил инициативу.

— …Всё равно все мужики козлы, — упрямо заявила Нами.

Она напрочь игнорировала тот факт, что сама постоянно и с удовольствием сидит под боком у одного такого вот «козла»… Вернее Козла без всяких кавычек и с большой буквы, но причина тут заключалось совсем не в том, что Луффи — парень.

— …И это не отменяет того факта, что Нодзико плакала из-за Зоро, — чуть подумав, опять же, упрямо добавила девушка.

Она прекрасно понимала, что умудрилась проиграть спор ещё, фактически, до его начала, но просто так признавать своё поражение явно не желала.

— Да когда она плакала-то?! — возмутился Зоро.

Он всё ещё продолжал отбивать атаки невероятно упорного Санджи, что всем сердцем желал наказать «подлого наглеца»… И вовсе не из-за дикой по силе зависти, нет! Только и исключительно из чувства справедливости! Правда, какой именно справедливости и для кого конкретно, можно было только предполагать.

— Когда мы уплывали, чурбан ты бесчувственный! — припечатала парня Нами. — Хоть бы попрощался нормально!

— Да я нормально попрощался! – совершенно искренне заявил Зоро.

— С девушками не прощаются одним лишь похлопыванием по плечу, дурак бесчувственный! – возмущению девушки не было предела и не без оснований. — Надо было тебе хорошенько врезать, чтобы навсегда запомнил, как не нужно прощаться!

— Нами, вообще-то ты ему и так врезала, — решил выступить «гласом разума» Джонни. — Причём, очень сильно! У него даже шишка размером с кулак на голове выросла.

— Значит недостаточно сильно! — непреклонно заявила Нами, оставшись абсолютно глуха к этому самому «гласу разума».

— Рю, успокойся, — отхлебнув пива из бутылки, посоветовал своему другу Йосаку. — Это курица сама не знает, что несёт, поэтому призывать её к благоразумию бесполезно.

За свои слова парень тут же был удостоен ещё одного презрительного фырка.

— А у меня вопрос, — подал голос Усопп, когда удостоверился, что Нами не собирается продолжать тему отношений. Санджи, правда, подобное обстоятельство ничуть не смутило, из-за чего он и не подумал прекратить атаковать Зоро. — Каким образом вы успели так быстро вернуться? — спросил длинноносый парень, отчего всю расслабленность Луффи как ветром сдуло. — Я думал вы будете плавать почти месяц, а вы управились всего за пять д…

— КАКОЙ ВКУСНЫЙ САЛАТ!!! — схватив упомянутый салат, принялся усиленно жрать Луффи упомянутый салат.

— Ты же не особо любишь зелень, — Нами недоуменно покосилась на него. — И зачем так орать?

— …Потому что вкусно?

Взгляд девушки тут же изменился с недоумевающего на подозрительный, но даже под таким взглядом парень продолжал жрать салат так, словно там не было ничего, кроме его любимого мяса.

— Усопп, так что ты там хотел спросить? — наконец, после целой минуты пристального изучения Луффи, Нами повернулась обратно к длинноносому парню.

— А? А! Я хотел спросить, как вы так быстро…

— ВОТ ЭТО ВКУСНЯТИНА!!! — салат оказался мгновенно отложен в сторону, а его место заняло одно из мясных блюд.

Если первое восклицание своего капитана Санджи ещё смог проигнорировать, так и продолжая атаковать Зоро, то второе признание он проигнорировать просто не имел права.

— Разве не ты сам ещё полчаса назад говорил, что оно тебе не понравилось?!! — спросил до глубины души возмущённый блондин, ради такого дела даже оставив мечника в покое.

— …Наверное, я просто не распробовал, — абсолютно правдоподобно повинился Луффи.

Нет, его слова и в самом деле прозвучали правдиво… и это было жуть как подозрительно!!! Охотно признающий собственную неправоту Луффи слабо вписывался в привычную картину мира всех собравшихся, из-за чего все присутствующие, — помимо самого парня, понятно дело, — тут же подобрались, пытаясь осознать, откуда им должно «прилететь». Вернее, в таком ключе думали Зоро, Джонни, Санджи и Йосаку. В свою очередь, Усопп, будучи в семье пока лишь новичком, всё ещё не улавливал подобные нюансы. Хотя и он уже успел узнать Луффи достаточно, чтобы насторожиться. Зато Нами сходу уловила все самые важные детали и сразу пришла к верному выводу.

— Усопп, пожалуйста, повтори свой вопрос, — попросила девушка, не спуская взгляда с Луффи.

Вот только вместо одного ожидаемого вопроса, все присутствующие услышали совсем другой и полностью неожиданный.

— Кто такой Усопп? — недоуменно спросил Санджи.

Нами, Джонни, Зоро и Йосаку уставились на него так, словно у него резко выросла вторая голова.

— Что? — сконфуженно посмотрел на них блондин, искренне не понимая, чему они так удивились.

Вся четвёрка дружно перевела взгляды на Луффи, но тот, подняв тарелку повыше, из-за чего она полностью закрыла его лицо, усиленно работал ложкой, старательно создавая вид, что он ни о чём знать не знает. Тогда четвёрка перевела взгляд на самого Усоппа, который не стал придумывать велосипед, а просто воспользовался удачным примером перед собой. Другими словами, он, как и Луффи, схватив первую попавшуюся ему под руку тарелку со стола, принялся усиленно работать ложкой.

Такого их странного поведения уже было более чем достаточно, чтобы все присутствующие сделали соответствующие выводы. Однако Нами, будучи, пожалуй, самой успешной последовательницей Луффи, — то есть, степень её Луффицирования давно уже перевалила за все разумные пределы, — пошла ещё дальше. Ей потребовалось не более пятнадцати секунд, чтобы проанализировать весь вечер и прийти к выводу, что Луффи, при активной поддержке Усоппа, специально скрывал имя длинноносого парня от Санджи. И, надо заметить, скрывал весьма успешно… До последнего момента… Когда он явно начал скрывать что-то ещё, и в отрыве от Усоппа.

— Я, так понимаю, он никакой не Кондориано, да? — достав сигарету и прикурив, разрушил установившуюся тишину Санджи.

— Кондориано? — уставился на него Йосаку.

— Усопп назвался Кондориано? — на всякий случай уточнил Джонни. — И ты ему поверил?! — в его голосе сквозило ничем неприкрытое и вполне оправданное удивление.

— Я, так понимаю, никакой восьмидесятитысячной армии зомби тоже не было? — сделав глубокую затяжку, ни к кому конкретно не обращаясь, задал риторический вопрос Санджи.

— Армия зомби? — приподнял бровь Зоро.

Он, вместе с Нами, Джонни и Йосаку, снова посмотрел на Луффи, а затем и на Усоппа. Вот только парни жрали с таким энтузиазмом, что было совершенно непонятно, как они умудряются не давиться при такой скорости забрасывания еды в рот… И куда в них лезет, если до этого они и так уже успели плотно поесть.

— Как ты вообще умудрился поверить в подобный бред? — наконец, задал сам собой напрашивающийся вопрос Джонни.

— Я сначала и не поверил, — ответил ненормально спокойный Санджи.

— Сначала? — сходу уловила главное Нами. — И почему же ты поверил потом?

Вместо ответа, блондин молниеносным ударом ноги снёс голову Усоппу… или точнее попытался снести ему голову. Однако длинноносый парень, издав испуганный вскрик, бросив тарелку с ложкой, нырнул под стол, тем самым успешно избежав чудовищного по силе удара Санджи. Удара, которого он совершенно точно не мог видеть из-за своей тарелки… Не говоря уже о том факте, что уворачиваться он начал до начала атаки блондина. Первые несколько секунд, если не считать Луффи и изначально ожидавшего подобного исхода Санджи, все удивлённо таращились на пустое место Усоппа, а вот потом они действительно начали осознавать всю глубину ситуации.

— В-в-в-в-воля?!! — безбожно заикаясь, выдал потрясённый до глубины души Джонни.

— Это невозможно!!! — совсем не типично для себя, яростно замотал головой Йосаку. — В конце концов, это просто не честно!!! — тут же он выдал настоящую причину своей ярости.

После мгновенно пробуждённой Воли у Коби, парень явно не был готов принять точно такое же мгновенное пробуждение Воли у Усоппа… Только не после стольких месяцев всех тех бесчеловечных тренировок!!! В этот момент у него тоже появились вопросы ко вселенной и существованию справедливости в ней.

— Усопп начал двигаться до начала удара, — глухо констатировал неоспоримый факт Зоро.

Он уже давно освоил два типа Воли, но никогда не забывал каких усилий ему это стоило, из-за чего такая несправедливость задела и его.

— Вот поэтому я и поверил в их безумную историю, — пояснил невозмутимый Санджи, сделав очередную затяжку. — Так, значит, тебя зовут Усопп? — чуть погодя, добавил он, когда длинноносый парень рискнул высунуть из-под стола свой длинный нос.

— П-приятно познакомиться, — выдавив из себя улыбку, поздоровался с Санджи мёртвенно-бледный парень. — Это Луффи меня заставил, — на всякий случай добавил он.

— Ха-а… кто бы сомневался, — устало выдохнув, пробормотал Зоро.

Действительно, вот в чём-чём, в этом точно никто не сомневался.

— Луффи, где эта чёртова книжка? — резанул воздух воистину ледяной голос Нами.

— Какая книжка? — перестав прикидываться глухонемым и, наконец, оторвавшись от давно уже опустевшей тарелки, спросил парень.

Его голос, выражение лица и язык тела однозначно говорили о том, что перед всеми сейчас сидит невинный простачок, не способный обмануть даже маленького ребёнка. Да к тому же настолько миролюбивый, что в глубокую депрессию его могла вогнать и невинно убиённая муха. И словно этого было мало, он ещё на полную задействовал свою и без того довольно безобидную внешность, умудрившись разом стать года на три-четыре младше. Принимая во внимание, что Луффи и без всяких уловок с трудом тянул на свои семнадцать лет, всё стало выглядеть так, словно кучка злобных дядек, во главе с ещё более злобной тёткой, — пусть и безумно красивой! — нагло запугивали абсолютно невинного ребёнка. И любой посторонний, окажись он поблизости, мог это подтвердить хоть под страхом смерти! Посторонних, правда, здесь и сейчас не было, из-за чего всё актёрское мастерство Луффи пропало втуне.

Заглянув в абсолютно невинные глаза парня, куда бы уместнее смотревшиеся на лице младенца, Нами поняла, что словами она от него ничего не добьётся. Луффи явно был в ударе и намеревался веселиться дальше. Именно веселиться. Она прекрасно знала, что если бы он действительно намеревался что-то от них скрыть, тогда бы никто из них ничего бы и не заподозрил.

Не став больше ничего спрашивать, девушка внаглую навалилась на своего капитана и, запустив руку в его нагрудный карман, извлекла уже знакомую большинству присутствующих записную книжку. Такой «прокол» только ещё сильнее укрепил веру Нами в том, что Луффи особо и не собирался от них ничего скрывать. Иначе бы он просто не стал таскать с собой подобный компромат, а его записная книжка была компроматной дальше некуда. Первая же запись, — Пункт первый: Испытать на новом члене семьи ускоренное пробуждение Воли, — расположенная на первой же странице, оказалась зачёркнута, а рядом поставлена галочка о выполнении.

— Первый пункт зачёркнут, — подняв взгляд от книжки, испуганно произнесла Нами.

Зоро, Джонни и Йосаку дружно уставились на Усоппа. Однако, на их взгляд, он выглядел совершенно нормальным. В смысле, удар Санджи, конечно, его изрядно напугал, но он всё равно не походил на человека, подвергшегося чему-то настолько ужасному, что это позволило ему пробудить Волю. Хотя, надо признать, и на человека, которому бы Луффи рассказал свою историю про «паровозик, который смог!», Усопп тоже не походил. Джонни, Зоро и Йосаку удивились этому факту почти сразу же, как проснулись и увидели длинноносого парня… Конечно, самым первым делом они удивились тому, что он вообще всё ещё жив.