Пахель низко пригнулся и слегка пришпорил Килиоса пятками. Конь рванул по каньону, яростно и тяжело дыша.

— Где-то здесь должен быть мост, по которому можно перебраться на ту сторону. Сэр Филлион так сказал, — пробормотал Пахель.

Граница королевства Поркана пролегала по каньонам и рекам, из-за чего попасть туда, не перейдя мост, было почти невозможно. Оборона была их коньком. Благодаря такому расположению Поркана умудрялась сохранять широкую автономию и почти не ощущала влияния Империи, хотя формально и входила в её состав.

— Смотри, вон ещё один сломанный мост, — Ульрих широко раскрыл глаза и уставился на каньон. Вдали виднелся белесый силуэт моста, но его середина, похоже, давно обрушилась от времени и запустения.

— Этот мост не охраняется. Где-то должен быть целый, — сказал Пахель, крепче сжимая поводья.

Вся граница Порканы была усеяна тайными, незаконно возведенными мостами. Одни строили охотники и лесорубы, которым приходилось постоянно пересекать границу, чтобы заработать на жизнь, другие — контрабандисты. И сколько бы пограничные патрули ни разрушали эти переправы, люди упрямо отстраивали их заново и шли напролом.

«Поверить не могу, что я, лицо королевской крови, вынужден искать нелегальный мост».

Пахель стиснул зубы от унижения. Ему было тошно от того, что приходилось крадучись сбегать из собственного королевства, словно крыса.

— Эй, Пахель, у меня бедра и задница уже так затекли, аж гудят. Так и должно быть? — Ульрих начал ощущать всю прелесть долгой скачки.

— Заткнись и ищи мост, — огрызнулся Пахель. Тревога нарастала.

Килиос, скакавший во весь опор, выбивался из сил. В конце концов, это был дикий конь, которого еще пару дней назад никто и не думал объезжать*. Его выносливость иссякла быстрее, чем ожидалось, из-за непривычной ноши. Да и Ульрих со своими габаритами ни капли не облегчал жизнь бедному животному.

*фррр*

Килиос дышал тяжело и прерывисто.

— Ты что, уже сдох? А с виду такой крепыш, Килиос, — Ульрих со скрещенными на груди руками безжалостно посмотрел на хрипящего коня.

— Да потому что ты тяжелее свиньи! Проклятье, думаешь, они уже у нас на хвосте? — Пахель и Ульрих не смогли уйти так далеко, как рассчитывали. Сначала им пришлось идти пешком, пока не удалось оседлать жеребца, а когда они наконец вскочили в седло, тот выдохся гораздо быстрее, чем они думали.

*туууууу*

У Пахеля мороз пробежал по коже. Это был звук рога.

*топ-топ*

На горизонте показались обученные боевые кони, всадники обнажили оружие.

— Дерьмо, это погоня. Килиос, гони! — закричал Пахель.

Кавалеристы преследовали их по пятам. Они затрубили в рог, чтобы подать сигнал остальному отряду, который до этого прочесывал местность широким веером. Теперь преследователи стягивались в одну точку.

«Прямо за нами уже семеро».

Подкрепление могло появиться в любую секунду.

— Ха, ну мы и влипли! Интересно, как там остальные наемники? — хмыкнул Ульрих.

— О нас подумай, идиот! К тому же, если нас поймают, в живых оставят только меня. Тебя они точно прикончат! — Пахель изо всех сил ударил Килиоса по бокам, и конь, вытаращив глаза, рванул вперед из последних сил.

— Его трясет сильнее прежнего. Сдает, — пробормотал Ульрих. Килиос терял былую уверенность шага.

— Черт, черт, если нас здесь схватят — всё кончено. Я законный наследник Поркана, я должен выжить и вернуть свой трон! — Пахель едва не плакал от отчаяния.

— Разворачивай коня, Пахель. Мы идем на них! — крикнул Ульрих, хватая Пахеля за голову.

— Ульрих, их там семеро! — взмолился тот.

— А нас двое — ты и я. Нам нужно уложить всего по три-четыре штуки на брата. Это проще, чем я думал! — уверенно отозвался дикарь.

— Что за чушь ты несешь? Ты окончательно из ума выжил? — Пахель разразился проклятиями. Даже он знал, что главное преимущество в бою — это численность.

— Разворачивай, Пахель, нам нужно дать коню передохнуть. Доверься мне, — в голосе Ульриха не было ни капли шутовства.

«Ульрих — человек, на которого можно положиться».

Слова Филлиона эхом отозвались в голове Пахеля.

— Я верю сэру Филлиону, а не тебе! Килиос, кх! — Пахель круто развернул коня. Жеребец встал лицом к летящей на них кавалерии.

«Ты храбрый конь, Килиос. Тебя не учили быть боевым скакуном, но ты держишь строй».

Пахель смотрел на мчащихся врагов, мягко поглаживая шею коня. Сердце его готово было выскочить из груди.

— Пахель, сейчас я покажу тебе, почему именно я возглавляю наш отряд наемников, — Ульрих обнажил свои боевые топоры.

— О-они уже близко... — руки Пахеля, судорожно вцепившиеся в поводья, задрожали от страха, когда враги приблизились настолько, что можно было различить их лица.

— Хм! Минус один.

Ульрих, все еще сидя на лошади, метнул топор, вложив в бросок исключительно силу.

*хруст*

Всадник, шедший в авангарде, повалился навзничь — лезвие топора глубоко вошло ему прямо в лицо.

— Ч-что?.. — идущий следом кавалерист почуял неладное, но инерция его скакуна уже несла его прямо на Ульриха.

— Минус два! — воскликнул Ульрих, швыряя второй топор. Всадник попытался прикрыться рукой, но топор, взмыв в воздух подобно бумерангу, в щепки разнес ему череп.

— У него кончились топоры, взять его! — остальные кавалеристы без колебаний ринулись на Ульриха.

*вжих*

Ульрих во весь рост поднялся на спине Килиоса и выхватил меч. Его чувство баланса было феноменальным — он стоял на крупе лошади как вкопанный.

— А-а-а-а-а-а! — взревел Ульрих и, оттолкнувшись, коршуном рухнул на мчащегося прямо на него всадника.

*хруст*

Его стальной клинок пронзил грудь кавалериста, прошив кольчугу и достав до самого сердца. Когда кровь врага брызнула ему в лицо, глаза Ульриха уже выискивали следующую цель.

«Он уложил троих в мгновение ока».

Пахель смотрел на спину варвара с отвисшей челюстью. Он впервые видел Ульриха в настоящем, яростном бою.

«Осталось четверо».

Ульрих рванулся наперерез одному из боевых коней и протаранил его плечом.

— А-а-а-а-а-а! — закричал он, стиснув зубы от натуги. Конь споткнулся и перевернулся. Всадник полетел на землю вниз головой, с жутким звуком сломав шею.

— Ты... безумный ублюдок! — трое оставшихся кавалеристов одновременно атаковали Ульриха, но тот уворачивался, лавируя прямо под брюхами лошадей. Это был невероятно дерзкий и опасный шаг — один удар копыта мог покалечить его на всю жизнь.

— Пахель, сейчас! — внезапно рявкнул Ульрих, на долю секунды переведя внимание врагов на принца.

— Что? Что делать? — Пахель растерялся больше самих всадников. Он беспомощно смотрел на врагов, понимая, что ничем не может помочь.

*чмяк*

Используя это мгновение замешательства, Ульрих вогнал меч в лицо одному из нападавших. Ощущение того, как острие клинка прошивает мозг, передалось по рукояти до самых кончиков его пальцев.

«Осталось двое».

Последние двое кавалеристов переглянулись и синхронно осадили коней назад. Они были до смерти напуганы одиноким воином, стоявшим на земле.

— Хватаем принца! — выкрикнул один из них, заметив пронзительно-голубые глаза Пахеля. Опознав цель, оба всадника рванули мимо Ульриха прямо к Пахелю.

*вздрог*

Но Ульрих не собирался подпускать их к принцу. На его мощных бедрах вздулись толстые вены, и он взвился в воздух прямо с места, без какого-либо разбега. В прыжке он взлетел вровень с лошадью и приземлился позади сидевшего в седле кавалериста.

*хрусь*

Он обхватил голову солдата и резко вывернул ее назад. Раздался отчетливый треск ломающихся позвонков.

— Хм, — Ульрих коротко выдохнул и, оттолкнувшись от падающей лошади, прыгнул на последнего всадника.

*бум*

Оба мертвым грузом рухнули на землю. Опутав солдата всем телом, Ульрих принялся методично вколачивать свои кулаки в его лицо до тех пор, пока оно не превратилось в кровавое месиво.

— Кх... кх... — грудная клетка Ульриха тяжело ходила ходуном. Он только что провернул трюки, подвластные разве что дикому зверю. Легкие и сердце были готовы разорваться.

«Что я сейчас видел?..»

У Пахеля зуб на зуб не попадал. Ульрих в одиночку вырезал семерых кавалеристов.

«Он вообще человек?»

Залитый чужой кровью, Ульрих выдернул свои топоры из тел. Обтирая лезвия оружия от крови прямо на ходу, он не спеша направился к Пахелю.

— Видишь? Я же говорил, вдвоем мы легко управимся, — ухмыльнулся Ульрих. Пахель вымученно улыбнулся.

— Не важно, прыгай в седло. Скоро здесь будут другие. Из-за этого чертова рога они знают, где мы, — поторопил его Пахель.

Килиос вздрогнул от резкого запаха крови, когда Ульрих запрыгнул ему на спину, но от дикой усталости покорно смолчал.

— Посмотри на тот холм. Они уже там, пасут нас. Держат дистанцию, суки, — сощурился Ульрих, заметив троих всадников. Те осторожно наблюдали издалека, не приближаясь, и продолжали трубить в рог, созывая остальных.

◇◇◇

— Какого черта вы стоите? В погоню, взять их! — маркграф Оркуэлл и его адъютанты нагнали авангард. Увидев колеблющихся бойцов, маркграф пришел в ярость.

— М-милорд, с тем человеком что-то не так. Он в одиночку перебил семерых наших в мгновение ока, он словно демон во плоти, — заикаясь, доложил один из всадников.

Маркграф Оркуэлл нахмурился.

«Выучка и дух наших войск совсем скатились за эти годы. Всё потому, что у них давно не было боевого опыта. Проклятье, десять лет назад всё было иначе».

Под властью Империи люди наслаждались мирной жизнью целое десятилетие. Последней крупной войной в масштабах страны было Подавление остатков варваров как раз десять лет назад. Зеленые новобранцы, не заставшие ту кампанию, нюхали порох только на учениях.

— Трус несчастный. За мной! — скомандовал маркграф Оркуэлл и выхватил меч. Он и еще шестеро кавалеристов ринулись в атаку.

— О-они идут, Ульрих! — в панике закричал Пахель, оглянувшись назад.

— Не бойся, Пахель, мы почти на месте. Вон он, мост, и на этот раз целый! — Ульрих разглядел переправу, под которой бурлила река с мощным течением.

— Давай, Килиос, еще немного! — кричал Пахель, понукая коня.

Подвесной мост состоял лишь из досок и канатов, и если перерубить веревки, он рухнет. Если они успеют сделать это до того, как погоня настигнет их, они спасены.

*фррр* *фррр*

Килиос мчался, высунув язык. Его ноги дрожали так, словно колени вот-вот подогнутся.

— Нагоняют, — процедил Ульрих, готовясь к новому бою.

— Думаете, я дамся вам в руки? Предатели, я вас всех на виселицу отправлю! — Пахель стиснул зубы, его голубые глаза яростно блеснули. Он припал к шее Килиоса, практически обнимая его.

«Беги, Килиос, умоляю».

Конь бежал на чистом упрямстве, превозмогая законы природы. Это было чудо верности. Но стоило ему донести хозяина до самого начала моста, как ноги подкосились.

*фррр*

Килиос опустил голову, шумно и тяжело вбирая воздух. Его огромные глаза смотрели на Пахеля, моргая, словно конь понимал — он сделал всё, что мог.

— Спасибо тебе, Килиос, — Пахель с горькой улыбкой побежал на мост. Преследователи были уже совсем близко.

— Ты бросаешь его? Столько трепался про связь с животным, а сам выкинул, как только попользовался, — бросил Ульрих, бежавший рядом с принцем.

— Заткнись! Думаешь, я по своей воле? Он даже подняться не может! — огрызнулся Пахель.

— Хм.

Ульрих внезапно замер, оценивая расстояние до кавалерии.

— Твою мать, ты что творишь? Бежим, надо переправляться! — засуетился Пахель.

Ульрих снял меч с плеча и протянул ему.

— Мне нравится Килиос. Я заберу его с собой.

Ульрих зашагал обратно к коню, лежащему на коленях.

— Хм, — он глубоко вдохнул. Его мышцы раздулись, словно воздушные шары, когда он обхватил ноги лошади и закинул её себе на плечи.

*фррр*

Килиос выдохнул горячий пар. Ульрих выпрямил колени, поднимая тушу.

— Кх-х-х-х.

Лицо Ульриха стало багровым. Ему казалось, что вены сейчас лопнут, а мышечные волокна с треском рвутся.

— А-а-а-а-а-а! — издал он дикий, нечеловеческий крик и сделал шаг вперед. Он потащил коня на плечах к мосту.

*дрожь*

Его руки и ноги ходили ходуном. Ульрих вытаращил глаза на Пахеля, который уже добрался до противоположной стороны каньона.

— Кили... ос... Ну ты и... упрямая... скотина, — выдавил Ульрих сквозь дрожащие губы. — Ты показал мне... своё упрямство... так что... я покажу... своё...

Его шаги ускорились, хотя все тело вопило от невыносимой боли. Ульрих выжимал из себя все соки, совершая то, с чем не совладала бы даже его безумная сила.

— Сумасшедший... — пробормотал Пахель, и в его голосе смешались слезы и благоговение.

*бах* *бах*

Ульрих бежал вместе с конем, и деревянный мост ходил ходуном от каждого его шага.

— Угх, о-ох, а-ах.

Звуки, вырывавшиеся из его груди, походили на предсмертные хрипы. Лицо его потеряло человеческий облик: каждая мышца исказилась в гримасе ярости, безумия и боли.

— Что за чертовщину мы сейчас видим?.. — даже скачущие во весь опор всадники опешили от этого зрелища.

Ульрих каким-то чудом доволок коня до конца моста. Ждавший на той стороне Пахель взмахнул мечом и перерубил удерживавшие мост канаты.

— Кх, кха-а, угх...

Сбросив коня на землю, Ульрих рухнул рядом и закричал от боли. Из его рта текла густая кровь, а глаза были не просто налиты кровью — из них капали кровавые слезы.

— Кх, черт... — он шипел и давился от диких спазмов. Казалось, изнутри его тело методично разбивали тяжелым кузнечным молотом.

◇◇◇

— Ищите другой путь! Где-то поблизости должен быть еще один мост! — рявкнул маркграф Оркуэлл с противоположного края каньона, снимая закрепленный у седла арбалет.

«Это точно принц Варука. Нечасто встретишь такие глубокие голубые глаза. Как быстро растут дети».

Маркграф целился то в Ульриха, то в Пахеля. Принц был трудной мишенью, так как укрылся за деревом, но Ульрих лежал на самом виду. Оркуэлл никак не мог выкинуть из головы картину: варвар, бегущий по мосту с целым конем на плечах. Дикое, но неописуемо величественное зрелище.

«Будет преступлением, если такой воин погибнет в этой глуши».

Поколебавшись, Оркуэлл опустил арбалет. Он стал свидетелем чуда и теперь понимал, почему его люди застыли в ужасе.

— Сегодня я отдаю дань уважения силе этого человека. Одно это зрелище согреет мою душу на остаток дня.

Маркграф Оркуэлл развернул коня, пряча ухмылку в кулак. В памяти всплыли воспоминания юности, когда он сам сражался с яростными варварами. В те времена каждый день приносил пьянящее чувство того, что ты жив.

*тук-тук*

Его сердце забилось чаще, а кровь, давно потерявшая прежний жар, вновь закипела. Чем сильнее и живее добыча, тем сладостнее ее поимка. Он захотел лично сойтись с этим дикарем в бою и забрать его голову. От одной этой мысли он почувствовал себя моложе.

———

*Объезжать лошадь — значит приучать её к езде под всадником, учить понимать команды и нести на себе человека.