Вода, поднявшаяся до щиколоток, была ледяной, но Лерна, одурманенная чарами «Белой Дамы», не чувствовала холода. Она видела лишь свою мать, чьи глаза светились мягким, успокаивающим светом, обещающим прекратить этот «плохой сон».

— Иди ко мне, солнышко, — прошептала Джолия, и её голос эхом отозвался в сознании девочки, подавляя любые зачатки страха.

Вода продолжала прибывать, уже касаясь коленей ребенка. В обычном мире уровень воды в комнате заставил бы поднять шум, но массив звукоизоляции, который Лит установил для того, чтобы триплеты не просыпались от ночных звуков деревни, превратил комнату в герметичную ловушку. Смерть Лерны должна была стать тихой и незаметной.

Однако, в отличие от Лита, который всегда проверял магический фон дома, нежить совершила роковую ошибку. Они учли патрули Королевских Стражей и даже наличие мощных охранных массивов, но они проигнорировали то, что Рена называла «дворовыми питомцами».

Магические звери, которые спали на лужайке, не были питомцами в привычном смысле слова. Это были существа с высоким сродством к мане, которых Лит приручил или прикормил. Один из них, крупный волкоподобный зверь с шерстью, мерцающей энергией земли, почувствовал неладное. Ему не нужна была магия, чтобы почувствовать запах смерти, который принесли с собой пришельцы.

Зверь не мог открыть дверь, но он мог превратить стену в пыль.

*БАМ!*

Стена комнаты Лерны взорвалась, когда огромная туша ворвалась внутрь, отбросив Джолию в сторону. Вода, которую та создала, мгновенно разлилась по полу, потеряв связь с её волей.

— Что за...?! — Браго, стоявший в коридоре, остолбенел. Его ночное зрение показывало не просто зверя, а нечто, напитанное яростью и магией земли.

Зверь, не теряя времени, набросился на Джолию, чье тело начало терять человеческий облик под ударами когтей, наполненных земной энергией.

***

В нескольких километрах от дома.

Лит переместился Вратами прямо в гущу леса, игнорируя предупреждения о границах магических массивов. В его венах бурлила ярость, а «Жизненное Зрение» рисовало перед ним картину, от которой у него стыла кровь.

Он видел пульсирующие огни в доме Рены — три сигнала смерти, три некромантских ауры, которые не должны были там находиться. Он видел, как одна из них — аура Белой Дамы — находилась в комнате Лерны.

— СДОХНИТЕ! — взревел Лит, выпуская всё свое намерение убить.

Для окружающих деревьев и лесных существ это звучало как раскат грома, но для Лита это было лишь выражением его безграничной ненависти. Он больше не думал о том, как сражаться эффективно или как не попасться на глаза страже. Он был Архимагом, который собирался превратить каждого, кто посмел коснуться его семьи, в пепел.

Он активировал «Мерцание» снова и снова, игнорируя боль в своих меридианах, когда пространственная магия сталкивалась с остаточными эффектами запечатывающего массива. Его глаза, светящиеся белым светом, искали единственную цель.

«Ксенагрош, где ты?!» — мысленно крикнул он, чувствуя, как время ускользает сквозь пальцы.

«Драконье дыхание уже близко, Лит. Не дай им уйти», — пришел ответ, наполненный древней мощью, которая заставила само пространство вокруг Лита вибрировать.

***

Дом Рены.

Кваро, Вампир, ворвался в комнату, когда зверь вцепился в Джолию.

— Убейте эту тварь! Нам нужно завершить задание, пока сюда не нагрянули стражники! — прошипел он, превращаясь в форму гигантской летучей мыши и бросаясь на зверя.

Однако они опоздали. Рена, пробужденная шумом, выбежала из своей спальни, сжимая в руках зачарованный арбалет, который Лит подарил ей на случай крайней необходимости. Она не была магом, но она знала, как использовать инструменты своего брата.

— Брысь от моей племянницы! — крикнула она, спуская курок.

Болт, зачарованный Литом для борьбы с нежитью, пронзил крыло Кваро, заставив того взвизгнуть от боли. В этот момент небо над домом разорвало ярким светом.

Это не было заклинание. Это было присутствие чего-то настолько колоссального, что даже тьма, созданная массивом, отступила.

Ксенагрош прибыла.

Огромная тень заслонила луну, и воздух вокруг дома Рены начал плавиться. Огромная драконья лапа спустилась с небес, разрывая крышу дома, но не для того, чтобы разрушить его, а чтобы создать брешь в запечатывающем массиве.

В ту же секунду Литу удалось прорваться сквозь барьер. Он влетел в комнату, его глаза горели яростью, а в руках он держал «Войну», охваченную пламенем тьмы и магии духа.

Джолия, увидев Архимага, побледнела. Она знала, что означало это присутствие.

— Не-е-е-т! — вскрикнула она, когда Лит не просто ударил её, а буквально стер само её существование одним взмахом клинка, превратив в дым прежде, чем она успела даже моргнуть.

Браго и Кваро поняли, что охота окончена. Перед ними стоял не просто человек, а сама смерть.

— Лит... — прошептала Рена, опуская арбалет, когда почувствовала, как по комнате распространяется холод, исходящий от её брата. Его гнев был настолько осязаемым, что казался удушливым.

— Не двигаться, — сказал Лит, не оборачиваясь. Его голос был лишен эмоций, это был голос судьи, который уже вынес приговор. — Ксенагрош, не дай им уйти. Никому из них.

Огромный дракон над домом издал рев, от которого в радиусе мили вылетели все стекла. Кваро и Браго попытались переместиться Вратами, но было поздно. Массив, который они использовали для нападения, теперь сработал против них, запирая их внутри ловушки, из которой не было выхода.

Лит сделал шаг вперед, и пол под его ногами треснул от чистой силы его маны.

— Вы совершили ошибку, придя сюда, — произнес он, глядя на выживших убийц взглядом, обещавшим им вечность страданий. — Теперь вы будете жалеть об этом до конца своих дней. А они будут очень короткими.