На рассвете следующего дня.

Ууууу.

Чон Мён стоял и осматривал свое тело.

Даньтянь.

Даньтянь, который был маленьким и слабым, теперь стал гораздо прочнее. А накопленная в нём энергия выросла настолько, что ее можно было почувствовать.

Ууууу.

Даже во время вдоха, собранная энергия усиливалась, очищая его тело.

Чистейшая энергия.

В его даньтяне собралась прозрачная и чистая энергия, которую даже Чон Мён никогда раньше не видел, прожив десятки лет. Прямо сейчас будет трудно проявить большую силу, потому что размер внутренней энергии невелик, но если эта чистая ци будет накапливаться и нарастать, то со временем она станет мощнее любой другой силы в мире.

"...когда."

Чон Мён, закончивший перемещать энергию, резко сморщился.

Бессмыслица, будет поздно проявлять великую силу. Как долго мне этого ждать? Хуашань рушится прямо сейчас.

Чон Мён, подавил нарастающий гнев и принялся анализировать ситуацию.

'Давайте разберемся.'

На Горе Хуа огромное количество проблем и если бы мне пришлось перечислить их все, то даже собрав всю бумагу, которая есть в Хуашань, я бы не смог всю ее использовать. Но среди них выделялось три основных проблемы.

"Нет денег, нет техник, нет таланта."

Что ж, тогда нам конец.

Было ужасно, даже когда он просто думал об этом, но стало еще хуже, когда он всё проанализировал.

Тогда какая проблема среди этих трёх была самой главной?

'Талант.'

Мысли Чон Мёна были просты и понятны.

Деньги можно заработать, а боевое искусство, он конечно же передаст им все, что знал.

'Где, черт возьми, они взяли эти техники?'

Может, это и ненормально, когда человек не слышит, но это лишь вопрос процесса обучения.

Однако даже с собственной силой, Чон Мён не мог ничего сделать с талантом.

Он не может выбежать на улицу и похитить способных детей, чтобы спасти Гору Хуа. Да и эти способности нельзя обнаружить, взглянув на них.

Если бы это было так, то известные секты искали бы этих детей с огнем в глазах.

'Поэтому нужно использовать тех, кто есть."

Чон Мён сжал кулаки.

Что изменится от того, что он будет сетовать на то, чего у него нет? В первую очередь он должен использовать то, что у него есть.

Совершенно очевидно, что способности учеников третьего поколения не очень хороши, но раз их не хватает, то это можно восполнить, а если что-то сломается, это можно починить.

"Конечно, у меня не было учеников, но…"

Это напомнило мне о старых временах.

Когда он стал достаточно взрослым, чтобы взять себе ученика, Глава Секты, сахён спросил его.

–Чон Мён.

–Да, Глава Секты, сахён.

–Пришло время взять ученика. Ты думал о том, как будешь учить своего ученика?

–В этом есть что-то сложное?

–Так как?

–Сначала изобью его. Даже собака встанет вниз головой, если ее изобьют до смерти. Думаете, ребёнок будет хуже собаки?

–...поговорим с тобой об этом позже.

Глава Секты, сахён больше не поднимал с ним тему об ученике.

"Я не думал, что за раз возьму столько учеников."

Уголки рта Чон Мёна приподнялись. Если бы кто-то видел эту улыбку, то без сомнения сказал, что это была зловещая улыбка.

* * *

"...... Я хочу спать."

"Зачем нам сказали собраться на рассвете?"

"Великий сахён, это не слишком?"

Юн Чжон закрыл глаза.

'Просто стойте тихо, придурки.'

Дисциплина на Горе Хуа была довольно строгой, но эти дети еще не полностью освободились от мирского времени. Хоть они и не были из знатных родов, где жили почетные чиновники, но в своих районах они жили на широкую ногу, поэтому они не переносили дискомфорт и не привыкли терпеть.

Юн Чжон слегка приподнял голову и посмотрел на Чо Голя. По крайней мере, Чо Голь держал язык за зубами, уловив атмосферу.

По правде говоря.

Не то чтобы остальные не улавливали атмосферу. Всё же все они собрались на рассвете несмотря на то, что ворчали на неудобство.

Юн Чжон пристально смотрел на Павильон Белых Слив.

'Откуда взялся этот монстр?'

Он вспомнил, как Чон Мён, словно демон, размахивая ножкой стула, отправил в полет больше тридцати детей.

Брр.

У меня мурашки по телу, от одной мысли об этом.

"...Но кто он такой, чёрт возьми?"

Его слова отражали чувство каждого.

"Он силён."

"Я даже не смог притронутся к нему."

"Нас было больше тридцати. Смог бы он сделать так, если бы это были наставники?"

Не знаю.

Но можно точно сказать, что среди учеников третьего поколения, никто не сможет даже приблизиться к нему.

"Значит он учился боевым искусствам где-то еще, раз новичок, который вступил только вчера может творить такое?"

"Эй, это неважно. Мы же не игрались до сих пор, разве это имеет смысл?"

Все были сбиты с толку ситуацией, которую они не могли понять.

Даже Юн Чжон, который был старше и жил на Горе Хуа дольше всех, не мог понять, что происходит, тогда как могли остальные дети?

"Может попробуем напасть ещё раз?"

"..."

Не знаю, кто это сказал, но атмосфера улучшилась.

"Возможно ли это?"

"Может быть, мы растерялись прошлой ночью, поэтому..."

"А что, если не получится?"

"..."

Это было равнодушное предположение. Все повернули головы. Чо Голь заговорил стоя смирно.

"Если не хотите, чтобы вас забили до смерти, просто заткнитесь и делайте, что вам говорят."

"... Чо Голь сахён."

Тело Чо Голя, имевшего лучшие навыки среди учеников третьего поколения, дрожало.

'Сумасшедшие.'

Что?

Попробуете напасть снова?

Вы бы не сказали такого, если бы вас избили и подвесили над потолком. Чо Голь был уверен в своих силах.

В конце концов, боевые искусства — это то, чему учатся люди. Даже если у него не было достаточного обучения и отличных навыков боевых искусств, он был уверен, что сможет справиться с учениками самых известных сект.

Один удар в челюсть отправил его уверенность через Гору Хуа в открытое море.

Это не тот человек, которого можно оценивать, как обычного человека.

"Но почему ты попросил подготовить это?"

Ученики третьего поколения наклонили головы, глядя на странные инструменты перед собой.

"И правда, для чего они?"

Длинные деревянные палки и большие, прочные мешки, в которые может поместится голова человека. И…

"Зачем ты сказал приготовить гору песка и гравий? И что на счёт панджиткори(1)?"

(1)   Панджиткори ( кор.반짇고리) – шкатулка, где хранятся иголки, нитки и другие инструменты для шитья.

"Ты можешь сказать?"

Пока все ворчали, дверь распахнулась.

"......."

Стало тихо.

Бормочущие рты закрылись в унисон, а все взгляды устремились на дверь. После Чон Мён вышел пошатываясь.

Однако от него ощущалось раздражение и досада.

'Почему ты такой раздраженный?'

'Если тебя это раздражает, не заставляй нас собираться!'

Остановившись, Чон Мён поднял голову и обвел всех быстрым взглядом.

"Все здесь?"

"Да!"

"Тихо. Наставники проснутся."

"......."

Хруст, хруст.

Чон Мён, наклонив голову из стороны в сторону, заговорил.

"В конце концов, мы будем жить вместе. Не знаю, как все сложится, но, возможно, мы будем неразлучны до конца наших дней."

'Я вернусь домой, даже если умру.'

'Я спущусь с горы. Спущусь во что бы то ни стало!'

Это заявление заставило изменить свое мнение даже тех, кто получил дохо и решил похоронить свои кости на Горе Хуа, как её истинные ученики.

"Но я думаю, что вы…!"

Чон Мён усмехнулся.

"…слишком слабы."

"..."

"..."

«Слабый» — это самое оскорбительное и унизительное слово для детей, которые изучают боевые искусства. Даже те, кто считал, что после обучения следует вернуться и жить как купцы, не могли вынести этого слова.

"Грр."

Однако проблема заключалась в том, что это нельзя было опровергнуть.

Это говорил человек, который в одиночку избил больше тридцати человек.

"Что ж, я тоже думаю также. Боевые искусства — это не все, что есть в жизни. Но вы же сами решили прийти на Гору Хуа, чтобы изучать их. Значит, вы должны быть сильными, верно?"

"..."

"Поэтому с сегодняшнего дня вы будете тренироваться со мной каждый день на рассвете. Звучит хорошо?"

Что в этом хорошего!

Кто-то поднял руку, услышав бессовестную речь Чон Мёна.

"Говори."

"Нам обязательно это делать?"

Чон Мён мрачным взглядом посмотрел на того, кто задал вопрос, и повернулся к Юн Чжону.

Юн Чжон застыл на месте, а затем пробормотал.

"Тогда же не было всех..."

"А, точно."

Были те, кому не попало.

Некоторые не присутствовали на церемонии. Они слышали, что говорили другие, но есть те, кто не понимал всей ситуации через слова.

"Те, кто не хочет этого делать, могут выйти вперёд."

"Но почему ты продолжаешь говорить неформально, ты же новенький? Ты хотя бы должен быть вежливым."

Чон Мён кивнул в знак согласия.

"Да, люди должны быть вежливыми. В этом смысле я не намерен становиться сильнее и тренироваться. Руку!"

Когда сотни людей собираются вместе, обязательно найдутся несколько смелых. Когда один или два человека подняли руки, к ним начали присоединяться остальные.

Около пятнадцати.

"Хорошо, хорошо. Боевые искусства — это не единственное в жизни. Так, давайте зайдем внутрь."

"Можно?"

"Конечно."

Лица Юн Чжона и Чо Голя побледнели.

'Эти тупые ублюдки. Это было не «заходите», а «давайте зайдем».'

"Они самостоятельно шагнули в ад. О, Даодэ Таньцзунь (2), окажи помощь этим ублюдкам."

(2)   Даодэ Таньцзунь – "Верховный достопочтенный Владыка", третий из Святой Троицы.

Ничего не подозревающие дети зашли в Павильон Белых Слив, широко улыбаясь. Чон Мён улыбнувшись тоже зашёл за ними.

Хлоп.

Дверь аккуратно закрылась.

"..."

Ни у кого не хватило духу открыть рот, они только наблюдали за Павильоном Белых Слив.

Вопреки ожиданиям, не было слышно ни криков, ни воплей.

Но.

'Это...'

Юн Чжон ясно видел. Павильон Белых Слив слегка покачивался. Даже не видя, было понятно, что происходит внутри.

Через некоторое время.

Скрип.

Дверь снова медленно открылась.

Изнутри выскочили дети с таким видом, будто они увидели привидение. Затем они вернулись на прежнее место и встали прямо.

"Тц."

Вышедший Чон Мён, покачивая головой, заговорил.

"Те, кто не хочет тренироваться…"

"Таких нет!"

"Я же сказал тихо. Наставники проснутся."

"Нет."

"Кхы."

Чон Мён захлопал в ладоши, будто он был в восторге.

"Мне очень нравится ваше стремление стать сильнее. У Хуашань светлое будущее. Поэтому я сделаю вас сильными любой ценой."

 "..."

"Давайте начнем."

Юн Чжон прищурился, наблюдая вдали за восходящим солнцем.

Возможно, у Горы Хуа будет светлое будущее, но их будущее будет темным.

______________________________

Перевод: Karedi

Редактура: That_Devil_Thing