— Хьюгоша!!!

Хьюго с горящими глазами вскинул бланк свидетельства о рождении.

Остальные посмотрели на него как на последнего идиота.

— Вы это серьёзно?

— Конечно! Глядите, малышке тоже нравится! Хьюгоша!!!

В ответ новорождённая оглушительно заревела.

Это был третий ребёнок в семье. И, судя по тому, как горько плакала девочка, отцовская идея ей не понравилась ничуть не меньше, чем всем остальным.

— Она плачет...

— По-моему, имя ей совсем не зашло...

— Кажется, она просит вас заткнуться...

— Тогда Хьюлия!!!

— Простите?..

— Хьюгения! Хьюзана! Хьюлана! Хьюгетта!!!

— У-а-а-а-а-а!!!

Младшая зашлась таким рёвом, словно готова была умереть, лишь бы её не назвали ни одним из этих имён.

Ли Гон, который спокойно жевал пирожок в форме рыбки, смерил Хьюго презрительным взглядом.

— Видишь? Ребёнок тебя терпеть не может. Даже имя с кусочком папаши ей даром не нужно.

— Чушь!!! Просто совпало! Она голодная!

— Да всё ясно. Правда, Сонджэ?

— Ага. Сейчас докажу.

Чхон Сонджэ наклонился к малышке и ласково улыбнулся.

— Ли Гон!

— Агу!

— Гоня!

— Агу-у!

— Гонечка!

— Агу-у-у!

— Гоняша!

— Агу-у-у-у!

Ещё секунду назад девочка надрывалась от плача, а теперь сияла беззубой улыбкой. Ли Гон довольно захохотал.

— Вот. Всё, что связано с моим именем, ей нравится.

— Не может быть!...

— Назови её в мою честь и не мучайся.

— Пошёл вон!!!

Хьюго взвыл так, будто у него отнимали родную дочь.

— Не может моя девочка так со мной... Не может...

Малышка тем временем радостно лепетала, не сводя глаз с Ли Гона. Хьюго едва не разрыдался у её колыбели, но всё-таки нашёл в себе силы предложить новый вариант:

— Ладно, пойдём на компромисс. Хьюгон! Или Хьюзмея!!!

Ли Гон застыл с пирожком во рту.

По его лицу было ясно: он искренне жалел, что такое существо вообще появилось на свет.

— Чего ты так смотришь?! Я же даже твоё имя туда впихнул... Кхе!

Хьюго снова получил по голове. На этот раз удар пришёлся точно в макушку, и он рухнул, не успев договорить.

Ли Гон с лёгким сожалением посмотрел на младшую. Та уже открыла глаза и тянула к нему крохотные ладошки, явно просясь на руки.

— Была бы мальчиком, можно было бы назвать Гоном. А девочке не очень подходит.

Юха и Сонджэ потрясённо уставились на него.

Особенно Сонджэ. Он выглядел так, словно только что узнал о конце света.

— Так было можно?.. Правда можно было?..

Он даже задрожал от потрясения. Ли Джэвон недоумённо покосился на него.

— Молодой господин, что с вами?..

— А я могу вернуться в прошлое и поменять имя?

— Молодой господин?

— Или заново родиться через Цикл?!

— Молодой господин!!!

— Хотя тогда уж можно и хромосомы поменять, разве нет?!

— Сонджэ-э-э!!!

Джэвон в ужасе вцепился в него, не давая немедленно отправиться на поиски новой жизни. Сонджэ ещё немного помучился, потом всё же пришёл в себя и поднял голову.

— Вы ведь заранее выбрали несколько имён для малышки?

— Да. Мы с мамой составили список.

Без отца окончательно решать не стали. Хотели дождаться возвращения Хьюго и позволить ему выбрать один из вариантов.

Но теперь...

— Хьюгоша... Хьюгетта... Хьюлана...

Оказалось, что отец в вопросах имянаречения безнадёжен.

Ли Гон цокнул языком.

— Тогда выберем из вашего списка то имя, на которое она лучше всего отреагирует.

— Было бы замечательно, если бы имя выбрали вы, господин Ли Гон.

— Я?

— Да.

Чхон Джиу смотрела на него с надеждой.

— Без вас ни меня, ни этой девочки уже не было бы в живых. Вы спасли нас обеих. Поэтому я хотела бы попросить вас... Конечно, только если это не доставит вам хлопот.

— Раз вы не против, выберу.

— Спасибо вам огромное!

— Пришлите варианты сообщением.

— Сейчас отправлю!

Брат и сестра Чхон едва не забились в завистливой истерике.

Их дядя сам выберет имя малышке! Будет сидеть, думать, сравнивать варианты — и всё ради неё!

Хьюго наконец очнулся после удара и, постанывая, протянул руку.

— Да он же имена придумывать вообще не умеет... Я тоже буду выбирать. Я отец!

— Папа, не лезь! От тебя ещё и пахнет странно!

— Нормально от меня пахнет!

Ли Гон прищурился и внимательно посмотрел на Хьюго, после чего молча вышел из палаты.

В коридоре он открыл присланный Джиу список, но читать не стал. Мысли были заняты другим.

«С богами я как-нибудь разберусь».

Настоящая проблема была не в них.

«Проблема — Тэксу».

Хьюго оказался крудэром, переродившимся человеком.

Об этом Ли Гон уже слышал от Алой Монархини, но одно дело — знать о прошлой жизни, и совсем другое — увидеть её следы собственными глазами. К тому же душа у Хьюго осталась прежней, а значит, отмахнуться и объявить его другим человеком не получится.

Хуже всего было то, что мир богов наверняка не оставит его в покое.

По всему выходило, что в прежней жизни Хьюго считался там мятежником. Иными словами, громил всё вокруг не хуже самого Ли Гона.

Мысль сделать такого типа богом-вассалом говорила о редкостной тупости богов. Впрочем, тогда он, видимо, казался им совершенно безобидным.

«Связали по рукам и ногам, отняли силу и швырнули в человеческий мир. Настолько тщательно, что никто ничего не заметил».

Только теперь назвать Хьюго безобидным уже не получалось.

[В <Хьюгодите> закипает свирепая жажда убийства.]

Оповещение лишь подтвердило то, что Ли Гон и без системы давно почувствовал.

Остальные ещё ничего не замечали, но из Хьюго всё явственнее сочилась аура монстра. После возвращения от богини родов одного взгляда на него хватило, чтобы по коже пробежал холодок.

«Сколько ни проживи человеком, Монарх остаётся Монархом».

Его древние инстинкты просыпались.

И хуже всего — это была мерзкая, до боли знакомая вонь монстра, которую Ли Гон ненавидел сильнее всего на свете.

Он лично сражался с Монархами и убивал их. Поэтому знал наверняка:

«С ними невозможно быть по одну сторону».

Да, существовала Хейли, но она была совсем другой. Алая Владычица сама рассказала правду о её рождении.

— Эта девочка не крудэр.

Ли Гон тогда даже не удивился. Скорее подумал: «Так и знал».

Он терпеть не мог запах монстров, однако от Хейли им не пахло. Рядом с ней не возникало и желания пожирать её. Наоборот, её присутствие ощущалось почти родным.

Вероятно, именно поэтому её и выбрал бог-покровитель. Боги ведь крудэров на дух не переносили.

Ли Гон не зря оставил Хейли в покое, когда проверял её после своего возвращения.

Но Монархи — другое дело. Это хищники, неспособные мирно существовать с кем-либо в одном мире.

И если природа Хьюго действительно проснётся...

Перед глазами возникли Джиу и трое детей. Следом воображение услужливо показало, как Хьюго разрывает их на части.

Лицо Ли Гона окаменело.

Что теперь делать?

— Значит, ты тоже заметил.

Ли Гон резко поднял голову.

Перед ним стоял Кевин, и от него за версту несло ангелами.

* * *

Тем временем Хьюго, отвергнутый женой и детьми, вернулся домой, тихо шмыгая носом.

— Чем вам Хьюгоша не угодила?.. И Хьюгетта вполне нормальное имя...

Его отправили собрать вещи для Джиу и принести всё необходимое для младенца. Семья решила, что так будет лучше, чем позволять ему и дальше нести чушь в палате.

Впрочем, если имя выберет Ли Гон, ничего плохого в этом не было.

«Всё, что выбирает бог или к чему он прикасается, получает благословение».

Возможно, и имя получит защиту бога-покровителя. Тогда за безопасность дочери можно будет не переживать.

Но уж фанаткой Ли Гона она точно не вырастет. Только не в этот раз.

— Может, каждый день показывать ей мои подвиги? Сначала фотографии, где мы с Гоном вдвоём, а потом понемногу переводить внимание на меня.

Хьюго, похоже, всерьёз рассчитывал на эффект сравнения. Он самодовольно рассудил, что в молодости внешностью Ли Гону не уступал, и сунул в сумку старый фотоальбом.

Тут за спиной раздался чужой голос:

— Счастливым выглядишь.

Взгляд Хьюго мгновенно стал жёстким.

— Ты!

Перед ним стоял Михаил — ангел, лишившийся одной руки.

— Забавно. Мерзкая тварь, которую давно следовало уничтожить, сидит здесь и ухмыляется.

«Ах ты сука».

* * *

В то же время Пантеон, и без того разгромленный верховным богом Куньлуня и Бездной, содрогался от нового скандала.

— Что вы сказали?! Божественность Гермеса превратили в реликвию?!

Мир богов стоял на ушах.

Сначала обезумевший верховный бог Куньлуня устроил катастрофу, потом явилась Бездна. Её удалось загнать в ловушку по данным прошлого столкновения, но всё испортила взявшаяся неизвестно откуда перьевая ручка. Из-за неё Бездна металась по Пантеону и нападала на богов.

И теперь выяснилось, что эту ручку Змеиный бог изготовил из божественности Гермеса.

Если бы он просто наделил готовую вещь Властью, это ещё можно было понять. Но превратить сущность бога в предмет...

— Чёрт... Я думал, рассказы о копье с силой Монарха — бред!

— Выходит, и это правда!

Происходящее не укладывалось ни в какие рамки. Приделай к чашке человеческий мозг, сердце и внутренности — она ведь не станет живым существом и не побежит по своим делам.

Даже для богов существовали вещи возможные и невозможные.

Но была раса, способная плевать на подобные ограничения.

«Креаторы».

«Этот ублюдок — Креатор!»

Только они владели настолько безумными и противоестественными технологиями.

— Так вот оно что. Я слышал, он носит имя <Архитектора>. Неужели и правда Креатор?

— Господин Бальдр из Вальхаллы!

— А что это за общипанная курица у вас под мышкой?.. Ох! Господин Тот!

Увидев Тота с птичьим туловищем и птичьими ногами, боги отшатнулись. После встречи с верховным богом Куньлуня он едва дышал.

— Господин Бальдр, что с ним произошло?

— Его задела странная сила обезумевшего верховного бога Куньлуня.

— Новая Власть?

— Нет. Похоже, сам Куньлунь тоже стал жертвой.

Преобразившийся верховный бог излучал подозрительный свет. Всякий, кого касались его лучи, превращался в нечто чудовищное.

Причина у всего была одна.

«Змеиный бог».

Безумный облик верховного бога Куньлуня был делом рук Ли Гона. И хотя тот утратил рассудок, слабее от этого не стал.

— Уничтожено сорок процентов территории мира богов.

— Может, Креатор с самого начала к этому и стремился?

Высшие боги мрачно переглянулись.

Креаторов давно истребили, но когда-то им не было равных. Правда, теперь существовал мастер, способный с ними сравниться, однако именно Креаторы служили Первозданному богу и возводили сам мир богов.

Система божественных деяний, области Пантеона, Книга Правил и сами основы мира богов — всё это было создано ими.

Впрочем, сейчас речь шла не об этом.

— Во всём виноват ты!!!

— А-а-а!!!

Владыка Пылающего Стрельца задёргался на эшафоте. Его крепко связали и уложили под нож гильотины, а вокруг собрались боги со всего Пантеона.

— Виновен! Виновен! Виновен!

— Да я ни при чём! Сволочи! Я сам пострадал!

От посягательств верховного бога Куньлуня ему удалось отбиться, но затем сработала ловушка Ли Гона, и тот окончательно обезумел. Причиной стала одежда, которую изготовил Змеиный бог.

Так Владыку Пылающего Стрельца объявили пособником Ли Гона и приволокли на казнь.

— Какая ещё невиновность?! Думаешь, мы не понимаем, что вы вместе собирались свергнуть весь мир богов?

— Зачем мне его свергать?!

— Даже твой Святой выбрал себе Монарха! Всё было подготовлено заранее!

— Именно! Сначала ты привёл в мир богов Змеиного бога, теперь ещё и это. Не смей притворяться...

— Что ты сейчас сказал?

Бальдр подошёл ближе и с недоумением посмотрел на Пылающего Стрельца.

— Хватит ломать комедию. Слухи уже разошлись по всему Пантеону. Твой Святой воспользовался силой Монарха и без жалости убил богиню.

Лицо пленника застыло.

Силой Монарха?

Бальдр усмехнулся.

— Мы всё проверили у Махабхараты. Он — Монарх первого поколения <Метаморфоза>. Проклятый враг богов, пожиравший их одного за другим. А затем он вызвал своих собратьев и превратил мир богов в балаган. Неужели ты станешь отрицать, что с самого начала готовил переворот?

Владыка Пылающего Стрельца потерял дар речи.

Так вот почему младший брат спрашивал, сознательно ли он выбрал Хьюго!

— Подождите. Он не...

— Его тоже казнят. Но сейчас разговор о другом.

— О чём?

— Змееносец уже объявил нам войну.

В груди неприятно похолодело.

— Значит, за то, что привёл его сюда, ты умрёшь первым.

«Какого хуя?!»

(Продолжение следует)