Рейд ради последнего яркого воспоминания Сильфии Эвергрин Гроув перед выпуском.

Может ли рейд стать воспоминанием? Конечно.

Вы хоть представляете, какое это счастье — взять World First, сделать скриншот и навечно попасть на главную страницу форума?

Так или иначе, чтобы придумать нового рейдового босса специально для Сильфии, я отправился к Ив.

Я давно не заходил в студсовет, а когда наконец пришёл, застал Ив и Фильтию за довольно серьёзным разговором.

— Похоже, у вас тут что-то сложное. Я могу присоединиться?

— Ой, младший. Конечно. Иди сюда, садись.

Фильтия похлопала ладонью по месту рядом с собой, приглашая меня, и я сел напротив Ив.

— Видеть ваше лицо с самого утра… ужасно раздражает. Не хотите поменяться с сестрой местами?

— Хм. Есть ещё вариант: ты сама пересядешь к ней. Или задница у тебя настолько тяжёлая, что… Эй. Разве тебя не учили не стрелять магией людям прямо в лицо?

— Меня учили не стрелять в людей. А про тех, кто человеком не является, ничего такого не говорили.

— Кто бы тебя ни учил, воспитал прекрасно.

— У нас с вами вообще-то был один и тот же преподаватель этикета!

Вот как?

Я понятия не имел.

— Судя по чудовищной разнице между нашими манерами, преподавателю пришлось несладко.

— …Угх.

— Что?

— Н-ну и что… Не зазнавайтесь только потому, что у вас одни занятия по этикету шли лучше моих!

Серьёзно?

У прежнего Вольфрама оценки по этикету были выше?

Нет.

Наверное, просто у Ив они были до неприличия низкими.

Бедный преподаватель.

Хотя любопытно… Вольфрам фон Лоэнгрин действительно настолько хорошо знал этикет? Неожиданно.

— Так о чём вы разговаривали с такими серьёзными лицами?

— А… Хм. Это вас не касается.

— Правда?

— …А-ха-ха.

На мой вопрос Фильтия лишь неловко улыбнулась, а Ив надула щёки и сердито уставилась на меня.

Не понимаю, что происходит, но почему-то опять пахнет несправедливыми обвинениями в мой адрес.

Вот ведь.

Жить невозможно, когда тебя постоянно притесняют без всякой причины.

— Объясни нормально.

— …Фух. Хорошо. Короче говоря, всё из-за вас.

— Что именно? Если опять собираешься меня безосновательно обвинять…

— Хватит нести чушь. Лучше на это посмотрите.

Ив бросила передо мной какой-то документ.

Это была сводная ведомость итоговых экзаменов всех первокурсников обоих основных факультетов.

В таблице, куда отдельно вынесли лучших студентов, было прекрасно видно, кто по каким предметам получил высокие оценки.

— Как и ожидалось. Все ребята из нашей группы в самом верху.

— Вот только радоваться тут нечему.

— Почему?

— Хорошо выступили не только участники вашей группы. В целом очень заметно выросли оценки студентов, которые связаны с вами. Вот хотя бы эти двое.

— Ванилла и Йогурт. Ого. Настолько высокие баллы по практике?

И не только они.

Все, кто так или иначе пересекался со мной — случайно или потому, что я когда-то им помог, — понемногу улучшили результаты.

— И в чём проблема?

— Из-за вас некоторые студенты начали сомневаться уже в честности самих экзаменов.

— Из-за меня?

— Сейчас не это главное! По академии ходят слухи, что рядом с вами оценки сами собой растут. Что достаточно попасться вам на глаза — и вы каким-то невероятным секретным способом поднимете человеку баллы. И это ещё лучший вариант. Я уже слышала разговоры, будто вы давите на студсовет, исправляете ведомости или угрожаете профессорам, чтобы те ставили нужные оценки!

— …Вот как. Значит, сам того не зная, я обрёл настолько огромную власть.

— Что?

— Тогда воспользуюсь ею и отдам приказ. Ив, возьми пятьсот рин, купи хлеба, конфет и напиток, а сдачи принеси тысячу пятьсот… Эй.

Сколько раз надо повторять, что нельзя стрелять Световым копьём в человека?

— Мне сейчас не до шуток.

— Мне тоже. Я здесь ни при чём, и совесть у меня чиста. В чём тогда проблема?

— Ну так я вас и не звала и обвинений вам не предъявляла.

— Правда? А это Световое копьё тогда что?

— Это потому, что вы меня разозлили. Ц. Мы с сестрой как раз думали, как всё решить.

— Наша младшая хочет доказать невиновность своего братишки, которого подозревают в торговле исправленными оценками. Иными словами — очистить доброе имя младшего.

— …Сестра?! Я вовсе не ради этого! Просто если все решат, что вы действительно торгуете оценками, под сомнение попадёт уже моя власть!

— Знаю. Ты ведь ни за что не стала бы помогать лично мне.

Ив промолчала.

Ив снова надула щёки.

Не знаю почему, но пока этот хомяк молчит, меня всё устраивает.

— Значит, из-за меня студенты могут начать сомневаться уже в самой системе обучения Зефрина? Решат, что сколько ни учись, если не попадёшься мне на глаза — хороших оценок всё равно не получишь?

Вместо молчащей Ив ответила Фильтия.

— Возможно, это немного преувеличено. Скорее всего, пустые слухи скоро сами утихнут. Но ты же знаешь, младший: на магическом факультете оценки — почти всё. Студенты нередко готовы рисковать жизнью ради чуть лучшего результата. Если разойдётся слух, что достаточно просто находиться рядом с тобой, чтобы баллы росли… за тобой могут начать ходить очень странные люди.

Хм.

Вот это уже звучит утомительно.

— Поэтому проблему нужно решить как можно быстрее.

Если она так ставит вопрос, спорить действительно трудно.

Хотя…

Неужели найдётся студент, который станет преследовать меня только ради оценок?

***

В любом случае Фильтия велела мне сегодня побыстрее возвращаться в магазин, а Ив потребовала «сделать хоть что-нибудь», после чего я покинул здание студсовета.

И по дороге обратно к восьмому корпусу магического факультета…

[Вы чувствуете направленный на вас взгляд.]

[Этот взгляд определённо недоброжелателен.]

Ого.

Давненько я не ощущал враждебности, направленной лично на меня.

Неужели Ив и Фильтия были правы, и какой-то сталкер действительно решил за мной охотиться?

— Вот так уже интереснее.

Ну же.

Кто там?

Сейчас Вольфрам фон Супер-Ёнджин с неприлично огромным игровым стажем обрушит молот правосудия на жалкого сталкера, который ему даже в подмётки не годится.

Выходите, глупцы.

— Вольфрам.

— Рудика?

— Чем ты вообще в последнее время занимаешься?

— Хм?

— Уже и такое странное за собой таскаешь.

С этими словами Рудика вытащила из-за спины что-то, что до сих пор прятала, и бросила на землю перед собой.

Студента.

Причём студента магического факультета.

— …Это он за мной следил?

— Следил? Ты успел сделать что-то, из-за чего тебя теперь выслеживают?

— …Не по своей воле.

— Хм. Объяснишь поподробнее?

— Сначала отпусти этого студента.

— А? А-а. Хорошо.

Рудика подхватила пленника и небрежно швырнула его в ближайшие кусты.

Я вообще-то не это имел в виду под «отпусти»…

Ладно.

Сам виноват, что полез за мной следить. Моей вины здесь нет.

По дороге в магазин я неторопливо объяснил Рудике, откуда взялись сталкеры и почему сам являюсь совершенно невинной жертвой обстоятельств.

Выслушав всё до конца, Рудика вздохнула:

— И в такую неприятность ты умудрился вляпаться. Вольфрам и правда удивительный.

— Разве это повод называть меня удивительным?

Мы оба криво усмехнулись.

— И что теперь будешь делать?

— Хм. Для начала пойдём в магазин. Хочу отблагодарить тебя за помощь.

— Хорошо. Пойдём.

Рудика просияла и пошла совсем рядом со мной.

Только выглядит почему-то вялой.

С ней всё хорошо?

***

После небольшой чайной паузы в магазине я спросил прямо:

— Рудика. Тебя что-то беспокоит?

— А? Нет. Ничего.

— Тогда куда делась твоя обычная манера речи?

— …А. А-ха. С Рудикой ничего не случилось, вот так-то.

— Ты точно обычно так разговариваешь?

— …У. Не так?

По-моему, не так.

— Если есть какая-то проблема, говори в любое время. Если тяжело совмещать работу убийцы и дела группы, я всегда могу уменьшить твою нагрузку в группе…

— Нет. Не это. Никогда. Ни за что. Не надо.

— Вот как. Тогда в чём дело?

Возражение прилетело мгновенно.

— …Да ничего. Совсем ничего не слу… Что ты делаешь?

— Лгунишек надо наказывать.

Я слегка зажал Рудике нос. Голос тут же стал гнусавым.

— Харашо. Расскажу, только атпусти.

— Хм.

Я разжал пальцы.

Она даже не попыталась увернуться и просто позволила мне схватить себя за нос.

Похоже, её и правда что-то серьёзно гложет.

— Что случилось?

— …Ну… Вольфрам ведь мне доверяет?

— Доверяю. Очень.

— Особенно… моим способностям доверяешь очень сильно?

— Разумеется. Твои движения настолько хороши, что в них будто вселяется бог.

— …Вот только недавно я проиграла… А-ха-ха. И подумала, что не оправдала твоего доверия.

А.

Она про бой с Айлой.

— Тебя настолько задело поражение от Айлы?

— Хм… Нет. Не задело. Айла потрясающая. Я её уважаю.

— Тогда в чём проблема?

— Просто… в том поединке мы ещё выясняли, кто из нас полезнее Вольфраму своими способностями…

Я промолчал.

— Значит, теперь я полезна меньше Айлы… У, опять? Что ты делаешь?

Я снова ущипнул её за нос.

— Наказываю ребёнка, который забивает голову бессмысленными переживаниями. Это привилегия лидера, так что не вырывайся.

— Они не бесмысланные. Я серьёзно гаварю.

— Бессмысленные. Неужели ты думаешь, что после одного боя я начну кому-то доверять больше, кому-то меньше? Или стану оценивать тебя ниже и разочаруюсь?

— …Не станешь?

— Разумеется, нет. Глупая. Слушай внимательно.

— …Слушаю.

Хорошо.

Объясню.

— Моя цель — открыть круглосуточные магазины по всему континенту. Ты это знаешь.

— Знаю.

— А прежде мы исследуем весь Зефрин и заберём себе все его тайны. Перейдём вулкан, разобьём ледяную стену, пересечём небо и доберёмся до всего, что спрятано на этом искусственном острове.

— Угу. И?

— Для этого нельзя потерять ни одного человека.

Я глубоко вдохнул, прямо посмотрел Рудике в глаза и сказал:

— В том числе тебя.

Рудика промолчала.

— Поняла? Для моей цели ты необходима. Если поняла — кивни.

— …У.

Рудика едва заметно кивнула.

Отлично.

Похоже, воспитательная работа закончена. Я отпустил её нос.

Она немного потёрла его, потом подняла на меня глаза.

— Вольфрам… правда без меня нельзя?

— Сколько раз повторять? Я же сказал — нельзя.

— …Правда? Даже после того, как я проиграла? Если ты настолько веришь в мои способности… разве я не обязана вообще никогда не проигрывать?

— Слушай внимательно. У меня есть амбиция перевернуть этот мир. Есть сила, чтобы её осуществить. И есть план, как это сделать.

— Угу.

— И я — Вольфрам фон Лоэнгрин, у которого всё это есть, — говорю, что без тебя не обойдусь.

Рудика несколько секунд смотрела на меня пустым взглядом, а затем губы расплылись в широкой улыбке.

— Вот как. Значит, Вольфрам… без Рудики не может.

— Да.

— Вот как. Хм-м. Да. Вольфрам… Ху-ху-ху. Без Рудики не может. Значит, так.

— Так.

— Хм-м. Скажи ещё раз.

— Без Рудики Хассан Шэдоу мне не обойтись.

— А-ха, а-ха-ха… Хорошо. Можно… ещё один раз?

— Ц. Я же сказал: без тебя никак.

— Е-ещё один. Последний.

Я промолчал.

Вот ведь пристала.

Человек и так устал, а она решила ещё и дразнить.

Я снова схватил её за нос, и Рудика широко распахнула глаза.

— Ты что делаешь?

— Не заставляй меня повторять ещё раз. Поняла? Я сказал, что ты мне нужна.

Если с первого раза не дошло — объясню так, чтобы дошло наверняка.

И чтобы больше не вздумала надо мной издеваться.

Я наклонился прямо к её уху и чётко произнёс:

— Я сказал: без тебя мне не обойтись.

Рудика промолчала.

— Ответ?

— …………Да.

Вот.

Теперь, похоже, наконец поняла.