Новый год в Зефрине обычно встречают дома, поэтому сильнее всего начало нового года студенты ощущают, конечно же, с началом нового семестра.

В это время мана во всём Зефрине приходит в движение. Четвёртые курсы разом выпускаются, и Зефрин, словно опустевший после их ухода, вновь наполняется маной, когда первокурсники прибывают сюда приливной волной.

На фоне этого оживления я занимался тем, чем и должен был заниматься.

А именно…

— О-о. А я уж думала, ты обо мне забыл.

— С чего бы? Просто был немного занят.

— Ну что ты. Не стану же я жаловаться из-за того, что мы каких-то несколько месяцев не виделись. Подарок приму. А летом обязательно приезжай на побережье. Я покажу тебе море.

— Хорошо.

Ариэль, Лайя Дайя Фрост, Эльпиране, Эрхель…

Я обходил знакомых нелюдей и приветствовал их после долгого перерыва.

Всё-таки долгожители — славный народ. Несколько месяцев не виделись, и никто не устраивает сцен.

Наверное, с их точки зрения это выглядело бы примерно так же, как если бы человек встретил друга неделю спустя и начал причитать: «Давно не виделись!»

— Я-я думала, вы меня забыли. Я… я-а-а…

— Тихо. Бери и иди уже.

— Д-да-а…

— У Чёрного флага ничего нового?

— Т-там есть один некромант… Недавно он собирался устроить марш мертвецов… но потом обнаружил, что на Равнине мёртвых стало гораздо меньше трупов, и разрыдался…

А.

Вот оно что.

Пятый акт Ив, где к армии мертвецов присоединяется даже труп Вольфрама фон Лоэнгрина и вся эта орда идёт на Центральный район.

Если подумать, мы с Нефти ведь как-то ходили зачищать нежить.

Получается, заодно сорвали и это.

Неплохо.

Эрхель я передал предмет, который мешает обнаруживать проклятия. По её лицу было видно, что в голове уже мелькнула мысль: «Раз меня не смогут обнаружить, значит, можно творить что угодно и меня не казнят?» Стоило мне напомнить, что я лично могу снести ей голову, как она тут же рухнула лбом в землю.

Совсем страх потеряла.

У меня и без того дел по горло.

Зато от неё я получил свежие сведения о Чёрном флаге.

Главная головная боль — Фиолетовая ведьма.

Если не считать её, всё терпимо.

Да и с ней достаточно не столкнуться до выпуска.

Пусть у неё характер — хуже некуда, пусть чужое несчастье для неё собственное счастье, пусть она любит психологически ковыряться в людях, а когда наскучит — уже буквально потрошить их на куски… Если мы не встретимся, какая мне разница?

А если встретимся?

Тогда разберусь по обстоятельствам.

Мне просто не хочется с ней связываться. Это не значит, что я побегу, если она окажется передо мной.

Впрочем.

Не думаю, что вообще стану проходить всё вплоть до двенадцатого акта. Будущее можно оставить Келтерсу.

А в следующем году здесь останется Ив.

После неё дело примет Мильфёй.

Потом — Спика.

— Даже когда исчезнем я, Айла и Рудика… воля нашей группы перейдёт к будущим поколениям. На нас всё не закончится.

Прозвучало как реплика героя манги, но лишь наполовину в шутку.

Вторая половина, разумеется, была совершенно серьёзной.

***

Не только у меня выдались безумно загруженные дни.

Айла тоже была занята по горло.

В последние дни я часто видел одну и ту же картину: на пустыре возле круглосуточного магазина две сестры всерьёз дрались друг с другом.

Уже несколько дней подряд Айла тренировала Спику без передышки, и выражение у неё было серьёзнее некуда.

И надо признать, их поединки действительно радовали глаз.

Зачем они вообще так стараются?

Разве не очевидно?

— Спика! Если даже это не выдержишь, до Регины тебе не добраться!

— Ух… А-а-а! [Большой голем SPK-12], прикрой меня и вперёд!

У сестёр был общий враг.

То, что этот враг одновременно являлся членом моей группы, придавало ситуации забавную иронию. Но я вовсе не мечтаю о том, чтобы все участники группы всегда ладили друг с другом, даже наступая себе на горло.

Не нравитесь друг другу — не нравитесь. Надо подраться — подеритесь.

Разве не так?

Поединок между тем временем стал по-настоящему ожесточённым.

Десятки копий из Чёрного кристалла.

Спика, спрятавшаяся в объятиях голема и использующая его для высокоскоростных рывков.

Она уходила от залпов буквально на толщину листа бумаги и снова прорывалась внутрь — настоящий бесстрашный боец.

Но даже самый храбрый воин не прорвётся в одиночку через плотную огневую завесу.

Бог войны на поле боя.

Кто-то однажды сказал, что артиллерия — бог войны. И сейчас Айла Тристар впервые за долгое время демонстрировала почти идеальный дальний бой.

Особенно впечатляло, как она на полную использовала всё своё Здоровье: Чёрный кристалл отбрасывал её тело в сторону для экстренного уклонения, а в месте приземления уже ждал другой кристалл, который принимал её и снова отправлял в движение.

Без врождённого боевого чутья такое не повторить.

И причина, по которой Айла выкладывалась настолько серьёзно, была проста: поединок Спики и Регины уже совсем близко.

Айла сказала, что на время боя одолжит Спике свой Жезл сумеречного василька, и отдельно спросила моего разрешения.

Мол, это первый жезл, который я ей подарил, и она всерьёз переживала, можно ли отдавать его кому-то другому, даже собственной младшей сестре.

Я разрешил.

И теперь Айла, даже оставшись без жезла, буквально издевалась над Спикой.

Именно так.

Не сражалась — издевалась.

Один за другим разбивала Чёрным кристаллом десятки созданных Спикой големов, словно играла с ними.

— Невеста хозяина поистине сильна. Даже триста лет назад бойца подобного уровня было бы непросто встретить.

Развалившийся рядом Патраш лениво зевнул и похвалил Айлу.

Но я смотрел на это иначе.

— Айла сегодня не в форме.

— Вот как?

— Да. Двигается медленнее обычного. И проявление магии, и скорость реакции… Интересно, что случилось.

— Может, она просто сдерживается?

Можно было бы подумать и так.

Но у меня есть функция проверки статуса членов группы.

И сейчас с Айлой совершенно точно что-то было не так.

Негативные состояния: Слабость. Усталость.

Да и Здоровья осталось не так уж много.

Но будто среди её скрытых свойств имелось [Продолжение боя], натиск Айлы не прекращался ни на секунду.

Не знаю, случилось ли что-то, ради чего стоило так перенапрягаться, или сегодня просто неудачный день.

Как бы то ни было, хорошо, что я пришёл посмотреть.

Когда тебе плохо, тренироваться всерьёз нельзя. А если серьёзно травмируешься?

Я уже шагнул вперёд, собираясь остановить обеих.

— Всё, хватит на се…

И в этот момент тело Айлы заметно качнулось.

Голем Спики мгновенно нырнул в открывшуюся брешь.

Прямой удар кулаком.

Могу поручиться.

С Ловкостью Айлы такое не остановить.

У Спики Ловкость 19. Если она уже вошла в дистанцию, Айла не успеет активировать рукопашный «контр».

То есть удар пройдёт чисто.

Айлу отбросит, и она вполне может серьёзно пострадать.

— Патраш. Лови.

— Хм? О чём ты…

А я уже вмешался.

— [Formation Change].

Стоило активировать навык группы, как мир перед глазами мгновенно сменился.

Я поменялся местами с Айлой, стоявшей чуть поодаль.

Спокойно.

Без паники.

Я сунул деревянный кинжал между пальцами летящего на меня кулака голема.

Хруст.

Кинжал застрял в шестернях привода, механизм заскрежетал, и огромный кулак остановился прямо перед моим лицом.

— А… Э? Оппа? А где сестра?

— Разве не видишь? Вон там.

Я слегка обернулся.

Айла лежала на земле.

Даже в этой суматохе Патраш умудрился мгновенно понять, что под «лови» я имел в виду именно поймать Айлу.

Полезный всё-таки парень.

— На сегодня тренировку заканчиваем. Спика, ты хорошо поработала.

— А… Д-да! Спасибо!

Я погладил Спику по голове. Она покраснела, заулыбалась и прижала жезл к груди, радуясь как ребёнок.

— Сегодня возвращайся осторожно. Патраш, проводишь Спику?

— Нетрудно.

— А… Мы уже уходим?

Обычно после тренировки мы бы ещё попили чего-нибудь и обсудили бой, но сегодня нельзя.

— Да. Завтра приходи снова.

— Х-хорошо. Но, оппа… а сестра?

— Мне надо с твоей сестрой поговорить. [Возвращайся первой.]

— …Д-да! Конечно!

Вот же.

Похоже, Императорская кровь включилась сама собой.

Спика торопливо закивала.

Хорошая девочка.

А теперь пришло время отругать плохую девочку, которая даже за собственным состоянием не следит, зато лезет драться всерьёз.

***

Я перенёс Айлу в круглосуточный магазин.

Очнулась она уже ближе к закату.

— М-м! Отлично поспала! Свежа! Доброе утро!

— Вечер.

Я сидел на стуле перед кроватью и сверху вниз смотрел на проснувшуюся с этим странным приветствием Айлу.

— Вольфрам? А? Почему вы в моей комнате?

— А мысль, что это ты находишься в моей комнате, тебе в голову не пришла?

— …А? Комната Вольфрама… Правда. Офис круглосуточного магазина… А почему я здесь?

— Совсем не помнишь? Во время тренировки со Спикой ты чуть не пропустила удар.

— А…

Похоже, она и правда ничего не помнила.

А когда услышала, что я применил Formation Change и парировал удар голема Спики, Айла мгновенно вскочила с кровати.

— Вы в порядке? Нигде не пострадали?

— По-моему, не тебе сейчас беспокоиться обо мне.

— …Ух. Вольфрам… вы случайно не злитесь?

Злюсь?

Разумеется.

— Я совсем немного зол на человека, который даже не проверил своё состояние и полез драться всерьёз.

— Простите.

Айла тут же отступила на два шага и опустилась передо мной на колени.

— Если бы одного «простите» всегда хватало, Империи не понадобилась бы армия.

— Д-да. Верно.

— Объясняй всё с самого начала. Почему дошло до такого?

— Просто… Спика собирается драться с Региной, и я сама не заметила, как слишком увлеклась, пытаясь ей помочь…

— То есть даже о себе забыла?

— Да…

Айла опустила голову и неловко замолчала.

Если подумать, я ведь впервые по-настоящему её ругаю.

Обычно она достаточно умна и самостоятельна, чтобы самой следить за собой.

— Почему ты так перенапряглась? Пусть ты очень хочешь победы Спики, но разве не понимаешь, что если сама свалишься, всё потеряет смысл?

— Понимаю. Правда понимаю… Но я очень хотела, чтобы Спика обязательно победила.

— Настолько ненавидишь Регину?

— Спика для меня… ещё важнее.

Я промолчал.

Одно с другим пока не складывалось.

Я взглядом потребовал продолжения, и Айла объяснила, почему так старалась.

— …Помните, как до перехода на третий курс я каждый день проигрывала Регине Сиэлле?

— Конечно.

— Мне было ужасно обидно. Почему я должна проигрывать таланту? Неужели усилиями невозможно превзойти талант? Почему небо дало мне миссию мятежа, но не дало вместе с ней таланта? Раз уж дали миссию, могли бы выдать и способности… Это было очень тяжёлое время.

— И?

— Поэтому я не хочу, чтобы Спика, как я, сначала проиграла, а потом прошла через такое же отчаяние. И я… слишком увлеклась.

Лицо Айлы было серьёзным как никогда.

Понятно.

Вот ведь…

Я зажал пальцами её нос.

— Глупая.

— Уфрам?

— По сути ты говоришь, что хочешь лишить Спику возможности проиграть и самой осмыслить поражение.

— …А-у…

— Если бы ты с самого начала побеждала Регину, думаешь, ты вообще попросила бы меня о помощи? Время поражений тоже стало фундаментом твоей победы.

— …А.

— Ц. Глупая. Не отбирай у неё право проиграть.

Только после этого я отпустил её нос.

Айла несколько раз потёрла его пальцами, а затем глубоко склонила голову.

— Простите, Вольфрам. И спасибо, что отругали меня.

— Раз поняла — хорошо. Больше такого не повторится?

— Да! Вчера я легла аж в одиннадцать вечера, наверное, поэтому так устала. Теперь буду ложиться вовремя.

Сказав это, Айла неловко почесала щёку и спрятала смущение за улыбкой.

…Так вот в чём дело?

Ну ладно.

Похоже, раскаялась. Можно заканчивать.

— Голодна? Приготовлю что-нибудь лёгкое.

— Я помогу!

— Сиди. Если завтра снова собираешься тренировать Спику, сейчас береги силы.

— Что?

— Я сказал не отнимать у Спики возможность проиграть. Не говорил сложить руки и смотреть, как она проигрывает. Если собираешься помогать — помогай изо всех сил, а затем пусть принимает результат.

— …Да!

Я оставил Айлу сидеть и ушёл на кухню. Вскоре принёс лёгкий ужин.

После еды Айла снова начала клевать носом.

— Айла, если хочешь спать, возвращайся в общежитие и… Уже поздно.

Она тихонько сопела, явно окончательно провалившись в сон.

Я невольно усмехнулся.

Если уж решила спать в офисе, могла хотя бы лечь. Зачем засыпать сидя в таком неудобном положении?

Я сел рядом, собираясь осторожно уложить её.

И тут…

— Хм.

Совершенно неожиданно Айла сама прислонилась к моему плечу.

— Спика… заставь эту женщину плакать… Хе-хе.

Что ещё за сон такой?

Хотя нет.

Я слишком хорошо понимаю, о чём именно она мечтает, поэтому не удержался от улыбки.

Спящее лицо было совершенно спокойным.

Сон, похоже, тоже приятный.

Я решил ненадолго одолжить ей плечо. Вдруг начну перекладывать — ещё проснётся.