«Риа, остерегайся людей, которые бесплатно дают чёрный хлеб».

Эти слова отец сказал мне в детстве.

Точнее — перед тем, как отправиться в своё последнее приключение.

Мой отец когда-то был капитаном отряда наёмников, истреблявшего монстров в приграничье. Рискуя жизнью, он остановил чудовищ, рвавшихся к важному имперскому рубежу, и за это получил рыцарство.

Моя мать — старшая дочь старосты деревни, где не набиралось и тридцати дворов.

То есть отец — рыцарь, а мать вроде как наследница местной власти…

Не то чтобы я понимала, что это вообще должно значить.

Но и «деревенской принцессой» меня никто не растил.

Отец попался на обман приезжих торговцев и влез в огромные долги.

Пришлось спрятать нагулянный живот, подобрать второй подбородок и вернуться в наёмники.

Наша семья понемногу беднела.

Сначала со стола исчезло мясо.

Потом зелень.

В конце остались только чёрный хлеб и жидкое рагу.

Тогда отец получил новый заказ.

«Если в этой битве удастся взять трофеи, наша семья снова заживёт как раньше! Риа, папа накормит тебя мясом до отвала!»

С этими словами он ушёл.

Я боялась, что это снова чей-то обман, но на этот раз, похоже, заказ был настоящим.

Переехать мы всё равно не могли, зато трофеев хватило бы, чтобы мясо снова появилось на столе.

Вот только вместе с новыми блюдами исчезло место отца.

Вместо него домой пришёл один лист — извещение о гибели.

Не знаю, что тогда решила мама, но после этого она начала отчаянно копить деньги.

И в конце вложила всё в меня.

Так я поступила в Зефрин — место, куда, говорят, принимают только лучших талантов Империи и детей знати.

В сердце я всегда носила слова: «Никто не даёт чёрный хлеб просто так».

И изо всех сил старалась выжить в Зефрине.

Экономить тетради — само собой.

Я научилась проходить тренировки, вообще не расходуя выдаваемые расходники.

Решила, что выгоднее не искать работу, а получить стипендию, и полностью сосредоточилась на учёбе.

Конечно, среди ровесников попадались настоящие гении.

Вторая дочь западного дома Тристар.

Та, кому предстоит унаследовать [Меч].

С такими чудовищами спорить за первое или второе место бессмысленно.

Но в отличие от детей, которые ещё плохо понимали реальность, я с детства держала в голове последнюю фразу отца.

Поэтому быстро училась замечать нужное, действовала ловко и заняла третье место на курсе.

Половина платы за обучение покрывалась стипендией.

Но…

Сколько же денег жрёт этот Зефрин?!

За всё требуют платить.

Кажется, ещё немного — и счёт выставят за воду и воздух!

Когда среди бедных студентов мне впервые показали передаваемый из поколения в поколение «справочник съедобных трав», я решила, что это шутка, которой пугают новичков.

Нет.

Он действительно оказался нужен.

Говорят, существует рагу за тысячу рин, но даже его есть каждый день мне было не по карману.

А потом пришло ещё одно жестокое понимание.

Я не могу одновременно нормально подрабатывать.

Стипендия лишь снижает плату за обучение. Она не превращается в деньги на жизнь.

И вот…

Получив половинную стипендию первого курса и крепко держа в сердце завещание отца, я однажды уткнулась лицом в газон, завыла от голода и приготовилась к приближающемуся концу.

А затем услышала:

— М-м. Если умереть прямо здесь, аппетит окружающим испортишь.

Холодный, спокойный голос.

Но говорил человек не как выходец из какого-нибудь младшего рыцарского дома вроде моего, а как настоящий высокородный аристократ.

Простите, господин дворянин.

Но разве не слишком холодно так говорить человеку, который умирает?

Высокородный господин прошёл ближе.

Почему я могу судить только по шагам?

Потому что всё ещё лежу лицом в земле.

Шаги становились громче.

Он подошёл прямо ко мне.

А потом, кажется, присел: голос прозвучал почти над затылком.

— Если голодна, будешь есть?

— Что?..

В нос ударил глубокий запах.

Томатный соус.

Настолько сильный аромат можно было считать насилием.

Я из последних сил подняла голову — и увидела перед лицом тарелку пасты, будто приготовленной только что.

— А… а-а…

Руки задрожали.

Я хотела схватить тарелку и сразу запихнуть еду в рот.

Но внутри бился другой голос: нельзя.

— Не будешь?

— Бесплатный чёрный хлеб…

Договорить я не смогла и снова рухнула лицом вниз.

Чувствовала взгляд, упершийся в затылок.

А потом дворянин тихо рассмеялся, словно что-то его очень развеселило.

— М-м? А. Понятно. Конечно. Нужно остерегаться людей, которые бесплатно дают чёрный хлеб.

Я даже не успела произнести это до конца, а он будто естественным образом понял недосказанное.

А-а.

Наверное, это какая-то поговорка знати?

Отец ведь тоже был рыцарем.

— Тогда мне ещё сильнее хочется отдать тебе это бесплатно. Что ж. Милосердие — почти такое же насилие, которое сильный применяет к слабому. Оставлю здесь напиток и пасту. Можешь съесть, прополоскать рот и забыть. Можешь не есть и выбрать благородный конец согласно убеждениям. А можешь съесть и потом найти меня.

— Что?..

— Глубже за восьмым учебным сектором магического факультета. Обычно я там. Предлагаю тебе насилие в виде бесплатной еды и буду ждать ответа.

Сразу после этого шаги начали удаляться.

Последнее, что он бросил:

«Тарелка и стакан бумажные. Вилка деревянная. После еды сама выброси всё в мусор».

Правда?

Он правда ушёл?

Я из последних сил подняла голову.

Передо мной действительно стояли паста, вилка и бутылка ярко-синего прозрачного напитка, почти переливающегося через край.

Бесплатного чёрного хлеба не существует.

Отец сказал остерегаться тех, кто его даёт.

И всё же…

Я протянула руку.

Меня в одностороннем порядке ударили насилием, которое неизвестный дворянин называл милосердием.

— Хнык… х-хнык…

Паста была настолько вкусной, что я заплакала.

***

Получился довольно интересный опыт.

— Значит, если я должен был встретить её, то примерно сейчас.

В D/Z SAGA лучше собирать группы с ясной концепцией и получать соответствующие комплектные бонусы.

Одинаковый атрибут магии.

Чисто физическая или чисто магическая группа.

И тому подобное.

Но игроки часто собирали партии не ради системной помощи, а просто по вкусу.

Например, только из старших персонажей.

Или наоборот — только из младших.

И сегодняшняя девочка с газона относилась именно к одной из таких групп…

Снаружи постучали: тук-тук.

Словно прервали мои воспоминания и лишние мысли.

Я посмотрел на дверь.

Там стояла студентка с тёмно-каштановыми волосами до плеч. В глазах — страх и тревога.

Я махнул рукой, приглашая войти.

Дверь тихо скрипнула.

— П-простите за вторжение…

Она вошла почти неслышно.

— Раз уж ты стоишь здесь живая, пасту всё-таки съела. Ну как, вкусно?

— У-у…

Она схватилась за грудь и простонала.

— Даже честную оценку дать не можешь? Или забыла, как благодарят? Страдать будешь после того, как выполнишь обязательную вежливость.

Девушка распахнула глаза.

Потом будто что-то поняла, пару раз хлопнула себя ладонями по щекам и глубоко поклонилась.

— С-спасибо. Было очень вкусно. Как вы и велели, тарелку, вилку и всё остальное я выбросила в мусор.

— М-м. Хорошо. Теперь можешь страдать.

— У-у-у-у… А-а-а…

Она обхватила голову и присела.

Действительно страдает.

Вживую даже забавно.

— Итак. Раз ты всё съела и пришла поблагодарить, значит, не выбрала ни «не есть», ни «съесть и прополоскать рот».

— Д-да… Старшая дочь Вайса, Риа, ещё раз благодарит вас. Я пришла отплатить за то, что вы спасли мне жизнь. С-сколько я должна заплатить?

— Разве это не тебе решать?

— Что?..

— Это была не просто тарелка пасты. Она продлила жизнь человеку, который уже умирал. На одной чаше весов лежит твоя жизнь. Сколько рин ты сама положишь на другую?

— А… это софистика…

— Или ты уверена, что тогда выжила бы без пасты?

— А-а… у-у…

Риа снова схватилась за голову.

Я раньше не успел договорить.

Она первокурсница.

Младшая Келтерса.

Когда игроки собирают группу из младших студентов рыцарского факультета, эта девочка почти всегда оказывается в составе.

Если в группе старших у Келтерса есть Нефти, то в группе младших — она.

Имя — Риа.

Фамилия — Лотте.

И великолепное сочетание выходит: Лотте Риа.

***

После этого Риа продолжала мелко дрожать и смотреть на меня в настоящем ужасе.

— Господин дворянин прав. Я задолжала вам жизнь. Только… что мне положить на другую чашу?..

— Исправлю один момент. Я не дворянин.

— А… Тогда вы сын очень богатого торговца?

— Моё имя Вольфрам фон Лоэнгрин. Самая ортодоксальная кровь этой Империи.

— А… а-а… у-у-у… аг-г-г-г…

Ещё немного — и у неё пена изо рта пойдёт.

Ладно, хватит издеваться.

— Шучу. Паста была приготовлена из оставшихся материалов. Всё, что я говорил до этого, считай пустыми словами. Можешь уходить.

Она молчала.

Хотя я прямо приказал уйти, Риа не двинулась.

— Я сказал возвращаться.

— В-вы сказали: «Остерегайся людей, которые бесплатно дают чёрный хлеб». Эти слова… для меня очень важны. Они сделали меня такой, какая я есть. Я даже хлеб не могу взять бесплатно. Как же я могу просто принять что-то ценнее хлеба и забыть? В-ваше Высочество…

— Я же сказал, что это остатки материалов.

— Но если я задолжала и не отплачу… тогда вся моя жизнь будет стоить меньше пасты из остатков.

— О-о.

Я слегка выпустил давление, без слов предлагая ей уйти.

Риа дрожала всем телом, но всё равно не отступила.

Ну и характер.

[Если говорить честно, лучший танк — Нефти. Но вкусы у всех разные. Если вам нравится партия младших, Лотте Риа тоже неплоха.]

[Сам я часто её не использовал.]

[По видимым характеристикам она во многом хуже Нефти, ещё и пассивы «Несчастье» и «Бедность» висят. Но место ей всё равно находится. Если нормально прокачать, она честно отрабатывает вложения. Хотя Нефти, конечно, всё равно лучше.]

[Что? Партия младших сейчас в мете, а я притащил эту престарелую Нефти? Хорошо, педофилы. Сегодня я устрою пляску с ножами.]

Я невольно вспомнил те времена и рассмеялся.

У Риа есть пассив «Бедность», снижающий выпадающее количество рин, и «Несчастье», повышающее частоту встреч с монстрами.

Но одновременно у неё есть способность «Прорыв сквозь невезение», позволяющая жить даже сквозь эту бедность, и «Несгибаемость», из-за которой она не ломается никогда.

Она не проклинает собственную судьбу.

Просто упрямо пробивает её насквозь.

Если бы не убеждённость и верность Нефти, если бы я в игре не был столько раз обязан ей жизнью, моим лучшим танком, наверное, стала бы Лотте Риа.

Так…

«Бедность» понятно.

А «Несчастье»… повышенная вероятность встречи с монстрами.

А.

Понятно.

— Вот как. Тогда, пожалуй, приму плату за твою жизнь.

— У-у… Б-берите сколько хотите.

— Что ты. Поможешь мне несколько раз — и считай, что долга нет. Милосердие и подачка превратятся в труд и оплату.

— А… С-спасибо за милость, старший.

— Не за что. Работа будет тяжёлая. Возможно, придётся рисковать жизнью.

— Это цена моей жизни. Значит, и платить нужно жизнью.

Хорошо.

Очень хороший ответ.

Вот это уже Лотте… нет, Риа Лотте.

Посмотрим.

Как бы использовать эту её особенность…

Может, сделать из неё приманку и собирать мобов?