Зефрин — вершина имперского образования, и пользоваться услугами личных слуг здесь в принципе запрещено.

Официально — чтобы студенты учились самостоятельности. И, надо признать, правило действительно более-менее соблюдают.

Но способы полностью обойти устав и протащить в Зефрин собственных подчинённых всё же есть.

Первый — воспользоваться тем, что академия терпимо относится к фракциям, создать свою и уже через неё обзавестись людьми на побегушках.

Второй — заставить сопровождающего тоже сдать вступительные экзамены и поступить.

Разумеется, вступительные в Зефрин отнюдь не просты.

Экзамены проходят по всей Империи и во всех королевствах, а затем из огромной массы кандидатов выбирают лучших. Для обычного человека без выдающегося таланта один лишь порог поступления сродни аду.

Да и поступить — ещё не значит доучиться: убийственный темп занятий отсеивает людей не хуже экзаменов.

И всё же есть место, которое поколение за поколением будто насмехается над всеми этими сложностями и каждый раз отправляет в Зефрин сразу нескольких своих людей.

Точнее, не место — род.

Клан убийц юга.

Верные слуги Первого Императора. Род, о котором даже сам Первый Император говорил: [Не будь у меня хотя бы одного дня на подготовку — они бы меня убили].

Дом Хассан Шэдоу.

— Госпожа Рудика.

— …

Раннее утро.

Услышав зов девушки, Рудика тихо открыла глаза.

Рядом стояла девушка с такой же кожей и похожим разрезом глаз, только чуть выше и крупнее.

— Пора переодеваться. Позвольте сначала помочь вам умыться.

Рудика поднялась, отрицательно качнула головой, быстро умылась сама и переоделась.

Всё это время девушка держала голову опущенной и не произнесла больше ни слова.

Сесиль Шэдоу.

Четвёртый курс рыцарского факультета.

Когда-то Рудика называла её старшей сестрой.

Теперь же она была всего лишь слугой, приставленной к Рудике Хассан Шэдоу.

Для внешнего мира каждый представитель рода носил имя Хассан Шэдоу, однако внутри клана право называться Хассаном получал лишь один человек в каждом поколении.

Способ выбора был прост.

Когда дети достигали нужного возраста, их заставляли сражаться — в поединках, где вполне можно было лишиться жизни.

Последний оставшийся победитель получал имя Хассан.

Но в нынешнем поколении никто не был ни ранен, ни убит.

Причина проста.

Родился монстр.

Рудика Хассан Шэдоу.

Она уничтожила всякое подобие соперничества между ветвями рода и братьями с сёстрами ещё до того, как оно успело начаться.

Три года с деревянным кинжалом. Ещё один — с железным.

В семь лет она победила собственного отца, предыдущего Хассана.

Настоящий монстр.

— Что прикажете насчёт сегодняшнего обеда?

— А ты, Сесиль? Если свободна… может, пообедаем вместе? Давно Шэдоу не ели за одним столом.

Предложение было коротким, но Сесиль Шэдоу покачала головой.

— Для меня это слишком большая честь. Прошу, возьмите свои слова назад.

— …Хорошо. Забудь. Тогда Рудика поест у Вольфрама.

— Значит, вы направитесь к Его Высочеству принцу Вольфраму фон Лоэнгрину. Я сообщу остальным Шэдоу. Хассан.

— …Да.

Рудика Хассан Шэдоу лишь кивнула.

[Всё — ради Хассана этого поколения.]

Таков девиз дома Хассан Шэдоу.

Все Шэдоу одного поколения обязаны жить и умереть ради единственного человека, признанного Хассаном.

Воспоминания о том, как они тайком ели сладости, прятались под одеялом от взрослых и болтали среди ночи, ловили песчаных скорпионов и устраивали между ними бои, следовало забыть ради семейного завета.

— Тогда я удаляюсь. Хассан.

Слуга, когда-то бывшая сестрой, ушла.

Рудика тихо вздохнула.

Ей было душно.

***

В последнее время в магазине царит какая-то странная атмосфера.

Можно было бы бодро спросить: «Что же случилось? Давайте разберёмся вместе!» — и начать расспрашивать всех подряд.

Но я совершенно не находил в себе смелости.

Одной из причин была Нефти.

— …Императорская гвардия. Двести миллионов рин. Двести миллионов… Пять лет службы — уже миллиард… Можно купить особняк в самом центре столицы… Пятидневная рабочая неделя, без сверхурочных. Два дежурства в месяц по сменному графику… И работа, и нормальная жизнь одновременно…

Похоже, вся её голова была забита Императорской гвардией, и теперь она сражалась сама с собой.

Ладно. Эту пока не трогаем.

А второй была наша убийца — Рудика Хассан Шэдоу.

Она ничего особенного не делала. Просто время от времени сидела и рассеянно смотрела в мою сторону.

— Рудика. Что-то случилось?

— А, Вольфрам… нет. Ничего.

Неужели я наконец попал в её список целей?

Меня убьют?

Да что я вообще такого сделал? Ну, кроме того случая, когда недавно рявкнул на дворянском собрании так, что стены задрожали.

…

…

Из-за этого?

— Рудика. Если что-то тебя беспокоит, можешь сказать мне в любое время.

— Хм? А, заставила Вольфрама беспокоиться обо мне? С Рудикой всё хорошо.

Она улыбнулась, но заметно слабее обычного.

Нет, не улыбайся так. Когда ты так улыбаешься, мне ещё сильнее кажется, что меня сейчас убьют.

Надо как-нибудь исправить её настроение. И заодно — мою карму.

— …На дворянском собрании я говорил жёстко не без причины.

— Хм? А-а. Слышала об этом. Хорошо сделал. Показал себя достойно.

— Что?

— Именно так и должен вести себя потомок Императорской семьи, которому наш дом Шэдоу хранит верность.

— …

То есть доклад уже дошёл, и решение по нему тоже вынесли.

Значит, дело не в моей карме.

— …Душно.

— Двести миллионов рин…

Я совершенно не понимал причины.

В другой ситуации оставил бы всё как есть, но они обе сидят в магазине и создают вокруг себя такую мрачную ауру.

В такие моменты лучше всего сменить обстановку. Выбраться куда-нибудь, поесть, развеяться.

Ли Ёнджин, когда летом становилось жарко и влажно, после смены сразу бежал в компьютерный клуб, садился поближе к кондиционеру и играл.

А ещё путешествовал по Англии и Америке через онлайн-панорамы улиц…

Тело в компьютерном клубе, три часа ночи, перед тобой чапагетти от ночного сотрудника. Скажешь: «Ого, да тут работник офигенно чапагетти готовит», — и через минуту половина ночных посетителей тоже заказывает себе лапшу…

Кхм.

В общем, когда тяжело, лучший ответ — сменить обстановку.

Тем более мы втроём уже не раз сражались вместе.

Необязательно цепляться за центральный Академический район. Мест для прогулки хватает…

А.

— Рудика. И ты, младшая, которая никак не может выбрать один из двух вариантов.

— Двести миллионов… А? Вы меня звали, старший?

— Что такое, Вольфрам?

Обычно первой в такие авантюры лезет Нефти, но сегодня придётся мне.

— Не обещаю сокровищ, но не хотите выбраться куда-нибудь и развеяться?

— Развеяться?

— Хм. Там нас ждёт небольшое приключение. Обещаю, будет весело.

— …Хорошо! Заодно приведу мысли в порядок!

— Да! Идём, Вольфрам!

Рудика, Нефти и я.

Троица, которая уже ходила в Спящие горы и вместе проходила акт 1-4, снова отправлялась в приключение.

***

Мы шли, загрузив тележку Патраша припасами.

Но чем дальше, тем мрачнее становились лица моих спутниц.

— …Мы опять туда? Нет, Рудика не против.

— Спящие горы… Хм. Ну, не самое плохое место.

Мы втроём уже бывали здесь, так что особого восторга ждать было трудно.

— Дойдём — увидите. Покажу одно своё секретное место. Всё снаряжение взяли?

— Да-а.

— Взяла. Ты сказал, что придётся сражаться.

Когда мы вошли в предгорья Спящих гор, их лица окончательно вытянулись.

И тогда я сразу свернул вправо.

Там, скрытый в стороне от привычной дороги, гудел портал.

— Э-э… Здесь был такой портал?

— Рудика тоже о нём никогда не слышала.

— Обещаю красивый вид и хорошее развлечение.

Я, Нефти и Рудика.

Так наша любопытная троица вошла на скрытую карту — [Благословенный остров].

***

[Благословенный остров] полностью оправдывает слово «остров» в названии.

Начинаем мы в лесу на окраине. Если двигаться к морю — можно добывать морепродукты; если идти глубже в лес — мясо и плоды.

В центре есть небольшая гора, а на вершине живёт один босс.

Стартовая точка почти всегда находится в лесу неподалёку от берега.

Заросли здесь плотные, обзор плохой, но запах моря и шум волн слышны хорошо. Иди на звук — и гарантированно выйдешь к воде.

Все монстры появляются случайно, хотя вероятность встречи у каждого своя. Чем глубже заходишь в лес, тем выше шанс наткнуться на сильную тварь. У берега вероятность ниже, но не нулевая.

— …Нефти! Продержись три секунды!

— Есть! [Защитный строй: Рассеивание удара: Принудительная провокация]!

Нефти подняла стальной щит и приняла на себя атаку Серебрянорогого волка — монстра, которого здесь считали довольно сильным.

А в его горло уже летел кинжал Рудики.

Волк был сосредоточен на Нефти, но в последний миг всё же заметил Рудику.

Слишком поздно.

Она двигалась подавляюще быстро.

Свист перешёл в неприятный звук рассекаемой плоти.

И повторился ещё раз — точно таким же движением.

Оставив на шее зверя два пореза, Рудика перекатилась назад и отвернулась, не позволив ни единой капле хлынувшей крови попасть на себя.

Отличная связка.

Мы втроём и правда прекрасно сработались!

А что сделал я?

— Старший! Этот щит потрясающий!

— Просто лист прочного сплава.

— Но он так хорошо отводит удары! И крепкий! Совсем не то, что обычное снаряжение!

Вот. Обеспечил их экипировкой.

— Раз так нравится — забирай.

— Эта верность — ваша!

Нефти довольно хихикнула и отсалютовала.

Похоже, ей просто хотелось подвигаться, пропотеть и сбросить напряжение.

А вот Рудика по-прежнему выглядела мрачно.

Ну и ну.

— Рудика Хассан Шэдоу.

— …Да? Что такое, Вольфрам?

— Ты ведь раньше сказала, что тебе душно.

— Услышал? Аха-ха… да. Кажется, говорила.

— Тогда надеюсь, это станет хорошим ответом.

С этими словами мы вышли из леса.

Грохот волн.

Перед нами растянулась полоска песка, а за ней — бесконечная синева.

— …Ого… ого-о…

— Э… это…

— Обычно, чтобы увидеть в Зефрине такой пейзаж, пришлось бы выбраться из центрального Академического района и добраться до самого края одной из экспедиционных зон — восточной, западной, северной или южной. Но здесь всё иначе.

Да.

Именно поэтому это место зовётся [Благословенным островом].

Островом, собравшим все дары мира.

— Ну как вам море, которое считают одним из красивейших видов Зефрина?

— Так вот какое оно… море. Я впервые вижу. Глуко ведь совсем деревня. Вот как… значит, бывает и такой мир.

— Нефти.

— Да?

— Патраш владеет магией огня.

— И?

— Поэтому, сколько бы ты сейчас ни плавала, он потом сможет высушить твою одежду.

— …А! Т-тогда, старший, я прямо сейчас…

— Да. Иди, Нефти. Иди и брось вызов природе.

— Я побежала-а-а!

И Нефти превратилась в ветер.

Молодая, здоровая. Красота.

Старику вроде меня такие вещи уже не по силам.

Рудика тем временем молча смотрела на поверхность моря.

— Рудика. Ты раньше видела море?

— Нет. Для Рудики это тоже впервые. Огромное… по-настоящему огромное.

— Море занимает больше места, чем вся суша мира. Даже если Империя Лоэнгрин завоюет каждый клочок земли, ей всё равно не сравниться ни с глубиной моря, ни с его простором.

— Вот как.

Только тогда Рудика повернулась ко мне.

— Откуда Вольфрам столько знает? Такое чувство, будто ты знаешь всё.

— Хм.

Не всё. Только D/Z SAGA.

Но сказать это я, конечно, не мог.

К счастью, для такого вопроса у меня давно готово идеальное прикрытие.

— Я прочёл множество книг: от Императорской библиотеки до самых разных документов. Чтобы шагнуть в мир, сначала нужно узнать мир.

— …Но Вольфрам — принц. Можно ли тебе так легко говорить о том, что ты шагнёшь в мир? У потомка Императорской семьи ведь есть обязанности.

Рудика.

Что-то у тебя внезапно слишком сложный выбор слов.

Можно так выбиваться из образа?

Вольфрам волнуется.

— Даже если так, мечтать мне никто не запрещает. Именно потому я учился и теперь могу своими глазами видеть это море.

— …А когда покинешь Зефрин, разве тебе не придётся снова исполнять обязанности члена Императорской семьи?

Наверное, придётся.

Но это через два года.

Ещё даже итоговые экзамены первого семестра третьего курса не начались. Зачем сейчас думать о второй половине четвёртого?

— Мы пока в Зефрине.

— …

— Здесь лишь два типа людей обязаны принять навязанную им судьбу и должность.

— Кто?

— Первый — Ив фон Лоэнгрин. Потомок Императорской крови, занимающий единственную в своём роде должность.

— А второй?

— Аспиранты.

— О.

Рудика искренне удивилась.

А я тихо рассмеялся.

— О судьбе думай после выпуска. Может, тогда и дышать станет легче.

— …Вот как.

— Хм. В Зефрине ещё полно неизведанных мест. Даже если исследовать их до конца следующего года, можно не успеть увидеть всё. Не наслаждаться этим — просто расточительство.

— И правда огромный.

— Море? Конечно. Огромное.

— Нет… неважно. Аха-ха. Действительно огромный. Настолько, что мне самой становится неловко за свою узость.

Рудика долго смотрела мне в глаза и тихо улыбалась.

— Спасибо, Вольфрам. Ты и правда такой… широкий.

В тот момент мне почему-то показалось, будто я впервые услышал настоящий голос Рудики.