Глава 22

— Простите. Я не знал, что у вас гость.

Встревоженный помощник подошел и зашептал Сисео на ухо.

Главная горничная донесла о тайной связи принцессы, и разгневанная вдовствующая королева вызвала ту к себе.

Сисео замер.

«У принцессы есть возлюбленный?»

Более того, уши во дворце вдовствующей королевы донесли: главная горничная тайком пустила слух среди своих, что этот мужчина — министр двора Этьен.

Теперь она собирается объявить об их связи перед королевой во всеуслышание.

«Этьен, грязный интриган. Должности правой руки регента тебе уже мало?»

Сисео мгновенно понял: это совместная интрига главной горничной и министра.

Горничная, затаившая злобу на принцессу, и алчный до власти министр — худший из возможных союзов.

Он потер ноющие виски.

Все началось со стычки между главной горничной и принцессой.

Если не может помочь, сидела бы уж тихо.

Но пустить все на самотек он не мог.

Если ситуация выйдет из-под контроля, придется замять дело даже силой.

— Сисео, прошу, позаботься о Дее.

Он не мог проигнорировать просьбу, которую король неустанно повторял перед отъездом.

— Поговорим в другой раз.

Сисео решительно оборвал беседу.

— Как знаешь.

— Прошу прощения, что заставил прийти впустую.

Сисео поспешно покинул комнату.

Короткий кивок, торопливые шаги — очевидно, во дворце стряслось что-то срочное.

— Босс, похоже, представление началось.

Провожая Сисео взглядом, Галло закинул сцепленные в замок руки за голову.

— Говорят, главная горничная подкупила доверенную горничную принцессы. Сможет ли принцесса выпутаться из этой ловушки?

Галло с интересом посмотрел вслед ушедшему Сисео.

— Ну? Что скажешь-то?

— Да ничего.

Голос звучал скучающе.

— Ничего? Неужели не любопытно, выживет ли принцесса?

— Не выживет — значит, таков ее предел.

— Бессердечно. Босс, тебе совсем не жаль хрупкую девушку, которая так отчаянно барахтается?

Жаль?

До сих пор она вела себя довольно умно, но если позволит жалким гиенам вцепиться себе в горло — значит, это и есть ее потолок.

— Не умеешь кусаться — нечего лаять.

— Кусаться? В данной ситуации, похоже, растерзают саму принцессу.

Галло картинно опустил брови, изображая сожаление.

— Посмотрим.

Скоро все узнаем.

Если принцесса Валдины похожа на свою родину, шансов у нее нет.

* * *

Дворец вдовствующей королевы.

Присутствующие зашумели от слов, сказанных главной горничной и Марию в один голос.

— У вас есть доказательства?

— Е-есть вещь, которой ее высочество обменялась с возлюбленным! Предмет, на котором выгравировано имя того, с кем она тайно обручилась…

Марию испуганно ежилась, но в деталях и без утайки выложила все о доказательстве.

— …Эта вещь в покоях принцессы. Ее высочество днями и ночами смотрела на этот подарок и тосковала по возлюбленному.

В консервативной Валдине обмениваться знаками любви могли лишь те, кто был обручен.

Неужели все зашло так далеко? Присутствующие открыли рты. В это просто не верилось.

Откровения горничной о бесстыдном поведении принцессы заставили всех затаить дыхание и с опаской покоситься на вдовствующую королеву.

— …Значит, нужно убедиться лично, — холодным тоном скомандовала королева. — Пинателли.

— Да, ваше величество.

Высокая худая женщина, стоявшая у возвышения, вышла вперед и склонилась.

Это была баронесса Пинателли.

Она почти 20 лет безотлучно служила вдовствующей королеве. За спокойный нрав и неподкупность, не поддающуюся никаким соблазнам, пользовалась наибольшим доверием.

— Отправляйся в покои принцессы и обыщи там все сверху донизу. Если найдешь вещь, о которой они говорят, немедленно доложи мне.

Королева повернула голову и посмотрела на Медею сверху вниз.

— Есть возражения?

— Никаких, — спокойно ответила Медея.

Повисла тишина.

Королева обмахивалась веером, пытаясь сдержать закипающий гнев.

Но, видимо, эмоции взяли верх, и она раздраженно отшвырнула веер из павлиньих перьев.

Кэтрин тем временем то и дело пыталась поймать взгляд главной горничной, изо всех сил стараясь прочесть ее намерения.

«Пф. Когда твой муженек пытался меня вышвырнуть, что ж ты так не высматривала меня?»

Мадам Квиджин вовсе отвернулась, на корню пресекая эти попытки.

«Вот сделаю министра консортом, и тогда Кэтрин сама будет заглядывать мне в рот».

Ох! От этой упоительной мысли она едва сдержала рвущийся наружу смех.

Бирна тем временем откровенно зевала, устав от долгого ожидания.

«Боже, какая тоска. Когда уже эта Пинателли вернется? Совсем из ума выжила старуха, еле ползает?»

Но любопытство не позволяло ей покинуть зал — слишком уж хотелось узнать, чем все кончится.

Остальные сидели с плотно сжатыми губами и лишь молча переглядывались, боясь попасть под горячую руку.

Медея же стояла неподвижно, словно не замечая этой тихой суеты.

Она замерла в идеальной позе, ни разу не шелохнувшись — можно было подумать, что она превратилась в камень.

Все ждали лишь одного: чтобы баронесса Пинателли поскорее вернулась и разрядила эту напряженную атмосферу.

— Прибыл канцлер.

Слуга подошел и прошептал это королеве на ухо. Вскоре, получив дозволение, в зал вошел Сисео.

— Приветствую ваше величество.

— О, лорд Сисео. Подойдите.

Гнев на лице вдовствующей королевы заметно утих, и она радостно поприветствовала его.

Сисео был выдающимся деятелем, которого ценил еще покойный король.

К тому же он был верным подданным, во всем поддерживающим ее внука Пелея, поэтому королева никак не могла питать к нему неприязнь.

— Что привело вас сюда?

— Я искал главную горничную, и мне доложили, что она находится во дворце вашего величества, — гладко ответил Сисео. — Ваше величество, если позволите, я бы хотел забрать ее с собой.

Он скрыл истинную причину своего визита.

Как бы ни благоволила к нему вдовствующая королева, ей вряд ли понравилось бы, узнай она, что ему докладывают о делах во внутренних покоях.

— Сожалею, но это невозможно. Если дело не срочное, его придется отложить.

Королева ответила незамедлительным отказом.

— Дело не требует отлагательств, так что пусть будет по-вашему. Однако позвольте узнать, по какому случаю здесь находятся ее высочество принцесса и леди Клаудио с дочерью?

Сисео непринужденно сменил тему.

Вдовствующая королева замялась. Она раздумывала, стоит ли оставлять здесь канцлера или нет.

«Об этом все равно станет известно. В конце концов разбираться с последствиями придется Сисео…»

— Вы очень вовремя. Помогите рассудить, насколько серьезно это дело. Медея, эта дерзкая девчонка…

Выслушав краткое объяснение, Сисео согласился выполнить просьбу королевы.

Главная горничная напряглась из-за такого непредвиденного обстоятельства.

«Зачем сюда притащился канцлер? Неужто собирается выгораживать принцессу?»

Они были известными на весь двор заклятыми врагами.

Отношения между принцессой, которая направо и налево раздавала печати, сея хаос в государственных делах, и канцлером, раз за разом пресекавшим ее выходки, были катастрофическими.

«Плевать. Даже если он вмешается, как только найдут вещь министра Этьена, которую подложила Марию, им будет не отвертеться. Медея, тебе конец».

Уголки губ главной горничной дрогнули в усмешке.

В этот момент слуга открыл дверь.

— Ваше величество, баронесса Пинателли вернулась.

— О, пусть скорее войдет.

— Ваше величество, я исполнила поручение.

Баронесса Пинателли вошла и почтительно поклонилась.

Главная горничная, мадам Квиджин, надменно вздернула подбородок и торжествующе посмотрела на нее, всем своим видом показывая: «Что, я же говорила?»

— Что там? Нашла? — спросила вдовствующая королева.

Повисла мертвая тишина.

Глоть. В комнате было слышно лишь, как кто-то нервно сглотнул. Все взгляды были прикованы к губам баронессы.

Неужели принцесса и вправду крутила тайный роман?

Но больше всего их до смерти распирало любопытство совсем по другому поводу.

Кто же этот таинственный любовник принцессы?

Горничная болтала, что они обменялись вещами, на которых выгравированы их имена. Значит, если баронесса принесла эту вещь, личность возлюбленного раскроется прямо сейчас.

Когда напряжение достигло апогея, баронесса Пинателли заговорила.