« ...Что?»- Граф был ошеломлен.

«Как только Вы успокоитесь и поговорите с леди Рианнан тихо и правильно...»

«Ах ты сволочь!»- Граф Алессин стиснул зубы.

Старый дворецкий был знающим и справедливым человеком, у которого всегда болела шея, но он держал его

рядом из-за преданности. Он был хорош в своей работе, и его жена и дочь любили Джеффри.

«Ты хочешь сказать, что предаешь меня и принимаешь её сторону?» - он усмехнулся.

«Хорошо. Я вышвырну и тебя, и Рианнан вон!» Граф в бешенстве поднялся по лестнице. Он махнул рукой в

сторону Рианнан. И она, ожидая этого, закрыла глаза. Она знала, что до этого дойдет, но все было в порядке.

Нападение облегчило бы задачу - вышвырнуть его вон.

Бум!

Но вместо жгучего покалывания, которое она должна была почувствовать, раздался звук, будто кто-то катился

по полу. Когда она открыла глаза, то увидела лежащую на полу Мэри.

«Мэри!»

Граф щелкнул языком, поняв, что ударил горничную, а не Рианнан. Мэри вдруг встала посередине, и он, сам

того не осознав, ударил не того человека. Он вздохнул и снова поднял руку, но на этот раз старый дворецкий

остановил его от того, что он собирался сделать.

«Граф Алессин, остановитесь!»

Тем временем Рианнан ухаживала за Мэри. У нее было сильное кровотечение. Так что ... если Мэри, взрослая

женщина, получила такую травму, что было бы, будь на её месте Рианнан? Рианнан достала носовой платок и

вытерла кровь со щеки Мэри, прежде чем холодно взглянула на графа.

Граф Алессин никогда не был жестоким человеком. Конечно, у него были свои недостатки, но он не был таким.

В конце концов, он был очень важным человеком. Народ считал его человеком культуры и порядочности. Это

было ожидаемо от дворянина. Он сохранял свои обычные манеры с матерью Рианнан всякий раз, когда

появлялся на людях. Те, кто не знал их истории, могли бы подумать, что этот брак, заключенный на небесах.

По правде говоря, Граф был очень одержим богатством и поместьем, которое, как он считал, принадлежало

ему.

Мать Рианнан никогда не замечала его жадности и жажды богатства, а видела только его очаровательную

сторону. И вот когда величайшая возможность в жизни постучалась в его дверь, он, сын скромного дворянина,

ухватился за нее и приобрел несравненно больше богатства и славы, чем мог себе представить. Когда ему

показалось, что то, что он считал своим, могло быть отнято, он внезапно потерял всякое здравомыслие.

«Граф Алессин, почему Вы так поступаете?»

Услышав упрек Джеффри, Граф понял, что на мгновение потерял самообладание и достоинство. Ему было

стыдно за то, что он погубил честь дворянина.

Граф сделал шаг назад.

Джеффри быстро заблокировал Рианнан от Графа.

«Если Вы обнаружите какую-нибудь ошибку, тогда мы обсудим это вежливо в суде, с правдой и честью в

качестве нашей поддержки. Граф, это добродетель и гордость аристократа Аранделла. Кроме того, Вы избили

женщину и ребенка в припадке гнева без всякой причины. Что подумают люди, если узнают об этом?»

Лицо Графа покраснело, когда он увидел, что слуги внизу потрясенно наблюдали за ними. Выказывать

уважение к даме и своей жене - это также основная культура, которой должен придерживаться аристократ

Аранделла.

Но, судя по тому, что видели слуги, Граф был просто убит горем.

«Граф, пожалуйста, отойдите от Леди Рианнан. Не теряйте гордость и достоинства Графа.»

«Джеффри.» - Граф стиснул зубы. Он всегда считал старика занозой в боку. Такой справедливый и

самодовольный. «Похоже, ты умираешь от желания, чтобы тебя выгнали. Ты совершаешь большую ошибку,

если думаешь, что я подставлю тебе другую щеку. Мне не нужны собаки, которые меня не слушают.»

Рианнан слышала похожие слова, которые однажды произнес ее отец. Когда тирания Летисии дошла до

крайности, Джеффри посоветовал графу не позволять ей своевольничать. Граф пригрозил ему такими же

словами.

И Джеффри, ответил тем же самым ответом: «Я уйду. Я уже достаточно взрослый, чтобы умереть в любом

случае. Да, я боюсь, но я не хочу жить с закрытыми глазами.»

Рианнан слабо улыбнулась его ответу, который ничем не отличался от предыдущего. И сразу после этого,

Джеффри был выгнан. Никто не осмелился бы заговорить снова, так как большинство слуг были заменены

избранными Графом собаками.

Но теперь все было совсем по-другому. Со дня смерти ее матери прошел всего один день. Многие из

горничных и слуг были служанками, которых её мать привезла сюда, когда выходила замуж за графа

Алессина, а некоторых она забрала, увидев их неблагоприятные условия.

И теперь, когда их Графиня умерла, они служили Рианнан, а не Графу.

Но Граф, не понимая, что происходит, закричал: «Почему вы смотрите на меня как на дурака? Уберите его

отсюда прямо сейчас!»

Некоторые вздрогнули от его слов, но большинство оставались молчаливыми и неподвижными.

Лицо графа изменилось, когда никто не пошевелился.

---