— Эй! Джин Су! Я здесь!

— Алехандро!

Где-то раздался до боли знакомый голос.

Я обернулся и увидел Алехандро в солнцезащитных очках.

Он шёл к нам, размахивая рукой.

Мы с улыбками подошли друг к другу, крепко обнялись и отстранились.

— Давно не виделись.

— Ага. О, Касс! Дядю помнишь?

Ты же ей волосы стриг всего несколько месяцев назад. Не могла она уже забыть.

Касс тупо уставилась на Алехандро, потом посмотрела на меня и сказала:

— Э-э… кто это, Джин Су?

— Ах ты.

Ну ни в какие ворота.

Я так и не мог понять, хорошая у неё память или плохая.

— Это ваша девушка, да?

— Да, верно. Юлия Штаттерфельдт. Работаю в Министерстве юстиции.

— Ха-ха-ха. Вот как…

Алехандро уже потянулся было обнять её, но мгновенно убрал руки и вместо этого протянул одну руку для рукопожатия.

А затем вдруг подскочил ко мне, обнял за плечи и зашептал:

— Эй. Ты мне не говорил, что она работает в Министерстве юстиции.

— А что, проблема? У тебя дома наркотики варят?

— Не то чтобы… Просто среди старших в нашей семье есть люди, которые в Мексике занимались такими делами.

— Их лица засвечены?

— Нет.

— Тогда нормально. Всё равно она их не узнает. Думаешь, она даже в путешествии будет допрашивать всех подряд ради раскрываемости?

— Ха-ха-ха-ха! Верно ведь?

— …

Сказав это, я вдруг понял, что ошибся.

Если речь о Юлии, она вполне могла бы начать допрашивать каждого подозрительного человека…

Очень хотелось бы обойтись без перестрелки во время путешествия.

— Для начала, прежде чем ехать домой, хотите куда-нибудь заехать? Что посмотреть? Форт-Блисс? Или музей искусств? Или смотровую площадку у границы?

— Форт-Блисс? А это что?

— Военная база. Рядом с ней есть музей, где выставлено оружие.

— Как тебе, Юлия? Касс?

— М-м…

Лицо Юлии стало неоднозначным.

Похоже, особого желания у неё не было.

Касс тоже только зевала одну за другой, никакого интереса не проявляя.

— Форт-Блисс пропускаем. Музей искусств? Такое и в ЛА сколько угодно можно посмотреть, так что тоже мимо. Смотровая площадка у границы? Там красивый вид?

— Шикарный. Тогда сначала туда?

— Будь добр.

— Отлично! Тогда подождите немного, дамы и господа!

Смотровая площадка, значит.

Городской пейзаж везде примерно одинаковый, но если уж приехал в другой город, один раз на смотровую подняться можно.

— Садитесь!

Вскоре Алехандро вернулся под звук бодрого гудка.

Это была легковушка, которая так тарахтела, что было вообще непонятно, как она ещё ездит.

Я уже успел разочароваться, но вдруг посмотрел на Касс и увидел, как у неё сияют глаза.

Даже такая старая машина, будто вот-вот развалится на месте, для Касс могла быть новым опытом…

Похоже, всё-таки хорошо, что мы приехали.

Я сел впереди на пассажирское сиденье, а Касс и Юлия устроились сзади.

Но стоило сесть, как откуда-то потянуло затхлым запахом…

В итоге сразу после посадки пришлось открыть все окна и проветривать.

— Ух. Вот теперь наконец похоже на место, где живут люди.

— Правда?

Стоило чуток отъехать от станции, как перед нами быстро раскинулся старый центр города, от которого пахло чем-то родным.

Станция, где бы она ни стояла, выглядела абсолютно одинаково. (п. С. От беса. Если кто забыл, то в начале говорили, что в каждом городе в центре стоит Станцияоснова города)

Только выбравшись за её пределы, можно увидеть районы, в которых проявляется характер каждого города.

Если судить по первому впечатлению, особенность Эль-Пасо была в пейзаже, который выглядел сухим и пустынным, словно песчаный ветер.

Но бродящие тут и там торговцы мелочёвкой и фудтраки вдоль улиц показывали, что город всё-таки не настолько безжизненный.

— Средства самообороны! Средства самообороны!

Пока мы ждали на светофоре, какой-то торговец мелочами даже вышел прямо на дорогу и начал предлагать товар.

И кто вообще на такое ведётся…

— Средства самообороны?

— О, мисс. Средства самообороны обязательно нужны. Вы даже не представляете, насколько опасен Эль-Пасо.

— П-правда? А мне точно говорили, что Эль-Пасо безопасный город…

Ай, вот же.

На заднем сиденье как раз сидел человек, которому стало интересно.

Я уже хотел сказать ему проваливать, но…

— Да всё равно при себе нужно иметь хотя бы что-нибудь.

— Но пистолет — это всё-таки…

— Тогда как насчёт электрошокера? Нажмите вот эту кнопку.

Щёлк! Ж-ж-ж-ж-жик!

— Ой, напугали!

— Хо-хо-хо. Раз уже использовали, теперь придётся купить.

— А…

Ей уже втюхали товар.

Как человек, работающий следователем в Министерстве юстиции, может быть настолько лохом?

Говорят, среди преступников она знаменита как ужасная следовательница, но я вообще не мог представить, какой Юлия бывает на работе.

— Сто долларов.

— У-у… как можно так нагло навязывать товар!..

— Зато качество отличное, так что не злитесь. Если приложить под ухо, даже телефонный чип, имплантированный ниже, вырубить можно.

— От такого человек умрёт!

В итоге Юлия, почти плача, достала деньги и протянула купюру через окно.

Нет, если ты понимаешь, что тебе это навязали, зачем деньги-то отдаёшь?

На вид у этой штуки батарея уже почти сдохла.

Слишком уж она наивная.

— Эй, Касс. Вот так лохом быть нельзя.

— Угу. Поняла. Буду воспринимать Юлию как отрицательный пример.

— Хвэ-эн! Касс! Я не лох!

— У-у! Поняла, так что отцепись!

Я уже хотел добавить Юлии, что если она будет такой наивной, однажды сильно нарвётся…

Но передумал.

Если подумать, сильно нарвался как раз я.

Я по-лоховски потерял жену и дочь и десять лет гнил в тюрьме, так что не мне такое говорить.

Настроение внезапно рухнуло.

Я опёрся локтем на дверь, подпер подбородок и стал смотреть на улицу.

Может, потому что мы приблизились к границе, вокруг часто проезжали военные машины: джипы, броневики и всякое такое.

Полицейские машины тоже крутились почти на каждом перекрёстке.

Раз здесь столько полиции и военных, преступность, наверное, не может быть совсем уж ужасной.

Но с другой стороны, это же можно было понять и как знак того, что риск преступлений здесь высок.

— Вид отсюда действительно потрясающий. Пойдёмте все наверх.

Наконец машина остановилась перед каким-то зданием.

Мы вошли в лифт и долго поднимались.

Верхний этаж оказался пятидесятым. Не небоскрёб, конечно, но это было не так уж важно.

В округе, похоже, не было слишком высоких зданий, так что обзор должен был открыться хороший.

— Итак, дамы и господа. Посмотрите вон туда. Там Станция, на которую вы прибыли на Хайпербуллете.

Когда мы поднялись на смотровую, Алехандро вытянул руку и начал объяснять.

Смотреть на Станцию в любом городе было почему-то душно.

Город и так был плотно застроен, а там ещё выстроились сверхвысокие здания, легко превышающие двести этажей, поэтому вид казался ещё теснее.

— А от той границы и донизу под нами — старый город Эль-Пасо.

— Хыик?!

— Ох…

Только теперь Юлия, кажется, заметила, что пол стеклянный, и с разбегу запрыгнула на меня.

Она так резко повисла, что у меня чуть поясницу не вырвало…

А Касс, видимо потому что была не человеком, спокойно смотрела вниз, будто никакой боязни высоты у неё не существовало.

— А там — Мексика. Город Сьюдад-Хуарес.

— …

— …

Алехандро указал рукой в противоположную сторону.

Если Эль-Пасо под нами выглядел городом, где пахло человеческой жизнью, то от Сьюдад-Хуареса веяло городом, где слишком сильно пахло человеческой смертью.

Один вид бесконечно прилепленных друг к другу лачуг будто уже источал вонь гнилья.

— Город, контроль над которым мексиканское правительство фактически бросило. Реальный Готэм. Я родился там.

Город, где трупы на фонарных столбах — обычное дело, а по ночам каждый день слышна стрельба.

Самое смешное, что обычные жители почти все уехали, остались в основном участники картелей, поэтому формально уровень преступности там не такой уж высокий.

Вот настолько Сьюдад-Хуарес, который начинается буквально в шаге от Эль-Пасо, был конченым местом.

Раз уж Эль-Пасо граничит с таким городом, понятно, почему здесь столько полиции и военных, чтобы сдерживать нелегальных мигрантов и преступников.

— Я очень люблю эту смотровую. Станция, старый Эль-Пасо и Мексика… Где ещё увидишь вид, который так чётко делится на три зоны?

— Вот, Касс, смотри внимательно. Будь тебе чуть меньше удачи, и ты могла бы сейчас жить вон там, в Мексике, подсесть на наркоту и продавать тело, чтобы оплачивать дозу. Теперь понимаешь, как тебе повезло, что ты встретила меня?

— Угу. Мне очень повезло. Теперь я это поняла.

— Что ты вообще ребёнку объясняешь…

Главное, чтобы она поняла, что встреча со мной была подарком судьбы.

Отлично.

Теперь, когда она будет не слушаться, можно будет грозить, что я брошу её в Мексике.

— Я тоже хочу туда сходить.

— В Мексику? Нельзя. У тебя паспорта нет.

На самом деле паспорт был не главной проблемой.

Касс вообще не существовала в этом мире.

Ни регистрации рождения, ни чего-либо подобного у неё не было.

— У Касс нет паспорта? Тогда давайте сделаем.

— А… тут такое дело. Вообще-то Касс даже не гражданка США.

— В смысле, у неё нет регистрации рождения? Тогда, когда вернёмся, сразу удочерим её, зарегистрируем рождение, получим гражданство и оформим паспорт.

— А разве для удочерения не нужно быть женатым?

— Поэтому и свадьбу быстренько сыграем. А заодно, раз уж женимся, ещё и младшего для Касс…

— Кхм! Кхм! Тогда, может, пора двигаться дальше?

В тот момент, когда Юлия приблизилась так, будто вот-вот собиралась меня поцеловать, Алехандро хлопнул в ладони и быстро нас прервал.

Похоже, он больше не мог спокойно на это смотреть.

Когда мы снова направились к лифту, Касс выглядела слегка недовольной.

— Младший… не хочу.

— Если появится младший, будет очень здорово. Представь, что у тебя появится живой мягкий пупс, которого можно колотить каждый раз, когда бесит.

— М-м… Может, младший — это не так уж плохо.

— Джин Су?!

Я мог уверенно сказать: то, чего опасается Юлия, не случится.

Касс из той же породы, что и я.

Говорит грубо и жестоко, но на самом деле мягкая внутри, так что когда дело дойдёт до реальности, будет относиться к нему тепло и заботливо.

После смотровой мы отправились в следующее место — музей искусств.

Музей искусств в любом городе примерно одинаковый, конечно… Но подходящего места, где можно убить время, особо не было.

Этот ублюдок Алехандро кричал, что если я приеду в Эль-Пасо, он устроит мне полный туристический курс, а на деле ничего особенного не оказалось.

Потом мы поели тако в Тако Белл, прошлись по музею, и солнце уже начало клониться к закату.

К этому времени во мне зародилось лёгкое сомнение.

Это вообще тур по Эль-Пасо или по Лос-Анджелесу?

Кроме того, что среди прохожих было больше латиносов, а здания были желтоватыми, почти всё то же самое можно было увидеть и в ЛА.

— Эй. Что за дела? Ты же говорил, Эль-Пасо — офигенно весёлый город. А он скучнее даже Тэджона.

— Тэджон? Это что?

— Есть такое.

— Надо было приезжать чуть позже. Приехали бы на День мёртвых — тут везде была бы праздничная атмосфера.

День мёртвых.

Это, кажется, мексиканский праздник.

Так надо было заранее сказать, чтобы мы приезжали именно тогда.

— Спать будем у тебя дома?

— Да. Свободных комнат много.

— А, правда? У вас большая семья?

— Да. Именно.

Юлия почему-то выглядела немного воодушевлённой.

Говорят, мексиканцы часто живут большими семьями.

Похоже, у него дома наконец можно будет прочувствовать культуру чилижоров.

— Приехали. Все заходите.

— Ува-а…

Машина остановилась в сельском жилом районе.

Откуда-то издалека доносился собачий лай, а мы поднялись по лестнице старого многоэтажного дома.

— Мама! Я пришёл! С семьёй друга, о котором говорил!

Алехандро открыл дверь, и перед нами показался длинный коридор.

Раз там живёт большая семья, место, похоже, и правда было довольно просторным.

— Сынок! Мы все собрались в гостиной!

— Вот так. Представить вас?

— Конечно. Нам всё равно вместе полдня проводить.

Пёстрый ковёр, старый телевизор…

Вот. Вот это уже и правда чужая атмосфера.

Наконец появилось чувство, что я приехал в другой город.

Я с удовлетворением вошёл в гостиную и в тот же миг почувствовал, как дыхание застряло в горле.

— Это моя мама, а это отец. А вот это младший дядя…

— …

Вот же блять.

Физиономии старших были одна другой подозрительнее.

Уши, как пельмени, да ещё и шрамы от ножей прямо на лицах…

По таким лицам нетрудно было догадаться, что эти уроды точно из руководства наркокартеля.

Потому что физиогномика — это наука.

Разве он не говорил, что среди них были люди, которые «занимались» этим?

На вид они вообще-то действующие.

— Подождите. Мы с вами разве не встречались?

— А…

Ну вот, разумеется, Юлия с каменным лицом двинулась к ним.

Он же сказал, что их лица не засвечены.

Блять. Мы попали…