— Джин Су, как называется вон та звезда?

— Та? Э-э… Не знаю. Не спрашивай меня о звёздах.

Над нами раскинулся прекрасный Млечный Путь. Стояла ночь. А может, и день.

Звёзды давно сбились со своих мест, и теперь уже невозможно было понять, где какая.

Глядя на смутные очертания созвездий, оставалось лишь гадать, не Большая ли Медведица это перед нами.

Но стоило удалиться ещё немного, как всё окончательно перемешалось и даже угадывать стало невозможно.

Мы могли лишь смотреть и смотреть на бескрайнее множество безымянных звёзд.

К тому времени наши запасы еды почти иссякли.

— Джин Су, как называется самая яркая звезда?

— Самая яркая? Солнце.

— Нет… Я имею в виду звезду, которую видно ночью.

— А где здесь ночь?

— …

Он был прав.

Большинство слов, основанных на привычных земных представлениях, здесь попросту теряли смысл.

— Самая яркая звезда, которую видно с Земли ночью… Как же она называлась? Кажется, Сириус.

— Тогда это она?

— Что это вообще такое? Чертовски яркая. Наверное, она.

Несколько дней назад вдали показалась очень яркая звезда.

Она сияла так сильно, что затмевала великолепие Млечного Пути и безраздельно приковывала к себе взгляд.

— Но мне кажется, эта звезда движется.

Если только мои глаза не испортились, она определённо двигалась.

Услышав это, Джин Су внезапно распахнул глаза и прильнул к иллюминатору.

Целых десять секунд он неотрывно смотрел на яркую звезду.

— Подожди. Что там у нас по расписанию? Если мы двигались по плану, то сейчас должны быть…

— Джин Су?

— Эй… Это не звезда.

— Джин Су?

— Одевайся. Выходим.

— …

Джин Су говорил что-то непонятное.

Что это не звезда, а космический корабль.

Что шанс представится, когда Луна заслонит Землю…

Я ничего не поняла, но одно было ясно: медлить нельзя.

С помощью Джин Су я надела скафандр для выхода в открытый космос.

И, не дав себе ни мгновения на раздумья, открыла люк и выбралась наружу.

Остатки еды и воды вылетели вслед за нами и рассеялись в пространстве.

Теперь другого шанса у нас точно не будет.

— На счёт три оттолкнись ногами. Сильно.

— Угу…

— Раз. Два. Три. Давай!

Крепко обняв Джин Су, я что было сил ударила ногами по модулю.

Модуль начал удаляться.

Теперь мы с Джин Су действительно остались вдвоём посреди бескрайнего океана.

Без ничего, лишь с собственными телами, нам предстояло вдвоём плыть по этому безбрежному морю.

— Арес. Ответьте. Арес.

Джин Су не сводил глаз с яркой звезды.

Он снова и снова что-то повторял, но ответа так и не было.

Мне хотелось, чтобы Джин Су посмотрел на меня…

Ведь это мог быть наш последний миг.

Хотя бы в конце мне хотелось смотреть друг на друга.

— Чёрт. Вернись. Вернись же.

— …

Звезда становилась всё тусклее.

Она не приближалась, а, наоборот, удалялась.

Голос Джин Су тоже постепенно слабел.

И лишь тогда он наконец посмотрел на меня.

Бум!

Наши шлемы столкнулись.

— Прости. Зря я потащил тебя наружу…

— М-м. Нет. Здесь хотя бы не тесно. Так даже лучше.

Будто мы наконец выбрались на простор.

Мне даже нравилось, что перед самой смертью я смогла почувствовать себя свободной.

Я попыталась ощутить тепло Джин Су сквозь толстый скафандр, но ничего не вышло.

И это было немного обидно.

Мне захотелось снять шлем и прикоснуться к его лицу. Я подняла голову и тут заметила…

— Джин Су…

— Что?

— Звёзд стало две.

Яркий свет разделился надвое.

А затем маленькая звезда начала разгораться всё сильнее.

Что-то летело прямо к нам.

В этот миг в наушниках затрещало:

— Тр-р-р… Здравствуйте. С вами дружелюбный искусственный интеллект, любящий всё живое, — Каллиопа. Как насчёт продолжить игру в слова, которую мы не закончили в прошлый раз?

У неё был прекрасный, мелодичный голос.

Свет становился всё ярче, пока перед глазами почти всё не исчезло.

Когда зрение наконец привыкло, перед нами возник огромный космический корабль.

Дверь корабля открылась, изнутри вылетел трос и…

***

— Кхр-р-р…

Я проснулась.

На часах было ещё раннее утро.

Я почесала живот и снова закрыла глаза, но заснуть уже не получалось.

До смерти жарко…

— У-у-у…

В поисках воды я заёрзала и поползла по кровати.

— М-м?

И тут меня обхватила огромная рука.

Меня подтянули ближе и заточили в широких объятиях.

Джин Су, похоже, всё ещё витал в мире снов: не обращая внимания на моё нытьё, он лишь крепче прижимал меня к себе.

— Джин Су… Жаааааарко…

— М-м-м…

Будто я была пакетом со льдом, Джин Су обвил ногой мои ноги, задрал мою одежду, обнял за талию и принялся тереться лицом о шею.

А я тут от жары помираю…

Но, как ни странно, глаза сами собой начали закрываться.

Хотя стояла невыносимая духота и пот лил ручьём, я медленно погружалась в сон.

— А-а?

Когда я открыла глаза, уже наступило ясное утро.

Вытащив изо рта прядь волос, я огляделась: вокруг никого не было.

Снаружи доносился шум множества голосов.

Я инстинктивно наметила путь к отступлению и осторожно выглянула в щель приоткрытой двери.

— А…

— Э-хе-хе-хе. Касс, ты проснулась? Хорошо спала?

Источником шума оказалась не кто иная, как Юлия.

Та, что стала моей новой матерью.

Жена Джин Су.

Противная женщина, но… не такая уж ненавистная.

— Юлия, куда ушёл Джин Су?

— Джин Су? Сказал, что пойдёт искать работу… Хотя в этом совсем нет необходимости. Я переживаю, как бы его кто-нибудь не узнал.

За окном расстилалось синее море.

Волны беспрестанно накатывали на берег.

Время от времени прилетали стаи чаек и превращали террасу в полный бардак.

Мы находились на островах посреди Тихого океана, которые назывались Гавайями.

Это было довольно уединённое место, но сами острова нельзя было назвать маленькими.

Конечно, здесь тоже был крупный город, пусть и не сравнимый со Станцией. Однако, чтобы не попадаться людям на глаза, мы остановились в захудалом отеле в курортном районе.

Деньги не были проблемой.

Ведь Юлия богата.

И всё же Джин Су с самого утра упрямо поплёлся искать работу.

— М-м? Что такое?

— …

Я пристально смотрела на Юлию, испытывая странное чувство.

Мы прибыли на остров уже три дня назад, но кое к чему я до сих пор не могла привыкнуть.

— Там и правда сидит человеческий детёныш?

— Может, назовёшь его ребёнком?..

Кажется, шла восьмая неделя беременности.

Живот ещё почти не округлился.

Я опустилась на колени и приложила ухо к животу Юлии.

Сердцебиения… не слышно.

Может, сердце пока слишком маленькое.

Жалкий слабак.

— Когда он вообще родится?

— М-м… Месяцев через семь?

— Кхек. Ещё долго. Нельзя сказать ему, чтобы вылезал поскорее?

— Хе-хе. Почему? Хочешь поскорее увидеть младшего братика или сестрёнку?

— …

С самого рождения я собиралась воспитывать ребёнка Джин Су как своего верного подручного.

С первых же дней я тщательно промою ему мозги, чтобы он слушался только меня.

Этого будет достаточно, чтобы отомстить Юлии за то, что она отняла у меня Джин Су.

— Это самец или самка?

— Ты спрашиваешь, мальчик это или девочка?..

— Именно.

— Пока ещё неизвестно. Говорят, определить можно только после двадцатой недели.

— Хм-м… Лучше бы мальчик.

— Почему?

— Просто…

Если родится девочка, она наверняка заберёт себе всё внимание Джин Су.

«Будь ты мальчишкой, я бы тебя уже давно отхуячил», — постоянно твердил мне Джин Су.

Так что пусть лучше будет мальчишка.

— Но на Земле и правда никто не знает, что мы вернулись?

— Думаю… не знает. В новостях ни строчки, и в розыск нас не объявляли.

— Хм-м…

Значит, слова про то, что Луна заслонит нас от Земли, всё-таки не были пустой болтовнёй.

Я вспомнила, что Джин Су вообще-то довольно образованный человек.

— И всё же оставаться надолго в одном месте опасно.

— Верно. Мы не сможем жить здесь постоянно…

Даже если о нашем возвращении никто не знает, терять бдительность нельзя.

После всего случившегося Юлия наверняка окончательно попала в чёрный список правительства США.

— М-м?

— Что такое?

— Кто-то идёт.

Вдалеке по террасе прокатилось:

Топ-топ-топ!

Кто-то приближался к нам.

Этот ритм шагов…

Джин Су.

Ба-а-ах!

— Я! Нашёл! Работу!

— Ой, уже?

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге, как я и ожидала, возник Джин Су.

В безвкусной гавайской рубашке.

— Ага! В заведении неподалёку мне сказали, что будут платить, если я немного поболтаю с посетителями.

— И где оно находится?..

— Бар перед казино!

— Так это же хост-клуб!

Юлия хлопнула себя по лбу.

Тук!

И тяжело вздохнула.

Говорят, беременным нельзя сильно нервничать.

Если мы услышим плохие новости, то в девяти случаях из десяти виноват будет Джин Су.

— Хост-клуб? Это что ещё такое?

— Заведение, где торгуют сексом!

— А я-то думаю, чего хозяин так масляно на меня смотрел! Господи боже! Значит, мне не показалось!

Я не совсем поняла, о чём речь, но, судя по всему, Джин Су снова чуть не провёл какой-то гомосе... Ой, говноëб.

Юлия глубоко вздохнула и взяла Джин Су за руку.

— Тебе не нужно так надрываться. Денег у нас достаточно. К тому же нельзя, чтобы тебя узнали, пока ты разгуливаешь по городу.

— М-м. Тогда ничего не поделаешь. Получается, мне поневоле придётся стать домохозяином? Эх. Другого выхода и правда нет. Да, Касс?

— Ага.

Не понимаю, почему при словах «ничего не поделаешь» он выглядел втайне довольным.

— Джин Су… Может, нам устроить церемонию?

— Свадьбу? Не будет ли это опасно?

— Я узнала, что среди живущих здесь бывших священников есть один слепой. Попросим его провести церемонию и будем только втроём. Как тебе?

— Звучит неплохо.

— Правда? Хе-хе.

Они ворковали друг с другом и выглядели до крайности счастливыми.

Но как ни посмотри, Юлия была слишком хороша для Джин Су.

Меня почему-то разозлило, как они стояли друг напротив друга и глупо улыбались, поэтому я ткнула Джин Су в бок.

— А-а-ах! Ах ты, ёб…

— Д-Джин Су? Ты в порядке?

— Ах ты, блять, иди сюда!

— Хы-ы-ык?! Щупальце! Джин Су-у! Щупальцу больно-оооо!

— Я потому его и схватил, чтобы тебе было больно, мелкая. У меня и без того всё болит так, что сдохнуть хочется, после того как тот коновал там всё разъебал.

— Джин Су! Нельзя ругаться! Ребёнок всё слышит!

— Ы-ы… Такая милая, что хочется засунуть тебя целиком в рот, искусать и прикончить.

— Вот. Так гораздо красивее.

— Больно, Джин Су! Простиииииии!

Я попыталась сбежать, но меня поймали за длинный хвост.

В конце концов меня отпустили лишь после того, как ещё долго массировали хвост.