Топ-топ-топ-топ…

На скамейке в опустевшем парке сидел Джейк. Засунув руки в карманы толстой пуховой куртки, он без конца постукивал ногой по земле.

Он проверил время уже в десятый раз.

Почти каждую минуту открывал голограмму и смотрел на часы.

— Ах!..

Шлёп.

Рядом уселся кто-то в тёплой одежде.

Джейк поднял голову и вздрогнул.

Сереброволосая девочка…

— Кхм.

Ему показалось.

Это была темнокожая девочка с заплетёнными волосами.

Конечно, Касс не могла оказаться здесь.

Джейк достал из кармана маленький конверт и положил на скамейку.

Сидевшая рядом девочка тоже вынула конверт, и они как ни в чём не бывало обменялись ими.

Руки Джейка задрожали.

Чтобы заполучить это, он втайне от семьи назначил секретную встречу.

Ради этого понемногу откладывал деньги из карманных расходов.

Только этого момента он всё время и ждал.

Дрожа всем телом, Джейк открыл конверт и украдкой заглянул внутрь.

— Ах…

Из конверта высунулся уголок полароидного снимка.

Внутри лежала фотография.

В тот день валил снег. Касс, закутанная в толстую куртку и натянувшая на голову шапку, стояла в обнимку с темнокожей девочкой.

Решительное лицо Касс напоминало террориста, готового идти до конца, и придавало снимку крайне странную атмосферу.

Джейк тихо рассмеялся.

— Что это? Ты положил на доллар больше?

— За хлопоты.

— Спасибо, конечно. Но всего доллар чаевых за фотографию стоимостью пять долларов?

— …

Сидевшая рядом девочка помахала купюрой, проверяя её, и недовольно проворчала.

Джейк не понимал, зачем было обмениваться конвертами, если она всё равно собиралась проверять деньги на месте.

Впрочем, ему самому стоило помолчать.

— Но почему ты попросил именно бумажную фотографию?

— Чтобы не осталось цифровых следов. Родители разозлятся, если узнают.

— Ух ты. Они даже телефон проверяют? Ну и душная у тебя семейка.

Возразить было нечего.

Семья действительно была душной.

В день, когда Касс вместе с дядей Джин Су улетела в космос, отец как раз вернулся домой после допроса. Джейк никогда не забудет его слова.

Отец громко расхохотался и заявил, что с самого начала знал,что этим всё и кончится…

В некоторых отношениях Джейк уважал его, но после того дня окончательно разочаровался.

Чик…

— Ты же несовершеннолетняя?

— Ну да.

Девочка невозмутимо сунула в рот сигарету и подожгла её.

Джейк посмотрел на неё как на сумасшедшую, а она, напротив, нахмурилась так, словно странной была именно его реакция.

— Родители не поймут по запаху?

— Я курю с их разрешения.

— Что? Они разрешают тебе курить?

— Ага. Только не больше двух сигарет в день. Говорят, иначе лёгкие сгниют.

Это стало культурным потрясением.

Неужели такова повседневная жизнь в трущобах?

А может, курить с разрешения родителей всё же лучше, чем делать это тайком.

Джейк запутался.

Он уже не понимал, что правильно, а что нет.

— Хочешь одну?

Шурх.

К нему протянули сигарету.

Удобная сигарета, запатентованная корпорацией Уолтер.

Стоило снять наклейку с кончика, и она загоралась сама.

Джейк протянул руку, собираясь взять её, но…

— Ха-а…

Передумал и бессильно опустил ладонь.

Может, ему просто не хватило смелости.

Кто знает.

Сегодня он тоже спросит родителей.

Можно ли ему курить.

***

Шлёп!

— Джейк, ты с ума сошёл?

— …

Его ударили по щеке.

И довольно сильно.

Щека не болела, зато разнылся зуб.

Кажется, он даже шатался.

— Зачем ты бьешь ребёнка?!

— Потому что он несёт какую-то чушь и просит разрешить ему курить! Я его так воспитывал? У кого он набрался такой манеры разговаривать? А?

— Ха! Хочешь сказать, что у меня?

— Сколько раз я говорил, что ты так и не избавилась от старых привычек? Из-за твоего бандитского происхождения даже мой ребёнок… Блять. Нужно было слушать отца.

— Ты всё сказал? А кто постоянно попадал в полицию по обвинениям в изнасиловании?!

— При чём тут это?! Дело давно закрыто! Хочешь, я тоже вытащу наружу всё твоё прошлое? А?

Джейк взял Тома, и они ненадолго ушли из дома.

В последнее время родители ссорились всё чаще, и скандалы становились всё ожесточённее: дошло до того, что они начали швырять вещи.

Однажды под удар едва не попал Том, и после этого братья сами собой научились тихо исчезать.

— Как думаешь, родители разведутся?

— Не знаю. Может, ради репутации не станут. К тому же денег у мамы, наверное, больше.

— Правда? Но папа же политик.

— Теперь он никто. На следующих выборах ему конец.

Даже если родители станут жить отдельно, до развода дело, вероятно, не дойдёт.

У отца было политическое влияние, но не так уж много денег.

Неизвестно, сколько тайных средств он спрятал, но наверняка меньше, чем у матери, владеющей торговым центром с ежемесячной прибылью в десятки миллиардов.

Даже если нынешний скандал удастся тихо замять, впереди отца ждала целая череда крупных и мелких судебных исков. Вероятность его возвращения в политику стремилась к нулю.

Хотя сам он по-прежнему вёл себя властно и утверждал, будто ничего серьёзного не случилось…

— Брат, ты скучаешь по Касс?

— Конечно…

Как он мог не скучать?

Узнав, что она инопланетянка, Джейк испытал потрясение, но только и всего.

На самом деле он даже обрадовался, узнав, что вещица между её ног это не член.

Он понял, что не сумасшедший, которому нравится футанари.

Он обнаружил, что в порно есть что-то похожее на футанари, и смотрел только их, но когда узнал, что они на самом деле трансгендеры, его стошнило.

Он почувствовала облегчение от того, что больше не нужно мучиться вопросом о своих предпочтениях.

А Касс внезапно исчезла.

Она улетела далеко, даже не дав ему ещё одного шанса рассказать о своих чувствах.

С того дня Джейка преследовало странное ощущение.

Словно Касс была где-то рядом, живая и настоящая.

Не раз ему чудилось, будто на краю поля зрения мелькали и исчезали серебристые волосы.

Если бы она погибла, это было бы другое дело.

Но он знал, что Касс жива где-то далеко в космосе, и от этого на душе становилось лишь тревожнее.

— Брат, когда вырасту, я открою компанию космических путешествий.

— Там рынок уже переполнен.

— Знаю. Но я не ради денег. Полечу на корабле и верну Касс.

— Ах ты…

Как по-детски.

Неужели система ПВО Космических сил США, сбившая два астероида, казалась ему пустышкой?

Любой корабль вызовет подозрения, едва приблизится к изгнанному модулю, а при возвращении на Землю его тщательно обыщут.

— А что? Думаешь, не получится? Говорят, модуль удаляется очень медленно. Если через десять с лишним лет я создам компанию и отправлюсь за ним, разве не смогу догнать?

— Да… Думаю, сможешь…

Джейк взял маленькую голову Тома обеими руками и начал гладить.

Наверное, Том всё же был лучше него — того, кто только и повторял «это невозможно» и «то не получится», не позволяя себе ни о чём мечтать.

— Эй… Когда откроешь компанию, возьмёшь меня на работу?

— Конечно! Сделаю тебя вице-президентом!

— Спасибо.

У Джейка появилась мечта.

Мечта, которую он будет разделять с младшим братом.

***

Алиса глубоко задумалась.

Это была не та по-детски серьёзная проблема, над которой взрослые лишь посмеялись бы.

Это была настолько серьёзная проблема, что даже много лет спустя от одного воспоминания становилось бы не по себе.

— Эй, Том! Говорят, твоего отца посадили? В новостях показывали! Изнасилование, растрата, взятки…

— Вот это он влип, да?

Гнетущая атмосфера, некоторое время царившая во всей школе, понемногу рассеялась.

И новой темой среди второклассников стал Том.

Над ним начали издеваться, превратив стремительно рушившуюся политическую карьеру отца в повод для шуток.

Прежний Том ничего не смог бы ответить, только покраснел бы и засопел от злости.

— И что с того?

— Ч-что?

— Моему отцу предъявили эти обвинения, и они правдивы. Ну и что? Я спрашиваю, зачем вы ходите за мной хвостом и ворчите об этом.

— Н-ничего. Просто переживаем за тебя.

— Да-да! Волновались, всё ли у тебя хорошо.

— У меня всё прекра-а-асно. Понятно? Спасибо, что переживаете, друзья.

— …

Том стал сильнее.

Он больше не пытался украсить себя родительским влиянием и не оглядывался постоянно на мнение окружающих.

Можно сказать, стал мужественнее.

Или взрослее.

Впрочем, ни то ни другое не слишком подходило семилетнему ребёнку, но Том определённо стал зрелее ровесников.

— Алиса!

— М-м?

— Пообедаешь со мной? Вообще-то у меня есть план. Вот, смотри. Это схема. В восемнадцать я досрочно окончу школу и поступлю в университет, потом…

Разумеется, детского в нём оставалось предостаточно.

На каждой перемене Том приходил в её класс и рассказывал о будущем.

Алиса не всё запомнила, но, кажется, он собирался построить космический корабль и вернуть Касс.

Из всех многочисленных друзей он почему-то рассказывал это только ей.

Говорил, что в таких делах главное — секретность.

— Том, почему ты в последнее время не ходишь играть в баскетбол?

— Нужно учиться. Чтобы окончить школу досрочно, надо заранее набрать достаточно баллов.

— Но у тебя и так одни из лучших оценок.

— Этого мало.

Трудно было проникнуться его словами, ведь Том занимал третье место по успеваемости во всей школе.

Во втором классе он получал почти высший балл на каждом экзамене.

Говорят, он даже перестал ходить к репетиторам, и потому его успехи казались ещё удивительнее.

— Раньше я учился, чтобы показывать табель родителям. Теперь всё иначе. Я понял, что это бессмысленно. Теперь я учусь ради себя.

— Хм-м… Всё это хорошо, но почему ты занимаешься не в своём классе, а рядом со мной?

— Здесь легче сосредоточиться.

— …

Он врал.

Солнечный свет падал под таким углом, что мешал видеть экран. Какое уж тут сосредоточиться.

С улицы доносился весёлый гомон, а Алиса вытянула руки назад и потянулась.

Сидеть вдвоём в таком просторном классе было ужасно скучно.

Когда Том раскрывал учебник и экран и погружался в занятия, она сидела рядом: дремала, болтала с ним или размышляла.

И всякий раз приходила к одному важному вопросу.

Вопросу, от которого зависела вся её дальнейшая жизнь.

Алиса слегка повернула голову и посмотрела на Тома в профиль.

Он определённо был частью этой проблемы.

Этот мальчишка, который притворялся сосредоточенным на учёбе, а сам украдкой косился на соседнее место.

— Когда ты уже признаешься?

— Ч-ч-чего?!

— Я не люблю, когда тянут резину. Что бы ты ни делал дальше, больше или меньше нравиться мне не станешь, так что почему бы не признаться сейчас? Я сразу отвечу.

— Х-ха! Что за чушь! Признаться? Неужели ты думаешь, будто ты мне нравишься? Вот ещё!

— …

Вот же гад.

Убегает, как последний трус.

Алиса разозлилась и резко отвернулась.

— Ч-чёрт… Этого не было в плане… Алиса!

— М-м?

— Ты мне нравишься! Очень нравишься! Поэтому стань моей девушкой!

— …

Она обернулась и увидела кричащего Тома с пунцовым лицом.

Ни атмосферы, ни красивых слов…

Алиса не ожидала, что он действительно признается только потому, что она велела.

Она тихо рассмеялась и разомкнула губы.

— А трусишка Том неплох. Тогда и я наберусь смелости.

— Кто это трусишка?..

— Том. Я скажу кое-что, что известно только тебе.

Она только что приняла решение.

С серьёзными раздумьями пора заканчивать.

— Кажется, мне всё-таки нравятся девочки.

— …

В классе воцарилась тишина.