Я наконец приняла решение о том, какими будут наши отношения.

Раньше я всегда оставалась обычной трусихой, которая прежде всего думала о собственной безопасности и старалась избежать любых рисков. Однако после долгих внутренних сомнений и борьбы с собой мне пришлось признать очевидное, от которого уже невозможно было отвернуться: моё сердце неудержимо тянется к Алексу.

Разве можно просто отвергнуть его искренние чувства? Даже если впереди меня ждёт жизнь, наполненная тоской по нему, я всё равно выбрала остаться рядом до самого конца.

Вот и всё.

«Не спится…»

Но теперь пришло время сказать Алексу то, что я так долго откладывала. Возможно, стоило сделать это раньше, однако страх снова увидеть, как он замыкается в себе, удерживал меня.

Сейчас же, когда благодаря нашим отношениям он стал заметно спокойнее и словно обрёл опору, этот момент казался наиболее подходящим. К тому же молчание в такой ситуации равнялось бы обману.

Я слегка приподнялась и посмотрела на него.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Но он опередил меня.

— Я знаю.

— …Знаешь? Откуда ты можешь знать, о чём я собираюсь говорить?

— Когда мы найдём и уничтожим проектировщика подземелий, я снова умру.

— …Значит, ты всё-таки слышал наш разговор с Джейденом тогда, во дворе перед переездом.

— Да. Как ты сама говорила, у меня тоже оказался чересчур острый слух. Хотя, если честно, я начал догадываться ещё раньше, когда узнал правду в Клоунленде.

С лёгкой, горькой усмешкой Алекс обхватил моё лицо ладонями.

— Видимо, счастье не может длиться бесконечно. Умереть, затем вернуться и получить шанс, пусть и ненадолго, быть рядом с любимой женщиной…

— То есть ты всё это время знал и делал вид, что ничего не понимаешь?

От одной мысли о том, через что ему пришлось пройти, у меня сжалось сердце.

— Я притворялся, что понимаю лишь смутно, потому что не хотел знать правду. Не хотел разрушать этот хороший сон. Ты наконец приняла меня, сказала, что я тебе нравлюсь, и мне хотелось ещё немного пожить вот так, как обычно, рядом с тобой… Прости.

— За что ты извиняешься?

— Возможно, этот ублюдок Джейден прав, и ради тебя мне не стоит быть рядом. Но я всё равно хочу оставаться с тобой до самого последнего момента.

Выходит, он думал о том же, о чём и я.

— Я хочу, чтобы после моей смерти ты не страдала и смогла быть счастливой. И в то же время мне хочется, чтобы ты никогда меня не забывала и не была ни с кем другим. Эгоистично, да?

— Алекс, Джейден, может, и переживает за меня, но в том, что касается любви, он совершенно ничего не понимает. В чувствах к другому человеку никогда не бывает только одной стороны.

Я резко села, словно меня что-то подтолкнуло.

— Может существовать выход. Я обязательно его найду. Между прочим, я уже начала понемногу искать зацепки.

Но Алекс тут же схватил меня за запястье и молча покачал головой.

— Хозяйка.

«Кристин».

Алекс чётко произнёс моё имя, и этот тихий, наполненный чувством голос безошибочно достиг меня.

— Ты ведь всё понимаешь.

Да, я понимала. Понимала, насколько призрачны наши шансы, потому что каким бы выдающимся ни был человек, он всё равно остаётся бессильным перед границей между жизнью и смертью.

— Я хочу спасать этот мир вместе с тобой. Даже если для меня это станет концом. Я люблю этот мир, потому что в нём живёшь ты.

Алекс провёл рукой по волосам, взъерошив их, и с неожиданной откровенностью выдохнул:

— Чёрт… как же сильно я тебя люблю.

— Тогда, если мы хотим сохранить это чувство, может, свяжемся с нашими информаторами? Всё равно уснуть уже не получится.

Я активировала навык медиума.

[Связь с неизвестным существом установлена. Неизвестное существо переводит формат общения в закрытый режим.]

[Ханиэль и Сандальфон осторожно передают вам привет.]

Рука, сжимавшая моё запястье, заметно ослабла, а выражение лица Алекса застыло.

— Опять… они?

Судя по его реакции, в нём переплетались сложные чувства. Если бы те, по кому он тосковал и ради кого страдал, оказались теми, кто навязал ему судьбу таким образом, я бы, скорее всего, чувствовала то же самое.

Я не собиралась заставлять его принимать ангелов как родителей, потому что это решение он должен принять сам.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Но нам хотя бы поверхностно нужно поддерживать с ними связь, так что постарайся отнестись к этому спокойно. Они могут оказаться очень полезными.

Мысль о том, что иногда даже полезнее Метатрона, я благоразумно оставила при себе.

[Ханиэль и Сандальфон перед тем, как перейти к делу, осторожно просят передать привет Алексу, если это возможно.]

Навык медиума позволял связываться только с духовными сущностями, поэтому напрямую поговорить с Алексом они не могли. Можно было бы предположить, что нефилим способен на это, однако до сих пор ничего подобного не происходило.

До встречи со мной они связывались с ним лишь через внедрённые в его жизнь программы и квесты, словно действуя из тени.

Теперь же у них появилась я, Кристин Хилтон, с развитой чувствительностью медиума и усиленным навыком, благодаря которому я стала идеальным посредником.

— Алекс, они передают тебе привет. Как мне им ответить?

— ……

Он молча лежал, подперев голову рукой, и смотрел в потолок, ясно давая понять, что не собирается отвечать.

И это было вполне естественно.

[Ханиэль и Сандальфон вновь выражают глубокое раскаяние и приносят извинения. Они говорят, что, наблюдая за тем, как Алекс разрушает себя, впервые, будучи ангелами, осознали в себе родительские чувства. Они просят передать, что любят его.]

Честно говоря, даже без этого их слова звучали неловко, а в виде системных сообщений становились ещё более тяжеловесными, поэтому я решила немного смягчить их.

— Алекс, они говорят, что полностью признают свою вину. Что, даже будучи ангелами, слишком поздно поняли, насколько ты им дорог. Они искренне сожалеют о своих прошлых поступках и, если бы могли, сейчас бы держались за тебя, умоляя простить их и не скрывая слёз.

[Ханиэль и Сандальфон приходят в замешательство от твоих резких слов, но не находят, что возразить.]

— И… они говорят, что всегда тебя любили. Что, наблюдая за тобой, испытывали не только чувство долга, но и настоящее беспокойство. Они не рассчитывают на прощение, а просто надеются, что однажды твоё сердце хотя бы немного смягчится, поэтому и решились заговорить.

Бровь Алекса, до этого неподвижно устремлённого в потолок, едва заметно дёрнулась, а напряжённая складка на лбу будто слегка разгладилась.

М-да… если продолжать в том же духе, возможно, когда нибудь они всё таки смогут помириться. Лет через двадцать? Честно говоря, я рассчитывала минимум на пятьдесят, так что это уже можно считать серьёзным прогрессом.

— В этот раз я действительно постаралась, так что давайте перейдём к делу.

[Сандальфон, оглядываясь по сторонам, шёпотом сообщает, что ему удалось тайно взломать центральный сервер и обнаружить подозрительную активность. 

Он объясняет, что доступ к центральному серверу небес обычно есть только у серафимов, ангелов первого чина, однако он заметил следы вмешательства, нарушающие установленные принципы. 

Пока защитные барьеры держатся благодаря двойной и тройной защите, но если их удастся преодолеть, можно будет получить крайне важную информацию.]

— То есть среди подозреваемых может быть ангел высшего ранга?

В ответ пришло сообщение, почти подтверждающее это предположение.

— Хм… это всего лишь моё чутьё, но тот клоун демон, который вас убил… возможно, он был просто исполнителем, посланным проектировщиком подземелий? Вы подобрались слишком близко к истине, и он решил устранить вас через него.

[Ханиэль и Сандальфон отвечают, что тоже рассматривали эту версию и рады, что ваше мнение совпадает с их выводами.]

— Я тоже старалась не делать поспешных выводов, но раз вероятность того, что за всем стоит ангел высшего ранга, так велика, я решила озвучить это. Кстати, я уже начала расследование того парка аттракционов, где произошло нападение. Этой частью занимается мистер Джеймс, я попросила его отдельно.

[Ханиэль и Сандальфон интересуются, удалось ли вам уже встретиться с Джеймсом.]

— Ты общался с братом?

— Не знаю, откуда он взял мой номер, но он сам позвонил и пытался убедить меня расстаться с тобой. Я решил, что это даже удобно, и сказал ему, что у меня есть проблема поважнее, чем отношения. Я спросил, знает ли он о Клоунленде, и добавил, что клоун, убивший наших родителей, был не просто случайным преступником, а частью чего то большего. После этого связь оборвалась на его крике. Это было… месяца три назад.

[……. ]

— ……

[Ханиэль и Сандальфон с тревогой спрашивают, не страдает ли Джеймс до сих пор из-за произошедшего.]

Выходит, они беспокоятся и о Джеймсе.

Вполне логично, что, наблюдая за Алексом через внедрённые программы, они невольно следили и за его братом. Однако, сосредоточившись на младшем сыне, им было сложно уделять должное внимание состоянию старшего. И теперь, зная, через что он прошёл, им, вероятно, хотелось убедиться в его благополучии уже не как наблюдателям, а как семье.

«Похоже, мне снова придётся вмешаться…»

— Алекс, а мистер Джеймс до сих пор тяжело это переживает?

— Нет, сейчас ему уже гораздо лучше.

— О!

[Ханиэль и Сандальфон с облегчением выдыхают.]

— …Раньше он мог потерять сознание даже при виде тени клоуна, а теперь, после регулярной терапии у психиатра, у него остаются лишь редкие панические атаки?

[…….]

…Совсем не лучше. Я почему то решила, что, раз он брат Алекса, он сумеет справиться сам, но, похоже, это было ошибкой.

Если вспомнить увиденное в прошлом, всё становится понятнее, потому что в тот момент, когда их отец получил рану, он сразу потерял сознание, и противостоять убийце с топором пришлось младшему брату, ещё школьнику.

«Получается, я сама того не желая задела его травму, и именно это подтолкнуло его к тому, чтобы так настойчиво требовать нашего расставания. От этой мысли становится неловко».

[Ханиэль и Сандальфон внезапно, в спешке, сообщают, что им необходимо прервать связь. В их личный информаторий кто-то вошёл.]

[Связь с неизвестным существом завершена.]

Вот и всё. Даже там, на небесах, у них, похоже, хватает своих проблем. Хочется верить, что ничего серьёзного не произошло.

Я отключила навык медиума, вернулась к Алексу и, устроившись рядом, тихо произнесла:

— Спокойной ночи.

Вместо ответа он просто обнял меня, притянув к себе ближе. Похоже, сегодня он собирался уснуть, не отпуская.

— …Алекс, у меня завтра выходной, давай проведём весь день вместе.

Его сердце тут же дрогнуло, и я ясно почувствовала это, прижавшись к нему.

Как же это мило.

***

Я собиралась как следует выспаться, но ранним утром в нос ударил запах гари, и сон моментально рассеялся, будто его и не было.

«Пожар? Нужно срочно разбудить Алекса…»

Я на ощупь потянулась к месту рядом, однако там оказалось пусто, и даже остаточного тепла не чувствовалось, словно он давно встал.

Резко поднявшись, я выбежала из спальни.

— Алекс? Алекс! Где ты? Кажется, в доме что-то горит, нужно проверить…