✦•·····•✦•·····•✦

— То мясо, что было у тебя в тарелке. Это и был Рен.

Что?

Дана была в шоке, едва не выронила бокал.

Родриго широко улыбнулся.

— Ну как, Виего? Вкусным был Рен?

Прошло несколько секунд, и только тогда он, видимо, понял смысл этих слов.

Виего поспешно зажал рот рукой. Его явно тошнило.

— Держись.

Родриго приказал сурово, как хлыстом.

— Если тебя вырвет, прикажу зарезать другую овцу и скормлю тебе.

При этих словах рука Виего, зажимающая рот, задрожала. Лицо побелело, но он сдержался.

Родриго, довольно улыбаясь, произнёс речь:

— Слушай внимательно. Зверь ‒ это зверь. А ты ‒ хищник, который пожирает зверей.

— ……

— Понял? Не отдавай своё сердце таким слабым существам. Эти чувства разъедают тебя и делают слабым.

«Ах ты, тварь…»

Дана прикусила губу. Сцена перед глазами была настолько жестокой, что её выворачивало наизнанку.

Видимо, поэтому. В тот же миг кровь бросилась в голову. Жар, потом пустота, потом снова жар.

Когда она пришла в себя, то уже швыряла бокал в Родриго.

Но Родриго ловко поймал летящий в него бокал. С запозданием поняв, что Дана бросила в него, он наклонил голову.

— А?

Какое "а"!

Дана плеснула виски прямо в его наглую физиономию.

Пшшш! Его лицо промокло насквозь.

— Ах ты, мусорный человек! Ничтожнее букашки!

— Н-но…

Родриго, потрясённый, задрожал губами.

— Почему ты злишься?

— Ты ещё спрашиваешь, мусор!

Даже Демьян и тот смотрел на неё с ошеломлённым видом.

Увидев Демьяна, она разозлилась ещё больше.

Сын в такой ситуации, а он просто смотрит?

Нет, он вообще собирался бросить сына в этом месте и сбежать один!

Тут Родриго скривился, словно ему было очень обидно.

— Я всего лишь пытался воспитать своего слабого внука.

— Это тебя нужно воспитывать!

Шлёп! Шлёп!

Дана подбежала к нему и принялась колотить его руками. Тогда Родриго обхватил голову руками и скрючился.

— Перестань, Дана! Ты так руку поранишь! Лучше бей этим!

Он поспешно стянул с пояса золотой поясной шнур и протянул ей.

Думаешь, я не смогу?

Дана со всей силы хлестала его этим шнуром. Родриго, которому, похоже, действительно было больно, закричал.

— Ай! Ай!

Гнев, нет, даже не гнев ‒ ненависть завладела её рассудком.

Всё из-за этого человека.

Всё из-за него.

Он ‒ корень зла.

Из-за него жизнь Игниса пошла прахом. Из-за него Виего вырос таким бессердечным.

Всё из-за этого демона ‒ Родриго Виндзора!

— Господин глава!

Услышав шум, прибежали рыцари.

— Что вы делаете!

Грубые руки схватили Дану. От сильной хватки она невольно вскрикнула.

— Руки убрали!

Родриго выпучил глаза и закричал.

— Если на теле Даны появится хоть одна царапина ‒ не пощажу!

Рыцари в испуге убрали руки от её тела.

Дана тоже была удивлена. Родриго закричал:

— Немедленно выйдите, сейчас же!

Только тогда.

Только увидев разгромленную столовую.

Дана поняла, что была совершенно пьяна. В напряжённом состоянии она пила слишком быстро.

И поэтому не сдержала отвращения и ярости к нему.

Надо было сдержаться…

«Нет. Возьми себя в руки».

Она перевела дыхание. Когда она наконец пришла в себя, в столовой остались только Родриго и она.

Родриго выпроводил всех.

— Дана.

Он, весь избитый, с ужасным видом, сказал очень серьёзно:

— Ты прекрасна.

— Что?

— Ты так разгневалась ради моего внука. Ты добра. А доброе ‒ прекрасно.

Что он такое говорит…

Неужели насмехается? Но Родриго был серьёзен до торжественности.

— Ты можешь быть такой прекрасной. Но Виего… мы не можем.

— О чём вы говорите?

— Давно было пророчество.

Родриго спокойно рассказал.

О пророчестве, что благословение Рамуна закончится и начнётся гнилая земля. А затем продолжил:

— Скоро земля начнёт гнить. И наш род Виндзоров готовится к этому бедствию уже более двухсот лет.

«А, в конце концов он оправдывается».

Дана фыркнула и насмешливо сказала:

— Не знаю. Может, бог разгневался на ваши эксперименты и отвернулся от этого мира.

Повисла тишина.

Родриго молча пристально смотрел в её глаза. А потом улыбнулся и спросил:

— Откуда ты знаешь, какие эксперименты мы проводим? Я тебе ещё не говорил.

Ах.

Точно.

Вот так ошибка ‒ похоже, она ещё не протрезвела. Но Дана, не меняясь в лице, резко ответила:

— Сегодня утром какой-то рыжий мальчишка устроил беспорядки.

Да, Игнис действительно это сделал. Этим Дана, сделав вид, что догадалась об экспериментах, накинулась с упрёками.

— Разве может быть нормальным эксперимент, в котором участвуют дети? Наверняка он аморальный и бесчеловечный. Может, поэтому бог и отвернулся от вас?

Он не мог этого отрицать. Подозрение в глазах Родриго исчезло.

— Да. Возможно, и так.

И он охотно признал.

— Но что было раньше ‒ курица или яйцо? Какая разница? Какова бы ни была причина, бог солнца отвернулся от нас.

Родриго провёл пальцами по растрёпанным волосам.

— На континенте уже появляются признаки гниения земли.

— ……

— Чтобы остановить заражение, нужна очищающая сила. А чтобы создать очищающую силу, приходится проводить всякие бесчеловечные эксперименты.

Он поднял упавший на пол пояс и снова завязал его на талии.

— Кто-то должен сделать это, даже если руки будут в крови.

И хлоп-хлоп, оправил помятую одежду.

— Если это зло, то зло ‒ моя судьба. Я не убегаю от своей судьбы.

К тому времени Дана полностью успокоилась. Хмель сошёл на нет.

Впервые она искренне сказала ему:

— Теперь есть я. Эксперимент удался, так что можно ведь остановиться?

— А если ты однажды внезапно умрёшь? Если твоя способность однажды исчезнет? Нужно предполагать худшее. Эксперименты должны продолжаться.

Всё-таки с ним невозможно договориться.

Конечно, не могло быть и речи.

У него была вера, и он посвятил этой вере всю свою жизнь.

В тот миг Дана твёрдо решила.

«Я должна убить этого человека».

Пока она находится в этом времени, она обязательно должна убить его, прежде чем вернуться.

Обязательно. Любой ценой.

Она разнесёт голову Родриго Виндзора вдребезги.

«Я смогу».

Она уже однажды убила Игниса ‒ разнесла ему голову. Сможет убить и Родриго.

Тогда, кто знает. Может, будущее изменится. Может, Игнис останется жив.

Для этого…

— Понятно.

Нужно усыпить его бдительность. Выглядеть кроткой, безобидной ‒ как тогда с Игнисом.

— Ты понимаешь?

— Не знаю. Но мучить Виего таким образом ‒ неправильно.

— Да. Всё-таки ты добра.

Родриго мягко улыбнулся. Как ни странно, её такие качества, похоже, очень нравились ему.

— Дана. Через несколько дней, 5 июня, будет очень важная церемония.

Он неожиданно сменил тему.

— Двести лет назад. Предок рода Виндзоров сам принёс себя в жертву, моля о мире на континенте. Я тоже, следуя воле предка, намерен бросить одного из сыновей Виндзоров в Ледяное озеро и сделать подношение госпоже Диане.

— ……

— Демьян, Карл, Виего. Я планирую принести в жертву одного из троих.

Что?

Дана безучастно уставилась на него. Что она только что услышала?

Родриго сказал совершенно спокойным тоном:

— Я хочу, чтобы ты выбрала. Кого, по-твоему, лучше принести в жертву?

Она снова ощутила.

Этот человек совершенно безумен.

— По-моему, Виего подходит.

Он выбрал внука так, словно это было нечто само собой разумеющееся.

— Демьян сейчас герцог Виндзор. Некем заменить герцогский титул. Карлу всего четырнадцать, он слишком молод.

Цокнул языком.

— Карл, конечно, психически ненормальный, но очень способный. А вот Виего…

Он вздохнул с досадой.

— Слишком слаб.

— ……

— Если к завтрашнему вечеру Виего сам не убьёт овцу и не положит на стол, я принесу его в жертву. Что ты об этом думаешь?

Он спрашивал, но это был не вопрос.

Родриго уже всё решил.