Глава 167 (169)

Джеральд обнял крепче, и Марин, смутившись, уткнулась лицом ему в грудь.

— Лорд Джеральд, что вы хотите получить больше всего?

— Так вдруг?

— Просто интересно.

— Ничего.

Марин скрыла разочарование и настаивающе спросила:

— Совсем-совсем? Ничего?

— У меня уже есть ты. Вряд ли я могу желать чего-то ещё.

— Эй, меня не считайте.

— Тем более нечего.

— …Понятно.

Впрочем, логично. Богатство, слава, сила, красота — у него было всё, так что неудивительно, что ему ничего не нужно.

«А я-то хотела во время предложения руки и сердца сделать сюрприз и подарить то, что он хочет, со словами та-дам».

«Но это не значит, что я могу повязать ленточку себе на лицо и сказать: “Я ваш подарок!”»

— А ты чего хочешь?

Его голос потеплел и стал ниже, но Марин, задумавшись, не уловила этого.

— Я? Да тоже, пожалуй, ничего.

— Неверно. Подумай хорошенько. Хотя бы одно должно быть.

— Хм. Раньше это были деньги, но теперь я богачка. У меня есть опаловая шахта, да и за чтение вы мне платите.

— Оказывается, у меня невеста-богачка.

— Ага!

Самодовольно улыбнувшись своей находчивости, Марин вызвала у Джеральда смех. Она была невыносимо мила.

* * *

Марин впервые за долгое время заглянула в кузницу Суренн.

После слов Джеральда о том, что ему ничего не нужно, она постоянно ломала голову: как же сделать предложение?

Думала-думала и вспомнила, что Суренн может выковать всё что угодно.

Открыв дверь, она увидела за работой Суренн.

Коротко стянутые сзади сиреневого цвета волосы. Пот, скатывающийся по лбу. Перекатывающиеся мышцы на руках, когда та точила клинок.

Человек, погружённый в дело, всегда прекрасен.

— Суренн, не занята?

Марин осторожно окликнула, и та резко подняла голову.

— Уа-а-а! Леди Марин!

Её фиалковые глаза радостно вспыхнули.

— Как ты?

— Наконец-то моя подруга вернулась туда, где ей место.

Суренн стремительно подошла и бурно обняла Марин.

— Ты всё знала?

— Разумеется. У меня на родине хватает тех, кто шлёт вести.

Суренн крутанула Марин, быстро оглядела, не ранена ли она где-нибудь.

— Удивительно, как ты выбралась целой из этого дурдома.

— Дурдома?

— Из императорского дворца.

— А…

— В Сандерсе наследник престола до сих пор не назначен, там ничем не лучше поля боя.

Марин не могла отрицать эти слова. Она прочувствовала всё это на собственной шкуре.

— Похоже на то.

— Говорят, ты сблизилась с третьим принцем?

Суренн спросила с усмешкой, и Марин неловко перевела разговор:

— Третий принц тебя знал?

— Он ходил за мной по пятам, мол, иди ко мне в люди. Но я встретила герцога и сбежала. Парень он, может, и неплохой, но я не хотела связываться с этим дурдомом.

— М. Понимаю.

Вспомнить, как вырваться оттуда было трудно; одно сознание, что её чуть не затянула борьба за трон империи Сандерс, холодило спину.

— Так по какому делу ты тут?

— Можно мне тоже кое-что сделать в кузнице?

Суренн оценивающе оглядела Марин с ног до головы.

— Сделать? Что именно?

— М-м, очень хочу кое-что изготовить. И лучше бы под твоим присмотром.

Взгляд Суренн упал на нежные руки Марин.

Благородная леди с молотом и кувалдой…

— Вот уж подруга у меня, не как у всех.

— Если это слишком, я пойму…

Марин виновато осеклась, но Суренн хлопнула её по спине.

— Да это же интересно!

— Спасибо! — Марин постаралась сделать вид, что не замечает жгучей спины, и поспешно ответила.

— Не знаю, что там у тебя на уме, но давай постараемся!

Воодушевлённая поддержкой Суренн, Марин сжала кулаки.

— М!

* * *

— Слышал, Марин последнее время часто бывает в кузнице Суренн?

Герцог взглянул в сторону, где стояла кузница.

— Да. Мне так же докладывали.

Олив, приводивший в порядок отчёты, уловил намерение хозяина.

— Прикажете навести справки?

— А нельзя?

В недовольном голосе герцога Олив уловил тревожный звоночек.

Как бы он ни был неопытен в любви, но следить за каждым шагом возлюбленной — точно плохая идея.

— Думаю, не стоит.

— Уверен?

— Не знаю точно, уверен ли я в этом, но точно уверен в том, что если леди Марин узнает, ей это очень не понравится.

Ледяное аура герцога на мгновение коснулась комнаты, но он всё же нехотя сдался.

— Останется между нами.

— Да.

— А то, что я просил узнать?

— Вот.

Олив протянул отчёт о текущей ситуации с предложениями руки и сердца, который он готовил несколько дней.

В отчёте на примере 100 человек, недавно сделавших предложение, были подробно расписаны направления планирования предложений, цели и даже успешность.

Пока составлял, и сам многое понял о важности предложения.

Когда-нибудь обязательно пригодится.

Глаза герцога удовлетворённо блеснули.

— Судя по результатам расследования, очень важно заручиться поддержкой близких. Кажется, лучше всего будет посоветоваться с виконтессой или леди Дайей.

— Начнём немедленно.

Как только герцог встал с места, Олив, словно ожидал этого, улыбнулся и молча поклонился.

Выйдя из кабинета, Джеральд вполголоса спросил в пустоту:

— Где виконтесса?

— В это время, вероятно, в оранжерее.

Ответ Кея раздался будто из воздуха, и герцог быстро направился к флигелю.

Перед флигелем стояло новое строение.

Ради слабого здоровья виконтессы у самого крыльца возвели тёплую стеклянную оранжерею для прогулок.

Он открыл дверь. Виконтесса любовалась цветами.

Служанка за её спиной ловко присела в реверансе.

— Приветствую вашу светлость.

Роэнна вздрогнула, но, когда собралась поклониться, Джеральд остановил её.

— Не нужно. Прошу впредь обращаться со мной просто.

Роэнна мягко улыбнулась и кивнула.

Джеральд неловко замялся, поэтому Роэнна указала на стул.

— Не выпьете со мной чашечку чая?

— Выпью.

Он сел напротив в напряжённой позе. Служанка быстро подала чай и вышла.

— Я поздно поблагодарила. Надо было сделать это лично. Спасибо за оранжерею.

Роэнна склонила голову; герцог последовал её примеру.

— Не стоит. Это я виноват, что вам пришлось многое пережить.

— Не говорите так. Вы сдержали слово.

Джеральд удивлённо посмотрел на неё, а Роэнна спокойно выдержала его взгляд и продолжила:

— Вы обещали, что вернёте мне дочь целой и невредимой.

— Я лишь сделал то, что должен.

От его простого ответа, прозвучавшего как само собой разумеющееся, у Роэнны на губах появилась улыбка.

Сочетание дочери-сорванца и нелюдимого герцога казалось несочетаемым, но в то же время вместе они смотрелись удивительно складно.

Когда герцог умолк, Роэнна заговорила снова:

— Чем обязана визиту?

— Я пришёл, потому что мне нужно вам кое-что сказать.

— Говорите свободно.

— Я хочу жениться на вашей дочери. Прошу, дайте своё благословение.

С этими словами он поднялся и низко поклонился.

— Ох… — только и смогла вымолвить Роэнна.

Разница в их статусе была как небо и земля. И всё же герцог склонился перед ней.

Смутившись, она поспешно поднялась и замахала руками.

— Поднимите голову, ваша светлость.

Герцог медленно выпрямился, и их взгляды встретились.