– Больно от стрелы смерти, правда, хорошенький мальчик?

Виена сменила гнев на милость – от прежней ярости не осталось и следа, она пребывала в отличном настроении, напевала себе под нос. Фьена же, как и прежде, была бесстрастна. Близняшки-тёмные боги и Джейд стояли друг против друга.

– Хочешь уже покончить с этим, дяденька? – они медленно подошли к Джейду.

 Жуткое девичье хихиканье эхом разнеслось по пещере. Но Джейд только фыркнул в ответ.

– Вы сильно ошибаетесь, если думаете, что боль остановит меня.

Дела были плохи – хоть Джейд и огрызался, его шея взмокла от пота.

Неизвестная рана Алины выбила его из колеи. Сердце бешено колотилось, он пытался обуздать мысли, но они неслись вскачь.

Одновременная атака не сработала. А когда близняшки превратились в Вильфину, даже «Разлом Диа» не причинил ей вреда. Джейд уже дважды активировал составное умение, так что долго не протянет.

– Н-но…

И тут всё перевернулось. Он услышал, как его меч со звоном упал на землю, испытал странное, парящее ощущение – и оказался на коленях.

– Джейд! – в панике крикнула за спиной Лулули.

Он с опозданием понял, что ноги подкосились, и он стоит на четвереньках на холодном полу пещеры. Металлический привкус крови растекался во рту. Затем Джейд увидел, как красный свет «Миллии» исчез с его клинка, лежавшего вне досягаемости, – и всё встало на свои места.

«Это мой предел!»

Чудо, что он не потерял сознание, как на тренировке.

– Будь оно всё… – даже ругательство вышло слабым.

«Что мне делать… когда я в таком состоянии?!»

Он не знал, как ему победить. Понятия не имел. Нет – может, всё было бесполезно? Впервые в своей жизни как искателя и щитоносца Джейд почувствовал, что его дух вот-вот сломается.

– На этом всё, хорошенький мальчик? Я думала взять твою душу, но… – Виена скривила губы, как дьяволица, и подняла лук, чуть сместив прицел от Джейда.

Наконечник стрелы, несущей верную смерть, теперь был нацелен на Алину.

– Это подношение было очень надоедливым, всё от меня пряталось, так что я сперва займусь ею. А тебя, сладенький мальчик, я потом съем не торопя-ась.

Сердце Джейда заколотилось в груди. У него больше не было «Миллии», чтобы отразить стрелу. Если Виена выстрелит сейчас – всё кончено.

Алина умрёт.

Алина…

«Успокойся!»

Джейд сделал глубокий вдох.

Лулули обязательно исцелит Алину. А пока он должен сделать всё возможное, чтобы защитить обеих своих спутниц. Это их единственный шанс на победу, так что он просто обязан вложить все силы в то, что может.

А как щитоносец, он может… перетянуть внимание врага с Алины на себя.

Проползая по земле, Джейд отчаянно следил за Виеной, думая, что он ещё может сделать.

Близняшки-тёмные боги, их детская внешность, то, что их тела не такие сильные и выносливые, как у Сильхи, их безграничная регенерация, то, что у каждой половинное ядро и половинная печать Диа.

Половинное?

Когда это дошло до Джейда, его рот уже был открыт.

– Погодите-ка – вы ущербные…

Виена уже собралась стрелять, но её рука замерла.

– Что ты сказал, дяденька?

– Не расслышала? Я сказал – вы ущербные.

Сплёвывая кровь, напрягая конечности, Джейд поднялся на ноги. Это была провокация ва-банк.

Щитоносцы ставят себя под удар, чтобы защитить союзников – они никогда не позволят кому-то другому перехватить внимание врага.

В этом душа и суть щитоносца. Использовать «Хастор» для привлечения внимания работало с чудовищами, потому что они действуют инстинктивно, но на людей это не сработает, потому что они могут думать и действовать разумно. Разумеется, то же самое относилось и к тёмным богам.

Но магия была не единственным способом перехватить внимание. Оскорбления, способные задеть чувства цели, искусный блеф… Эти тактики работали именно потому, что использовали чувства противника.

– Если придёт время, используй любые средства, чтобы завладеть вниманием врага. Даже если останешься голым, привлеки его, думай головой и не полагайся на магию, – учитель по щиту твердил это бесчисленное количество раз.

– Слушай, дяденька, я очень не люблю такие тупые провокации.

– Думаешь, это просто провокация?

– А?

– При создании готового продукта обычно получается много бракованных экземпляров, – начал Джейд говорить бесстрастно, игнорируя ледяную убийственную ауру Виены.

То, что он собирался сказать сейчас, было всего лишь предположением, без всякой основы. Он даже не знал, достаточно ли этого, чтобы привлечь внимание близняшек-богов.

Но он обязательно удержит внимание врага на себе.

– Насколько нам известно, все предметы, отмеченные солнечной печатью – печатью Диа, – обладают невообразимой функциональностью. Мы ничего о них не знаем, кроме того, что их сделали древние… Но есть одно, что я могу сказать: я ни разу не видел печати Диа, у которой не хватало бы половины.

Виена забыла о том, что целилась в Алину, и просто уставилась на Джейда. Раньше она была такой же выразительной, как ребёнок, но теперь лицо её застыло, словно она нацепила нечеловеческое выражение, как у куклы.

– Половинная печать Диа на ваших лицах – если вы две половинки одного целого, то почему, когда вы превратились в Вильфину, она не стала цельной, единой печатью Диа?

«Две половинки одного целого» – если это так, то Виена должна была стать цельной, когда съела ядро Фьены. Но их слияние породило Вильфину, у которой была только сила и никакого разума. Печать Диа так и не стала цельной – она просто получила по половинной печати на каждой щеке.

– Печать Диа древние вырезали на своих творениях. Так что же тогда означает половинная печать Диа?

– …

– Я встречал другого тёмного бога, кроме вас двоих. У него была вырезана цельная печать Диа, и ваша функциональность явно уступает его. Вы можете регенерировать, но ваши тела слабы, а Вильфина сильна, но неразумна. Всё немного недоделано – то тут, то там.

– Брак? Нет… – наконец, пробормотала Виена.

Но Джейд продолжал, игнорируя её возражения.

– Вот что я подумал – может, вам вживили неудачные ядра, созданные методом проб и ошибок, прежде чем получился готовый продукт. Два брака можно соединить, но от этого они не перестанут быть браком. Вильфина – просто свалка ошибок. Нет – можно сказать, что принудительное соединение ядер делает её ещё более нестабильной – куском мусора, который трудно контролировать.

– Нет!

– Вы не две половинки одного целого. Вы – два дефектных творения, оба с несколько ущербной функциональностью. Вот почему создавшие вас древние вырезали на ваших телах половинные печати – как доказательство того, что вы бракованные изделия.

– Заткнись!

Пронзительный крик Виены яростно эхом разнёсся по пещере.

Её глаза широко раскрылись от ярости, лицо застыло и смертельно побледнело, одни только глаза налились кровью и сверкали, когда она уставилась на Джейда, готовая, казалось, укусить.

Все следы очаровательной маленькой девочки, которой она была прежде, исчезли.

– Нет… Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет!!! – Виена схватилась за голову руками.

Её глаза бешено метались и пылали яростью, когда она смотрела на Джейда. Она указала на него пальцем, дрожа от сильного волнения.

– Называть меня браком… когда ты всего лишь подношение… Я сожру тебя! Я порублю тебя на кусочки… Я заставлю тебя испытать самую страшную боль, какую можно вообразить!

– К сожалению, у меня и так уже всё болит.

Глазами, устремлёнными на дрожащий наконечник стрелы, нацеленный прямо в него, Джейд улыбнулся.

Он перехватил внимание врага.

– Но я так легко не отдам тебе свою жизнь… – поднимая щит, Джейд закричал. – Слияние… развёртывание!

Раздался тот странный взрывающийся звук, поле зрения на миг побелело. В тот миг, когда он попытался активировать умение, всё тело пронзила острая боль. Так больно, что он задрожал. Из него буквально били фонтаны крови.

– Н-но…

Это был откат от третьей активации составного умения.

Симптомы были хуже, чем ожидалось, но Джейд не дрогнул – с тех пор как он решил использовать это составное умение в бою против тёмного бога, он прекрасно знал, что пострадает не просто так.

В сочетании с раной от стрелы смерти на руке боль была невыносимой. Он уже не понимал, откуда исходят ощущения, но железной волей подавлял агонию, пожиравшую всё тело. Он покачнулся, но заставил себя устоять, закусив губу, чтобы сдержать желание потерять сознание от боли.

Не обращая внимания, Джейд продолжал:

– Призываю составное умение…

В его мыслях промелькнуло досадное воспоминание из недавнего прошлого. Он был беспомощен перед лицом странного и могучего врага – тёмного бога Сильхи.

Алина была в опасности, но он не мог даже пошевелиться. В этот раз он не смог позволить Алине в полной мере насладиться Столетним фестивалем, которого она так долго ждала. Всё потому, что я недостаточно силён, чтобы противостоять тёмному богу – потому что в битве против него у меня нет выбора, кроме как полагаться на неё.

Он хотел силы, чтобы сражаться с тёмным богом на равных. Он хотел быть тем мужчиной, который мог бы дать Алине покой, которого она желала. Она была такой счастливой во время Столетнего фестиваля. Если бы она всегда могла так улыбаться…

Если это ради неё – не важно, насколько разорвётся его тело.

– «Миллия»!!!

В его мерцающем поле зрения вспыхнул красный свет. Джейд уже не мог различить – это цвет крови или свет его умения, но это уже не имело значения. Он заставил уголки губ подняться вверх, поднял свой кроваво-красный щит и насмешливо оскалился Виене.

– Давай, стреляй в меня. Попробуй убить, если сможешь.