— Сколько дней прошло с тех пор, как мы вернулись в Милдиану?

— Около полумесяца. Когда вы начали предаваться любви с госпожой Люмиэль прямо у меня на глазах, я уж подумала, что вы погрузитесь в этот процесс на год, не меньше.

— ...Ну, я бы не стал делать такое в Империи.

Я был в шаге от этого, но смог остановить себя силой разума.

Люмиэль, вдоволь насладившись нашей любовью, вернулась в Тенебру.

Я велел ей подробно рассказать о случившемся, если вдруг наведаются другие члены королевской семьи.

Немного прогулявшись по Милдиане, я заметил множество разрушенных зданий; от былого великолепия города почти ничего не осталось.

Сложно даже представить, сколько времени потребуется на то, чтобы восстановить этот некогда упорядоченный городской пейзаж.

Но когда я добрался до военной академии, там почти не было следов битвы.

Я вспомнил, что пока мы сражались с гигантским Тенма, с этой стороны то и дело активировались высокоуровневые заклинания.

Последним было то леденящее душу запретное заклинание, граничащее с истинным волшебством. Оно, несомненно, принадлежало директору Людио.

Пока я шел, размышляя об этом, ко мне на огромной скорости подбежало нечто и крепко обняло.

— Тео-о-о!

— Ува, Рока?! Ч-что стряслось?

— Какое там «стряслось»! Ты в порядке?! Живой! Ты не ранен?!

— Ага, всё хорошо. Ты за меня волновалась?

— Еще бы! Тебя утащило такое... жуткое существо. Честно говоря, я не думала, что ты выживешь...

Похоже, моя любимая жена показалась Роке каким-то монстром. Она выглядела не так, как обычно. И неудивительно.

С первого взгляда было понятно, что Люмиэль — существо совершенно иного уровня по сравнению с другими Тенма.

— О, так ты жив.

Девушка-зверочеловек с белоснежными ушами и хвостом произнесла это без малейшей эмоции.

— Рад видеть, что ты тоже в порядке, Шаула.

— Естественно. Такие слабаки мне не соперники. — Но важнее другое!

Шаула шагнула ко мне вплотную:

— Что у тебя было с той милашкой с крыльями?! Зная твою похотливую натуру, ты наверняка заставил ее делать всякие непристойности! Не знаю, Тенма она или ангел, но расскажи мне всё в подробностях, каково это было!

— Это ты тут похотливая маньячка, идиотка!

Как всегда, хвост Роки обрушился на ее голову, и Шаула кубарем покатилась по земле.

Наблюдать за ними было забавно, но я немного волновался, не сломается ли у Шаулы шея от таких ударов. Хотя для ее мозгов, наверное, уже слишком поздно.

— Тео-ку-у-ун!

На этот раз меня обняли с противоположной стороны от Роки.

— Привет, Лиз. Как ты?

— Ага, отлично-отлично! А как ты, Тео? Тот, кто тебя забрал, ничего с тобой не сделал?

— Я как раз пытаюсь это выяснить! Ну как оно?! Колись давай!

Ну, со мной много чего делали, это да.

Но, пожалуй, для них это пока слишком откровенно, так что я промолчу.

— Теодор? С тобой всё в порядке?

Повернувшись на голос, я увидел Кита и Джулиана.

— Если сразу после возвращения он милуется с девчонками, значит, в порядке.

— Ну, возможно... Обошлось без серьезных травм?

— Всё нормально.

Джулиан пристально посмотрел на меня.

— Тебя утащило такое существо... Как ты вообще смог вернуться? Я был уверен, что тебя убьют или сожрут.

Трудно будет это объяснить.

Кстати, я еще не думал, что сказать директору Людио. Да ладно, как-нибудь отговорюсь.

— Много чего произошло. Ладно, мне пора к директору.

Стоило мне это сказать, как они все увязались за мной. По пути меня засыпали вопросами о личности Люмиэль и о том, как я выжил, так что мне пришлось здорово попотеть, чтобы от них отвязаться.

Закончив с докладом директору, когда все уже разошлись.

Подойдя к мужскому общежитию, я увидел стоящую там Пиану — эльфийку со светло-голубыми волосами. Она выглядела очень подавленной, но всё же заговорила со мной.

— Теодор-сама. Я слышала обо всем от отца и директора Ламберта. Я так рада, что вы целы и невредимы, правда.

— ...Спасибо.

С тяжелым сердцем Пиана пробормотала:

— На этот раз из-за моего отца вам пришлось пережить столько неприятностей... мне очень... жаль...

Склонив голову в глубоком извинении, она глотала слезы.

И из-за чего она так убивается? Я, наоборот, благодарен ему. После приезда в Империю я изнывал от скуки, а он подкинул мне хоть какое-то развлечение. А что касается исчезнувших и погибших эльфов — мне до них нет никакого дела.

Но сказать ей это прямо было бы неуместно. Пока я размышлял, как лучше ответить, Пиана заговорила первой:

— Моего отца теперь ждет множество допросов, а когда всё закончится... он, возможно, не избежит высшей меры наказания. Директор Ламберт сказал, что примет это во внимание, но неизвестно, чем всё обернется.

По крайней мере, если они останутся здесь, в адрес виконта Саранже посыплется еще больше ужасных оскорблений, чем когда-либо при дискриминации эльфов. И, вероятно, это коснется и этой ни в чем не повинной, слабой девочки.

— Отныне твой путь может стать настолько тяжелым, что ты подумаешь, что лучше бы тебе умереть. Ты не держишь зла на меня за то, что я загнал тебя и твоего отца в угол?

— Нет.

Ответ последовал незамедлительно.

— Как бы он ни заботился о моей безопасности как дочери, отец совершил непростительное преступление. Теодор-сама, вы освободили моего отца, который оказался в безвыходном положении. И какое бы наказание он ни понес, я никогда не возненавижу вас, Теодор-сама.

Пиана говорила это с улыбкой. Но из ее глаз катились крупные слезы.

Какое чистое, невинное дитя.

— Я какое-то время не буду ходить в академию. Поэтому... возможно, это последний раз, когда я могу с вами поговорить, Теодор-сама.

— Напоследок, могу я попросить вас лишь об одном...?

Я кивнул Пиане, которая смотрела на меня с явной тревогой.

— О чем же?

— Я дочь человека, совершившего тяжкое преступление. Я знаю, что не имею права говорить подобные вещи. Но... но если я не скажу этого сейчас, то буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Поэтому... Теодор-сама.

Пиана изо всех сил старалась сдержать печаль, готовую захлестнуть ее лицо, и с робкой улыбкой произнесла дрожащим голосом:

— Позволите ли вы мне... и впредь любить вас?

— Я-то думал, о чем ты попросишь, а тут такое. Боже, какая нелепость.

На моем лице сама собой расцвела мягкая улыбка.

— Разумеется. Пусть мы провели с тобой не так много времени, Пиана, но я тебя не забуду. Обязательно запомню.

Сказав это, я нежно погладил её по плечу и пошел прочь, не оглядываясь.

Не обращая внимания на донесшееся в спину всхлипывающее «Спасибо».

Если после окончания учебы в академии я снова встречу ее... Возможно, мне стоит просто похитить ее. Забрать ее в Королевство демонов — звучит не так уж и плохо.

В этот момент ко мне обратилась Лена, до этого скрывавшая свое присутствие:

— Господин Люцифер, ваши мысли, полные похоти, читаются как открытая книга.

— Разве? Она довольно забавная девочка. Я просто подумал, что было бы неплохо держать ее при себе. Так что не дуйся, Лена.

— Я вовсе не дуюсь.

Как же мне теперь задобрить мою любимую жену, которая всем своим тоном показывала, что смертельно обижена? Впереди у меня еще гора дел, но это, похоже, первостепенная задача.