Таверны в глухих переулках были куда более мрачными и угрюмыми, чем те, что располагались на главных улицах. Да и клиенты в основном были подозрительными на вид особами.

— Так ты наконец-то приполз ко мне, Одноглазый. Должно быть, ты по уши в дерьме.

И эта таверна ничем не отличалась от других. Крупный мужчина, сидевший напротив Сэнфорда, гоготнул, обнажив ряд немногочисленных пожелтевших зубов. Его лицо было покрыто язвами, а на нем была вонючая кожаная жилетка.

— Славно, что ты уже в курсе. Это сэкономит нам время, Рябой, — вальяжно бросил Сэнфорд, поднося кружку пива к губам.

Капитан Рябой усмехнулся.

— Да как тут не знать? Весь порт гудит о том, как тебе знатно надрали задницу. И, судя по всему, твоя шкура всё еще стоит на кону.

Несмотря на то что он выглядел спокойным, он продолжал настороженно поглядывать на Йена и Люсию. То же самое можно было сказать и о сидящих вокруг него подчиненных.

— Если вы не хотите оказаться со мной в одной лодке, давайте перейдем к делу, — сказал Сэнфорд, отставляя кружку.

Рябой, еще раз взглянув на Йена, усмехнулся.

— Ой, как страшно. Ладно, хорошо. Скольких парней ты хочешь сбагрить, Одноглазый?

— Восемь. Бери всех, если сможешь.

— Я возьму четверых. И им заплатят только половину того, что платят остальным.

— Половину? Ты так же жаден, как и уродлив. Что, решил разом отказаться от двух гребцов?

Капитаны огрызались так, словно в любой момент могли подраться, но Йен, стоявший позади них, практически их не слушал.

— Я бы все отдал за кондиционер.

Эту сцену он наблюдал уже два дня подряд, и она ему надоела. Из этого ничего нельзя было извлечь. Единственное, что нового для себя узнал Йен — это то, что среди капитанов контрабандистов Сэнфорд был одним из самых приятных на вид.

Просто стоять в душном помещении, наполненном зловонием, было похоже на пытку. Его терпение было на пределе. Он уже почти желал, чтобы вспыхнула драка — просто ради возможности выместить всё свое раздражение на этих смердящих ублюдках.

— Похоже, раз у тебя один глаз, то ты ни хрена не видишь. Ты же знаешь, мне придется вычитать долю из жалованья других, чтобы распределить ее. Я не могу опуститься ниже.

— Давай остановимся на семи десятых от зарплаты остальных. Ты должен думать о моей репутации, уродливый ублюдок.

— Репутация, черт бы тебя побрал. Ты должен быть благодарен, что я вообще принимаю их из твоих рук...

Они оба лишь обменивались репликами, ни разу не выхватив клинок. Скорее всего, это происходило потому, что Йен и Люсия наблюдали за ними. Казалось, все знали, что они вдвоем разгромили игорный притон. Судя по тому, что он услышал ранее, новость о том, что он благословил Шахина, тоже быстро распространялась. Было бы неудивительно, если бы кто-то решил проверить эти слухи, но никто этого не сделал.

— Подожди. Мне нужно обсудить это с моими ребятами.

— Не затягивай с этим. Ты же видишь, кто стоит у меня за спиной?

Все вокруг только и делали, что бросали на них косые взгляды. Пока капитан Рябой о чем-то шептался со своей сворой, Сэнфорд молча припал к кружке с пивом, старательно избегая смотреть назад. Похоже, ему очень не хотелось демонстрировать свою рабскую покорность.

Люсия подавила небольшой зевок под маской, и Йен обнаружил, что находится на грани того, чтобы просто разбить это покрытое язвами лицо.

[— Ха...]

В голове раздался негромкий возглас Йога. Существо очнулось всего несколько часов назад, после того как было потеряло сознание в результате всплеска божественности.

[— Кажется, начинается, друг мой.]

От последовавшего за этим шепота бровь Йена слегка дрогнула. Ему пришла в голову мысль, что раздражение, которое он испытывал, могло быть вызвано не только этой наполненной зловонием таверной.

— Вам следует отправиться первым, Сэр Йен, — прошептала Люсия.

Почувствовав взгляд Йена, она наклонила голову в сторону Сэнфорда.

— Я приведу его, когда все закончится».

На мгновение замешкавшись, Йен произнес:

— Если кто-то начнет доставлять тебе неприятности, не сдерживайся. Сокруши их.

Его беспокоило лишь то, что он оставит ее одну посреди логова преступников. По правде говоря, он не видел никого, кто мог бы подвергнуть ее опасности. Скрытые под маской глаза Люсии слегка изогнулись.

— Не волнуйтесь. Если что-то случится, вы ведь все равно придете за мной, не так ли?

— Верно. Но все же не теряй бдительности, — с легкой улыбкой добавил Йен и отвернулся.

Он пересек комнату под пристальными взглядами пьяниц и открыл скрипучую дверь. Перед ним открылся переулок, окутанный жуткой темнотой. Солоноватый запах, донесшийся до него, был вызван не только тем, что рядом находилась пристань.

[— Ты уже чувствуешь это?]

Йен кивнул.

— Да.

Переулок казался еще более зловещим, чем обычно. Полуголые девицы и пьянчуги, что вечно ошивались здесь, бесследно исчезли, словно попрятались по норам. Если не считать пары бедолаг, валявшихся в беспамятстве по углам, улица была совершенно пуста.

Вместо этого в переулок, словно призрак, проникал слабый туман. Свечи, тускло освещавшие его, гасли одна за другой. Впереди всё уже поглотил мутный мрак. Йен окинул взглядом улицу, прежде чем окончательно устремить взор ввысь.

Мгновение спустя он прыгнул.

Отталкиваясь от подоконников и вывесок, на которых обычному человеку ни за что не удержаться, Йен, точно в цирковом номере, запрыгнул на крышу четырехэтажного здания. Легко балансируя на краю наклонной крыши, он окинул взглядом большие и маленькие здания, раскинувшиеся вокруг.

Причалы, окутанные туманной дымкой, простирались во все стороны. В отличие от Раклиффа, центральная часть изогнутого причала уходила далеко вперед и была острой, словно наконечник копья. Корабли, пришвартованные в ряд, зловеще покачивались во мраке, окутанные туманом.

[— Должно быть, их десятки. Интересно, сколько из них благополучно пересекут море?]

Не обращая внимания на напряженный шепот Йога, Йен перевел взгляд на море за причалом. Морской туман размывал и опутывал горизонт. Он активировал Обнаружение Магии, но бледно-голубой хаос, витавший в тумане, словно помехи, препятствовал его взору.

В этот момент бусина эссенции хаоса издала низкий гул. Йен привлек силу хаоса. Его глаза окрасились в фиолетовый цвет, и хаос, вплетенный в туман, приобрел более четкие очертания. Впрочем, яснее проявлялся не только хаос внутри тумана.

— Назовите это призрачным флотом, и я поверю.

Далеко слева, сквозь пелену тумана, показались бледно-голубые ореолы света, выстроившиеся в длинный ряд и пересекающие море. Это, несомненно, был флот архипелага. Причина, по которой туман подкрался так близко, заключалась в том, что они проплывали мимо ближе, чем ожидалось.

[— Впечатляет.]

Бледно-голубой свет мерцал и под поверхностью моря. Хотя они были далеко, можно было предположить, что каждый из них довольно крупный. Скорее всего, это были морские звери, которых, по слухам, приручил флот архипелага.

[— Обдумай все еще раз, друг мой.]

Прошептал Йог. Существо уже вскарабкалось к Йену на наплечник. Сверкнув фиолетовым языком, оно разглядывало профиль Йена.

[— Ты действительно не против, чтобы Букикия попала в их руки?]

Услышав этот многозначительный шепот, Йен фыркнул.

— Конечно же, да.

[— Даже если это повлечет за собой нечто куда более ужасное?]

Йен слегка нахмурил брови.

— Ты подразумеваешь древнего бога, которому они поклоняются?

[— Именно. С чего бы им еще так туда ломиться? Они же рискуют выдать свою истинную сущность.]

Йог слабо захихикал, словно забавляясь.

[— Бог, которому они служат, велел им преподнести ему жертву. И это естественно. Каким бы никчемным ни был этот объект, он несравненно вкуснее любой мелкой сошки.]

— В лучшем случае они просто обзаведутся новыми прихвостнями.

[— Ты так в этом уверен?]

Йен, прищурив глаза, повернулся и посмотрел на существо, сидевшее у него на плече.

— Я очень сомневаюсь, что печать, сковавшая бога, сломается только потому, что в жертву будет принесен один архидемон.

[— Не сломается, нет. Но она может дать трещину. А как тебе уже известно, возникшая трещина никогда не затягивается — она лишь растет, пока в один прекрасный день всё не разлетится вдребезги.]

Йен ничего не ответил. Он покачал головой и снова перевел взгляд на голубые ореолы, пересекающие отдаленное море.

[— У всего в мире есть причина и следствие. Каждая причина должна предшествовать своему следствию. Таков высший закон сего мироздания.]

Йог продолжал шептать, не обращая ни на что внимания.

[— Пустота — единственное пространство, где этот закон не властен. Даже демоническое царство, покуда оно существует в этом мире, не может полностью игнорировать его. Ведь причина, по которой хаос и безумие пустили здесь свои корни, всё еще существует, не так ли?]

— Говори прямо. Хватит ходить вокруг да около и нести всякую чушь. Люси тоже слушает, — наконец отрезал Йен, недовольно прищелкнув языком.

Йог хихикнул.

[— Не волнуйся. Пока что я обращаюсь только к тебе, мой друг. Я пытался поведать тебе, почему боги не могут свободно воплощаться в этом мире. И почему они способны явить себя лишь в виде незначительных фрагментов.]

— Прямо как ты, — внутренне фыркнул Йен.

Он уже знал, как Йог появился на свет. Когда они пересекли Черную Стену, поток хаоса и безумия, вырвавшийся наружу в тот миг, придал Йогу форму.

[— Но тот, кто дремлет в море, совершенно другой. Заплатил ли он великую цену или преуспел в трансценденции, я не знаю, но он уже существует в этом мире как следствие. Даже если он сорвет печать и проявит себя, это не нарушит закон.]

Глаза Йена инстинктивно сузились.

— То есть ты хочешь сказать, что даже Боги Небес не смогут должным образом вмешаться?

[— Как и прежде, это будут исключительно детские игры. Разумеется, та тварь будет уже не так могущественна, какой была до заточения, но... сомневаюсь, что для вас, смертных, это будет иметь хоть какое-то значение.]

Голос Йога угрожающе понизился.

[— Вместо того чтобы плодить лишние беды для будущего, почему бы нам просто не вмешаться, друг мой?]

Взгляд Йена похолодел. Но при этом уголок его рта медленно искривился.

— Это было довольно убедительно, но я откажусь. Если не возникнет крайней необходимости, в бой я вступать не собираюсь.

Йог, который сделал паузу, будто совсем не ожидал этого, спустя мгновение прошептал.

[— Ты серьезно?]

Йен пожал плечами.

— Само собой. Во-первых, нет никакой гарантии, что у тех парней вообще получится кого-то там подчинить. Если они провалятся, архидемон и искажённые просто увязнут в войне на истощение. А если и преуспеют — кто знает, сколько времени уйдет на то, чтобы трещина разрослась достаточно, и их бог смог выбраться на свободу?

Йен повернул голову в сторону и посмотрел на Йога.

— Кроме того, даже если я убью Букикию, не похоже, что потенциальная опасность уменьшится. Ты ведь тоже хочешь стать богом, не так ли?

Вместо ответа Йог цокнул своим фиолетовым языком. Мгновение спустя в голове Йена раздался низкий смех.

[— А ты проницателен, мой друг.]

— Друг, черт бы тебя побрал, — фыркнул Йен.

Он не сказал этого вслух, но в одном был уверен: пока он дышит, печать Древнего Бога никогда не будет снята.

Если слова Йога были правдой, то это был враг, которого ни один смертный не мог надеяться победить. Однако в игре не было непобедимых боссов. Это означало, что если эта тварь сломает печать и проявит себя, должен будет появиться способ убить ее.

— А вот удастся ли мне это сделать — вопрос другой.

По правде говоря, он даже не был уверен, что сможет убить Букикию. Вероятность того, что он утонет прежде, была чрезвычайно высока.

[— Но ты не должен беспокоиться обо мне, друг.]

Коварный шепот Йога снова пронесся в его голове.

— Что за чушь сейчас изрыгнет этот змей?

[— Потому что мое основное тело может вернуть меня в любой момент.]

Брови Йена нахмурились еще сильнее.

— Разве вся эта твоя помощь в Черных Землях не была лишь предлогом? Ты ведь до сих пор так и не понял, как добраться до моего родного мира, верно?

[— Разумеется. Но то, что я бесполезен, уже является достаточной причиной для того, чтобы меня отозвали.]

— Верно.

Йен слегка кивнул. Попытаться понять, о чем думает тот длинноволосый, было практически невозможно. Если Йог был простым змеем, то тот ничем не отличался от дракона. Вполне возможно, Йог уже раздобыл ему кучу зацепок, сам того не осознавая. А для существа такого порядка и этого могло быть предостаточно.

[— Как я уже отмечал, мне очень нравится существовать самому по себе. И со временем это чувство лишь крепнет. Вот и сейчас — я проспал добрую половину дня.]

Йог продолжал низким шепотом.

[— Моя цель сейчас не в том, чтобы стать богом, друг мой. Она заключается в возможности полноценного существования. И для этого мне нужен ты.]

С губ Йена сорвался слабый сухой смешок. Хотя тон его был по-прежнему неторопливым и игривым, в нем чувствовалась искренность. Существо, по-своему, делало все возможное, чтобы выжить.

— Значит, с этого момента ты будешь...

Йен, собиравшийся что-то сказать, закрыл рот и опустил взгляд. Это произошло потому, что он услышал звук открывающейся двери. Внизу показались знакомая макушка в капюшоне и еще одна голова с копной спутанных длинных волос.

— Что это за внезапный туман? Только не говори мне.

Пока Люсия, что-то бормотавшая, вздыхала, Сэнфорд огляделся и позвал:

— Сэр? Где вы? Кажется, время пришло. Сэр?

Переведя взгляд на далекое море, Йен произнес:

— Верно. Время пришло.

Люсия подняла голову при звуке его голоса. Сэнфорд, который наконец проследил за ее взглядом и поднял голову, ошарашенно моргал.

— Почему вы там?

— Наблюдаю за проплывающим мимо флотом.

— Простите? Разве в таком тумане можно что-то разглядеть?

— Я все прекрасно вижу.

Йен, который все это время смотрел на голубые ореолы, медленно проплывающие мимо по морю, наконец прыгнул вниз.

— Вы с ума сошли?

Сэнфорд, смотревший на него снизу вверх, испуганно отпрыгнул назад, инстинктивно подняв правую руку, чтобы прикрыть оставшийся глаз.

Разумеется, зловещей развязки, которую представлял себе Сэнфорд, не произошло. С тяжелым глухим звуком Йен приземлился, опустившись на одно колено. Слегка нахмурившись, он встал, как ни в чем не бывало.

— Начинай готовиться к отплытию, Сэнфорд, — приказал Йен.

Сэнфорд опустил руку, но складка на его брови не разгладилась.

— Сейчас? То есть прямо сейчас?

— Да, немедленно.

— Но есть еще несколько парней, которых я не успел передать.

— Просто забирай их всех. Мы за всё заплатим.

— Еще несколько человек не помешают.

Когда Сэнфорд кивнул, Йен посмотрел на Люсию и добавил:

— Я вернусь в трактир и заберу остальных. Вы двое отправляйтесь на пристань и начинайте готовиться к отплытию.

Он бросил взгляд на окутанный туманом переулок и зашагал в ту сторону, откуда пришел.

— Когда туман рассеется, другие капитаны тоже начнут готовиться к отплытию. Нужно выйти в море первыми, пока в порту не стало слишком тесно.

— Ха...

— Вы слышали его, верно? Пойдемте, Капитан.

Люсия схватила за руку вздыхающего Сэнфорда.

Когда Сэнфорда потащили прочь, Йен повернулся к ним спиной и зашагал прочь.

[— Так что ты хотел сказать, друг мой?]

Он даже не потрудился ответить на раздавшийся вслед за этим шепот.