— Всё так, Агент Святого. Как только Стена пала, я незамедлительно направился в столицу, дабы лично оценить масштабы случившегося. Именно тогда до меня и долетели вести, что вы живы-здоровы и, весьма вероятно, можете находиться где-то на Юге.

Фаэль тепло улыбнулся:

— Посему я ни в коей мере не предполагал, что наша встреча в итоге состоится на совершенно противоположном конце континента.

— Что ж, в таком случае, полагаю, мы квиты.

Йен тихонько хмыкнул, приглашающим жестом указал на стол и неспешно направился к нему.

Пока Фаэль послушно следовал за ним, наёмник поинтересовался:

— Выпьешь чего-нибудь?

— Да, с превеликим удовольствием, — отозвался купец, опускаясь на свободный стул подле Люцифер.

Бор привычно застыл незыблемой тенью у него за спиной, а Шахин тут же подскочил к столу с оловянным кувшином, дабы наполнить пустующий бокал.

Едва Йен устроился рядом с Тесайей, Фаэль заговорил первым:

— У меня накопилось к вам столько вопросов, но теперь, когда мы наконец сидим друг напротив друга, я даже и не знаю, с чего начать.

— Тогда я спрошу первым. Ты что же, больше совсем не водишь караваны на Север? — полюбопытствовал Йен.

— Да, всё именно так. После той памятной последней Эрозии я целиком перепоручил этот регион Торговой Компании «Ветряная Мельница». Их купцы уже имели налаженные связи с варварами, так что они подошли на эту роль как нельзя лучше.

— Джойс? — переспросил Йен, принимая бокал из рук Шахина.

Лицо Фаэля так и просияло:

— Надо же! Вы помните!

— Я пересёкся с его бывшим телохранителем, когда наши пути сошлись с Торговой Компанией «Маяк».

— Ах, вы про Реджина, ха-ха! Да, их дорожки разошлись в прошлом году, из-за чего глава «Ветряной Мельницы» изрядно сокрушался. О, премного благодарен, — вежливо бросил Фаэль, кивнув Шахину и принимая из его рук наполненный бокал.

Мальчуган скромно улыбнулся в ответ и отошёл в сторону, пристроившись неподалёку от Мукапы, который по-прежнему бесстрастно подпирал стену.

— Стало быть, ты не слишком подробно осведомлён о том, что сейчас творится на Севере, — резюмировал Йен, сделав глоток вина.

Фаэль отрицательно покачал головой:

— Ну, почему же, не во всех деталях, конечно. Однако регулярные донесения оттуда я всё же получаю. И, надо сказать, обстановка там складывается весьма хаотичная.

Заметив, как у Йена недовольно дёрнулось веко, купец поспешно смочил горло вином и торопливо добавил:

— Отношения между Эрцгерцогом Олафом и варварами заснеженных земель окончательно и бесповоротно разрушены.

— Пожалуй, мне бы очень хотелось услышать об этом во всех подробностях, — веско обронил Йен, обведя взглядом своих спутников, точно призывая их в свидетели.

Разумеется, все присутствующие дружно закивали в ответ. В конце концов, перед ними сидел не кто иной, как Великий Воин Севера и полноправный Маркграф Заснеженых Земель.

Фаэль вновь встретился с ним взглядом, мысленно восстанавливая в памяти всё, что ему довелось разузнать.

— После вашего исчезновения, Агент Святого, легион варваров ещё какое-то время оставался на передовой, не прекращая поисков. Когда же стало окончательно ясно, что вы пересекли Стену, мне доложили, будто они в полном составе ломанулись следом за вами.

— Они пытались увязаться за мной? — переспросил Йен, удивлённо вскинув бровь.

Фаэль согласно кивнул:

— Именно так мне и передавали. Однако Чёрная Стена к тому моменту уже намертво затвердела, что сделало её преодоление абсолютно невозможным.

— Типичные варвары, — тихонько фыркнула Тесайя.

Взгляд Фаэля инстинктивно метнулся к Бору. Как и следовало ожидать, северянин так и буравил её тяжелым взором. Эльфийка, впрочем, не обратила на него ни малейшего внимания: она неторопливо пошарила в кармане и извлекла оттуда изящный портсигар.

Йен слегка приподнял свой бокал:

— И что было дальше?

— Итак, поначалу они решили закрепиться на передовой и выжидать, пока Стена снова не стабилизируется.

— На это ушёл бы по меньшей мере год, если не больше, — негромко отметила Люцифер.

Фаэль приподнял бокал в знак согласия и добавил:

— Для самих варваров это не составляло никакой проблемы. Вот только тот, кто совершенно не мог ждать — так это Эрцгерцог.

— Кто бы сомневался, — вставил Йен с едва уловимой усмешкой, сделав очередной глоток.

— На остальных фронтах, небось, тоже царила сущая неразбериха. Безумие ведь тогда просачивалось отовсюду.

— Да. Насколько мне известно, он официально приказал легиону сняться с позиций и выдвинуться на другие направления.

— А следом объявил, будто Великий Воин пал смертью храбрых в бою, — хмуро вмешался Бор.

Он недовольно сморщил нос, словно само это воспоминание вызывало у него стойкое отвращение, и добавил:

— Пообещал, что как только на землях восстановится относительный порядок, он лично устроит пышные похороны.

— Звучит вполне в его духе, благопристойно и логично, — с сухой усмешкой пробормотал Йен.

Бор решительно мотнул головой:

— Этот человек страстно жаждал, чтобы Великий Воин действительно оказался мёртв. Под предлогом подготовки к похоронам он вознамерился полностью подмять под себя воинов-варваров и включить их в состав своих личных войск. Все прекрасно раскусили его замысел, и оттого сия уловка выглядела ещё более оскорбительной.

— Ну, с политической точки зрения ход вполне разумный. Хотя жадность его, конечно, сгубила, — обыденным тоном отозвался Йен и протянул левую руку к Тесайе.

Та, как раз затянувшись, послушно передала ему дымящуюся сигарету.

— Ну и что в итоге? Они подняли мятеж?

— Если бы они взбунтовались, я бы сейчас не сидел перед вами с таким невозмутимым видом. Командующий фронтом и Жрец Железный Кулак общими усилиями сумели убедить их не рубить с плеча.

— Мигель… — едва слышно прошептала Люцифер.

Фаэль мельком взглянул на неё и продолжил:

— Воины-варвары в итоге вернулись на заснеженные земли. Безумие докатилось и до тех отдалённых земель, из-за чего там расплодилось великое множество монстров.

— Удобный предлог, ничего не скажешь, — заметил Йен.

— Вот именно. С тех самых пор Эрцгерцог неоднократно слал им приказы явиться, но ни один так и не был исполнен.

— Могу себе представить, в каком он был бешенстве, — пробормотал Йен.

Фаэль согласно кивнул:

— Да, так и есть. И в конечном счёте Его Светлость попросту запретил варварам пересекать Северный Барьер. Фактически открыто заявив о том, что он более не считает их частью Севера.

— Какое возмутительное самодурство! Они честно исполнили свой долг, обуздав хаос на заснеженных равнинах. И после всего этого их неоценимый вклад без зазрения совести обесценили, — вставил Бор, и в его голосе отчётливо заклокотал гнев, скрыть который было невозможно.

Фаэль снова кивнул:

— Благо, гарнизон крепости барьера, похоже, трезво оценивает ситуацию. До кровопролития дело не дошло, да и чужакам проход никто не закрывает, так что торговые караваны по-прежнему могут беспрепятственно циркулировать туда и обратно.

— Небось, колотун там знатный сейчас стоит. Главе «Ветряной Мельницы», должно быть, пришлось несладко, — проговорил Йен, возвращая сигарету обратно в губы Тесайи.

Фаэль тихонько рассмеялся:

— Ну, вы же знаете, как этот делец обожает сетовать на судьбу. И тем не менее я более чем уверен, что куш он сорвал приличный. Он ведь практически монополизировал скупку трофеев после охоты на монстров. А маги и ремесленники за подобные редкие ингредиенты готовы душу продать.

Он сделал глубокий глоток из своего бокала и продолжил:

— Мы и сами сейчас получаем отличную выручку здесь, в Приграничье. Хлопот, конечно, прибавилось, раз уж приходится совершать по два рейса, но дело того стоит. В общем, именно на этой почве и начались разногласия с тем парнем, Реджином. Джойс ведь вознамерился посетить и другие города Севера.

— Жажда наживы у этого человека столь же безгранична, как и его вечное нытьё, — проворчал Бор.

Фаэль фыркнул и повернулся к нему:

— Друг мой, мы прежде всего купцы. И мы просто не имеем права наживать себе врага в лице целого Эрцгерцога.

— Отказаться от торговли с ним вовсе не означает сделать его своим врагом. Не нужно играть словами, господин.

— Дерзко же ты рассуждаешь для простого наёмника. Неужто из твоей памяти изгладилась суровая участь купеческих гильдий, позорно бежавших в час нашествия Падшего Дракона?

— То были жалкие трусы, спасавшие собственные шкуры.

— В глазах Его Светлости всё это будет выглядеть абсолютно одинаково. Как бы то ни было…

Фаэль раздражённо цыкнул сквозь зубы и вновь повернулся к Йену.

— Когда уговоры не возымели действия, Реджин попросту разорвал контракт и ушёл. Заявил, что больше не сможет честно смотреть варварам в глаза.

Йен тихонько рассмеялся:

— Так вот что он тогда имел в виду под чувством стыда.

— Прошу прощения?

— Да нет, пустяки. Так значит, если не брать в расчёт подпорченные отношения с Эрцгерцогом, есть ли какие-то другие проблемы?

— Да на этом, собственно, и всё. Насколько мне известно, никаких других проблем. Безумие на заснеженных землях по большей части утихло, да и стужа теперь не столь сурова, как прежде. Если бы вы только решили вернуться, на Севере мигом воцарился бы порядок.

Фаэль тепло улыбнулся, преданно заглядывая Йену в глаза.

Йен ничего не ответил, лишь молча пригубил вино из бокала. Совсем не такую реакцию купец рассчитывал увидеть на его лице.

Спешно сделав ещё один глоток из своего бокала, Фаэль торопливо добавил:

— И в связи с этим у меня есть к вам одно важное предложение.

— Излагай, — буркнул Йен, со стуком опуская бокал на столешницу.

Фаэль заговорщически понизил голос:

— Если вы вознамерились держать путь в имперскую столицу, не могли бы вы сперва навестить Север?

У Йена едва заметно дёрнулось веко:

— Ты говоришь так, точно у меня есть веские причины держаться от Империи подальше.

— Ну, дело в том, что…

Фаэль запнулся на полуслове, бросив двусмысленный и весьма неуютный взгляд в сторону Саймона и его людей.

Саймон, доселе безмолвно внимавший чужим речам, резко вскинул голову:

— Надеюсь, почтенный купец не пытается намекнуть, будто не доверяет нам?

— Вовсе нет, упаси боже, — осторожно подбирая слова, отозвался Фаэль.

— Просто само знание того, о чём я собираюсь поведать, может подвергнуть вас смертельной опасности.

— Тогда нам тем более надлежит всё выслушать! Моя священная миссия — разнести весть о великих деяниях Агента Святого по всем уголкам столицы.

Фаэль выразительно посмотрел на Йена. Из уст молодого аристократа сие заявление прозвучало абсолютно неубедительно.

Йен принял предложенную Тесайей сигарету и сдержанно кивнул купцу:

— Что ж, эти люди вполне благонадёжны.

Саймон самодовольно закивал, принимая похвалу как должное.

— Правда, никакой подобной миссии я на него, разумеется, никогда не возлагал. Так что, если пожелаешь, я могу попросить их удалиться, — невозмутимо добавил Йен.

— П-постойте мгновение! Агент Святого!

Саймон от неожиданности округлил глаза и умоляюще взмахнул руками в сторону Йена.

— Я… я тоже страстно желаю это услышать! Я готов к любым последствиям, честное слово. Пожалуйста, позвольте мне остаться!

Перехватив тяжёлый взгляд Йена, Саймон поспешно обернулся к своим спутникам и скороговоркой выпалил:

— Сэр Бреннен, Эд, не сочтите за труд оставить нас на пару минут. Полагаю, будет лучше, если из нашей компании эту тайну узнаю только я. А вы пока посторожите в коридоре, дабы никто посторонний не вздумал подслушивать у дверей.

— На мой взгляд, было бы куда разумнее, если бы вы просто покинули эти покои вместе с нами, — неохотно проворчал Бреннен, тяжело поднимаясь со своего стула.

Эдвард последовал его примеру.

Как только рыцарь средних лет и прихрамывающий слуга скрылись за дверью, Саймон вновь умоляюще уставился на Йена:

— Агент Святого?

— Раз уж тебе так не терпится это услышать.

Йен неторопливо выдохнул плотную струю табачного дыма и перевёл выжидающий взгляд на Фаэля.

Купец согласно кивнул, дождался, пока за ушедшими окончательно закроется дверь, и лишь тогда заговорил:

— Великая Церковь объявила вас в розыск, Агент Святого. Если быть точнее, они ведут целенаправленную охоту как на вас, так и на Платинового Дракона.

— Так я и знала, — едва слышно прошептала Люцифер, пока у Саймона от изумления округлялись глаза.

Девушка обменялась многозначительным взглядом с Йенoм.

Фаэль, примечая в том числе и реакцию Тесайи, понимающе кивнул головой.

— Похоже, вы были к этому готовы.

— Ну, Платиновый Дракон сокрушил Стену. Вполне предсказуемый ход с их стороны, — хладнокровно отозвался Йен, снова выпуская дым.

Он вернул сигарету в губы Тесайи и поинтересовался:

— И что, они всерьёз пытаются возложить на Платинового Дракона всю ответственность за уничтожение Чёрной Стены?

— Именно так и предполагает Её Высочество.

На губах Йена заиграла загадочная, трудночитаемая усмешка, а Саймон в негодовании воскликнул:

— Да как вообще Великая Церковь смеет призывать к ответу самого Святого?!

— Среди высшего духовенства хватает тех, кто попросту не признаёт этот статус. Более того, для некоторых из них он и вовсе как кость в горле, — рассудительно пояснил Фаэль.

— Нет, постойте, о чём вы? С какой стати?! Платиновый Дракон ведь освящал своим присутствием само рождение Империи!

— Вот именно поэтому, — сухо отрезал Йен.

Лицо Саймона приняло ещё более растерянный вид. Для него, воспитанного на имперских догматах, Платиновый Дракон являлся исключительно священным существом и абсолютным объектом для благоговения.

— К тому же вы провели за Стеной более двух лет, Агент Святого. По этому поводу они тоже намерены учинить строжайшее расследование. На тот случай, если вы…

Фаэль запнулся, так и не решившись завершить предложение.

Йен понимающе хмыкнул и сам закончил за него фразу:

— На тот случай, если я подвергся искажению?

— Да.

Фаэль подтвердил это коротким кивком и поднёс бокал к губам.

Бор презрительно фыркнул, а Саймон разразился искренним, громогласным хохотом.

— Какое нелепое, абсурдное подозрение! Вам абсолютно не о чем беспокоиться.

— Я бы не был в этом так уверен. Для тех, кто спит и видит, как бы избавится от меня, это просто идеальный шанс.

Йен безразлично пожал плечами и обыденным тоном добавил:

— Да и к тому же… Я успел натворить немало дел, из-за которых эти люди меня искренне ненавидят.

Саймон озадаченно нахмурился.

Фаэль, сделав размеренный вдох, поспешил успокоить присутствующих.

— Разумеется, далеко не все разделяют эти враждебные настроения. Её Высочество сейчас как раз сплошь и рядом собирает единомышленников под свои знамёна. Мне неведомы все тонкости её замысла, но, так или иначе, сам этот факт приносит огромное облегчение.

Он взглянул на Йена, вновь тянущегося за сигаретой, и добавил:

— Пожалуйста, переждите всего несколько месяцев на Севере. Я лично доставлю вести Её Высочеству, и как только обстановка более-менее стабилизируется, я лично приеду за вами, дабы сопроводить в столицу.

Йен выпустил тонкую струйку табачного дыма и наконец произнёс:

— Я и так с самого начала намеревался держать путь на Север. Так что не переживай.

— Вот как? Какое облегчение!

Фаэль шумно выдохнул — он и сам не замечал, как до этого момента затаил дыхание. Если бы Йен упёрся и настоял на немедленной поездке в столицу, удержать его не было бы ни единой возможности.

— Похоже, моя роль во всей этой истории куда более значительна, чем я полагал, — нахмурившись, задумчиво обронил Саймон.

Фаэль удивлённо повернулся к аристократу, а тот уверенно добавил:

— Нам ведь кровь из носу нужно доказать божественную природу сил Агента Святого, не так ли? Сэр Мукапа, безусловно, находится здесь, однако из-за воинских уставов и предписаний он наверняка умолчит о многих вещах.

Саймон покосился на серого орка, по-прежнему подпиравшего стену, после чего прижал ладонь к груди и решительно повернулся к Фаэлю:

— Но я-то совсем другое дело! Я могу без утайки засвидетельствовать абсолютно всё, что видел и через что прошёл лично.

— Хм-м…

— Посему, почтенный глава, прошу вас, представьте меня Её Высочеству принцессе. Мои показания сослужат ей добрую службу.

— Это будет смертельно опасно, — сухо и хладнокровно оборвал его Йен.

Саймон повернулся к нему с храброй улыбкой:

— Я прекрасно это осознаю, Агент Святого.

— Да нет, ты не понял. Речь не только о тебе. Сэр Бреннен, Эдвард, а вслед за ними и весь твой благородный дом — вы все окажетесь под ударом.

Улыбка Саймона наконец сползла с лица, а губы напряжённо замерли. Было очевидно, что о таких глобальных последствиях для семьи молодой человек даже не задумывался.

В упор глядя ему в глаза, Йен произнёс:

— Те, кто вознамерился сокрушить меня и Платинового Дракона, не станут брезговать абсолютно никакими средствами.

— И всё же я пойду на это, — после долгой паузы твёрдо заявил Саймон, упрямо закусив нижнюю губу.

— Рано или поздно я всё равно ненароком сболтну в высшем обществе о том, что мне довелось здесь узреть и услышать. Ну, скрою я пару фактов, но ведь не смогу хоронить эту тайну в себе до конца дней моих. Уж такой я человек, ничего не поделаешь. А коли так, не лучше ли сразу принести реальную пользу вам и Её Высочеству?

Пока Йен делал глубокую затяжку, Саймон слабо улыбнулся:

— К тому же Её Высочество наверняка защитит нас прежде, чем что-то пойдёт не так.

— А вы храбрец, — искренне восхитился Фаэль, заметив, как глаза Йена сузились в едва заметной одобрительной усмешке.

— И всё же, даже под покровительством Её Высочества, в любой момент могут возникнуть непредвиденные опасности.

— Я… так далеко не загадывал. Но, конечно, даже если бы я знал обо всём заранее, это ничего бы не изменило. Скорее всего…

— Недурно. Я впечатлена, — подала голос Тесайя, слегка приподнимая свой бокал.

Люцифер тоже подняла бокал:

— Я тоже. Ты открылся мне с совершенно новой стороны.

Глаза Саймона на мгновение округлились, а затем его губы дрогнули и расплылись в широкой довольной улыбке. Он победно вскинул бокал и с гордостью ударил себя кулаком в грудь:

— Вы можете на меня положиться! Никакие лишения и угрозы не заставят меня умолкнуть. Я во что бы то ни стало докажу невиновность Агента Святого…

— Я оценил твою искренность, Саймон, — мягко оборвал его Йен.

Он перекатил сигарету между пальцами и перевёл взор на главу каравана:

— Твою тоже, Фаэль.

— Я лишь делаю то, что должно, — с лёгким поклоном отозвался Фаэль.

Йен усмехнулся и потянулся за своим бокалом:

— Вот только само по себе доказательство моей невиновности сейчас не так уж и важно. Настоящая проблема кроется совсем в другом. И это то, к чему Её Высочество Принцесса обязана подготовиться в первую очередь.

— Что вы имеете в виду?

Фаэль озадаченно склонил голову набок. Саймон и даже Шахин, дремавший на плече Мукапы, выглядели одинаково растерянными.

И только Люцифер с Тесайей обменялись понимающими, красноречивыми взглядами.

Йен поднёс бокал к губам и произнёс:

— Бывший Кронпринц жив. И он находится там, за Чёрной Стеной.