После встречи с преподавателями, я чувствовал лёгкое головокружение – мысли об Эдварде не выходили из головы.

“Условие же не должно было выполниться…”

Условие, при котором Эдвард, скрытый персонаж, становился инструктором, заключалось в следующем:

Найти его и встретиться с ним заранее, ещё до теста.

И если игрок обладал достаточным уровнем компетентности, это привлекало внимание Эдварда, и тогда он появлялся на месте проведения экзамена.

А если при этом занять первое место в тесте – почти гарантированно он становился инструктором Класса А.

Зная это, я сознательно избегал встречи с ним. Ни разу не появлялся в местах, где он мог бы быть, и не заводил с ним разговор.

Мы с ним встретились впервые только сейчас.

— Хаа…

Причина, по которой я так не хочу видеть Эдварда инструктором, проста – его непредсказуемость.

Он странный и подозрительный тип, который меняет учебную программу, как ему вздумается.

В игре занятия были важным способом стабильного получения опыта, и благодаря этому можно было спокойно повышать уровень.

А для меня, у которого прирост опыта увеличен на 500%, занятия имеют ключевое значение.

Но его занятия… Они не имеют ничего общего со словом “стабильность”.

Некоторые занятия не давали очков опыта, а на некоторых можно было серьёзно пострадать, даже если удавалось получить опыт.

Нельзя сказать, что у него не было достоинств как у скрытого персонажа.

Если повезёт, можно было получить огромное количество опыта или предметов в качестве награды за его уроки.

Тем не менее, я всё равно хотел бы его избежать.

Теперь, когда игра стала реальностью, полагаться только на удачу было слишком рискованно.

Но почему…

“Зетто. До скорой встречи.”

Почему он сказал такие подозрительные слова?

Из-за моего рассеивания магии?

Это значит, что он уже был на месте проведения испытания, но, как я уже говорил, мы никогда не встречались.

Нет смысла в том, что я мог его заинтересовать.

Тогда…

“…кто-то другой привлёк его внимание?”

Будь то судьба или совпадение, как раз в этот момент передо мной появился подходящий кандидат.

Смотря на неё, у меня возникло чувство, будто она ждала меня.

Её золотые глаза сияли ярко, не тускнея даже под палящим солнцем, а взгляд по-прежнему был направлен на меня.

Она сидела и смотрела на цветы, распустившиеся в саду?

Я размышлял, стоит ли просто пройти мимо… но, как и ожидалось, будет лучше начать разговор.

— Спасибо за поддержку тогда. Благодаря тебе я получил хороший результат.

— …похоже, даже не видя, ты можешь различать людей.

— Будет нехорошо, если я по случайности нападу на своих товарищей. Я стараюсь различать людей по уникальным волнам, которые они излучают.

— Волны… Например…? – Айзель провела рукой по волосам и тихим голосом спросила.

— Биение сердца… или дыхание…

Она выпрямила колени, медленно встав, и подошла ко мне немного ближе.

— Это значит, что ты запомнил, как бьётся моё сердце?

Айзель придвинула лицо ко мне так близко, что я мог чувствовать её дыхание.

— Д-допустим…

— Надеюсь, ты не забудешь.

— Что?

— Моё сердцебиение.

Что с ней такое?

Я растерялся от её внезапной дерзости, несмотря на то что она вроде держала дистанцию.

— …мы ведь можем однажды сражаться плечом к плечу. Я не хочу, чтобы ты разрубил меня своим мечом.

— Ха-ха… Тогда я обязательно его запомню.

Я попытался тепло улыбнуться Айзель.

Она перестала смотреть на меня и отвела взгляд.

— Меня зовут Зетто.

Я протянул ей руку и весело представился.

Это был идеальный момент для знакомства.

— Айзель… Айзель Людвиг.

В ответ Айзель даже не взглянула на мою руку и просто назвала своё имя.

Не любит прикосновений?

Я ничего не знал о взглядах Айзель на тактильный контакт.

“Но хотя бы руку-то пожать можно было.”

Спрятав неловкость и горечь, я быстро убрал протянутую руку.

Возможно, она избегает физического контакта, потому что является регрессором.

Если вспомнить, в игре она разговаривала только с главным героем, и даже тот не мог рассчитывать на близкое взаимодействие.

Отбросив лишние мысли, я перешёл к делу – к проблеме, которая сейчас была передо мной.

— Случайно… ты когда-нибудь встречала мужчину по имени Эдвард?

В игре такого не было, но сейчас Айзель вела себя совсем иначе, так что это было вполне возможно.

Убедившись в её нестандартной силе собственными глазами, я понял: даже мимолётной встречи хватило бы, чтобы Эдвард сразу заинтересовался.

— Эдвард…

Айзель поднесла пальцы к губам, будто что-то вспоминала.

Нет сомнений, она знает. Ведь она – регрессор.

Скорее всего, просто делает вид.

Ведь регрессору нельзя раскрывать, что “я вернулась в прошлое”.

— Он выглядит… подозрительно. Неужели не встречала такого?

— Хм… Подозрительно… А, точно.

Я бросил короткую и ясную фразу, описывающую Эдварда, и Айзель тихо отозвалась, словно вспомнив.

Айзель была отличной актрисой.

Её игра выглядела весьма правдоподобно.

— Если ты про подозрительного мужчину, то однажды я его видела. У него белый хвостик… и глаза всегда прищуренные. Он вёл себя странно, просил попробовать использовать магию, так что я проигнорировала и ушла.

После слов Айзель мне стало всё ясно.

“Так это была ты.”

Айзель и привлекла Эдварда к месту экзамена.

Впрочем, вполне в духе Эдварда, завидев Айзель, он тут же проверил бы её странной выходкой, как и всегда.

А потом заинтересовался бы ею настолько, что пришёл бы наблюдать за экзаменом.

Пускай он и кажется занудой, но стоит кому-то вызвать его интерес – поведение Эдварда резко меняется.

— А что такое?

— Ранее я встретил его после испытания, и он упомянул Айзель. Ничего особенного. Он просто… странный.

На самом деле Эдвард никогда не говорил мне об Айзель, но моё оправдание выглядело как односторонняя информация, так что проблем не будет.

— Определённо странный.

Айзель кивнула в ответ на мои слова и согласилась.

Пора возвращаться.

Не было смысла продолжать разговор с Айзель, и если бы я придумал несуществующее оправдание для продолжения общения, ей бы это только усложнило ситуацию.

— Ну что ж, я пойду обратно.

— …

После лёгкого прощального поклона, я направился обратно в общежитие.

К этому времени Юри, наверное, уже ушла сама, да?

“…посмотрю на скамейку по пути. На всякий случай.”

---

Я вижу, как его спина удаляется всё дальше.

Рука, которую он протянул мне перед глазами.

Прости.

Прости, что я сдержалась.

Даже не смогла посмотреть тебе в глаза.

Боюсь, что, если взгляну на его руку, меня охватит вспышка гнева.

Но если возьму сейчас его руку, то будет слишком трудно отпустить её, поэтому я не взяла.

…нет, я бы точно не смогла.

Потому что в этот раз я не хочу отпускать его руку, я бы крепко держалась за неё.

Я хотела услышать больше его нежного голоса, но ничего.

Увидимся завтра, и тогда сможем поговорить дольше, чем сегодня.

— Ха-ха-ха… Тогда я обязательно запомню это.

Ты ничего не запомнил.

Дурак.

Глупый Зетто.

…милый.

Мой Зетто.

---

Офис был наполнен напряжёнными чувствами.

Аккуратно разложенные документы и предметы на столе были все перепутаны.

Это отражало характер владельца этого места.

— То, что ты только что сказал… Ты серьёзно?

— Сегодня много кто не верит мне.

Джулиут Клаус, хотя на лице это не отображалось, был очень смущён.

Эдвард, его сын, который никогда не слушал, когда ему говорили работать, наконец-то…

— Наконец… Ты сказал, что хочешь стать инструктором...

— Я просто ждал.

— Чего ждал?

Эдвард откинулся в кресле, отвечая на вопрос своего отца.

— Думаю, в этот году… много интересных ребят.

— Интересных, говоришь? Кто из курсантов?

Быть директором академии – очень занятое дело. У Джулиута не было времени проверять каждого курсанта при приёме.

Однако особенные курсанты всё равно выделяются сами.

— Была одна девочка с потрясающим уровнем. Увидев её, я вообще удивился зачем она поступила в Академию. Ещё…

— Ещё?

— Был один парень. Я видел, как он рассеял магию мечом.

— Мечом… Он рассеял магию…?

— Да. Конечно, он не разрушил твою иллюзорную магию… Но разве это не интересно?

Джулиут был потрясён и не мог поверить в это, однако, зная, что Эдвард никогда не врёт, он должен был поверить.

— Итак, чего ты хочешь, Эдди?

Джулиут хотел исполнить желание своего сына, несмотря на то что Эдвард иногда мог быть немного эгоистичным.

— Я возьму руководство над классом А.

— Разве Калиман не собирался занять эту должность?

— Я уже предупредил инструктора Калимана.

— …

Джулиут перестал заниматься бумагами, снял очки, положил их на стол и приложил руку ко лбу.

— Он согласился?

— Калиман, кажется, не очень хотел вести класс А. Это облегчение.

— Хмм, все тяжеловесы из четырёх элементарных семей собрались вместе…

— Я пообещал Калиману справедливое вознаграждение. Так что проблем не будет.

— Уф…

Джулиут вздохнул и задумался.

Это его собственный сын.

У него есть способности преподавателя.

С другой стороны, Джулиут недооценивал Эдварда только потому, что он его сын.

Объективно, у него отличные способности.

По сравнению с самим Джулиутом, лидером в области иллюзорной магии и носителем титула великого мага, он в молодом возрасте стремительно догонял его.

Но проблема была в восприятии.

Человек, который даже не был инструктором, станет инструктором – и не просто инструктором, а инструктором класса А.

И тот факт, что это его сын, директора Академии, вызывал у него беспокойство.

Тогда Эдвард предложил Джулиуту следующее.

— Я знаю о чём ты думаешь, но у меня есть идея.

— Говори.

— Академия Невинности — это место для доказательства способностей. Разве я не должен доказать это как инструктор?

— Доказать?

— Главный тест, который проводится в этом семестре. Ни один курсант класса А не завалит его и не будет исключён. Как тебе такое?

— Хмм…

Джулиут глубоко вздохнул.

Главный тест академии – это испытание, способное изменить оценки, даже наполовину.

Тест класса А был самым сложным, ведь туда собрались лучшие курсанты.

— Это было бы беспрецедентно.

— Вот это и будет доказательство.

— Ха… Ладно. Тогда пусть будет так. Но запомни, Эдвард. Если будет хоть один отчисленный, ты никогда больше не сможешь работать инструктором.

— Понятно. Тогда разговор окончен. Я пойду к жене.

— Как такой парень, как ты, вообще женился…?

Джулиуту казалось странным видеть, как Эдвард постоянно проявляет нежность к жене.

Эдвард улыбнулся, выходя из комнаты, и сказал Джулиуту:

— Ты разве тоже не смог жениться благодаря своему характеру? Ладно, я пошёл, “директор” Джулиут.