Ферзен фон Швейг Бритейн…… нет, теперь мужчина, носившего ту же фамилию Луэрг, что и она, очень нежно провел рукой по ее спине.

Как бы она не пыталась забыть воспоминания о той нежеланной первой ночи, Юфимия испытала смущающее чувство несоответствия от нежных прикосновений, которые так резко контрастировали с тем временем.

— …..!

Его горячее дыхание отозвалось теплым эхом на ее ключицах, Юфимия невольно вздрогнула от щекочущего ощущения.

— Мгх!

На этом все не закончилось: Ферзен медленно прижался губами к ключице Юфимии, вдыхая чистый запах ее тела, не запятнанный духами.

Юфимия не знала, как реагировать на эти ласки, словно кошку, ее обхаживали, чтобы расслабить застывшее от напряжения тело.

— Н-не смотри……

В какой-то момент он схватил бретельки ее платья и потянул их вниз.

Юфимия понимала, что это напрасное усилие, но все же протянула дрожащую руку, чтобы прикрыть грудь.

Но Ферзен ничего не сказал, а невозмутимо перехватил обе ее руки и крепко прижал их над ее головой.

Тогда ее розовые соски поднялись и дернулись, робко, словно пытаясь заявить о своем присутствии.

— Ах……!

Подобно тьме ночного неба, которое сгущается, чтобы позволить звездам и луне сиять ярче, обсидиановые волосы Ферзена падают на грудь Юфимии, создавая завесу.

— Мгф!

И внутри этой завесы Ферзен берет в рот розовый сосок Юфимии и нежно проводит по нему языком.

Как бы плотно она ни сжимала губы, вырвавшиеся стоны не поддавались ее контролю, и Юфимия, в легком смущении, отбросив сопротивление, выгнула спину.

Но со временем движения ее талии прекратились, и она лишь изредка вздымалась, как выброшенная на сушу рыба.

«Зачем…….»

После долгой прелюдии Ферзен поднял голову – ее соски, блестевшие от слюны, жалобно подрагивали от сравнительно прохладного весеннего воздуха, словно умоляя взять их в рот еще раз.

— Д-делай, что хотел……

— ……

— Если я нужна тебе для оплодотворения[1], то тебе не обязательно делать это…… М-мне это не доставляет никакого удовольствия……

— Вот как?

В отличие от Юфимии, которая едва могла вдохнуть через учащенное горячее дыхание, Ферзен ответил по-прежнему бесстрастным, ровным тоном.

Затем он потянулся к бедрам Юфимии, задрал подол ее платья и медленно спустил довольно роскошно выглядящие черные трусики.

— Выглядишь неубедительно.

Она не могла придумать ничего, что могло бы остановить непрерывно сочащийся любовный сок из ее плотно закрытого влагалища.

Видя, что Юфимия отвернулась в сторону, не отвечая, Ферзен протянул руку провел по ее влажной киске.

— Ты ведь знаешь, что чем прозрачнее, обильнее и вязче выделения, тем лучше условия для зачатия ребенка?

— Не…… знаю.

— Действительно. Тебе не нужно было об этом знать. Но теперь знаешь.

Нежно поглаживая ладонью плотно закрытую щель, Ферзен очень медленно ввел свой средний палец с аккуратно подстриженными ногтями в киску Юфимии.

— Мхф…… Ах……!

Юфимия издала, казалось бы, тихий звук, но когда непристойный визг просочился в ее уши, она рефлекторно сомкнула ноги.

— ……

Ферзен на мгновение нахмурился из-за незначительного сопротивления, но затем свободной рукой схватил Юфимию за обе лодыжки, свел ее ноги вместе и ловко поднял вверх.

— С-стой……!

Когда ее нижняя часть тела была поднята немного выше, она почувствовала, как ее соки непристойно стекают по промежности и достигают ануса.

И она была уверена, что это зрелище открылось и ему.

*Шурх*

И тогда Ферзен ослабил хватку на лодыжках Юфимии.

Жест, на первый взгляд, казался проявлением заботы, но на самом деле это был не более чем навязанный выбор, завернутый в заботу.

На деле Юфимия закрыла руками раскрасневшееся лицо и широко расставила ноги перед Ферзеном в такой манере, какую можно было назвать только вульгарной.

— Ах……!

Даже когда она, казалось, слышала его усмешку в своих ушах, ощущения от его пальцев, нежно проникающих внутрь, заставили Юфимию сжать низ живота.

В ответ Ферзен остановил введенный средний палец, согнул его в крючок и очень медленно, поскребывая, тер верхнюю часть.

— Мх…… Ах…… аа……!

Юфимия в смятении отдернула руки от лица и крепче ухватилась за простыню, пока дрожь наслаждения продолжала нарастать.

А Ферзен продолжал стимулировать эрогенные зоны внутри ее влагалища, следя за тем, чтобы Юфимия прочно ощущала удовольствие.

— Хаа…… Аагх……!

Как будто усилия не были напрасными, Юфимия вздрагивала и издавала красочный стон всякий раз, когда пальцы Ферзена стимулировали то или иное место.

— П-пре-прекра……ти…….

Юфимия протянула дрожащую руку и едва схватилась за запястье Ферзена, когда ее переполнило удовольствие, которого она никогда раньше не испытывала, и знакомое чувство мочеиспускания, которое пришло вместе с ним.

— П-прошу…..!

Юфимия с трудом подняла свое туловище, опираясь двумя обессиленными руками, чтобы, вцепившись в запястье Ферзена, наклониться и умолять его почти в слезах.

Но, казалось, Ферзен не собирался останавливаться: протянув свободную руку, он нежно коснулся спины Юфимии…… и толкнул! Двинувшись вдоль внутренней стороны ее сжимающегося влагалища, он нежно надавил на то место, которое стимулировал все это время.

— АААГХ!

Неровное дыхание Юфимия на мгновение остановилось, а ее ноги судорожно раздвинулись от сильного экстаза, нахлынувшего подобно приливной волне.

*Слюрп!*

— Пхаа…….!

Вслед за вытащенными пальцами Ферзена, Юфимия безудержно стонала, изливая прозрачные густые соки~.

— А…… А-а-ах…… Ах…… Ха…… А-а-агх!

Ее тело утратило контроль, как будто билось в конвульсиях.

Ее тело, охваченное порывом наслаждения, судорожно вздрагивало, скрючивало пальцы на ногах, лишая рассудка. Юфимия, сжавшись, вцепилась в руку Ферзена, как провинившийся ребенок, намочивший простыни на кровати.

— Я……я же…… про…… просила…… оста……новиться……!

Юфимия плакала и выражала свое негодование, сжимая рукав Ферзена, ее лицо выражало смесь удовольствия и стыда от того, что область вокруг ее ягодиц стала влажной, как будто она обмочилась.

— Тебе нечего стыдиться.

Но Ферзен остался невозмутим и, взъерошив волосы Юфимии, мягко толкнул ее обратно на кровать.

Он медленно расстегнул пуговицы на рубашке и разделся, спустив брюки, чтобы обнажить свой твердый, пульсирующий член, и расположился между ног Юфимии.

— ……

Уставившись на него, Юфимия наконец отвернула голову.

Его внешний вид, резко контрастировавший с ее основательно растрепанным, как будто говорил ей, что она вульгарна и непристойна.

— АХ…… НГ!

Его пенис погрузился в ее размякшее нутро, проникая от головки до самого основания.

Несмотря на то, что ей не хотелось отвечать его действиям, ее нижняя часть живота, словно преследуя отблеск наслаждения, которое она испытала на мгновение, сжала его возбужденный пенис и направила его к передней части ее лона.

Она хотела перестать трепетать.

Она хотела перестать стонать.

Вопреки здравому смыслу, Юфимия забыла, как сопротивляться, поскольку движения, казалось, вновь разожгли погасшие на мгновение угли наслаждения, вместе с переполнявшим ее удовольствием.

— Мгх…… Хммф!

Он выскользнул, скребнув стенки ее влагалища, а затем снова медленно вошел внутрь, прижимаясь к ее лону.

Словно пытаясь усмирить себя, Юфимия упорно не обращала внимания на повторяющиеся приятные для нее движения.

Но это было бессмысленно, потому что она инстинктивно знала, что в конце она почувствует это удовольствие еще раз.

Как ребенок, никогда раньше не пробовавший конфет, обнаруживает на полке маленькую коробочку полную сладостей.

Находящиеся в ней разноцветные конфеты так и манят его к себе, а он едва дотягивается со стула, который принес с собой......

Она никак не могла оставаться в здравом уме.

— Ах……

И тут на мгновение Ферзен перестает двигаться.

Первым вопросом Юфимии было "почему".

Его член, который пульсировал в ней отчетливей, чем прежде, еще слегка набух, демонстрируя явственные признаки эякуляции, и внезапно остановился.

Но Юфимия не собиралась долго задерживаться на этом вопросе.

— …..то…… Ах……. Э……это!

Ее честное тело тоже приняло желание своего хозяина, обхватив ногами талию Ферзена.

Юфимия заикалась при виде этого зрелища, потрясенная до такой степени, что весь ее рассудок в одно мгновение пошатнулся, А Ферзен, казавшийся удовлетворенным, поцеловав Юфимию в переносицу, прошептал.

— Молодец.

«Нет, это нет так»

«Я не для тебя это делала»

«Я сделала это не потому, что хотела это услышать»

Слова, которые она хотела высказать, застряли в горле, когда бедра Ферзена двинулись вперед и остановились, когда кончик его члена достиг передней стенки ее матки и выплеснул густую, горячую сперму.

— МГХ…… АААХХ……!

Юфимия вскрикнула от последнего удовольствия, которого ей так не хватало, слабо припадая к груди Ферзена.

* * * * * *

*Скрип!*

Бурный экстаз медленно остывал.

Вскоре член внутри нее выскользнул, и горячая густая сперма вытекла наружу, но у Юфимии не было сил даже сомкнуть ноги.

Выносливость ее тела была полностью исчерпана, оставив ее без сил.

Но, по мере того как прояснялись ее мысли, а рассудок возвращался к ней, она ощутила стыд по отношению к себе и обиду к Ферзену.

— ……

Но в отличие от себя, такой потрепанной, он сохранял достоинство, даже в разгаре интимной близости.

Если бы кто-то третий посмотрел на произошедшее, он, несомненно, обвинил бы ее в том, что она - нимфа, пытавшаяся соблазнить его для удовлетворения своих плотских желаний.

А Ферзена сочли бы достойным мужем, связанным обязательством иметь наследника.

Если предположить, что третьи стороны воспримут это именно так, то куда ей девать нарастающее негодование?

В первую ночь Ферзен не был потрепаным, но и она тогда не была потрепана.

Теперь воспоминания стали еще более контрастными, и Юфимия пожалела, что не может стереть из памяти вид себя, задыхающейся и корчащейся от удовольствия всего несколько мгновений назад.

— Ты должно быть устала.

Ферзен нежно погладил ее по волосам и укрыл одеялом.

Она чувствовала, как вздрагивает от малейших прикосновений, еще не оправившись от послевкусия удовольствия, а он лишь немного вспотел, но в остальном выглядел таким же невозмутимым, как и всегда.

— Спи спокойно.

— Ублю…… Подлец……

В краже обвинят человека в грязных лохмотьях, даже если вещь украл не он, а ребенок, стоящий рядом с ним.

Но как бы это ни было несправедливо, это вполне закономерный результат.

Поэтому Юфимия едва произнесла слово "ублюдок".

Она заставила себя не сквернословить, несмотря на всё нарастающее негодование, ибо её поведение было бы слишком грубым и вульгарным по сравнению с ним.

— Так…… подло……

Чувство обиды, потерявшее ориентир, витало вокруг, не зная, куда себя деть, и тогда оно перетекло в отвращение к себе, рассеявшись в ней.

*Свуух*

Он мог бы ответить, но Ферзен молчал, тихо поглаживая волосы Юфимии.

В конце концов, не выдержав давления, веки Юфимии медленно закрылись, и она заснула.

И даже погружаясь в сон, образ его благородства и достоинства в ее глазах.......

все еще были настолько непомерно подавляющими, что смиряли ее.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Примечание:

1. Автор использовал слово 씨받이, оно может быть, как глаголом, означающее акт получения семени, или как существительным, обозначающее человека, животное или растение, которое получает семя. Использование этого термина по отношению к людям считается оскорблением. Близко по смыслу с суррогатным материнством, но отличается тем, что не используется искусственное оплодотворение. Очень грубая аналогия для 씨받이 – спермоприемник.