*Кап*

Кровь стекала из глаз Лиззи.

Но не только оттуда, но и из ее ушей и рта стала сочиться алая кровь.

Ферзен фон Швейг Луэрг.

Существа, созданные им из фрагментов воспоминаний, грызли психику Лиззи просто за то, что она на них взглянула.

Она не могла постичь их или даже попытаться понять.

Стоя перед этой непреодолимой стеной, Лиззи молча подняла свои изящные руки.

*Ты видела его лицо.*

*Так вырви свои собственные глаза и принеси их ему в жертву.*

Разумеется, никаких слов не было произнесено.

Андрогинный, одновременно мужской и женский, голос звучал прямо в ее голове, запутывая ее разум.

Поэтому Лиззи отбросила всякую попытку оценить и понять приказ.

И ни секунды не сомневаясь, она немедля подняла руку и вырвала свои собственные фиалковые глаза.

Вернее, вырвала бы.

Если бы Ферзен, подошедший к ней, не остановил ее.

— Ах......

И от прикосновения руки Ферзена Лиззи почувствовала, как проясняется ее помутненный разум.

Но от этого ей не стало лучше.

Открывшее перед ее ясным разумом зрелище оказалось пыткой, но в другом смысле.

— А...... Хаа!...... Мнг!...... Кха!......

На самом деле ее решимость не была настолько хрупкой, чтобы ее можно было так легко сломить.

Если бы Ферзен был монстром, она была готова стать монстром, чтобы убить его.

Если же он был бы самим дьяволом, она была готова уподобиться дьяволу, чтобы убить его.

Но сейчас она не знала, что делать.

Кем она должна стать, чтобы убить его?

Волк, сбросивший овечью шкуру, жесток.

Но и облик волка был не более, чем маской.

А заглянуть под волчью маску Лиззи не осмелилась из-за неописуемого ужаса, таящееся под ней.

— Лиззи.

Произнеся ее имя, он провел своей ладонью по ее щеке.

Его прикосновения были невероятно нежными и ласковыми.

И от этого его лицо как никогда сильнее внушало ужас, а приятный низкий голос – страх.

— Ты...... пришла спасти меня?

В противном случае.

— Или......

Слова в конце были опущены, но Лиззи нетрудно было догадаться, что он хотел сказать.

И из-за этого ее тело затряслось, словно осина.

Ей захотелось немедленно убраться отсюда.

Но это был не какой-то кошмар, от которого она могла проснуться, если бы захотела.

Вскоре, когда тишина затянулась, существа, витавшие вокруг Ферзена, вытянули часть своих тел и схватили ее за конечности.

— А-а......

Жуткая текстура от их тел вызывала неприятную дрожь.

Боли не было, но ощущение было такое, будто по ней ползали и грызли плоть жуки.

А также ощущение, что под ее кожей извивалось бесчисленное множество червей.

Лиззи ощутила тошноту, не сумев справиться с нарастающим отвращением, когда контакт распространился за пределы ее рук и ног и начал забираться под одежду.

— Тц.

Наблюдая за этим Ферзен щелкнул языком, и существа, удерживающие Лиззи, в панике бросили ее на землю.

На самом деле для нынешних воплощенных существ подобная попытка контакта была очень даже по-джентльменски.

Но подобно тому как для муравьев человеческое внимание оборачивается катастрофой, так и для Лиззи это было невыносимо.

— Кха!......Ммм...... Мнгх...... Хааа!...... 

Лиззи, упавшая на пульсирующую, живую землю, пошатываясь, приподнялась и поджала колени к себе.

Это была лучшая защита, на которую она была способна в данный момент.

Контакт длился меньше пяти минут, но ее разум был истощен до предела.

Внешность, под которой она скрывалась, рассеялась, и теперь ее истинная суть обнажилась.

— ......

И наклонившись, чтобы встретиться с ней взглядом, Ферзен, взял ее за подбородок и поднял вверх.

— Лиззи пол Рианна Клодия.

— Хаа...... Хаа......

— Как долго мне ждать ответа.

— Я, я, я......

Она пообещала себе, что больше никогда не поддастся другим. 

Но однажды поддавшись одному......

На удивление легко поддаться и во второй раз.

— П-профессор...... я п-пришла...... с-спасти вас......

Несмотря на то, что они одни, Лиззи обратилась к Ферзену не на "ты", а как к "профессору".

Можно сказать, что это была отчаянная мольба, призывающая к отношениям профессора и студента, согласно которым он обязан ее защищать.

Не то чтобы Ферзен был обманут ею.

Он прекрасно знает, что она лжет.

Но время для действий было неподходящее, и он проглотил нарастающее сожаление.

Если бы только она пришла раньше.

Если бы попыталась обнажить свои хлипкие клыки и укусить его за шею.

И тогда он без всяких последствий расправился бы с домом Клодия.

— Хорошо.

Это прискорбно, но Ферзен не мог с этим ничего поделать.

Но это не главное.

Оставив сожаление в стороне, Ферзен стал свидетелем того, как Лиззи попыталась осуществить свои намерения убить его.

Он понял, что травма прошлого, сдерживавшая ее, значительно ослабла.

Это явный признак прорыва.

Так как она отказалась от всех его попыток искупления, он не позволит ей подняться из пепла.

В тот момент, когда она преодолеет собственные несчастья, она, несомненно, станет черным магом невиданных высот.

Поэтому Ферзен был рад, что заметил это сейчас.

Теперь, ему осталось сделать только одно.

Натянуть ослабший поводок еще раз.

— Ты пришла ко мне на помощь...... хорошая девочка.

*Вздрог!*

Лиззи инстинктивно вздрогнула и сильнее сжала свои стройные ноги от вкрадчивых слов Ферзена.

Нежно погладив ее по щеке, Ферзен притянул к себе ее крошечное тело.

Лиззи слабо запротестовала, но у нее не было сил избавиться от его объятий.

Ей осталось только прижаться к нему, слушая, как Ферзен ласково шептал ей на ухо.

— Может быть, именно потому, что ты такая хорошая девочка...... ты так плохо врешь.

— А......

Он не повышал голос.

Даже не звучал гневно.

Его голос был тихим и спокойным.

Так как же он мог так душить?

И Лиззи, не в силах даже вздохнуть, могла только издавать жалобные всхлипы.

А затем, нежно поглаживая ее тело и поддерживая за спину, Ферзен с жестокой улыбкой произнес:

— Шучу.

Но конечно же, это была не шутка.

Лиззи знала это.

Знала, что он прекрасно осознает с какой целью она сюда пришла.

И о том, что он, возможно, просто сокрушался по поводу того, что она не попалась в ловушку.

В этот момент Лиззи почувствовала себя жалкой и уродливой.

Потому что в душе она ощутила радость и облегчение за свою жизнь.

Яркая искра борьбы, разгоревшаяся ранее......

Теперь погасла в глубинах ее сознания.

И в оставшемся пепле не было видно даже тлеющих углей.

Окинув взглядом Лиззи, охваченную некой опустошенностью и тяжким разочарованием, Ферзен осмотрел окружение.

Время до распада разума врага еще есть.

И потому Ферзен посчитал нужным воспользоваться этим временем с пользой.

— Почему ты босиком ходишь? Где твоя обувь?

— ......

Лиззи не понимала, к чему он клонит.

В этот момент он воплотил красивую пару туфель, взял ее за ногу и молча надел их.

А она, словно кукла с обрезанными нитями, молча отдалась его прикосновениям, даже не сопротивляясь.

Когда туфельки плотно прилегли к ее ноге, Ферзен взял ее стройную левую лодыжку своей рукой.

Казалось, ее нога в любой момент может сломаться, стоит ему приложить к ней силу.

— Ах......

Дрожащая, она смотрела на него со слабым чувством страха.

А Ферзен, глядя в эти испуганно трепещущие фиалковые глаза, ухмыльнулся.

— Каково тебе? Наверное, непривычно ходить на двух ногах?

— ......

Это был действительно невероятно наглый вопрос.

Гнев захлестнул Лиззи, но первым, что вырвалось из нее, был жалобный плач.

Этот человек.

Этот мужчина.

Почему он был так жесток с ней?

Что она сделала не так?

Чем она заслужила это?

Если на то была причина, Лиззи хотела бы ее знать.

Но эта мысль быстро остыла.

Какая теперь разница, даже если бы и была причина?

Параллели уже проведены, и их уже нельзя свести к одной точке.

Слезы Лиззи потекли по щекам, Ферзен протянул руку и вытер их.

— Знаешь?

— ......

— Подарить женщине туфли – значит пригласить ее на танец.

— ......

— Если ты сохранишь свои оценки на прежнем уровне, то право вызывать существа третьего уровня перейдет тебе.

Если повезет, то перед ней появится тот, который исправит дефекты ее тела.

И поэтому......

— Нам не помешает порепетировать заранее.

Ферзен смотрел на Лиззи, которая не проронила ни слова возражения.

Нет, нынешняя Лиззи знала, что не может себе это позволить.

Он, подхватив концы ее оборванных нитей, осыпал жестокостью, выдаваемой за заботу.

А она, подчинившись, отчаянно надеялась, чтобы разум вызвавшего барьер черного мага быстрее распался.

Она горячо молилась, чтобы рыцари, увидевшие нынешнюю аномалию и понявшие, что они находятся внутри барьера грез, прибежали.

— Не должна ли ты принять мою руку?

— ......

И до тех пор, пока все не выберутся отсюда, она не сможет убежать от него.

Так Лиззи положила свою ладонь на протянутую руку Ферзена.

Если он, как ей казалось, хочет насмехаться над девушкой, разучившейся танцевать, то пусть потешается сколько душе угодно.

Таким образом она последовала его указаниям и заняла нужную позицию.

Однако Ферзен был более жестоким человеком, чем она предполагала.

— А......

Откуда-то раздался внезапный шум.

Шум от множества людей, разговаривающих друг с другом.

Земля, на которую она ступала, внезапно превратилась в аккуратный выложенный плиткой пол.

Темное небо исчезло, сменившись люстрой из светящихся камней.

Обернувшись, она увидела девочек и мальчиков, стоящих в парах друг с другом и готовых танцевать, как они с Ферзеном.

Верно, это был бальный зал.

— Ммнх...... хааа...... аа......

И прямо рядом с ними.

Стояли маленькая версия ее самой, неспособной установить зрительный контакт, и маленькая версия Ферзена, испытывающего дискомфорт.

И затем......

— На этот раз не ошибись.

Со словами Ферзена......

♩......

Спокойно заиграло вступление к композиции "Благословенная ночь".

Ферзен, 24 года, и Лиззи, 18 лет.

Ферзен, 16 лет, и Лиззи, 10 лет.

Две пары начали танец.

* * * * * *

Эту мелодию она никогда не забудет.

И тем не менее ей едва удалось выудить из своей памяти движения танца.

Хотя она знала, что все вокруг не более чем иллюзия......

Также как и ее юная версия, она следила за собой и надеялась, что не совершит ни одной ошибки.

Лиззи с отчаянием двигалась вслед за Ферзеном, держась за него.

Но прошлое уже написано и зафиксировано.

И будто бы напоминая ей, что ничего нельзя изменить......

На половине композиции ее младшая версия наступила на ногу Ферзена и, потеряв равновесие, подвернула ногу.

Лиззи, используя оставшиеся у нее крохи ментальной силы, попыталась изменить ситуацию.

Но мощь Ферзена, воплотившая эту иллюзию, была не под силу ее сломленному разуму.

И вскоре на глазах Лиззи ее юная "я" покидает бальный зал.

А молодой Ферзен устремился за ней.

— Остановитесь......

— ......

— Остановитесь...... остановитесь...... пожалуйста......

Заставляя себя танцевать дальше, Лиззи умоляла Ферзена со слезами на глазах.

В этот момент ее трясущееся тело не смогло поспеть за следующим движением Ферзена......

*Топ*

И ее нога опустилась на его ступню.

— Ах......

В этот момент звук второй половины мелодии стал громче.

Но даже сквозь увеличившуюся громкость Лиззи отчетливо слышала голос Ферзена.

— Вот и снова...... ты совершила ошибку.

— Хмн, хаа......

*Тудух!*

С ужасом Лиззи застыла на месте.

Затем на дрожащих руках и ногах она отчаянно побежала прочь от Ферзена.

*Вшуу!*

Пейзаж вокруг внезапно изменился, и теперь они находились за пределами бального зала.

Спрятавшись за деревом, Лиззи увидела, как ее детское "я" лежит на земле, захлебываясь в слезах и криках.

— Хик...... ик!......

Вскоре Ферзен оказался прямо перед ней, и все ее тело судорожно задрожало, пока она держала руки в неуклюжей защитной стойке.

— Лиззи.

— П...... простите, простите, простите, простите!......

— Ну что за дитя передо мной?

Приступы ОКР, возникшие от того, что она наступила только на одну ногу, действовали Ферзену на нервы.

Поэтому он осторожно схватил правую ногу Лиззи и заставил ее наступить на другую его ногу.

После этого Ферзен повторил вопрос.

— Что же ты за дитя?

— Хаа, Хаа......

Подол юбки Лиззи намок.

И даже земля, на которой она сидела, начала сыреть.

— Скажи мне, что за девочка передо мной?

Ответ, который он хотел получить, был, вероятно, только один.

И этот ответ, даже для Лиззи, доведенной до предела, было трудно произнести.

Но схватив ее за подбородок и приподняв его так, чтобы показать ей молодую себя......

— Я, я...... плохая...... девочка......

Он вынудил ее произнести эти слова, чтобы спасти свою жизнь.

Ферзен рассмеялся.

Точно также, как нет будущего у народа, забывшего свою историю.

Так и будущее не наступит для людей, не готовых встретиться лицом со своим прошлым.

Таким был Ферзен в сердце Лиззи.

Корни всех ее зол, настолько глубоко засели в ее душе, что она уже не могла отсечь их и стряхнуть с себя.

Возможно, кто-то скажет, что это слишком жестко безжалостно.

Но будучи злодеем, почему он не должен поступать как злодей?

В этом мире больше не осталость героя, который бы смог покрыть белой краской пепельный холст.

Ведь этот герой уже встретил свой конец от рук Ферзена.

Шестеренки судьбы, которые должны были завертеться в сторону смерти злодея......

Один за другим ломались, ибо не было главного звена, которое могло бы удержать их вместе.

Лиззи, желающая отрицать свое детское "я", лежала на земле и плакала.

Она чувствовала, как что-то в ней рушилось из-за ее собственной слабости, из-за ее неспособности что-либо сделать.

Есть такая поговорка: "Все, что тебя не убивает, делает тебя сильнее[1]."

Возможно, человек, произнесший эти слова, не знал одного.

Большинство людей погибнет, если их захлестнет такая волна судьбы.

Тем временем враг, молча расчленявший свое тело, извлек свое собственное сердце и поднес его к Ферзену, после чего замертво рухнул на землю.

Наконец, его ментальное тело окончательно распалось.

И следом барьер грез Сефара......

Точнее Кросселя, начал рушиться.

Окружающий пейзаж исчез.

И вместе с ним исчез и Ферзен, которого она так боялась.

Осталась лишь тьма, в которой Лиззи не могла разглядеть даже себя.

И единственная информация, которую она могла извлечь из тьмы......

Это слабый шум ее собственных криков и легкий запах ее выделений.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Примечание:

Da Capo или D.C. (название этой главы) – музыкальный термин, используемая композиторами для указания, что следует повторить предыдущую часть. Если еще проще, то повторить произведение с начала.

1. Афоризм "Все, что тебя не убивает, делает тебя сильнее" принадлежит известному немецкому философу Фридриху Ницше. Эту фразу можно найти в последней его работе "Ecce Homo". Сам Ницше является приверженцем идеи "Amor fati", которое означает "Люби свою судьбу", какой бы она ни была – плохой или хорошей. Так что "Все" в этом афоризме – это "Судьба".