Смотря на солнечные лучи, мягко прорывающиеся сквозь рассеявшиеся тучи, принцесса Элизабет тихо закрыла глаза.

После того как она утешила своего брата, принца Рэймонда, который, как ребенок, обнимал ее и плакал, она почувствовала легкую усталость.

Хотя по ощущениям ей казалось, что она просто проснулась после глубокого сна, по реакции окружающих она поняла, что находилась в состоянии, где ее смерть была более чем вероятной.

......Однако ее тело, казалось, было в идеальном состоянии, без каких-либо признаков повреждения?

И, возможно, именно из-за этого разрыва между ее собственными ощущениями и реакцией окружающих, принцесса Элизабет не могла избавиться от странного чувства.

Ее волосы, обгоревшие в огне, теперь блестели еще ярче, чем прежде.

Кожа, обезображенная ожогами, восстановила свой изначальный нежный цвет.

На ее животе, где была рана от меча, не осталось ни единого шрама.

И хотя ей говорили, что ее матка была полностью повреждена, она вдруг заметила, что ее месячные, которые уже прекратились, неожиданно возобновились.

Однако этот факт, казалось, не требовал особых раздумий.

Очевидно, существо подземного мира, вызванное Ферзеном, восстановило ее поврежденную матку.

И все же, вместо того чтобы почувствовать благодарность, принцесса Элизабет ощутила легкое смущение и стыд.

«Он...... видел меня обнаженной, и наверняка, разглядел каждый мой сокровенный уголок».

И несмотря на это, его поведение по отношению к ней осталось совершенно неизменным.

И в этой ситуации ей было трудно понять, что она чувствует — негодование или легкую обиду.

Правда, учитывая сложные отношения между императорской семьей и Бритейном, эти чувства казались странными.

Ведь между ними существовало негласное правило: их крови никогда не должны смешиваться.

— ......

Открыв глаза, принцесса Элизабет поправила волосы, развевающиеся на ветру, и устремила взгляд на цветы, распустившиеся в поле перед ней.

Обычные, ничем не примечательные, безымянные цветы.

Особый вид из семейства амариллисовых[1], чьи листья увядают в июне-июле, а цветы распускаются в августе-октябре.

Разное время цветения и появления листьев не позволяет им быть вместе рядом.

Это, казалось, отражало отношения между императорской семьей и Бритейном, и Элизабет позволила себе горько улыбнуться.

— Кажется...... у меня есть имя для тебя.

Касаясь бледно-розовых лепестков пальцами, принцесса Элизабет продолжила говорить своим нежным голосом:

— Отныне ты будешь называться "Ликорис"[2]……

*Шелест......*

Как будто это имя пришлось по душе, бесчисленные цветки с бледно-розовыми лепестками смущенно покачивались на ветру, словно танцуя свой скромный танец.

* * * * * * *

— ......

— ......

Стоя напротив принца Инаса вместе с принцем Рэймондом, Ферзен почувствовал легкую жалость, глядя на его изможденное лицо.

Принцесса Элизабет утверждала, что за действиями Роэра стоит королевство Оберн, и это не являлось ложью.

К счастью, все, кажется, завершилось без масштабного восстания в пределах их империи, но......

«Есть все же кое-что, что вызывает беспокойство.»

Хотя в этом было замешано королевство Оберн, инициатива в этой ситуации полностью принадлежала Роэру.

Если часть вины будет возложена на Королевство Оберн, империя Элмарк обязательно попытается использовать эту неоднозначность в своих интересах.

Однако факт, что Элмарк спокойно отступил и прекратил свое вмешательство, порождал противоречивую картину, если только они заранее не предвидели эту ситуацию.

Значит ли это, что королевство Оберн изначально действовало по указке империи Элмарк, используя ложный предлог подготовки к независимости, чтобы вступить в контакт с Роэром?

А может быть, империя Элмарк была в курсе действий королевства Оберн, но сами жители Оберна ничего об этом не знали?

На самом деле, даже если верна последняя версия, тот факт, что их контакты велись с Роэром, вызывает беспокойство.

— Осмелюсь...... попросить......

Принц Инас, склоняясь в поклоне, сжал руки в кулаки с отчаянием.

Оставить эту ситуацию без внимания со стороны империи Эрнес – один из возможных путей.

Принц Инас умолял именно об этом..

— Это невозможно.

Принц Рэймонд, сидящий рядом, решительно отверг его просьбу.

После попытки убийства представителя императорской семьи попытка замять это дело не только окончательно подорвет авторитет императорского двора, но и создаст почву для еще более серьезных интриг в будущем.

— Ха-ха......

Похоже, принц Инас и не рассчитывал на то, что его просьба будет принята.

Он лишь покорно опустил голову.

— Если королевство Оберн полностью признает свою вину, не оставив империи Элмарк пространства для вмешательства...… возможно, войны удастся избежать.

Но даже в этом случае тот факт, что контакты велись именно с Роэром, продолжал вызывать у Ферзена беспокойство.

Если это действительно было простым совпадением, а не результатом действий по указке империи Элмарк, то это дело могло бы завершиться тем, что королевство Оберн понесло бы свое наказание.

Однако это было всего лишь одной из возможностей, а не установленным фактом.

И потому тревога, отразившаяся на лице принца Инаса, никуда не исчезла.

Но что еще можно было ему сказать в такой ситуации?

Принц павшего королевства не может радоваться.

И не имеет права горько плакать.

* * * * * * *

В неопределенной ситуации, где Королевство Лобелиум просто наложило швы на свои раны, не исцелив их по-настоящему, Ферзен начал готовиться к возвращению.

С учетом всей сложности происходящего, он не мог оставаться в Лобелиуме дольше.

— Лиззи......

— ......

Когда к нему подошла Юриэль и заговорила тихим голосом, Ферзен, лишь мельком взглянув на нее, равнодушно отвернулся.

— За государственную измену...... наказание — уничтожение рода и казнь всех его потомков.

Даже Бритейн, нет.

Именно потому, что в нем течет кровь Бритейнов, Ферзен не собирается заступаться за Лиззи в этой ситуации.

Юриэль это тоже прекрасно понимала, и поэтому она не стала больше ничего говорить, молча начав собирать вещи вместе с ним.

Когда они вновь достигнут империи Эрнес, лето уже закончится, и наступит осень.

......Сезон, когда листья деревьев, окрашенные в багровый цвет, скромно и трепетно опадают.

И тогда......

Дом Клодии окрасится в цвет, более алый, чем любой осенний лист.

И увянет, более трагично, чем любой цветок.

* * * * * * *

Атмосфера на обратном пути была тяжелой.

Не только дворяне, но и рыцари с магами, следовавшие за ними, все молчали, затаив дыхание, возвращаясь в империю Эрнес.

Возвращение домой утратило свое изначальное значение, – все были еще более напряжены.

Наверное, они тоже инстинктивно понимали:

Ситуация настолько накалена, что война может начаться в любой момент.

Империя Эрнес все еще так далеко, но кажется, уже слышен гул обработки металлов, добытых в Бритейне.

Звук ковки и закалки, смешанный с криками людей, погребенными под «песней стали» на поле боя.

Сколько же людей действительно приветствуют это?

Да, возможно, это вовсе не возвращение на родину……

А первый шаг к походу.

* * * * * * *

— ......

Октябрь.

Наступающая осень.

Время, когда деревья, готовясь стать обнаженными, украшаются самыми прекрасными осенними листьями.

Если бы ничего не случилось, он бы сейчас вернулся в Академию и продолжал преподавательскую деятельность.

Однако сегодня он держал в левой руке указ императорского двора, обязывающий его схватить всех, кто замышлял предательство против империи, и доставить их в столицу.

— Идемте.

Ферзен, выходя из кареты, поправил свою одежду и двинулся вперед, вместе с рыцарями дома Бритейн.

Юриэль, Юфимия и Лаура были отправлены вперед заранее, поэтому у Ферзена не осталось причин сдерживать свои скрытые клыки.

«Как иронично......»

Злодей, прикрываясь маской справедливости, смеет судить о чужих злодеяниях?

Смотря на убогие виды маленького поместья, Ферзен задал этот вопрос самому себе, и на его губах появилась легкая усмешка.

Как он уже говорил ранее.

Сложно придать силу справедливости, поэтому люди склонны признавать силу как справедливость.

Если у людей, движимых своими желаниями, вообще существует точное определение справедливости, то оно, без сомнения, таково.

Таким образом, разрушение чужих убеждений, подавление их голов и утверждение своей правоты можно считать абсолютом.

И в этом он не собирается лицемерить.

«Если так, то......»

«Роэр Пол Вистейн Клодия, почему же ты, не в силах отстоять свои убеждения, решил обнажить свои клыки против меня?»

«Ведь там, где царит справедливость, покорность...... в конечном счете, и есть свобода».

*Топ*

Когда они начали углубляться в поместье, местные жители, занятые своей повседневной жизнью, время от времени украдкой бросали взгляды на незваных гостей.

Однако даже самые невежественные из них…...

— Бритейн......

Прекрасно знали символ весов, выгравированный на доспехах рыцарей, следовавших за Ферзеном, шедшим впереди.

Как можно не знать столп, поддерживающий императорский двор страны, в которой они живут?

— Какая красивая......

А некоторые дети стояли, сжимая руки своих родителей.

А некоторые дети, крепко держащиеся за руки своих родителей, будто завороженные, не могли оторвать взгляда от Изабель рон Пьер Дженовы, которая шла рядом с Ферзеном.

*Топ*

Игнорируя восхищенные взгляды множества людей, Ферзен наконец достиг центра поместья — особняка семьи Клодия.

Он собрал всю свою магическую силу.

*Треск!*

Ветви льда начали беспорядочно переплетаться, моментально поглощая стоящий перед ним особняк.

После этого Ферзен повернулся к рыцарям дома Бритейн, выстроившимся позади него, и заговорил:

— Схватите всех предателей, которые осмелились поднять мятеж против империи.

— Слушаюсь!

— И если найдутся те, кто, совершив святотатство, бестыдно осмелится сопротивляться…...

Да.

Если это произойдет.

— Можете проливать кровь.

Получив приказ, рыцари двинулись вперед.

Ферзен тоже медленно последовал за ними вместе с Изабель.

— ......

Сиэль Мидфорд.

Тот, кто изначально должен был стать судьбой, что вонзит кол в сердце злодея, стоявшего напротив него как его противоположность, сам пал жертвой от рук своего врага.

Разбивая на куски все части, которые могли бы стать рукоятью его меча, он, наконец, оказался здесь.

И вот, перед ним, Ферзеном фон Швейг Бритейном – конец запутанной судьбы, переплетенной в этом теле злодея.

---

Примечание:

1. Итак, это было непросто. В оригинале говорится о безымянных цветах и затем следующим предложением:
Особый вид нарциссов(수선화), чьи листья увядают в июне-июле, а цветы распускаются в августе-октябре.
Мои знания о цветах – кот наплакал. Но вроде бы логикой, а еще и интернетом, я пока не обделен. Зайду чуть вперед, но Элизабет назвала эти цветы «Сансахва». А они из рода ликорисов, а не нарциссов.
Очень странно, что нарциссы автор назвал цветком из совсем другого рода растений. Да, это фэнтези мир и автор может назвать хоть белое черным. Но по крайней мере, я верю, что любой автор пытается придерживаться какой-нибудь, да хоть собственной, но логикой. По началу я хотел просто забить и нарциссов поменять на ликорисов, но внутренний перфекционист пилил меня по поводу того, почему был использован именно «нарцисс». Поэтому с охапкой википедии, и наму вики(корейская википедия) я пошел штудировать ботанику.
Итак, опускаю всю муторную лишнюю информацию: По итогу я узнал, что Ликорисы относятся к семейству аммарилисовые (лат. Amaryllidáceae). Нарциссы тоже относятся к аммарилисовым. Зацепка вроде уже есть, но все еще не мог понять причем тут нарциссы. Пока я не увидел, как на корейском записываются семейство аммарилисовые – 수선화과. Дословно оно означает семейство нарциссов. Как я понял в Корее наиболее распространенными аммарилисовыми являются нарциссы из-за чего в этой стране издавна так и закрепилось название семейство нарциссов.
А теперь, семейство аммарилисовые – это семейство растений с яркими, крупными, воронковидными или колокольчатыми цветками, часто собранными в зонтики. Их характерная черта — декоративные лепестки (6 штук), луковицы и длинные ремневидные листья. Представители: нарциссы, ликорисы, амариллисы, гиппеаструмы и др.

2. Сансахва(상사화 (相思花)), дословно «Цветок разлуки» или «Цветок тоски по любви», он же «Ликорис чешуйчатый». Как и написано выше это растение из рода ликорисов с 6-8 розово-сиреневыми цветками. И как и описано в тексте время появления цветков и листьев у них разнятся. На языке цветов она символизирует «несбыточную любовь».

В Корее эти дикорастущие цветы в прошлом часто встречались в храмах. И с этим связана небольшая легенда, от которой и произошло его название. В одной семье умер отец, и его дочь, молясь за душу отца в течение 100 дней обходила пагоду. В это время монах, служивший настоятелю храма, воспылал чувствами к девушке, совершавшей обход. Однако, будучи монахом, он не мог выразить свои чувства. Когда девушка завершила молитвы и вернулась домой, монах, охваченный тоской и печалью, заболел и вскоре скончался. На следующий год весной на его могиле после опадания листьев распустились цветы. Поскольку монах любил девушку, но так и не смог сказать ей ни слова, цветок был назван сансахва (상사화) — "цветок тоски по любви". И говоря о ликорисах в Корее, вроде бы, имеется в виду именно ликорис чешуйчатый.

В самом тексте я решил просто оставить название «Ликорис», поскольку полное название «Ликорис Чешуйчатый» звучало бы не очень красиво в данном контексте, да и не было упоминаний о чешуйчатом стебле этого растения. А Сансахва звучит слишком по-азиатски, если учесть, что это говорит Элизабет, а не например Ферзен-Ли Со Джин.