Дни сменяли друг друга, и в общей сложности прошло двенадцать дней.

И за время так называемых "временных каникул" Лаура беззаботно и безропотно провела время, но сегодня она с тревогой покинула свое общежитие и отправилась на поиски адреса, который ей дал Ферзен.

Розенберг находился недалеко от столицы, но проклятие дикости полнолуния мешало ей вернуться в свое имение.

К добру это или к худу......

На данный момент она была привязана к Ферзену.

«Это...... здесь......?»

На окраине столицы Лаура протянула руку и постучала в дверь небольшого скромного домика, не соответствовавшего богатству Бритейнов.

*Тук-тук*

«Я не ощущаю ничьего присутствия......»

Невольно прижав ухо к двери, чтобы прислушаться, Лаура покраснела и отдернула голову, когда прохожие странно посмотрели на нее.

*Бам!*

— Ах......

В этот момент дверь распахнулась.

С другой стороны появилась ее прежняя "я" – Изабель рон Пьер Дженова.

— Закрой дверь и входи.

— Д-да......

Услышав голос Ферзена, Лаура закрыла дверь и шагнула внутрь.

В комнате стояла только небольшая кровать и стол.

Нет, это было не все.

На кровати, которая едва ли была достаточно большой, чтобы на ней можно было лежать......

— ......

Там была тугая веревка, которая, похоже, в ближайшее время не порвется, кляп, сменная одежда и нижнее белье.

— Я......

Как только она взглянула на них, комната как-то сразу приобрела иной окрас, и на мгновение Лауре захотелось выбежать на улицу.

Но солнце уже садилось, а чуть позже должна была взойти полная луна.

Если она не будет рядом с Ферзеном, то будет разгуливать по улицам в качестве убийцы из удовольствия, умерщвляя невинных людей.

— Ты не должна бояться. Это просто инструменты, чтобы пережить ночь. Что касается одежды, то я купил ...... приблизительно твоего размера. В любом случае, разве не хлопотно, что твое удовольствие от дикости пачкает вещи.

— Э-это так, н-но......

— К тому же мои руки сейчас в таком состоянии, так что ничего не могу с этим поделать. Солнце скоро зайдет, и полная луна поднимется, так что не медли.

— ......

Ей хотелось сказать еще многое, но Лаура смирилась и медленно пошла к кровати.

— А...... перед этим передай мне свой алтарь, розарий.

— Возьми...... те......

Он был дотошным.

Сняв розарий с ожерелья и передав его Ферзену, Лаура на мгновение замешкалась, прежде чем повернуться.

— М-можете...... в-выйти, пока я п-переодеваюсь......

— Мои глаза закрыты, так что я тебя не вижу. Я незаметно проник в этот дом, так что не странно ли будет со стороны, если я выйду и зайду после твоего прихода.

— Н-но...... все же......

— Если ты не хочешь переодеваться, то и не надо. Это твое право.

— ......

Лаура надула губы и уставилась на него, несмотря на то, что Ферзен и правда закрыл глаза и твердил верные речи......

Когда закат за окном стал немного темнее, она повернулась к нему спиной и разделась.

*Шорох......*

Тело Лауры, белое как снег, было теперь обнажено.

Если бы цвет ее кожи был светлее, то она имела бы неприятную бледность, вместо чистой белоснежности.

И именно такой вид вызывал в людях первобытное желание, желание оставить свой след, высечь свои метки на прекрасном белом снегу.

— Хм......

— Что-то не так?

— Н-ничего......

Одежда была свободной, но нижнее белье сидело идеально, отчего Лаура почувствовала, как по позвоночнику побежали мурашки от своих домыслов.

Она робко приоткрыла глаза и посмотрела на Ферзена.

Его глаза были по-прежнему закрыты.

Его невозмутимая, ровная осанка заставила все ее дурные мысли и переживания, которые она на секунды заронила в себе, исчезнуть в миг.

— Я...... пе-переоделась.

Сложив старую одежду и убрав ее под кровать, Лаура осторожно позвала Ферзена.

— Хорошо, тогда садись на кровать.

— Да......

Когда Лаура села на кровать, ее прежнее "я", подчинявшее командам Ферзена, взяла в руку веревку и туго обвязала ее вокруг талии.

— Агх!

— Больно?

— Д-да......

Полагая, что совершил ошибку, поскольку завязывал не своими руками, Ферзен расслабил веревку, и затем соединил с ножками кровати.

— Дальше......

— Я-я...... с-сделаю это с-сама.

Когда Изабель потянулась к лежащему рядом кляпу, Лаура быстро взяла его, сунула себе в рот и закрепила его.

......»

Конечно, если это увидит кто-то посторонний, то это будет серьезным пятном на репутации Ферзена.

«Нет, что касается Бритейн.......»

Чем идеальнее человек, тем он бесчеловечней, так что вряд ли они позволят критиковать себя.

В любом случае, будь то она или Ферзен.

В одном можно быть уверенным: ничего хорошего из этого не выйдет.

— Хмм, мммф!......

Из крошечного отверстия в кляпе потекла слюна, и Лаура смущенно вытерла ее рукавом.

— Уммм, ммф, хмм!......

Затем она повернулась к Ферзену и попыталась попросить носовой платок на своем ломаном языке жестов.......

— Все равно так будет всю ночь, так какой смысл вытирать сейчас?

Не получилось.

— ......

Когда слюна Лауры начала стекать с кляпа, как песок в часах, на улице наступила кромешная тьма.

На безоблачном ночном небе взошла ясная полная луна.

— Мгх, гхм!...... Ммфг!......

В это же время, под влиянием луны, Лаура, подобно оборотням из легенд, потеряла всякий рассудок и бросилась убивать стоящего перед ней Ферзена.

«Как и ожидалось......»

Забрав алтарь и оставив только Изабель, Лаура немедленно направила всю свою ману на то, чтобы силой перехватить контроль над трупом.

Однако, с учетом ряда факторов, между ними существенная разница в количестве и качестве маны......

Как бы она ни старался, захватить контроль было невозможно.

— Хм, хмммф......

Пуская слюни, Лаура, в состоянии магического истощения, сползла с кровати и направилась к Ферзену.

— Хм...... Кхм──!

Но Лауру остановила туго натянутая вокруг талии веревка, и она яростно попыталась освободиться от нее.

Во время прошлого полнолуния Ферзен вырезал в ее сознании ключевые слова, и чтобы удостовериться в том, что они остались.....

Он открыл рот и произнес:

— Шарли.

— Хмм, уммм......

Лаура, яростно пытавшаяся ослабить веревку на талии, остановилась и уставилась перед собой.

— Шарли.

При очередном упоминании этого ключевого слова Лаура совершенно естественно легла животом на пол и задорно захлопала в ладоши.

— Хаха......

Это зрелище не могло не рассмешить, и Ферзен, заливаясь смехом, поднялся на ноги.

Он думал, что ему потребуется заново ее выдрессировать, но, похоже, в этом не было необходимости.

— Ты очень послушный ребенок.

Придвинувшись ближе, он опустился на кровать, после чего Лаура вскочила на ноги, протянула руки и крепко сжала горло Ферзена.

Ее алые глаза сверкнули, а слюна в уголке рта растянулась еще больше, как будто она испытывала неописуемое удовольствие от попытки его убийства.

Он был готов к тому, что его одежда будет разорвана...... так что он спокойно принял попытку удушения, сравнимую по ощущениям с кошкой, что сучит лапками.

Тем временем труп прежней Лауры, Изабель рон Пьер Женовы, несколько неуклюже стояла рядом с Ферзеном на случай, если Лаура прибегнет к помощи ногтей.

— Умм, мммм!......

— Да, чем сильнее сдавливаешь середину дыхательных путей, тем легче задушить. Даже без разума ты это прекрасно чувствуешь.

— Ммх, уммм......

Удушение становилось все более искусным, но из-за слабости ее врожденных мышц Ферзен находил это терпимым, хотя и дискомфортным.

Таким образом, лунная ночь постепенно становилась все глубже.

* * * * * *

— ......

Утром, не обращая внимание на Ферзена, Лаура проснулась с ощущением сумбурности и дискомфорта, свойственным пьяным людям после сна.

— Я снова закрою глаза.

*Клонь*

Лаура молча кивнула и потянулась за своей прежней одеждой, которую она спрятала у изножья кровати.

К ней подкрадывалась усталость, но она не испытывала тех неприятных ощущений, которые были при первой дикости полной луны.

— Ах......

Она сняла с себя одежду, испачканную слюной с вечера.

И, спустив себя нижнее белье, она заметила.......

Липкую жидкость.

— ......

Слабый постыдный запах разнесся по комнате, заствив Лауру поспешно переодеться и запихнуть одежду в свое подпространство.

— Это провоняет все внутри.

— Н-н-н-не будет!......

Несмотря на свои отрицания, Лаура вздрогнула от стыда, когда запах заполнил комнату.

— Я......

— ......

— О-одежду...... к-компенсирую в-вам......

Темные пятна на обоих коленях Ферзена, очевидно, появились ночью вследствие того, что она сидела на них.

Но не только брюки были испачканы, но и верхняя одежда.

— Эту одежду я все равно собирался выбросить. Можешь не возмещать. И раз пока еще рано......

Не успел Ферзен закончить фразу, как комнату окутало слабое фиолетовое свечение.

А затем в едином ритме прозвучала медленная, плавная мелодия.

— ......

Это была мелодия White Out, которую Ферзен исполнял перед Лаурой раньше.......

Уровень игры был близок к идеалу.

«Это......»

Форма благословения от одного из Пяти Богов Удачи этого мира, того, кто покровительствует искусству.

......действительно, это была прекрасная мелодия.

Небесные голоса, завораживающие слушателей, мгновенно стихли, оставив после себя ответный дар.

— В-вас...... д-действительно б-благословили......

— Лаура.

— Я-я в т-тот р-раз о-отправила п-партитуру с п-письмом. В-возможно, м-мой о-отец в х-храме......

— Ты, сделала глупость!......

Ферзен тер свой лоб.

В его сознании спроецировалось определенное место, оно указывало на пианино, расположенное в музыкальном кабинете общежития A.

— ......

Поскольку у него не было личного инструмента, Бог Искусств наделил пианино, на котором Ферзен впервые исполнил мелодию, благословением, которое сохранит его в неизменном виде до самой смерти Ферзена.

«Да твою ж……»

С таким благословением инструмент, очевидно, придется перевезти в его столичный особняк, поскольку только музыкант, получивший этот дар, сможет извлечь из него звук.

А в силу своей неразрушимой природы он не может стать 72-х клавишным.

Пианино с 73 клавишами будет служить вечно, до самой смерти своего владельца.

Это не смешно.

Ферзену было не до смеха.

Как в мире могла зародиться настолько бесчеловечная и омерзительная вещь?

— Лаура.

— Д-да?......

— Розенберг - святилище искусств и культуры.

— Т-так и есть......

— Хорошо, тогда я посвящаю это благословенное фортепиано Розенбергу.

— Что?

— Я не приму отказа. Фортепиано должно быть вывезено из столицы и доставлено в Розенберг. Ты поняла?

— ......

Лаура озадачилась.

Она, честно говоря, думала, что ему понравится.......

Наблюдая за его реакцией, она не могла понять, что ему не нравится.

Нет, независимо от того, нравится ему или нет, но ценность благословленного музыкального инструмента была невообразимой, а он просто отдавал его.

— Розенберг будут менее недовольны, когда я обращусь к ним в будущем с просьбой.

— ......

— И, кстати говоря, пришло время.

— Что?

— Снова спрашиваешь? Если на этот раз ты не добьешься прогресса, я буду считать, что ты не прилагаешь усилий, то придется выпороть тебя.

Лаура инстинктивно прикрыла ладонями свой зад, когда алые глаза Ферзена уставились на нее.

— Э-это н-насилие......

— Это не насилие, это наказание. Если ты покажешь успехи, то наказания не будет. Если ты старательно готовилась, то тебе нечего бояться.

— Эмм, ах!......

Лаура, которую Изабель подвела к кровати и усадила на колени, пыталась сопротивляться, но последствия от вынужденного пробуждения сказалось на ее организме, не давая ей возможности вырваться.

— Гавгавка хрюхрюшке гагавкнула хрюхрю, хрюхрюшка гавгавке хрюхрюкнула гавгав. Вот...... повтори.

Ферзен присел перед ней и вздернул подбородок, и Лаура с усилием приоткрыла дрожащие губы и произнесла:

— Г-г-га-гав............

От волнения Лаура заикалась больше обычного, она смотрела на Ферзена умоляющими глазами.

*Шлеп!*

— Ик──!

— Прошло уже четыре недели, а у тебя до сих пор никакого прогресса.

*Шлеп!*

— Ай! Б-больно......

Лаура всхлипнула и протянула обе руки, схватившись за край одежды Ферзена.

Но Ферзен не мог простить Лауру за то, что принесла в этот мир это отвратительное пианино......

То есть нет, ему было трудно было простить ей ее лень, ее неспособность хоть как-то продвинуться в решении поставленной задачи.

Да, именно из-за этого было трудно простить.

— О-станов...... в-витесь, По-пожалуйств! Х-хватит!......

*Шлеп!*

— Кьяя!

Даже ее отчаянные крики, казалось, не доходили до Ферзена.

И вот Лаура, получив от своего прежнего "я" целых шесть шлепков, с трудом смогла вырваться на свободу.

* * * * * *

Розенберг, святилище искусства и культуры.

— Дорогая, скажи мне еще раз, что ты тогда сказала.

— ......

— Разве не ты говорила, что даже если я не доверяю дочери, то Бритейну уж можно довериться?! Но тогда что это такое!

Через неделю отец Лауры, Баден, нынешний глава семьи Розенберг, пришел в недоумение при виде благословенного Богом фортепиано, прибывшего в Розенберг.

Когда он получил первое письмо Лауры, в котором.......

Его дочь выражала свою сильную любовь к Ферзену, жена убедила его, что, как потомок Бритейнов, Ферзен не осмелиться прикоснуться к их дочери, поскольку уже женат.

Баден почувствовал облегчение, услышав ее слова!

— Посмотри! Это, должно быть приданое, чтобы взять Лауру в наложницы, иначе зачем он отдал благословенный богом инструмент бесплатно?! Если подумать, это странно, что Лаура не приехала в Розенберг за все это время! Должно быть у них тайный р-роман! Я немедленно!......

— Милый──!

— ......

Услышав гневный голос жены, заявлявшей, что она больше не может его слушать, Баден, лорд Розенберга, резко замолк.

— Нехорошо подозревать без доказательств...... скоро в столичном соборе состоится свадьба дома Клодии и дома Альфред, и раз уж меня пригласили, я пойду и сама поговорю с Лаурой.

— Но, дорогая, как ты можешь быть такой спокойной?...... Неужели тебя устраивает, чтобы Лаура может стать даже не женой, а наложницей?

— Честно говоря...... это будет зависеть от ее партнера, разве нет?

— Ч-что! Н-нет! Я этого не потерплю! Я не позволю ей стать наложницей! Даже если этот человек - второй сын Бритейнов!

— В любом случае...... его жена – девушка из Луэрг, простого захолустья. Я не знаю, зачем человеку, который является вторым сыном Бритейнов, жениться на такой девушке, но раз она столь низкородна, то и титул жены этого не изменит. Так что даже если Лаура станет наложницей......

— Нет───!

— У меня уши болят. Хорошо, сдаюсь......

Жена Розенберга вздохнула и покачала головой, рассудив, что все понимает, ведь он баловал Лауру, которая с детства была физически слабой.

В любом случае, это пока только предположение.

27 апреля.

Когда этот день наступит она сама все узнает.