Лудрик развернулся, чтобы пройти мимо меня. Он явно избегал моего взгляда, спеша уйти, словно человек, боящийся услышать ответ. Я инстинктивно протянула к нему руку.

Но это было моей ошибкой. Было очевидно, как отреагирует и без того взвинченный Лудрик, если я попытаюсь насильно его остановить. Но в тот момент я все же схватила его за руку.

— Лудрик, я правда, пока была с тобой, ни разу…!

От неожиданного прикосновения Лудрик вздрогнул и резко отдернул мою руку. Я упустила из виду еще две вещи.

Во-первых, он оказался сильнее, чем я думала. А во-вторых…

— Далия!

…что травяной чай, заказанный мамами, как раз вносили в комнату. Раздался плеск!

Есть такая поговорка. Что слишком горячее может показаться холодным.

«Ого, и правда».

Сначала я не совсем поняла, что произошло.

Я увидела, что Лудрик пытается уйти, почувствовала тревогу и невольно схватила его за руку. А он, испугавшись, что я его держу, оттолкнул мою руку. Я до сих пор помню его взгляд после того, как он инстинктивно отдернул мою руку.

Его расширившиеся от удивления глаза и мелькнувшее в них отчаяние.

В тот самый момент я почувствовала только одно:

«А он сильнее, чем кажется».

Его рука, тоньше моей, не просто легко стряхнула мою ладонь, но и отбросила меня назад. Наверное, он так испугался, что не рассчитал силу.

До этого момента все было не так уж плохо. Если бы ничего не случилось, я бы просто пошатнулась и устояла на ногах или, в худшем случае, упала бы на пол.

Но мне не повезло.

Именно в тот момент, когда Лудрик толкнул меня, как нельзя кстати подошел официант. И, по невероятному стечению обстоятельств, он нес чай, заказанный нашими мамами.

Не сумев удержать равновесие, я рухнула прямо на официанта…

— Далия!

…и от столкновения чай выплеснулся мне на руку.

Говорят, от сильного шока теряешь чувствительность – со мной было именно так. Я почувствовала мгновенный холод, а когда пришла в себя, увидела, что с моей руки капает чай. До этого момента я не понимала, почему мамы так суетятся.

Но когда бледный как смерть официант поспешно принес смоченное в холодной воде полотенце и приложил его к моей руке, вот тогда-то заблокированная боль начала прорываться наружу.

Боль была такой, что на глаза навернулись слезы. Казалось, будто мою руку оторвали и прижигают огнём. Но я изо всех сил сдерживалась, чтобы не разрыдаться, боясь, что моя мама, и без того готовая упасть в обморок, потеряет сознание.

Тем временем в заведении разразилась настоящая буря. Примчались не только менеджер, но и управляющий, и оба рассыпались в извинениях, кланяясь так низко, что чуть ли не касались лбом пола.

На удивление, порядок в этом хаосе навела герцогиня Баузер.

— Позвать рыцарей.

Герцогиня, поддерживая мою предобморочную маму, спокойно отдала распоряжения. Вызвать ближайшую карету и послать быстроногого слугу сообщить в наш дом. Вскоре в заведение ворвались рыцари, дежурившие у входа. Меня практически на руках вынесли оттуда.

Несмотря на затуманенное от боли зрение, я инстинктивно оглядывалась. Внезапно я подумала о Лудрике.

«С ним все в порядке?»

Ведь до этого происшествия мы как раз ссорились.

Он все еще злится? Или волнуется? Этот внезапный несчастный случай, должно быть, сильно его напугал.

Я обернулась с легкой мыслью: «Что, если ранимый Лудрик сейчас упадет в обморок, как мама?» — думая, что если встречусь с ним взглядом, то улыбнусь, давая понять, что все нормально.

Но я не смогла улыбнуться. Там стоял Лудрик, которого я никогда раньше не видела. Лудрик с лицом безжизненной куклы, с которого стерлись все прежние эмоции, безучастно смотрел на меня.

***

«Что за мелодрама».

Именно в тот момент, когда наша ссора с Лудриком достигла апогея. Именно тогда мне на руку пролился чай. Поразительное совпадение, достойное главной героини какой-нибудь истории.

— К счастью, шрамов не останется.

Когда я поранилась, в нашем доме поднялся переполох. Мой отец, уезжавший для инспекции владений, узнав о случившемся, тут же помчался домой, не поскупившись на дорогую плату за Врата.

К моменту его приезда моя мама уже выплакала все слезы, а я лежала в постели с температурой и стонала. Позже мне сказали, что отец тоже чуть не упал в обморок на месте.

Отец созвал всех известных врачей нашего дома, нет, всей столицы, чтобы осмотреть меня. Не забыв пригрозить им: «Если с моей дочерью что-то случится, вам не сносить головы».

Благодаря этому или нет, моя рана быстро заживала. Отчасти из-за моего крепкого здоровья, но, по словам лечащего врача, температура чая, к счастью, была не слишком высокой, так что ожог оказался несерьезным.

«Однако неизвестно, когда могут проявиться осложнения или вторичная инфекция, поэтому в течение недели лучше соблюдать особую осторожность».

Говорили, что в прошлой жизни врачи всегда предполагали худший сценарий, и здешние лекари ничем не отличались. Из-за этого мои родители испугались еще больше.

— Неделя домашнего ареста.

И мои родители, послушно следовавшие указаниям врача, приговорили меня к недельному заточению. Под предлогом необходимости соблюдать «абсолютный покой» в постели.

«Да я всего лишь руку обожгла!»

В первый день после ожога я действительно стонала от боли, но через день-два боль утихла, и я быстро пришла в норму, так что чувствовала себя ужасно несправедливо обиженной.

Можно было подумать, что у меня ожог не руки, а всего тела. Когда мне становилось скучно, и я умоляла разрешить хотя бы легкую прогулку, мои родители с редкой серьезностью отвечали:

— Если выйдешь тайком, месяц из дома не выйдешь.

Из-за этого твердого решения родителей, подкрепленного угрозой, мне ничего не оставалось, кроме как плакать и безвылазно сидеть в постели.

«Скучно».

Рука лишь немного ныла, в остальном я была в полном порядке, но мне ничего не оставалось, кроме как лежать в постели и смотреть в потолок. Поэтому неудивительно, что я стала много думать.

Например, о том, что произошло в момент несчастного случая, о причине нашей ссоры с Лудриком и о том, как чай пролился мне на руку, об окружающей обстановке, на которую я не обратила внимания в суматохе…

И, прежде всего, о выражении лица Лудрика, которое я видела в последний момент.

«Почему у него было такое лицо?»

Странное выражение. Такого я не видела ни разу за все время наблюдения за ним. Глаза широко раскрыты, будто от испуга, лицо мертвенно-бледное, а плотно сжатые губы были настолько бескровными, что он казался похожим на мертвеца.

«Неужели он так сильно испугался?»

Вполне возможно. Мы как раз ссорились, и тут прямо у него на глазах происходит такое – как тут не испугаться.

Но состояние Лудрика казалось хуже, чем просто испуг. Пострадала я, а выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок, именно он. Лудрик, дрожавший всем телом и сжимавший кулаки так, что костяшки побелели, казалось, был не просто шокирован, а…

«Казалось, он был в ужасе».

Додумав до этого, я замотала головой, отгоняя мысль.

«Это уже слишком».

Да, не может же то, что я просто поранилась, вызвать у него ужас. И сколько бы я ни думала, это были лишь мои догадки. Правду знал только Лудрик. Значит, нужно будет спросить его, когда мы снова встретимся.

Хоть наша неловкость и переросла недавно в ссору, неужели он не навестит меня ни разу, учитывая все, что между нами было?

Но именно это и стало реальностью.

«Почему».

Я считала дни, ожидая Лудрика.

Конечно, мои родители и даже герцогиня Баузер навещали меня каждый день, так что скучать не приходилось, но визит Лудрика – это было бы совсем другое.

Прежде всего, у нас ведь остался незаконченный разговор. Нам нужно было обязательно встретиться, так или иначе…

«Так почему же!»

Почему он не приходит!

Я бы поняла, если бы что-то случилось в семье Баузер. Но герцогиня отмечалась у нас дома каждый день. Тогда, может, что-то случилось только с Лудриком?

Он заболел? Простудился? Или у него плохое настроение? Неужели он все еще злится на меня? Или ему неловко из-за нашей недавней ссоры?

Вопросов накопилась целая гора, но самого виновника и след простыл.

В конце концов, не выдержав, я поймала герцогиню Баузер и спросила, почему Лудрик не приходит, но…

— …Прости.

…вот все, что она ответила, неопределенно улыбнувшись.

Эта улыбка показалась мне одновременно извиняющейся и какой-то подавленной, так что я не смогла расспрашивать дальше. Но такая ситуация продолжалась уже неделю.

Целую неделю!

Меня уже начало разбирать упрямство.

«Сегодня я его точно увижу».

«Я стала подругой главного героя».

Команда — RoseFable.

Переводчик — TheWindRose.