Некрасивая девушка, на которую все сбрасывали со счетов, на самом деле оказалась несравненной красавицей.

Это было клише столь же древнее, как и устные традиции, передававшиеся со времен бронзового века, когда дома строились из дерева и соломы.

Ситуация настолько банальная, что становилось скучно, настолько предсказуемая, что уже даже не удивляла!

И все же, даже спустя некоторое время, группа не могла оправиться от шока при виде не накрашенного лица Айши.

Должно быть, они ожидали, что ее лицо будет отличаться без макияжа, так почему же так вышло?

Причина была проста. Разница между Айшей «до» и «после» была запредельно огромной.

— Эм... П-почему вы все так смотрите? Ах да, я же впервые показываюсь без макияжа. Это я. Айша.

— Нет, мы поняли, но...

Её лицо без макияжа было, одним словом, шокирующим.

Во-первых, кожа не была гротескно-белой, как у человека, обмазанного мукой или мелом, а была пышущей здоровьем и яркой, словно персик, погруженный в молоко.

Затем были глаза, сверкавшие, как звезды под нереалистично длинными ресницами, и алые губы, заявлявшие о своем присутствии под высоким, прямым носом.

А едва заметные капли воды, стекавшие по линии её челюсти, добавляли нотку чувственности к её и невинной ауре, без труда очаровывая любого, кто смотрел на нее.

Чистая сила её внешности была ошеломляющей; не будет преувеличением сказать, что она была словно вылеплена изваянием.

Этого было достаточно, чтобы разозлиться из-за того, что такой драгоценный камень скрывали под чудовищным макияжем.

— Это... совершенно за гранью воображения.

— Се-сестренка. Ты такая красивая!

— ...!

— С-спасибо.

Стоя рядом с Дэвидом и Алиса, сыпавшими комплиментами, я незаметно показала большой палец вверх.

Я знала из оригинальной истории, что она была очень красива, но никогда не думала, что до такой степени.

Если бы я не привыкла видеть свое собственное лицо, я могла бы оказаться так же заворожен её пугающей красотой.

Пока я кивала с чувством хладнокровия, Рейвен, который, казалось, наконец пришел в себя от шока, посмотрел на неё и спросил:

— Хмм... Итак, у вас к нам новая просьба? Деньги есть?

— Джин...

— Что? Одно дело, если бы нам пришлось предоставлять гарантийное обслуживание за проваленную работу. Но это был практически успех. Если у вас есть еще одна просьба, придется заплатить снова. Мы тут не волонтеры.

— Н-ну, ты не прав.

Неужели он не считал это рабочими часами?

Он допрашивал Айшу с привычным непринужденным видом.

Отношения между Фиксером и клиентом закончились в тот момент, когда личность сталкера была раскрыта.

Но если она пришла сюда, чтобы снова нанять их, её все еще можно было считать клиентом.

Разумеется, Алиса, вероятно, думала, что он слишком суров к человеку, переживающему трудные времена... но ничего нельзя было поделать.

Поскольку Болд оказался сталкером, Айша ни за что не смогла бы продолжить карьеру айдола в этом агентстве. Мирное решение было возможно.

Возможно, Айша чувствовала то же самое, что и Рейвен.

Казалось, её это не смутило, и она весело ответила:

— Да, я согласна с вашим мнением и методами, Рейвен. На самом деле, во многих отношениях я чувствую облегчение. Я рада, что ушла из той компании!

— Верно. Удовлетворенность клиента — вот что важно. Итак, какова просьба на этот раз? Хочешь, чтобы мы отомстили тому менеджеру или лысому чуваку? Я даже могу помучатьих, без нарушения закона.

— Ого... Джин, ты выглядишь как настоящий злодей, говоря это с таким злобным лицом.

— У Фиксеров есть иммунитет к порче имущества, некоторым актам насилия и похищению, но только если это касается работы. Если мы используем это с умом, мы можем заставить их выплакать все слёзы.

— Ты тоже, Дэвид! С-подождите... вы действительно собираетесь причинить им вред? На полном серьезе?

Рейвен, отставив пустой стакан, посмотрел на значительно повеселевшую Айшу с поистине зловещим выражением лица.

Возможно, потому что он был задумчивым, красивым типом, это выражение заставило его излучать ауру действительно мерзкого, третьесортного злодея.

Поскольку Дэвид, казалось, глубоко проникся темой, ведь это было связано с айдолами, тоже горел ентузиазмом, Алиса выглядела обеспокоенной.

Как бывший кандидат в полицейскую академию, она, казалось, была весьма взволнована планом полностью похоронить свои цели.

Что ж, Айша собиралась просить не об этом, так что причин для беспокойства не было.

Пока я спокойно наблюдала за развитием сцены, Алиса, не в силах остановить их двоих, внезапно крепко обняла меня.

— ...?

— Ю-Юри, не становись такой как они когда вырастешь, ладно?

— ...!

Честно говоря, я тоже думала, что Болда не помешало бы проучить...

Но сказать «нет» здесь было бы огромным шоком для Алисы. Поэтому я энергично кивнула, словно обещая, что не стану.

Выглядело ли наше взаимодействие милым?

Айша прикрыла рот и хихикнула, затем откашлялась и заговорила с серьезным взглядом.

Или, скорее, она собиралась заговорить. Если бы только дверь кафе не распахнулась и кто-то не влетел внутрь, устремившись к нам.

— Уааааах!

Бабах!

Не в силах справиться со скоростью, незваный гость споткнулся о собственные ноги и покатился прямо к месту, где мы сидели.

При такой скорости он врезался бы в стол, и авария была неизбежна!

Рейвен слегка приподнялся и, словно принимая футбольный мяч, остановил мужчину на лету, поставив на него ногу.

И с этим личность шумного нарушителя была раскрыта.

— О боже, господин Менеджер?

— Что? Это тот менеджер-сталкер, который работал с лысым чуваком?

— Угх, гхх...

Рыжеволосый мужчина был не кто иной, как менеджер Айши.

Соучастник, помогавший преследовать Айшу по приказу генерального директора Болда.

Естественно, он был последним человеком, который должен был появиться здесь, поэтому Алиса и Дэвид воспылали к нему враждебностью.

— Как этот человек попал сюда...?!

— Показать свое лицо после того, что ты сделал. Насколько же ты наглый?

Какая наглость прийти сюда, и как он вообще их нашел?

Дэвид, в частности, выглядел угрожающе, словно был готов влупить удар при малейшей провокации.

Как раз когда двое собирались избить менеджера в пух и прах, Айша вскочила со своего места и удержала их.

— П-подождите минутку. Пожалуйста, успокойтесь. Это я его позвала.

— Ты позвала, Айша?

— Да... Он на самом деле связался со мной, пока я смывала макияж. Он сказал, что сожалеет о содеянном, и хотел искренне извиниться...

Вот, видите?

Айша достала свое устройство и показала нам сообщения, которыми обменивалась с менеджером.

И действительно, переписка содержала сообщения от мужчины, предположительно менеджера, который искренне признавал свою вину и выражал желание исправить свои ошибки.

Но этот человек был соучастником. Как она могла верить хоть единому его слову...

Дэвид и Алиса заставили себя сесть обратно на свои места, и выражения их лиц отчетливо выражали эту мысль.

Как только доверие подорвано, восстановить его практически невозможно.

В отличие от Рейвена, который оставался абсолютно хладнокровным, эти двое могли лишь свирепо смотреть на менеджера, пока в них всё ещё кипела злость.

Но менеджер, словно действительно веря в свою вину, сел на жесткий на вид пол, с глухим звуком ударился лбом и зарыдал.

— Мне правда... правда очень жаль! Это все моя вина! Как бы сильно я ни нуждался в деньгах, мне ни за что не следовало принимать предложение Болда! Вы можете презирать меня, и я заслуженно это приму! Ничего страшного, если вы не простите такой кусок мусора, как я! Но, пожалуйста, можете просто дать мне один шанс искупить мою ошибку?!

— Шанс? Что ты имеешь в виду?

— Я могу все объяснить... почему Болд сделал такое с вами!

Менеджер посмотрел на Айшу, его лоб теперь был красным и опухшим.

— Можешь не прощать меня, но, пожалуйста, не отвергай моё желание искупить вину.

Выкрикнул он, его голос был полон искреннего отчаяния.

*Вздох*, если он собирался так себя вести, ему вообще не следовало её мучить.

Я взглянула на Айшу, которая, казалось, погрузилась в мысли, затем использовала свой телекинез, чтобы незаметно замазать объективы камер людей, которые привлеченные суматохой, теперь снимали нас.

Подобные вещи были бы проблемой, если бы попали на камеру. Это была упреждающая мера, которую никто бы не заметил.

С их точки зрения экран просто внезапно стал размытым, что должно было их смутить.

Пока я продолжала незаметно саботировать их съемку, Аиша и Рейвен обменялись короткими взглядами.

— Тогда давайте сменим обстановку. Не похоже, что этот разговор стоит вести в таком месте.

— Хорошо. Пойдем в наш офис. Там должно быть тихо, без лишних ушей.

Мы решили продолжить разговор в агентстве и быстро поднялись со своих мест.

Эта история не предназначалась для чужих ушей.

К тому же люди начали поглядывать в нашу сторону, вероятно, привлеченные внешностью Айши. На что вы уставились? Проваливайте.

Так или иначе, мы вернулись в агентство Фиксеров и уселись вместе в приемной зоне.

Мое место было прямо рядом с Алисой. Я уже серьёзно, чувствую себя как кукла для утешения.

Как только атмосфера расположила к продолжению разговора, менеджер открыл рот, и на его лице не было ни капли юмора.

— С чего бы мне начать... Давайте начнем с инцидента со сталкером.

Сначала он объяснил, почему Болд пытался выжить Айшу с помощью злобного сталкера.

Причина была проста. Максимизированные Айдолы воспринимались как созданные для маргинализированных групп, поэтому компания не могла позволить себе распространения слухов о том, что они выгнали кого-то просто потому, что та не приносила прибыли.

Поэтому выставить все так, будто она ушла добровольно из-за злобного сталкера, было лучшим сценарием для компании.

— Это... по такой пустяковой причине?!

— Это не пустяк. Кордиа — одно из ведущих агентств в заново возрождающейся индустрии айдолов. Каждая мелочь в их имидже — это ступенька, определяющая, вырвутся ли они вперед или отстанут. Разумеется, у Болда сейчас, должно быть, ужасная головная боль из-за того, что ему приходится аннулировать контракт Айши по вине самой компании.

Менеджер прижал пакет со льдом, который я тихонько принесла ему, к своему лбу и ответил возмущенной Алисе.

Такова была природа корпоративного имиджа. Компании вкладывали миллионы в пожертвования, чтобы создать хороший имидж, а его разрушение могло привести к миллионным убыткам.

Они создали позитивный имидж, создавая айдолов для мета-людей. Они не хотели осквернять его, даже если это означало нести убытки.

На один вопрос был получен ответ. Но оставалась еще гора других.

Дэвид, который глубоко задумался, поднял руку и спросил:

— У меня есть еще один вопрос. Почему Кордиа вообще изначально сделала Айшу Максимизированным Айдолом? С ее внешностью она наверняка стала бы огромным активом для доходов компании.

— Это, во многих отношениях, было просто невезение. Примерно в то время, когда Айша присоединилась к Кордиа в качестве стажера, группа, в состав которой входил ребенок инвестора, должна была дебютировать. Очевидно, у них есть глаза. Они знали, что Айша будет приносить прибыль, но... если бы все внимание переключилось на нее, они потеряли бы крупный источник инвестиций. В конце концов, Кордиа выбрала одно вместо другого. Иронично, но эта группа сейчас томится в нижне-средних рангах с посредственными результатами.

Менеджер опустил голову, словно находя собственные слова абсурдными.

Он выглядел так, будто снова пожалел Айшу за то, что её выбросили на обочину из-за отсутствия связей.

Но Рейвен, всё ещё не в силах этого понять, почесал затылок и заговорил так, словно считал это дуростью:

— Подождите, так почему бы просто не повременить немного и не дать ей дебютировать позже? Тогда обе стороны получили бы выгоду.

— Они, вероятно, беспокоились, что Айша тем временем уйдет в другую компанию. Учитывая потенциал Аиши, любой мог бы увидеть, что при правильном руководстве она превратится в звезду. Но есть предел тому, как долго можно держать кого-то в стажерах... поэтому они дебютировали её как Максимизированного Айдола — роль, которая полностью стирает её индивидуальность. Это был очень жестокий поступок.

— На самом деле мне казалось это даже веселым — быть Максимизированным Айдолом.

Сказала Айша с немного горькой улыбкой на лице.

Она не мечтала стать величайшим айдолом в мире, а просто мечтала стать айдолом.

Тяжёлая мысль: её толкали туда-сюда только для того, чтобы заставить уйти всего через три месяца.

Затем внезапно, словно приняв решение, она посмотрела на Рейвена чистыми, решительными глазами.

Словно желая передать слова, которые не смогла закончить в кафе, она села прямо и изложила свою просьбу, её голос был полон искренности.

— Рейвен. Я все еще хочу быть айдолом. Я отдам вам все деньги, что накопила. Вы можете сделать меня айдолом?

Айша полностью сбросила робость, которая была у неё до сих пор, излучая ауру, словно сама стала звездой.

Рейвен откинулся на спинку дивана и беззаботно ответил ей:

— Звучит весело.

— Уооооооу!

— Д-Дэвид, успокойся!

Давайте сделаем Айшу сияющим айдолом еще раз!

Все в офисе загорелись мотивацией.