Глава 52.

В сказанных со странным оттенком словах Принца содержалась явная насмешка над Артуром. Увидев улыбку Оуэна и глядя на него холодным взглядом, Герцог задал вопрос:

– Итак, вы хотите сказать, что прошлой ночью у Его Высочества был роман с моей женой?

– Ну, как сказать? – на прямой вопрос Артура Принц просто ответил странной улыбкой.

Когда от услышанного ответа выражение лица Герцога стало суровым, Оуэн рассмеялся про себя, будто это забавило его:

«Пока что всё идёт хорошо, как я и планировал.

Разве в прошлом, узнав о неверности своих жён, Артур Феликс не притворялся и не скрывал, что ничего не видел и не слышал?

Хотя люди из его окружения утверждают, что он, похоже, имеет особенную привязанность к нынешней жене Грейс, я ожидал, что их любовь рухнет из-за комплекса неполноценности Артура, которого до сих пор называют монстром.

Говорят, что достаточно одного-единственного сомнения, чтобы разрушить крепкую любовь.

Я надеялся, что от моих слов Герцог почувствует себя неполноценным, так что мало-помалу в его сознании зародятся сомнения относительно Грейс.

После чего, в конце концов, в их браке образуется трещина, и в тот момент, когда Артур бросит Грейс, я заберу её и дам этому монстру другую жену. Таков мой расчёт.

В любом случае, всё будет так, как я задумал.» – Оуэн продолжал думать, не сомневаясь, что будет так, как он этого хочет.

– Каждый раз, когда я встречаю Леди Грейс, всё, о чём я могу думать, так это о том, что она пустая трата времени для вас.

– ......

– Так жаль. Если бы Грейс родилась с магическими способностями, то будущей Принцессой была бы она, а не Марианна. На самом деле, это пустая трата времени. – с саркастической ухмылкой Оуэн посмотрел на Артура в маске, выражение лица которого было застывшим.

«В самом деле, если бы Грейс стала Принцессой, если бы она только могла увидеть настоящего монстра перед ней. Как было бы хорошо, если бы её сердце, которое говорило: «Неважно, монстр ли это или нет», было обращено ко мне.

Как жаль … Но ещё не поздно. Да, если только постараться пробудить комплекс неполноценности этого чудовища, что жестокий снаружи, но мягкий внутри.»

– ...... Ха-ха. – однако Артур, что молчал и с суровым выражением лица выслушивал сарказм Принца, внезапно разразился смехом.

Мужчина поднял свои странные сверкающие глаза прямо на Оуэна и сказал:

– Я уже давно знаю, что Ваше Высочество «положили глаз» на мою жену. Но я не знал, что вы настолько отчаялись, что готовы даже подшучивать надо мной.

– ...... Ха, неужели я позволю вам дать понять о том, что происходит между нами? Вы действительно так думаете?

– Да, верно.

– Вы действительно настолько сильно доверяете Леди Грейс? Но как насчёт того, что прошлой ночью мы с ней встретились наедине в тайном саду особняка Альбертон.

– Если это так, то должна была быть веская причина. – Артур ответил без колебаний, несмотря на слова Оуэна.

– ....... Ха.

«Как будто ему совершенно не интересны мои слова. Твёрдая вера Артура в Грейс произвела на меня впечатление.

Что же произошло всего за пару месяцев, что заставило этого монстра, обладателя комплекса неполноценности и низкой самооценки, выглядеть таким сильным?

Куда исчез тот монстр, что с пустыми глазами наблюдал за изменами своих жён, будто он уже был знаком с предательством и давно привык к этому. А когда девушки умирали или сходили с ума, Артур оплакивал их несчастье, и, казалось, он никогда не нёс обиду на них.» – при виде Герцога, у которого были доверительные отношения с супругой, Оуэн пришёл в ярость.

«Если честно, мне кажется, будто я схожу с ума от ревности. Ведь это вполне понятно, что причиной такого прочного доверия является Грейс.

Я не могу вынести этого ... свою зависть. Артур Феликс, что имеел такой же облик монстра, как и у меня… теперь же его лицо выглядит более человечным.»

Отбросив свои мысли, Принц зарычал на Артура слегка раздражённым голосом:

– Вы, должно быть, очень доверяете своей жене, Герцог Артур Феликс.

– Да, вы правы.

– Это забавно. Тогда почему такой человек всё ещё носит эту дьявольскую маску? Скажите мне честно, вы боитесь показать своей супруге настоящего себя, который на самом деле скрывается под этой маской? Как та Принцесса, что становилась всё более и более одержимой от очарования ваших странных глаз и лица под маской?

– ...... !

– Я уверен, что вы тоже знаете. Вас называют Герцогом-монстром не только из-за несчастий, постигших вашу семью. Как было сказано ранее, вы сами приносите несчастье своим существованием. Как думаете, почему женщины бесстрашно бросались на вас даже тогда, когда Принцесса приобрела дурную репутацию и умерла из-за вашего проклятия, что вы носите? Это было из-за вашей репутации, денег и вашего дьявольского лица.

– ......

– Вы прекрасно знаете, что ваша внешность, прежде чем пробудить в ком-то любовь, вызывает тёмные эмоции, такие как одержимость и чувство собственничества, верно? Вот почему вы не можете показать своего лица, даже несмотря на то, что отдали своё сердце Леди Грейс. Думаю, юная Леди тоже отдала вам своё сердце. – наблюдая за тем, как странные глаза Артура мрачнеют, Оуэн откровенно усмехнулся.

«Будучи таким же монстром, это невозможно – искать спасения в Грейс. А также она та женщина, которой я хочу обладать.» – глаза Принца потускнели от жадности обладания Грейс и чувства неполноценности по отношению к Артуру.

Мужчина приблизился к стоящему перед ним Герцогу:

– В мире нет женщины, способной когда-либо по-настоящему полюбить такого монстра, как вы. Возможно, увидев ваше спрятанное лицо под маской, Грейс Альбертон станет похожей на других ваших прошлых женщин. – грубо ответил Оуэн, словно осыпая Артура проклятиями, и усмехнулся, как победитель.

«Теперь, когда и без того низкая самооценка монстра пошатнулась, остаётся только ждать, когда в его сердце поселятся сомнения.» – безо всяких сожалений Принц прекратил односторонний разговор и развернулся.

«Всё, что теперь остаётся, это положить конец их крепким отношениям, и тогда Грейс будет моей.»

Глядя в спину Принца Оуэна, который всё дальше удалялся, Артур стиснул зубы:

« ...... Вот же ...

Внешне я притворялся спокойным, но на самом деле чувствовал обиду за то, что не смог уверенно опровергнуть эти слова, словно кинжал, которые без колебаний вонзились в мои слабые места.

Это было не из-за недоверия к Грейс. Это было из-за моего комплекса неполноценности и низкой самооценки.

Я был напуган.

Как сказал Оуэн, я действительно боюсь, что, увидев мою истинную чудовищную натуру, общепризнанную дурную репутацию, Грейс ещё больше отдалится от меня.» – Артур пришёл в ужас, когда к нему пришла эта мысль.

«... Дорогая Грейс. Мне страшно.

Как сильно вы можете любить меня? Не сбежите ли вы даже после того, как увидите настоящего «меня», который ещё более чудовищен, чем вы думаете?

Если это возможно, надеюсь, что вы не узнаете мою истинную чудовищную сущность до конца дней. Однако, если кто-то попытается увести вас у меня, тогда придётся рассказать вам все мои секреты.

...... Даже тогда, когда вы всё узнаете, будете ли вы продолжать смотреть на меня тёплыми глазами, как сейчас?

Боюсь представить, как Грейс смотрит на меня с призрением и холодным взглядом.

О Боже. Если это возможно, позвольте нам насладиться хрупким счастьем ещё немного.

Если можно, ещё чуть-чуть.» – снова вспоминая о своём чудовищном положении, Артур глубоко вздохнул.

«Я испытываю стыд за свою жадность, за то, что не хочу отпускать Грейс.

Трудно передать словами, в насколько поистине опустошённом чувстве я сейчас нахожусь.»

***

Тем временем Грейс, что с тревогой наблюдала из кареты за разговором двух мужчин, внутренне обрадовалась, когда Оуэн обернулся и, казалось, наконец, закончил свою речь.

«Наконец-то время, когда я была одна и нервничала, прошло.» – после того как Принц ушёл, Грейс ещё некоторое время выглядывала из окна и украдкой наблюдала за Артуром, пока он медленно направлялся к карете.

Когда мужчина подошёл ближе, девушка поспешно отдалилась от окна кареты, будто ничего не видела.

Вскоре после этого дверь кареты открылась, и Артур вошёл внутрь со слегка уставшим выражением лица.

– Вы благополучно закончили разговор? – спросила Грейс, пытаясь установить зрительный контакт с Герцогом, сидевшим напротив неё.

– ... Да, Миледи.

– Вы неважно выглядите. Его Высочество сказали что-то плохое?

– Нет. Просто это были несколько историй, которые прозвучат непристойно для ушей моей жены. – ответил Артур и беспомощно улыбнулся.

Услышав ответ супруга, Грейс нахмурилась. Видя, как Артур выглядит так, словно его здесь нет, девушка засомневалась в его словах и осторожно обратилась к нему:

– …… Герцог.

– Да, Миледи.

– Будьте честны со мной. Что сказал Его Высочество? – когда Грейс спросила с решительным видом, как будто она не отступит, пока не услышит ответ, на беспомощном и поникшем лице Артура появилась горькая улыбка.

Мужчина молча уставился на Грейс глазами, полными неописуемого волнения.

Увидев, как Герцог с трудом выдавливает из себя слова, Грейс почувствовала некую слабость, но вскоре вернула себе самообладание:

«Так или иначе, у меня есть предчувствие, что если я тихонько прикроюсь и отступлю отсюда, то в дальнейшем всё будет не так гладко.»

Последовало тяжёлое молчание. Всё это время Артур и Грейс обменивались взглядами, полными сложных внутренних чувств.

– Герцог, Мадам! Теперь мы можем потихоньку тронуться в путь? – снаружи, с места кучера кареты раздался голос, оповещавший их об отбытии.

Подготовка к возвращению в замок Феликс была завершена.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –