Глава 246.

По банкету, устроенному в саду Ромбарди, медленно шли пожилая женщина, молодой мужчина и молодая женщина. Эти трое человек не вписывались в окружающий их пейзаж.

Они были одеты в одежду, совершенно отличающуюся от богатой одежды знати империи.

Их одежда была в ярких основных цветах: красных, синих и жёлтых. Она отличалась прямой красотой без рисунков. А особая уникальность её была в том, что подолы женских юбок свисали до самой земли.

К тому же аксессуары из дерева, а не камней и золота, моментально привлекали внимание людей.

Но гости будто не чувствовали чужих взглядов. И, словно находясь на экскурсии, они медленно, шаг за шагом обходили место банкета, осматривая и декорации, и аристократов.

– Ай, здорово, – сказал мужчина со смуглой кожей и необычайно рыжими волосами. – Я слышал, что империя полностью отличается от нас. Но, в конце концов, увидеть это вживую – это не то же самое, что видеть по книгам!

Белые скатерти, покрывающие столы, вечнозелёные деревья прекрасной формы и красиво отросшие усы у случайно проходившего мимо мужчины. Молодой мужчина, шедший впереди двух женщин, изумлённо вскрикивал от всего.

– Вождь, как Вы? – это был небрежный тон, но во взгляде, обращённом к «вождю», было много глубокой любви.

– Я в порядке.

– Вы не можете просто продолжать говорить, что в порядке. Я – лекарь вождя. Если что-то случится, как я смогу смотреть в глаза людям племени? – ворча, мужчина взял с соседнего столика стакан со свежим соком.

Мягкий, почти невидимый свет зашевелился внутри стакана, когда он взбалтывал сок, а затем исчез.

– Да. Так лучше. Выпейте, вождь.

– Спасибо, Онта.

Пока пожилая женщина пила сок, младшая постоянно оглядывалась на неё.

Молчаливое, невыразительное лицо и отсутствие лишних движений напоминали прямо стоящее дерево.

– Ты прав, Онта.

– О чём Вы, вождь?

– Говоря, что империя сильно отличается от нашего племени.

– Правда? Я не понимаю, – Онта посмотрел на проходивших мимо аристократов в красивых одеждах и недовольно нахмурился. – В чём смысл подобной жадности? Я был бы счастлив, если бы смог поделиться этим со всеми.

– У каждого свой образ жизни.

– Но послушайте, вождь. Сколько людей из тех, что присутствуют здесь, действительно искренни и счастливы?

Когда Онта недовольно указал на толпу, старуха подняла взгляд морщинистых глаз, чтобы рассмотреть их.

Перед ней был вид переполненного банкетного зала под открытым небом, но она словно могла видеть что-то невидимое для других.

Пожилая женщина долго смотрела на них.

– Ты снова прав, Онта.

– Послушайте, – взволнованно ответил Онта. – Приятно увидеть империю из книг, но это не то место, где можно оставаться так долго. Поторопитесь, заканчивайте свои дела и возвращайтесь в деревню, вождь.

– Это путешествие определяется не твоими предпочтениями, Онта, – в конце концов Онту, который отчитывал старуху, отругала молодая женщина, сопровождающая её.

– Я знаю, Анай. Но пребывание в таком холодном регионе в течение длительного времени вредно для здоровья вождя.

– Хм, – Анай, всегда сохранявшая бесстрастное выражение лица, была поражена словам врача о здоровье вождя.

– Мы уже сообщили дворецкому, что мы здесь, поэтому просто подождём немного.

– Эх, давайте тогда прогуляемся…

– Не стоит, – сказала вождь, указывая в сторону большого здания. – Вон она идёт.

Головы Анай и Онты одновременно повернулись в том направлении.

Там шла женщина с распущенными каштановыми волосами, облачённая в красное платье.

– Дитя Шан, – сморщенные губы растянулись в лёгкой улыбке.

*****

– Вдруг бабушка? – Фирентия ощутила, как сердце начинает биться быстрее, пока шла к месту, указанному дворецким. – Отец знает о ней? – внезапно ей в голову пришла мысль об этом.

Но ответ получался отрицательным.

Если бы знал, то заранее сказал бы мне.

– Он сказал сад, – Фирентия вышла из главного здания и направилась в сад.

Для этого требовалось пройти через широкий банкетный зал, устроенный под открытым небом.

– Лорд Ромбарди!

– Приветствую!

– Поздравляю!

Тия отвлекалась, когда несколько аристократов смотрели на неё, говоря по одному слову за раз, но продолжала идти, время от времени отвечая и кивая.

– А, – и когда она дошла до конца банкетного зала, то смогла разглядеть вдалеке трёх человек.

Не было и возможности, что она ошиблась.

Потому что у них была уникальная внешность.

Глаза Фирентии встретились со взглядом её бабушки: пожилой женщины с длинными белыми волосами, собранными в хвост.

Не сводя с неё взгляда, Тия приблизилась к ним.

– Приветствую. Рада встрече, – и, медленно поклонившись, поздоровалась.

Ей ответил голос, наполненный дружелюбной энергии:

– Рада познакомиться, дитя Шан.

Дитя Шан.

Это было правдой, но несло немного своеобразное обозначение.

Но Фирентии оно понравилось.

В частности, ей, как лорду Ромбарди, понравилось, что её бабушка обладала достойными манерами, которые казались небрежными, и взглядом, который не избегал смотреть другим в глаза.

– Поговорим немного, – сказав это, бабушка Фирентии, казалось, сочла неудобным продолжение разговора здесь и направилась в вечнозелёный лес.

Она необычный человек, – подумала Тия и тихо последовала за ней.

Когда они с бабушкой дошли до середины леса, Фирентия заметила, что в какой-то момент двое других перестали следовать за ними.

Топ, топ, – когда раздавался лишь звук шагов, пожилая женщина заговорила первой:

– Дитя Шан. Твой имя… Фирентия?

– Да, верно. Могу ли я узнать имя бабушки?

Когда Тия назвала её «бабушкой», глаза пожилой женщины широко расширились, словно она была несколько удивлена, но вскоре на её губах появилась счастливая улыбка.

– Моё имя Соура. На языке племени это означает «глаза».

– Языке… племени?

– Племя Чара, которое я возглавляю, живёт в джунглях, обращённых к морю, на самом краю юга. Ты знаешь о нас?

– А… возможно…

Это из книги «Люди с Юга», которую я прочитала, как только вернулась.

Племя, открытое учёной по имени Рофили.

– Я не знала, что мама была из этого племени.

– Хо-хо, мы не часто говорим о племени за его пределами. После этого происходят неприятные вещи, – с лёгкой улыбкой сказала Соура. – Тогда ты должна знать, что у нас есть необычные способности.

– Помню, что читала в книге, что существует сила, называемая магией.

– О, точно. Кажется, ты читала книгу, написанную Рофили. Правильно. Это способность, которая исходит лишь от крови.

Однако слушая прямолинейное объяснение, в уголке сердца Тии зародилось сомнение.

Подобная сила действительно существует?

– Ты лучше остальных знаешь о ней, но сомневаешься. Какой забавный ребёнок.

– …Что?

– Разве ты ранее не испытала силу магии? Фирентия, которая снова живёт прошлым.

От этих слов по коже Тии пробежали мурашки.

– Что… Как?

– В этом моя сила, – немного туманные глаза бабушки посмотрели на Фирентию. – Я вижу то, что не видят другие. Иногда это прошлое, иногда чьи-то мысли. И очень редко, но я вижу будущее сквозь сны.

Тия ничего не могла сказать.

Она даже не знала, что сказать.

Как мне вести себя перед той, кто знает, что я вернулась в прошлое? – в голове Тии было звеняще пусто.

Соура, смотрев на неё, сказала так, словно в этом не было ничего плохого:

– У каждого из племени Чара есть по крайне мере одна особая сила. У Онты есть способность излечивать людей и делать лекарство из воды, – она указала на мужчину и женщину, ожидавших вдалеке. – А Анай движется как ветер. Она может победить десятерых людей за раз.

– Тогда со слов бабушки… моя способность…

– Скорее всего, способность повернуть время вспять.

Словно способность супергероя.

– Т, тогда мама?

– Сила Шан… видение будущего. От цветка, который сорвут завтра, до потопа, который унесёт жизни многих людей. Она могла увидеть всё. Сила Шан была настолько велика, что все думали, что она станет вождём после меня.

Фирентия была ошарашена, когда услышала тайну своей матери.

Соура сказала ей:

– Но ты лишь половина. В тебе течёт лишь половина крови племени Чара.

– Что?

Эту фразу я так часто слышала в прошлой жизни.

Половина.

Издевательства над тем, что я могу быть лишь наполовину Ромбарди, как бы я ни старалась.

Прошло много времени с тех пор, как я плакала из-за этого.

Хоть Фирентия ничего не сказала, её бабушка снова улыбнулась:

– Слушай, не обижайся. Наоборот, это хорошо.

– Хорошо?

– Способности племени Чара имеют свою цену, – Соура снова указала на мужчину. – Онта обладает способностями, которые могут спасти умирающих, но он не может смеяться. Не чувствует радости, – затем указала на Анай. – Анай быстрее и сильнее всех, но не чувствует боли. Даже если её живот будет проткнут во время битвы, она не узнает этого, пока не истечёт кровью настолько, чтобы умереть. А поскольку она не может испытывать боль, она совершила грех, с детства причинив боль многим людям.

– Тогда с бабушкой всё в порядке?

– Я… – Соура горько рассмеялась. – Как ты могла заметить, мои глаза почти не видят. И я потеряла самое дорогое для меня.

Что было самым дорогим для бабушки?

– Самым дорогим, что я могла видеть своими глазами, была моя дочь, Шан. Чем сильнее способность, тем больше дорогих для тебя вещей ты теряешь.

Ранее бабушка сказала…

Что силы мамы были необъятны и могущественны.

– Тогда мама…

– Срок жизни. Цена, которую приходилось платить Шан, – это её собственная продолжительность жизни, – ответив на это, Соура подошла к внучке и посмотрела на неё затуманенными глазами. – Поэтому, Фирентия, не грусти из-за того, что ты неполноценна. Благодаря этому ты выглядишь как пёрышко, вырвавшееся из плена Чара.

Неописуемое одиночество отразилось на лице пожилой женщины, когда она говорила это.

– Хо, хорошо… – Тия собиралась вздохнуть с облегчением, но у неё появился вопрос.

Могу ли я спросить её?

– У тебя, должно быть, много вопросов. Спрашивай, – сказала ей Соура, пока её внучка пребывала в замешательстве.

– Простите. Я не совсем понимаю. Разве вы только что не сказали, что мама человек, который видел будущее?

– Верно. Это была сила Шан.

– Но тогда… мама, должно быть, знала всё. Так почему она родила меня?

Мама умерла примерно через сто дней после моего рождения.

Если она видела своё будущее, то почему родила меня?

– Шан знала своё будущее. Конечно, и о твоём рождении. Шан решила родить тебя, Фирентия. Оставив своё племя и семью в джунглях, она отправилась в империю с Рофили после завершения той своего исследования. А затем переехала в поместье Ромбарди и встретила твоего отца, – покрытые пеленой глаза бабушки Тии затуманились ещё сильнее. – Хотя знала, что умрёт.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –