Тренировка, устроенная внезапно, сразу после прогулки в горах неподалеку от академии Рахельн.

Результат оказался куда плачевнее, чем можно было предположить.

Причиной тому послужили одни брат с сестрой.

В изначальных условиях победой считалось возвращение к подножию до заката.

Но брат и сестра выбрали иную цель: сбить с ног всех противников.

Не колеблясь ни мгновения, они ворвались в самую гущу сражения — и свалили членов отряда «Львов».

Крашу расправился с первым набором.

Шарлотта — со вторым.

Разгромив всех, эта парочка невозмутимо спустилась с горы, где их уже поджидали студенты факультетов боевых искусств и теологии.

Стоило тем увидеть последствия, как студенты-теологи поспешно бросились в гору.

Им предстояло лечить всех, кого успели искалечить брат с сестрой.

— Ты, блять, переборщил, — Астрия, оглядывая раненых, с ужасом посмотрела на Крашу.

Причина была проста: все до единого бойцы первого набора теперь были прикованы к больничным койкам.

Но Крашу ничего не мог с этим поделать.

«Три безумные кошки», следовавшие за Шарлоттой, отличались от остальных не только мастерством, но и нечеловеческим упрямством.

Они сражались так, словно горели желанием сжечь себя дотла, атакуя Крашу до самого конца.

Даже когда обе ноги были сломаны, их почетный замкомандира Кромошу продолжал подниматься, опираясь на каменные колонны, — зрелище не для слабонервных.

Потому и Крашу не мог позволить себе сдерживаться.

Раз уж противник идет напролом, он был обязан отвечать всей своей мощью.

— К тому же, не я один этим занимался, — Крашу, вспомнив Шарлотту, виновато почесал в затылке.

Первый набор пострадал знатно, но и второму досталось не меньше.

В самом плачевном состоянии пребывала Карандис.

Из-за того, что она продолжала двигаться с перебитыми костями и разорванными мышцами, ее тело превратилось в сплошное месиво.

Дошло до того, что для лечения пришлось в буквальном смысле собирать кости заново.

— А она ничего, молодец, — Крашу еще пребывал в шоке от состояния Карандис, как подошедшая Шарлотта бросила эту короткую фразу.

Крашу удивился этим словам куда больше, чем состоянию девушки.

Еще бы — Шарлотта крайне редко отзывалась о ком-то с похвалой.

«Что же она такого сотворила?»

Крашу обернулся к Карандис, и тут к нему подошла Харинг, восстановившаяся быстрее остальных.

— Она… она сражалась до самого конца.

Харинг, потирая травмированную руку, смотрела на Карандис.

Она видела её действия до самой потери сознания.

В тот миг, когда всех остальных уже вывели из строя,

Карандис, чей кулак уже лишился всякой силы, всё же умудрилась достать Шарлотту.

Вспоминая это, Харинг крепко сжала кулаки.

В тот момент упорство Карандис превзошло её собственное.

И этот её облик до боли напоминал Крашу.

— Карандис изо всех сил старается, чтобы оставаться рядом с тобой, Крашу.

— …

Крашу повернулся к Карандис.

В его воспоминаниях она была лишь одной из тех, кто бегал за Артуром, ослепленная страстью.

Да и мотивы её тогда казались довольно приземленными — настолько, что однажды даже Авелла, Алая Ведьма, которая по-настоящему любила Артура, обошлась с ней довольно грубо.

Тем не менее, даже тогда Крашу запомнил её упорство.

«Я ни разу не пожалела о тех усилиях, что приложила, чтобы стать женой господина Артура».

Даже получив от Артура холодный отказ, она говорила это, не отводя ясных глаз.

«Поэтому я буду любить господина Артура со всей отдачей до самого последнего вздоха. Ведь такова я».

Пусть её не выбрали, она сделала всё, что было в её силах.

«А каким был конец Карандис?»

Крашу не мог вспомнить её финал.

И это было неудивительно.

В то время она еще не принадлежала к поколению Небосвода.

Мастерство её было вполне достойным, но цели, которые она преследовала тогда, сильно отличались от нынешних.

«Она ведь определенно собиралась стать королевой Посеуса».

Если стремиться к вершинам поколения Небосвода, достичь престола Посеуса становится невероятно трудно.

У неё были таланты, но, честно говоря, в сравнении с поколением Небосвода они меркли.

Поэтому Карандис не могла усидеть на двух стульях.

Либо стараться стать королевой Посеуса.

Либо пытаться пробиться в поколение Небосвода.

Только выбрав что-то одно и вложив в это всю свою жизнь, она могла бы хоть чего-то добиться.

И она отказалась от поколения Небосвода.

Ведь Артур хотел видеть не Карандис из поколения Небосвода,

А Карандис, взошедшую на трон Посеуса.

Но даже это не удалось: Посеус, чья оборона ослабла из-за войны с Пожирателями миров, был разрушен «Императором Безумных Клинков».

Её конец наверняка пришелся на день падения королевства Посеус.

С тех пор Крашу её больше не видел.

«Если бы королевство Посеус не пало…»

Может, она действительно стала бы королевой?

Крашу снова посмотрел на Карандис.

Она, чье тело было изломано, но благодаря Астрии уже пошло на поправку, тихо и ровно посапывала во сне.

В отличие от прошлых попыток добиться признания Артура,

Сейчас она из последних сил грызла землю, отчаянно развивая свое мастерство.

Она даже успевала за темпом Харинг, чьи тренировки не уступали по интенсивности тренировкам самого Крашу.

Крашу прекрасно понимал, сколько усилий она вкладывает.

И он знал, ради кого она так меняет вектор своей жизни.

Ради него самого.

Карандис хотела оставаться рядом с Крашу.

И ради этого она безжалостно тренировала себя.

Она где-то на подсознательном уровне уловила: тот, кого хочет видеть Крашу — это человек, достаточно сильный, чтобы принадлежать к поколению Небосвода.

И пускай её старания продиктованы приземленными мотивами.

Для неё это была любовь, настоящая и искренняя.

— Крашу-ним.

В этот миг Карандис открыла глаза.

Встретившись с ним взглядом, она тут же просияла.

— Я… я смогла нанести удар Шарлотте-ним!

И она с гордостью произнесла то, чего добилась.

Напускная важность в её улыбке напомнила Крашу прежнюю Карандис.

Разве можно ненавидеть такого человека?

По крайней мере, Крашу не испытывал к ней неприязни.

Скорее наоборот — она ему нравилась.

Возможно, Карандис подсознательно почувствовала это и начала меняться.

Из уст Крашу вырвался короткий смешок.

Артур до самого конца так и не принял её.

Может, он с самого начала знал, что Карандис не достигнет престола Посеуса.

Ведь Посеус был одним из первых королевств, павших от рук «Императора Безумных Клинков».

Поэтому Артур и не вкладывался в Карандис.

А она, зная это, всё равно стремилась стать королевой, лишь бы остаться рядом с ним.

А что сейчас?

Теперь она делает всё, чтобы остаться рядом не с Артуром, а с Крашу.

В этот раз она трудилась усерднее всех.

Даже при том, что Крашу, как и тогда, не уделял ей особого внимания.

В голове Крашу на мгновение всплыла Карандис, поднявшая меч, чтобы защитить гибнущий Посеус.

Если бы это была театральная пьеса — никто бы и не заметил такого актера второго плана.

Однако этот актер, чтобы стать главным героем,

Вновь взял в руки меч, которым забыл, как владеть, стремясь стать королем, и встал на пути у «Императора Безумных Клинков», защищая Посеус.

Карандис Посеус была именно таким человеком.

Крашу на миг пожалел, что не видел этого своими глазами.

Финал этой истории, истории женщины по имени Карандис, наверняка был блистательнее, чем у кого-либо другого.

Рука Крашу медленно поднялась.

Опомнившись, он осознал, что ласкает Карандис по волосам.

Карандис, не осознав реальности происходящего, на секунду застыла.

Затем, глядя на него ошарашенным взглядом, она перевела глаза на его руку, продолжавшую гладить её по голове.

— Хорошо поработала.

В словах Крашу не было привычной вежливой формы.

Но Карандис, поняв их скрытый смысл, начала постепенно краснеть.

Лицо Крашу, встретившееся с её взглядом, озарилось очень нежной улыбкой.

Зная, что такое выражение лица он демонстрирует другим крайне редко, Карандис заметно занервничала.

Её кожа, и без того здоровая, вспыхнула ярким пламенем.

— Э-э, а-а… э-э-э.

И она, словно неисправный механизм, начала дергаться.

А затем, медленно, начала натягивать одеяло до самого лица.

Да и как иначе?

Таких ощущений она еще никогда в жизни не испытывала.

Обычно смелая и решительная, сегодня она не могла даже взглянуть ему в глаза.

Сердце колотилось в груди с какой-то странной, неподвластной ей силой.

Не зная, что творится у неё в душе, Крашу убрал руку.

Гладить принцессу по голове, быть может, и граничило с неуважением, но он посчитал, что она заслужила хоть это.

— Поправляйся.

Чтобы дать Карандис отдохнуть, Крашу развернулся и вышел из палаты.

Следующая за ним Харинг видела, как Карандис уже с головой зарылась под одеяло.

Харинг прекрасно знала, когда у Карандис бывает такая реакция.

— …Соперница.

Она вспомнила недавний разговор с Карандис.

Среди женщин, которые необычайно часто собирались вокруг Крашу,

Теперь определенно была и Карандис.

И в будущем она наверняка станет серьезной помехой.

С такими мыслями Харинг вышла из палаты.

С твердым осознанием, что и ей самой нельзя стоять на месте.

＊ ＊ ＊

После тренировки в отряде «Львов» произошла одна перемена.

Заключалась она в том, что график их тренировок стал жестче, чем когда-либо.

Причина была до боли проста.

Их выбесило, что брат с сестрой так их отделали.

Прежде чем стать последователями Шарлотты и Крашу, они сами были воинами, оттачивавшими мастерство боя.

Поражение задело их за живое, и весь пыл этого гнева ушел в тренировки.

В результате по академии Рахельн поползли странные слухи.

Будто члены «Львов» толпами вламываются в столовую, словно нищие, быстро едят и тут же исчезают.

Звучало как городская легенда.

Но для других отрядов, которым вскоре предстояли межфакультетские матчи, это было вовсе не тем, что можно пропустить мимо ушей.

— Выходит, «Львы» тренируются?

И среди тех, кого это касалось, конечно же, была Сигрин.

Третья принцесса Империи Сигрин Эфания, возглавлявшая один из отрядов — «Стар-он».

У неё и так болела голова из-за того, что поколение Небосвода совершенно не поддавалось контролю, а тут еще и такие новости — она невольно нахмурилась.

Тай Попоа, один из близнецов-змеев, её доверенное лицо с черными волосами, склонил голову:

— Да. С тех пор как они вернулись с той самой «прогулки» в горы, все израненные, их тренировки стали куда интенсивнее.

— …Прогулки?

Сигрин нахмурилась еще сильнее.

В тех горах, куда они якобы ходили гулять, не было ровным счетом ничего примечательного.

Что же они там делали, раз их боевой дух так взлетел?

«"Львы" вроде бы не были склонны к такой сплоченности».

Шарлотта, чей характер отличался крайней свободой, обычно почти не занималась отрядом.

В результате «Львы» не были слаженным коллективом.

Когда лидер не хочет брать на себя роль руководителя, сплотить людей трудно.

Однако, судя по отчету, произошло чудо.

Они внезапно стали единым целым.

«Там ведь были "Три безумные кошки"».

Они и раньше хорошо ладили и следовали за Шарлоттой.

Но даже так, если убрать Шарлотту, по силе первый набор «Стар-она» превосходил их.

Ведь Сигрин активно собирала талантливых учеников, и именно в «Стар-оне» было больше всего представителей поколения Небосвода.

«Проблема во втором наборе».

Из-за Крашу во втором наборе собралось немало представителей Небосвода.

Фактически, можно было сказать, что все сильнейшие бойцы второго набора сконцентрировались в «Львах».

Сигрин тоже старалась собирать учеников второго набора, но реальности такова: они проигрывали «Львам».

К тому же в составе второго набора «Львов» был еще и лже-Артур.

Похоже, он пробрался туда, чтобы выведать информацию.

Но раз уж он вошел в «Львов», то просто так бездельничать ему не позволят.

— Тц.

Она с раздражением цокнула языком.

Более того, на мгновение она вспомнила Мэри.

Пусть в другом, но в плане боевой мощи она была настоящей опорой.

Если бы она была рядом, второй набор не проигрывал бы так безнадежно.

В её глазах на секунду промелькнуло сожаление.

Но вскоре она отбросила эти мысли.

Потому что прекрасно знала о слабых местах Мэри.

«Плевать. Я всё равно нашла замену».

Сигрин повернула голову и посмотрела в окно.

— Глен должен был вернуться завтра, так ведь?

— Да, всё верно.

Услышав ответ белого змея Тай Попоа, она улыбнулась.

Величайшее копье, созданное на замену Мэри.

Настало время продемонстрировать это миру.

«Нехватка сил во втором наборе — это дело поправимое».

Межфакультетские матчи «Стар-он» выиграет в любом случае.