Не знаю, делал ли он это из-за тоски или просто по наивности.

Я вдохнула воздух и закрыла глаза. Затем, глубоко выдохнув, открыла.

Когда мой взгляд упал на его руку, там было то, что беспокоило меня раньше... Глаза застыли на месте.

Конечно же.

Его запястья были расцарапаны и покраснели от наручников. Бедняга.

Он проследил глазами, где остановился мой взгляд, склонил голову набок, словно недоумевая, что же не так. Наши глаза в одно мгновение встретились, после чего я слегка пожала плечами и произнесла:

— Разве у тебя не болит запястье?

Он был невосприимчивым ребенком; нет, зверем, который не мог сказать, что ему плохо. Он понятия не имел, что такое боль, и как почувствовать её на своем теле.

— Не болит, - послышался ответ спустя мгновение.

Я негромко хихикнула, услышав его тоненький голосок.

"Что делать с этим человеком?" – подумалось мне. Не знаю, почему мне было смешно, но то, что он заговорил, даже обрадовало.

— Надеюсь, однажды я узнаю, каково чувствовать боль, – сказал Рикдориан.

Сейчас я не в состоянии ему это объяснить.

Он поймет со временем. Тяжело объяснять что-то тому, кто никогда этого не чувствовал и не знал. Я сжала его руки.

Когда это произошло, цепи звякнули. Звук эхом разнесся по всей камере. Наступила тишина. Между нами и цепями больше никого нет. Я заговорила, нарушая молчание:

— Важно осознавать боль, - проговорила я. Он вздрогнул и посмотрел на меня с чуть побагровевшим лицом. Затем сжал губы и посмотрел вниз.

— Боль также является предупреждением о более серьезной опасности. Так ты можешь избегать попадания в опасную ситуацию. Пожалуйста, не игнорируй ее. Не позволяй другим вещам и людям причинять тебе боль, – осторожно пояснила я.

— Вещи, которые делают тебе больно... – пробормотал Рикдориан.

— Верно. Если не можешь ничего сделать прямо сейчас, всё равно постарайся выжить. Здорово было бы вообще ничего не чувствовать, пока ты отсюда не выйдешь.

Я взяла его руку и положила ее себе на грудь. Он взглянул сначала на свои руки, потом на меня. Я заметила, что его глаза немного сузились, но потом это прошло.

— Ты можешь подождать подходящего момента и возможности.

Не знаю, как много получится ему объяснить, чтобы ясно дать понять. Было бы неплохо рассказать что-то более лёгкое для понимания. То, что можно легко запомнить. По крайней мере, тогда он не запутается.

— Когда-нибудь все вернется на круги своя.

Этот день обязательно наступит.

Кажется, он совсем ничего не понял, но все же медленно кивнул.

— Договорились? Если тебе больно, говори об этом... Ты не хочешь, чтобы тебе было больно. Никто этого не желает. А теперь иди за мной. Постой, нет... Я не могу, я не буду жить, – в шутку добавила я в конце.

Он сощурил глаза, и я поняла, что означает его выражение. Он не поверил моей шутке. Может, просто не понимает? Конечно, это вряд-ли могло бы сработать в данной ситуации.

Вскоре Рикдориан повторил, что понял только предыдущее выражение. Честно говоря, он совершенно ничего не смыслит в большинстве вещей.

— Ты не хочешь?

— Ха. Я не хочу.

"Я ненавижу его, ненавижу его..." – тихо бормотала я, повторяя словно мантру.

Он выпрямился и посмотрел прямо сквозь меня.

П.п.: Мантра — это молитва.

— Помни, я буду... – ледяные голубые глаза уставились прямо на меня, буквально пронзив своим холодным взглядом.

— Никто... не говорил мне... обо всем, что ты только что рассказала... – он крепче сжал мои пальцы своими.

Я почти забыла, что он сжимал мои руки, пока мы разговаривали. Его крепкая хватка заставила меня почувствовать, что он вливает в меня свою силу, как бы убеждая меня в этом.

— Кроме тебя, – добавил он.

Рикдориан выглядел счастливым.

Однажды я смотрела видео, на котором брошенная собака ярко улыбалась своему приемному сыну. Удивительно, что даже лишенное дара речи животное может испытывать такой восторг.

Кроме того, я первая, кто вытащил его из подвала, поэтому ничего не могу с этим поделать. Будь я на месте Рикдориана, то была бы обязана своему спасителю жизнью, за то, что он пощадил меня, позаботился обо мне. Но я точно знаю, даже если и сделаю что-то неразумное, это все.

— И еще кое-что, – уголки моих губ приподнялись губ и я усмехнулась, словно была готова кого-то разыграть. Он поджал губы. В течение каких-то трёх секунд на его лице было выражено удивление, а затем послышался его низкий, медленный голос.

— Не отдавай его мне.

Просто для понимания. Ограничения на то, что я могу ему отдать, очень легко представить. Я рассказывала об этом ранее. Не буду повторять ещё раз, но это не значит, что я могу давать ему еду в любое время.

— Помнишь, что я говорила раньше? Скажи "нет". Не бери еду, даже если хочешь попросить у меня немного. Еда - равно нет. Но это не значит, что нужно голодать. Тебе необходимо научиться заботе о себе, и еда - один пункт из этого списка.

Он остановился. Я решила, что стоит продолжить говорить, раз уж он слушает.

— Кто-либо может обмануть тебя в любое время, в любом месте, и ударить в спину. Еда может быть опасной или даже отравленной. Так что не доверяй даже мне.

Потому что я именно та, кто исчезнет, получив желаемую услугу.

— Нет, – сказал Рикдориан.

— Что? – спросила я, убеждаясь, правильно ли его расслышала.

— Ты учила меня говорить "нет", если мне это не нравится, – просто и уверенно сказал он.

Я не смогла скрыть своего удивления.

— Ого... а ты быстро учишься.

На меня нахлынуло чувство, что я проделала отличную работу.

Не думала, что это то, что нелегко сделать с людьми... Я задалась вопросом, так ли просто воспитывать домашнее животное. Сначала немного сложно. Но, должна признать, сейчас становится намного легче.

— То, что я сказала - правда. Всегда помни об этом. Нет ничего хорошего в том, чтобы получать от меня угощения. Запомни, ладно?

— Почему... – спросил он, когда я ткнула его в щеку.

— Во-первых, я не могу лечить твои запястья, пока не добуду лекарство.

Рикдориан медленно опустил взгляд на свои запястья и убрал их за спину.

"Кроме того... я здесь, чтобы сделать с тобой кое-что плохое".

Плохое дело, рак. Да. Плохое дело.

Вспомнив об инструменте, который дал мне Джэйр, я прикусила себе язык. Не могу позволить ему выплеснуть все.

"Плохой... поступок?"

Как я уже говорила, я искать Рикдориана. Я долго размышляла об этом, но ничего не могла придумать, если это обернется так, и думала о том, чтобы после просто уйти.

Тем не менее, как бы я не размышляла, ни мои принципы, ни моя совесть не позволяли мне сделать этому человеку больно. Я не могла оставить его одного. В то же время мое тело слегка дрогнуло.

"Тогда, чего плохого в том, если тебя ударят?"

"Э... Хм..."

"Ты останешься со мной?" сказал Рикдориан, притягивая меня к себе, но я была так смущена, что споткнулась.

Тем не менее, Рикдориан поймал меня, потерявшую равновесие. К несчастью, он не смог держаться на весу от неожиданного удара, и мы рухнули на пол.

Ахххх, Боже мой!!!

В конце концов, тело Рикдориана понесло меня назад. Я зажмурила глаза, чувствуя поступающее головокружение. Потребовалось какое-то время, чтобы осознать, в каком положении я сейчас нахожусь.