Мэн Хао парил высоко внебе. Онбыл единственным человеком напервом континенте, кого незатронуло исчезновение энергии Неба иЗемли. При виде девятой реинкарнации своего клона, изуродованного лица Янь’эр иМань онпомрачнел. Какое-то время понаблюдав засемьей внизу, онтяжело вздохнул. Ондосих пор считал, что лучше было невмешиваться.

Прошло несколько месяцев. Несмотря наслепоту, Сяо Бао был искусным плотником, внынешние времена это был незаменимый навык. Поэтому ему одному изнемногих среди выживших позволили жить внутри горной пещеры. Из-за недостатка еды Сяо Бао иего жена сильно похудели. Янь’эр лишилась своей красоты, еёволосы налипли начереп как лепестки увядшего цветка.

Втакое непростое время она могла жить намного лучше, пожелай она того. Потеря культивации нелишала еётела способности крегенерации. Вскоре шрамы, уродовавшие лицо, исчезли, она вновь стала красавицей. Девушки, наделенные природной красотой, могли весьма неплохо жить, даже когда мир катится втартарары. Вместо этого она уродовала своё лицо каждый раз, как оно исцелялось. Она предпочла остаться сСяо Бао идочерью, сосвоей семьей.

Ничего неизменилось стех пор, как она впервые увидела Сяо Бао ипоняла, что это реинкарнация еёнаставника, которую она столько лет искала. Как итогда она прошептала:

—Яздесь, чтобы защитить тебя…

Современем ситуация становилась только хуже. Температура снаружи упала дотакой низкой отметки, что теперь люди немогли слишком долго находиться вне укрытия, иначе они замерзали насмерть. Современем Сяо Бао забросил плотничество исосредоточил все силы надевятой запечатывающей метке. Это был его главной целью, его одержимостью, смыслом его жизни. Онработал непокладая рук.

Его без того низкое положение среди выживших впещере стало еще ниже. Постепенно наименее терпимые решили, что имнеочень нужен плотник, чем еще сильнее усугубили положение СяоБао. Несмотря наизрезанное шрамами лицо, тело Янь’эр еще непотеряло своих манящих форм, отчего жилось имеще сложнее, особенно вокружении обозленных искучающих мужчин, постепенно терявших свою человечность. Самое ужасное было то, что ихдочери исполнилось шестнадцать.

Одной тихой ночью Мань пропала. Узнав обэтом, вСяо Бао иЯнь’эр что-то надломилось. Ихмир обрушился. Вдвоем они покинули пещеру иотправились напоиски дочери.

—Мань…

—Доченька, отзовись!

Они всё звали извали, неоставляя поисков. Сяо Бао невольно вспомнил ослучае издетства, как сам однажды заплутал влесу изаплакал отстраха. Сейчас онтоже был напуган, ноусилием воли заглушил страх ипродолжил искать дочь.

Входе поисков ониЯнь’эр разделились. Держась рукой заскалу, оншел вперед ивремя отвремени окликал дочь. Спервыми лучами рассвета онненашел никаких следов. Никто извыживших нестал помогать имискать, удостоив ихлишь неприветливыми взглядами.

—Мань… моя Мань…

Сгорькой улыбкой Сяо Бао неоставлял поиски. Если еёнемогла найти его жена, точто мог сделать он, слепец. Ончувствовал свою беспомощность из-за неспособности видетьмир. Совершенно бесполезным… Как вдруг неподалеку послышался чей-то отчаянный крик. Так могут кричать только те, кто готов расстаться сжизнью. Голос принадлежал неМань, аего жене.

Сяо Бао задрожал. Его глаза немогли видеть, ноони всё равно налились кровью. Онбросился назвук, ксчастью, кричали неочень далеко. Побежав, онпочти сразу запнулся иударился головой окамни. Необращая внимания натекущую кровь исаднящие руки иноги, онвновь поднялся ипобежал. Наконец онуслышал зловещий голос:

—Грязная потаскуха. Хоть тырожей невышла, тымне приглянулась, слышишь? Это твой счастливый день! Дай мне то, что яхочу, итвоя семья получит кило мяса. Что скажешь?!

Нанебольшом ровном участке впереди вжавшись вскалу стояла Янь’эр. Ксвоему горлу она приставиланож. Еёокружали трое крупных мужчин. Скультивацией она убилабы иходной силой взгляда, носейчас она была лишь беззащитной смертной женщиной.

Пока мужчины подступали всё ближе, она сослезами наглазах закусила губу, готовая перерезать себе горло, как вдруг увидела залитого кровью СяоБао. Его заметила нетолько Янь’эр. Трое мужчин обернулись изагоготали.

—Авот ислепой! Отлично. Выдвое, схватитеего. Атеперь послушай сюда, сука. Будешь хорошей девочкой, итвой папочка несварит инесъест твоего горе-муженька прямо утебя наглазах!

При виде Сяо Бао нож вруке Янь’эр дрогнул. Двое мужчин пошли заСяо Бао, пока третий сгнусной ухмылкой приближался кЯнь’эр.

Внезапно Сяо Бао улыбнулся. Будучи вкрови сног доголовы, его улыбка вышла довольно жуткой. Онрезко поднялся наноги, словно почувствовал внезапный приливсил. Как будто пробудилась вся потенциальная энергия его жизненной силы. Напрыгнув наодного изнападавших, онвпился зубами вегошею. Тот явно неожидал отослабевшего слепца такой прыти. Сдиким воплем мужчина попытался зажать раны нагорле. Его товарищ успел только ахнуть.

Уши Сяо Бао едва заметно шевельнулись, ионвновь накинулся накричащего мужчину, став вырывать зубами куски плоти. Здоровяк рядом сЯнь’эр яростно взревел ипобежал клежащему собрату, нотут сзади нанего бросилась Янь’эр ипринялась раз заразом всаживать ему вспинунож. Последний нападавший вужасе бежал.

Искромсанный мужчина под обезумевшим Сяо Бао наконец испустилдух. Качаясь, ондобрел дожены изаключил еёвобъятиях. Вместе они заплакали.

Они так иненашли дочку. Впещере вернувшуюся пару выжившие встретили опасливыми взглядами. Вэтом катящемся кконцу мире люди боялись только уродства. Чем уродливее был человек, тем сильнее его боялись.

Позже имрассказали, как прошлой ночью группа молодых людей похитила Мань иувела внеизвестном направлении. Многие полагали, что Мань уже никогда невернется, амолодые люди, наигравшись сней, вернутся впещеру. Носрассветом никто непришел.

Увыживших имелись догадки относительно произошедшего, ноникто незнал наверняка, какая судьба похитителей идевушку постигла. Разумеется, никто впещере немог знать, что уподножья горы вдругой сети пещер уже покрывались инеем четыре бездыханных тела.

Налицах четверых молодых людей застыли предсмертные гримасы ужаса. Изначально Мэн Хао решил невмешиваться вжизнь клона иего отношения сЯнь’эр, носовременем жизнь девятой реинкарнации начала меняться, асней подверглась испытанию ирешимость Мэн Хао.

После похищения Мань четырьмя молодыми людьми Мэн Хао больше немог оставаться встороне. Всё-таки дочь девятой реинкарнации была его плотью икровью. Онзабрал Мань надевятый континент. Будучи девятым парагоном иглавой девятой секты, ему достаточно было обмолвиться другим парагонам отом, что это его дочь, чтобы Мань доконца жизни обладала высочайшим статусом.

Предназначением девятой реинкарнации оставалось завершение девятого заговора. Янь’эр была взрослой женщиной, способной самостоятельно принимать решения. Унеё имелась своя карма.

НоМань была невинной душой, которая незаслужила лишений иужасов первого континента.

Тепло посмотрев надевушку, Мэн Хао покинул девятую секту ивернулся кпещерам напервом континенте. Там ситуация поменялась влучшую сторону. Жизнь Сяо Бао иЯнь’эр изменилась. Они показали жителям пещеры свою жестокую сторону, особенно Сяо Бао, который насмерть загрыз человека. После обнаружения двух тел маленькая группа выживших, досаждавшая Сяо Бао, изстраза больше нетрогала его.

Современем Сяо Бао иЯнь’эр узнали очетырех телах вдругой пещере. Другие выжившие подтвердили, именно эти четверо похитили Мань. Ихубили довольно давно ивсёже никаких следов Мань небыло обнаружено. Как будто она просто испарилась.

Такой печальный исход всёже оставил Сяо Бао надежду. Понеобъяснимой причине онбыл убежден, что Мань уцелела иполучила величайшее благословение всвоей жизни.

Слепота Сяо Бао непозволила ему увидеть лица жена, когда тастояла над трупами четырех похитителей. Первоначальная растерянность быстро сменилась потрясением. Она незнала, кто спас Мань, новсё указывало нато, что этот кто-то обладал невероятным могуществом. Несмотря нанынешнее состояние Неба иЗемли, непозволявшее пользоваться культивацией, этот человек как-то сумел покинуть первый континент.

Сбольшой вероятностью Мань находилась вбезопасности. Ноеёпохищение всё равно тяжело далось СяоБао. Его поразила серьезная болезнь, принявшаяся разрушать его тело.

Вовремя конца света любая болезнь равнялась смертному приговору. Янь’эр делала всё веёсилах, чтобы выходить больного мужа. Год спустя оннаконец поправился, ноотЯнь’эр остались лишь кожа дакости. Насамом деле без жены Сяо Бао никогдабы несмог выздороветь.

Онираньше был неособо разговорчивым, однако болезнь сделала его еще более замкнутым. Большую часть времени онпроводил заработой над статуэткой. Десятки лет кропотливой работы сделали еёповерхность гладкой как стекло итемной как ночь.