Всё, что погибло впрошлом, неважно замерзли они или утонули, былили практиками илиже смертными, животными или растениями: все воскресли! Даже если оттел ничего неосталось, они возвращались кжизни изничего! Разрушенные строения иобрушившиеся горы восстановились вмгновениеока. Все земли первого континента… вернулись ксвоему первозданному виду!

Согласно древней пословице, когда человек достигал Дао, все, кто ниже его, тоже возносились. Именно это ипроизошло сзаговором Запечатывания Небес. Изсмерти родилась жизнь!

Пока всё восстанавливалось, первый континент заполонилгул. Планета Безбрежных Просторов задрожала, как ивсё звездное небо Всевышнего. Миры, пыль, всего коснулась эта дрожь. Практики, животные, другие формы жизни визумлении задрожали.

ШаЦзюдун, Цзинь Юньшань невольно поёжились. Вглазах Бай Учэнь застыло изумление. Углавы школы приоткрылся рот, аостальные практики с9 эссенциями ивовсе оцепенели. Каждый чувствовал сильное желание опуститься наколени ипоклониться первому континенту. Словно там рождалось нечто… превосходящее сами Безбрежные Просторы.

Вместе, где Мэн Хао нашел первый осколок зеркала, спал огромный василиск, его сила равнялась пику 9 эссенций. Внезапно онвздрогнул ипораженно открыл глаза.

Вмире Огня иПламени гигант ледяной горы иогненный феникс тоже почувствовали эманации, расходящиеся позвездному небу Всевышнего.

Напроцветающем континенте Бессмертного Бога находилась самая значимая извсех местных сект. Вэтой могущественной организации жил ученик поимени Дао Небес, недавно ставший новым избранным. Сейчас онмедитировал впозе лотоса. Многие годы его мучили вопросы иподозрения. Ивсёже ему так инеудалось доказать или опровергнутьих. Более того, идеи унего вголове казались ему слишком фантастическими, чтобы быть правдой.

Как вдруг весь континент Бессмертного Бога задрожал. Всё живое наконтиненте оставило свои дела ипосмотрело вверх. Смертные, практики идаже животные внезапно потеряли способность двигаться. Весь мир остался без движения ипогрузился втишину. Заисключением Дао Небес. Онмог двигаться. Поего телу пробежали мурашки, когда онпочувствовал знакомую ауру. Наего лице расцвела улыбка, анаглазах навернулись слёзы. Наконец онзапрокинул голову ирасхохотался. Впрошлом онбыл практиком Эшелона сПервой Горы.

Нечто подобное произошло вмире Дьявола ина33 Небесах над бабочкой Горы иМоря. Снаружи 33 Небес нёс стражу ДаоФан. Внезапно унего ёкнуло сердце.

Всё звездное небо Всевышнего сотрясала дрожь, разносился грохот, похожий нараскаты грома. Воля Всевышнего взревела отярости. Вот только кеёярости примешивался… страх! Еёнапугала новая аура, появившаяся взвездном небе. Новая сила, Дао… сместившее НебесноеДао! Его можно было назвать… Дао Запечатывания Небес!

Дао Запечатывания Небес посвоей природе было тираническим. Оно недопускало неподчинения. Непозволяло другой воле изменить себя. Оно могло заставить Небеса открыть изакрыть свои очи.

Если яхочу, чтобы Небеса сомкнули очи, они непосмеют ослушаться! Если яхочу чего-то, лучшебы Небесам это иметь! Если мне что-то непонраву, этому лучше исчезнуть из-под Небес!

Напервом континенте планеты Безбрежных Просторов все воскресли… кроме замерзшей насмерть Янь’эр. Споследним штрихом Сяо Бао бросил Мэн Хао свой нож истатуэтку.

Его глаза изменились. Раньше вних небыло зрачков, нонетеперь. Онвпервые смог узреть мир, увидеть свет, ноему было навсё это плевать. Онмедленно опустил глаза нажену иулыбнулся. Впервые вжизни онувидел, как она выглядела. Еёлицо пересекали шрамы икровоподтеки, всё веёоблике отталкивало, нодля Сяо Бао небыло женщины прекрасней.

Онопустился перед ней наколени исудовлетворенной улыбкой обнялеё. Вконце концов онзакрыл глаз. Его аура исчезла, апотом душа покинула тело. Вместе состальными душами других реинкарнаций она лучом света растворилась встатуэтке вруках МэнХао. Статуэтка ярко вспыхнула, теперь она была закончена.

Эта статуэтка представляла собой девятый заговор МэнХао. Как только онвберет еёвсебя… тосможет объединить девять заговоров! Ивсёже оннечувствовал радости. Сложно сказать, что ончувствовал, глядя нато, как тело Сяо Бао медленно превращалось вроссыпь сияющих огоньков, которые поднимались ввоздух ирастворялись вего теле. Всё-таки онссамого начала был частью Мэн Хао.

Мэн Хао понимал, Сяо Бао мог отказаться отсвоего предназначения. Даже при том, что Мэн Хао являлся истинной сущностью, аСяо Бао— клоном, частью его самого. Ему ненравилось, что его жизнью кто-то управлял, ненавидел, когда кто-то другой менял его судьбу. Тем неменее витоге онзакончил девятый заговор ипомог Мэн Хао.

Разумеется, Мэн Хао знал, что сделал онэто неради него… аради Янь’эр. Девятая реинкарнация его клона любила Янь’эр куда сильнее, чем истинная сущность.

Мэн Хао еще долго стоял впещере. Наконец последний огонёк Сяо Бао растаял унего под кожей. Последним напоминанием осуществовании клона были нож идеревянная статуэтка. Мэн Хао вздохнул. Тело Янь’эр тоже постепенно исчезало, обращаясь всияющие огоньки. Еёдуша, целая иневредимая, парила прямо перед Мэн Хао.

Еёвзгляд был направлен наисчезающее тело иместо, где пару мгновений назад лежал другой человек. Спустя какое-то время она повернулась кМэн Хао.

—Как мне стоит вас называть? Девятый парагон? Наставник? Или Сяо Бао? —тихо спросила она.

Коротким движением кисти Мэн Хао заставил появиться две пряди души. Одну онвырвал издуши Хань Бэй, другая хранила всебе воспоминания изпрошлой жизни. Пряди сплелись воедино, породив поток света невероятной красоты, который заструился кЯнь’эр.

—Это часть твоей души,— объяснил Мэн Хао,— если тывберешь еёвсебя, твоя душа наконец станет завершенной, итывспомнишь своё прошлое. Тывспомнишь… кто ятакой.

Янь’эр молча посмотрела напритягательный свет. Еёгубы медленно изогнулись вулыбке.

—Что стало сМань?

—Она вдевятой секте.

Янь’эр кивнула ипосмотрела вдаль. Спустя какое-то время она опять заговорила:

—Девятой реинкарнации достаточно. Какой прок отпрошлых воспоминаний? Уверена, ихсопровождает неменьше сожалений. Язнаю только одно: вымой наставник, ичто япрожила хорошую жизнь.

Она намгновение закрыла глаза. Когда они вновь открылись, тобыли чисты исветлы. Взмахом пальца она заставила прекрасный свет, хранящий воспоминания изпрошлой жизни, исчезнуть. Сложив ладони, она поклонилась Мэн Хао.

—Эта жизнь закончена. Наставник, ябольше небуду мешать вашей жизни. Спасибо, что все эти годы заботились обо мне.

Она одарила Мэн Хао прощальным взглядом иотвернулась. Перед ней раскрылся водоворот реинкарнации. Водном шаге отнего она внезапно остановилась.

—Выобещали рассказать остаток истории ЧуЮйянь, нояуже знаю, очем она будет.

Девушка улыбнулась иглубоко вздохнула. Она давно догадалась, что именно она была второй частью истории ЧуЮйянь. И, похоже, она наконец решила сбросить ссебя груз всех мирских забот. Янь’эр несоврала, она ивправду неиспытывала сожалений. Помахав Мэн Хао напрощание, она расслабленной походкой вошла вводоворот реинкарнации. Ейненужна была вечность слюбимым, достаточно было одной жизни.

Мэн Хао остался впещере один, вего взгляде пустота. Девятый заговор был готов, нооннетолько нечувствовал радости, его сердце сжала втиски тоска. Наконец сбросив ссебя оковы меланхолии, онспрятал эти чувства вдальний уголок своего сердца ивышел изпещеры. Под легким бризом зашуршали полы его халата, словно забирая ссобой все плохие воспоминания.

Его глаза засияли решимостью. Последняя тысяча лет культивации ипережитого выковали изнего нечто намного крепче стали. Заобманчиво молодым лицом скрывалась усталость, которую носил всебе человек, очень долго живший насвете ивидевший слишком много. Вокруг его глаз появились едва видимые морщинки. Ему даже вголову непришло скрыть все эти изменения.

«Пора возвращаться домой…»— подумал он, глядя наголубое небо ипышные облака.

Влуче красного света рядом приземлился мастиф имолча посмотрел нахозяина. Мэн Хао потрепал пса поголове. Блеск его глаз стал еще ярче.

—Сначала надо убедиться, что девятый заговор готов. Потом явберу его всебя иобъединю все девять, после чего потушу бронзовую лампу. Тогда ядостигну трансцендентности. Потом… мысможем вернуться домой!

Говорил оннеочень громко, ивсёже его голос растворился сНебом иЗемлей, распространившись через звездное небо. Вмире бабочки Горы иМоря внезапно послышался едва слышный голос:

«Явозвращаюсь!»