Эхо звучало одновременно совсех сторон, изразных времён имест. Этот звук должен был похоронить Мэн Хао, ноонлишь холодно фыркнул. Волны исказили пространство, отрезая его отзвёздного неба Безбрежных Просторов.

Проигнорировав вой звёздного неба, Мэн Хао вложил душу холодца вдоспехи. Вмгновение ока посеревшим доспехам вернулся прежний блеск, апотом они зашевелились, словно вних вдохнули жизнь.

Начала нисходить воля звёздного неба Безбрежных Просторов, нопрежде, чем она достигла Мэн Хао, онхолодно смерил еёвзглядом. Выполнив магический пасс, онмолниеносным движением пальца отправил ейнавстречу девятый заговор.

—Как тысмеешь угрожатьмне? Думаешь, эта жалкая демонстрация силы напугает меня? Несмей являться комне, если несобираешься биться сомной допоследнего. Aтеперь проваливай!

Онпроизнёс всё это совершенно спокойно, нокаждое его слово разносилось поокруге подобно раскату грома. Воля звёздного неба Безбрежных Просторов была смята ираздавлена.

Перестав обращать внимание наволю звёздного неба, Мэн Хао повернулся кхолодцу. Внём нарастала жизненная сила. Наконец онпринял свою изначальную форму. Онразлепил глаза ирастерянно огляделся. При виде Мэн Хао спопугаем онрасплылся вулыбке.

—Ха-ха,— заклекотал попугай. —Третий брат, тывновь снами!

Оннастолько обрадовался, что тотчас подлетел кхолодцу испросил:

—Нуже, тыведь помнишь Лорда Пятого?

Холодец моргнул инеосознанно пробормотал:

—Кого это тыназвал третьим братом? Так нельзя говорить. Это бесстыдно. Неправильно. Лорд Третий наставит тебя напуть истинный… Лорд Третий… Лорд Третий… —Округлившимися глазами онзатравленно посмотрел напопугая, потом наМэн Хао, апотом намир вокруг. —Эй, что стряслось? Ощущение такое, будто ятолько что проснулся отдолгогосна. Вэтом сне яумер, аМалыш Хао находился награни смерти… Постойте-ка…

Попугай визгливо расхохотался. Вместе сним засмеялся иМэнХао. Онстеплотой смотрел нахолодца, чувствуя себя как никогда счастливым.

«Ясделаю так, чтобы всё потерянное было восстановлено…»— мысленно решил он.

Сделав глубокий вдох, онвзмахом рукава сотворил порыв ураганного ветра. Радостный попугай ирастерянный холодец тем временем исчезли. После этого естественные имагические законы вэтом месте вновь вернулись ксвоему первоначальному состоянию. Воля звёздного неба Безбрежных Просторов вформе размытого человеческого силуэта зависла впустоте. Снебывалой ненавистью ижеланием убитьвать онсмотрел внаправлении, куда исчез Мэн Хао.

Наследующий день… вдругой части звёздного неба Безбрежных Просторов… там, где вогромного завихрения скрывались три континента, пронизанные аурой смерти. Вэтом месте небыло ниодного практика, только ящерицы всевозможных размеров. Они полностью оккупировали три континента, став ихполноправными хозяевами.

Нацентральном континенте обитал огромный василиск. Большую часть времени онпросто спал. Наего спине находилась святая земля, где жили его потомки. Как вдруг взавихрении возник молодой человек вдлинном белом халате. Выглядел онкак смертный учёный муж.

Это был Мэн Хао!

Наего плече сидел попугай, налапе которого был повязан небольшой серебряный колокольчик. Налице, выступавшем наколокольчике, неосталось ниследа былой растерянности. Сейчас оночём-то горячо спорил спопугаем. Задень попугай ввёл холодца вкурс дела, неупустив даже эпизод собственного воскрешения. Холодец, будучи простодушным созданием, быстро пришёл всебя икак раньше принялся без умолку болтать.

—Заткнись, тыстарая мочалка, неспособная считать больше трёх! —рявкнул попугай. —Сделай Лорду Пятому одолжение изакрой наконец рот!

Холодец сердито покосился напопугая.

—Лорд Третий был мёртв столько трёхлетий, что инесчесть. Несчесть, понимаешь? Даже мне непод силам сосчитатьих. Причём речь идёт неопериодах длинной вдва, один или даже ноль лет…

Еслибы холодец мог, тоонбы продолжил эту мысль, но, немного подумав, осознал ограниченность своей способности ксчёту.

—Влюбом случае янемог говорить незнамо сколько трёхлетий. Так непойдёт. Мне нужно наверстать упущенное! Ктомуже сколько злодеев яненаставил напуть истинный завремя отсутствия. Это неправильно! Бесстыдно. Ясогрешил… Мне надо наверстать упущенное!

Холодец был невсамом лучшем настроении. Будь унего руки иноги, онбы обязательно ими размахивал итопал. Пока попугай ихолодец ругались, Мэн Хао всё время улыбался. Ихругань ничуть его нераздражала. Спустя две тысячи лет оннаконец почувствовал, каково это находиться рядом сблизкими.

Зависнув впустоте, оногляделся. Именно здесь оннашёл первый осколок медного зеркала. Втеле гигантского василиска. Перед уходом онпредложил ящерице стать его подручным. Тогда древнее существо лишь про себя усмехнулось. Ивот настал день, когда Мэн Хао вернулся.

—Эй, ящерица, тебя пришёл навестить старый друг, гдеже радушный приём?

Эти слова прогремели навсех трёх континентах, отчего жившие там ящерицы одеревенели. Сцентрального континента раздался яростныйрёв. Целый континент пришёл вдвижение, когда огромный василиск поднял голову. Одарив Мэн Хао испепеляющим взглядом, оннаслал нанего всё своё давление.

—Проклятье, опять тысопляк, как смеешь тывновь… что?!

Первой реакцией василиска при виде Мэн Хао стал яростныйрёв. Нотут существо внезапно осеклось, апотом унего перехватило дыхание. Мэн Хао вообще неиспускал давления, однако старая ящерица сразу почувствовала вего ауре нечто подозрительное. Стоило ейприглядеться кчеловеку, как еёзатрясло. Василиску нетребовалось самому достигать трансцендентности, чтобы понять, что изсебя представлял МэнХао. Одного взгляда Мэн Хао было достаточно, чтобы уничтожить его.

—Трансцендентный? —сневерием вголосе выдавила ящерица

—Мне непослышалось? Тыназвал меня сопляком? —холодно спросил Мэн Хао.

Устарой ящерицы забегали глаза. Спустя мгновение вних вспыхнуло благоговейное ивосхищённое пламя.

—Яхотел сказать, истинный гений, рождающийся раз встолетие! Небеса благословили меня, наделили благодатью, иначебы яникогда неувидел такого избранного!

Своей интонацией василиск пытался казаться благодарным, апотом взнак уважения склонил голову.

—Премного благодарен, овеликий! Ясмог увидеть вас, значит, моя жизнь прошла незря, овеликий. Более того, мне довелось дважды вас увидеть! Овысочайший, ещё тогда япочувствовал, что выкрайне необычный человек. Опочтеннейший, ваш взгляд такойже острый, как уорла или волка. Ещё тогда меня впечатлили ваши манеры истать. Словно настоящий герой, идущий ксвоей цели аки дракон или тигр. Бесстрашный иблагородный воин, держащий свой меч настраже справедливости!

Мэн Хао сулыбкой смотрел наящерицу. Много лет назад оннаучился безошибочно определять истинные чувства, скрытые забесконечным потоком лжи ираболепия. Его немного удивили слова старой ящерицы, ноонспокойно отнёсся ксладким речам. Авот попугай ихолодец снеприкрытым презрением покосились наящерицу.

—Какже топорно! —дал свою оценку попугай.

—Бесстыдно! —холодно процедил холодец.

Старая ящерица находилась напике 9 эссенций, поэтому ейпришлось расшаркиваться перед Мэн Хао, терпя отвращение ксебе. Тем неменее вспыльчивый нрав василиска никуда неделся, поэтому комментарии попугая ихолодца очень его оскорбили. Онсвирепо смерил парочку взглядом.

—Так-так, смотрю, тынесогласен? —заметил попугай, радостно захлопав крыльями. —Несобираешься уступать?

—Третий брат, пойдём-ка. Надо перекинуться парой слов сэтой почти засохшей игуаной. Так, посмотрим-с, сколько ошибок ондопустил вовремя своей пламенной речи?!

Схлопком колокольчик трансформировался вхолодца. Искоса взглянув наящерицу, онзаговорил голосом мудрёного годами старца:

—Янесобирался читать тебе лекцию, нотысам напросился. Слушай сюда: вовсём нужна искренность. Даже если тыпытаешься подлизаться, делать это надо искренне. Только так тыпо-настоящему вовсём преуспеешь. Кподхалимству надо подходить также, как кзанятиям культивацией. Тогда утебя всё выйдет как надо. Эх, это напомнило мне ободном случае, произошедшем очень много трёхлетий назад. Помню, тогда стоял погожий весенний денёк…

Чувственную тираду холодца оборвал попугай, отвесив ему затрещину крылом.

—Неотвлекайся!

Мэн Хао неподалёку сулыбкой наблюдал заними. Сейчас ончувствовал так нехватавшее ему тепло. Болтовня попугая ихолодца напомнила ему ожизни две тысячи лет назад.

Старая ящерица вовсе глаза пялилась напарочку, гадая, прикидываютсяли эти двое дураками илиже нет. Затрещина отпопугая пришлась холодцу неповкусу, ноонвсё равно прочистил горло иначал:

—Ладно, ладно. Слушай сюда, старая ящерица. Как уже было сказано, янестану читать тебе лекций. Ноянемог незаметить, как тыупомянул отом, что такой человек рождается раз встолетие. Глупости ибредни! Иэто тыназываешь лестью? Столет? Мой Малыш Хао избранный, которых невидел свет сто тысячлет. Нет, постойте. Смомента возникновения звёздного неба Безбрежных Просторов досего дня несуществовало никого, похожего нанего! —пылко объявил холодец.

Стоило ему это сказать, как уящерицы отизумления приоткрылась пасть.