Глава 1. Летние каникулы на втором году старшей школы

— ...Это был сон?

Открыв глаза, я увидел знакомый потолок.

Сквозь щель между шторами проникал мягкий утренний свет.

Часы показывали восемь.

Я приподнялся и посмотрел в сторону соседней подушки. Разумеется, там никого не было.

Сон казался до странности реальным. Я даже отчётливо помнил, что в нём происходило.

Время шло, никакого таймлипа со мной не случилось, а потом я случайно встретил Миори по работе, мы начали встречаться... и в конце концов дошли до... ну, до этого самого.

Мне даже немного не хватало того тепла.

Ощущение было такое, словно ещё мгновение назад она лежала рядом.

— И с чего мне вдруг приснилась Миори?..

Я опустил взгляд: одеяло спереди заметно выпирало.

Долго гадать о причине не приходилось. Как ни посмотри, это было моё «то самое».

— Эй-эй... успокойся, Хайбара Нацуки.

Это всего лишь естественная реакция организма. А сон — всего лишь сон. Не то чтобы я испытывал к Миори такие желания. Да, такого совершенно точно быть не может.

Ведь моя девушка — Хосимия Хикари.

«Я сделаю тебя счастливой».

...В памяти всплыло решение, принятое во сне.

Почему-то я до мельчайших подробностей помнил Миори: как она незнакомым мне голосом снова и снова звала меня по имени, обвивая руками мою спину, и как счастливо спала у меня на руках.

...Каким бы реалистичным он ни казался, это всё равно был лишь сон.

Точно! Не может быть, чтобы я прожил жизнь без таймлипа!

— ...А?

Но стоило подумать спокойно, как я перестал понимать, что из двух было реальностью, а что — сном.

— Братик, уже утро-о?

Дверь комнаты внезапно распахнулась.

— Ты вроде говорил, что сегодня у тебя клуб?

Похоже, Намика забеспокоилась, потому что я всё никак не вставал.

Намика бодро вошла в комнату. Как всегда, она даже не постучала.

— Ага, немного проспал.

Занятия в клубе начинаются в половине десятого. Если быстро соберусь, ещё успею.

— ...

— ...Что такое?

Намика почему-то молча уставилась на меня.

Вернее, смотрела она на одеяло, которым я был укрыт.

Одна его часть недвусмысленно выпирала. Причиной, разумеется, было то самое.

— Р-раз ты уже не спишь, тогда всё хорошо!

Опомнившись, Намика поспешно выскочила из комнаты.

...Куда она вообще смотрела, когда это говорила?

＊

С регулярного концерта клуба лёгкой музыки прошло около полутора месяцев.

Стоило выйти на улицу, как палящее солнце принялось безжалостно прокаливать асфальт.

Сегодня было тридцать пять градусов. Нормальному человеку при такой температуре уже не выжить. Интересно, какие лица были бы у людей этой эпохи, узнай они, что через семь лет жара за тридцать пять будет стоять по нескольку дней подряд.

С начала летних каникул прошла уже неделя.

Но в отличие от сравнительно свободных прошлогодних каникул, теперь я решил всерьёз играть в группе вместе с ребятами из Stray Lumi. Большую часть лета я собирался посвятить клубу и самостоятельным тренировкам.

Оставшееся время уходило на подработку и свидания с Хикари.

Дел было невпроворот, зато каникулы получались по-настоящему насыщенными.

Я рассеянно смотрел в телефон, покачиваясь в вагоне, когда пришло уведомление из RINE.

Конечно же, писала Хикари.

Поскольку оба мы были заняты, связь старались поддерживать особенно тщательно.

Хосимия Хикари: «Закончила новый роман! Если не трудно, поделишься впечатлениями?»

Нацуки: «С удовольствием, если тебя устроит моё мнение».

Хосимия Хикари: «Тогда прикреплю его сюда!»

Хикари тоже проводила летние каникулы, изо всех сил работая над романами ради своей мечты. Я был полным дилетантом и вряд ли мог дать полезный совет, зато честными впечатлениями поделиться был способен. Даже без скидки на симпатию её романы были интересными, поэтому я ждал и эту новинку.

Я открыл присланный Хикари PDF-файл. Разумеется, внутри был роман. Он назывался «Ты поёшь по ту сторону неба» и, похоже, рассказывал о четырёх девушках, летающих в мире, где существует магия.

Хикари уже вкратце рассказывала мне сюжет по телефону.

Недавно она писала что-то вроде молодёжного детектива, а теперь взялась за молодёжную историю с элементами фэнтези, но без детективной интриги. Похоже, Хикари хотелось попробовать многое.

Нацуки: «Спасибо».

Нацуки: «Сейчас у меня клуб, поэтому спокойно прочту, когда вернусь домой».

В ответ пришёл стикер с кланяющимся котом: «Рассчитываю на тебя!»

Мы с Хикари оба всерьёз шли к своим мечтам.

Так что, как её парень, я хотел помогать ей во всём, в чём мог.

С такими мыслями я пересаживался с поезда на поезд, направляясь к станции Маэбаси.

Едва я прошёл турникеты станции Маэбаси, ко мне подбежала Ямано.

— Сэмпай! Доброе утро!

Ямано напоминала радостного щенка. Будь у неё хвост, она наверняка вовсю им виляла бы.

Раз мы встретились прямо у турникетов, скорее всего, ехали одним поездом.

— Ты сегодня особенно довольная.

— А как иначе? Я с самого утра встретила сэмпая!

Ямано улыбалась во все зубы и была ещё энергичнее обычного.

— Похоже, дело не только в этом.

— Как вы поняли? Вообще-то вчера мы с Мацуй и остальными устроили барбекю!

— Вот как. Рад за тебя.

— Я столько мяса съела, что оно, кажется, до сих пор лежит в животе!

С этими словами Ямано похлопала себя по животу.

— Хотите потрогать?

— Нет, конечно.

Какой парень станет трогать живот младшей одноклубницы?

Ямано слишком уж мне доверяла, и порой её чувство дистанции меня пугало.

Хотя, по её словам, никаких романтических чувств ко мне она не испытывала.

— Мы в прошлом году тоже всей компанией устраивали барбекю.

— Что, серьёзно?!

— Приготовься удивляться: мы жарили мясо у коттеджа рядом с морем.

Прошлым летом мы все ездили на море.

Не верилось, что с той поездки прошёл уже целый год. Время летело быстро.

— Ух ты-ы! Я тоже хотела поехать!

— Зато в этом году мы ещё не выбирались на барбекю. Даже завидую тебе, Ямано.

— Хе-хе, меня Мацуй и остальные пригласили! И это тоже благодаря вам, сэмпай!

Похоже, Ямано была так счастлива, что шла немного впереди меня вприпрыжку.

Я радовался за Ямано: она так старалась измениться, и теперь её юность наконец наполнялась событиями.

— Сегодня тоже будем тренироваться изо всех сил!

Я поспешил за Ямано по дороге к школе.

До второй музыкальной аудитории мы добрались в девять двадцать пять — ровно за пять минут до начала.

— Нацуки, Сая. Доброе утро.

Нас поприветствовала Серика, настраивавшая гитару.

— Доброе утро!

Ямано бодро поздоровалась и сразу направилась к барабанной установке.

— Доброе утро, Серика. А где Мэй?

— Синохара-кун прямо у тебя за спиной.

Серика указала мне за спину. Я обернулся и увидел стоявшего там Мэй.

— М-меня этим больше не напугаешь!

Он по-прежнему скрывал присутствие не хуже убийцы, но я уже понемногу привык.

Мы были знакомы почти год. Достаточно считать, что Мэй может появиться где угодно.

— Я вовсе не пытаюсь вас пугать. Просто меня плохо замечают.

Мэй криво усмехнулся, но затем, будто вспомнив о чём-то, заметно повеселел.

— Зато в последнее время Сидзуки замечает меня ещё до того, как я успеваю заговорить!

— В-вот как...

Выходит, даже его девушка Фунаяма-сан порой не замечала Мэй.

— Кстати, на следующей неделе мы с Сидзуки идём на музыкальный фестиваль.

— Что, серьёзно? Раз в это время, значит, на Rockin'?

— Именно!

Мэй рассказывал об этом с явным воодушевлением. Даже немного завидно.

Мэй и Фунаяма-сан начали встречаться благодаря общим музыкальным вкусам.

Поэтому вполне естественно, что во время долгих каникул они выбрали для свидания музыкальный фестиваль.

— Я смог начать встречаться с Сидзуки благодаря тебе, Нацуки.

Отношения Мэй и Фунаямы-сан благополучно продолжались.

С началом нового учебного года они оказались одноклассниками и, похоже, сблизились ещё сильнее.

— Эй, долго ты ещё будешь это повторять? Я ничего не сделал.

Мэй и Фунаяма-сан с самого начала были влюблены друг в друга.

Я лишь немного помог им наладить общение.

— Только в последнее время, когда я говорю о группе, настроение Сидзуки почему-то слегка портится. Я не совсем понимаю причину... Раньше она всегда радовалась разговорам о музыке...

— А вот тут я очень хорошо понимаю, в чём дело...

Мэй и Ямано слишком уж сблизились, поэтому Сидзуки опасалась измены.

И поскольку именно я помог им помириться, Фунаяма-сан уже однажды меня отчитала.

— Правда? Тогда я хотел бы услышать твой совет...

— Ну, в таком случае... тебе стоит соблюдать дистанцию с другими девушками.

— С другими девушками? А, то есть не с Сидзуки... верно? Но почему?..

Мэй выглядел озадаченным, но вдруг что-то понял и тихо произнёс:

— Неужели Сидзуки боится, что даже такой человек, как я, способен ей изменить?!

Похоже, из-за крайне низкой самооценки мысль о собственной измене даже не приходила Мэй в голову.

— В последнее время ты особенно близок с Ямано. Вот Фунаяма-сан и тревожится.

— П-понятно...! Я понял! Впредь буду осторожнее!

Мэй, видимо, понял, о чём речь, и несколько раз кивнул.

— Простите, Синохара-сэмпай. Я тоже буду осторожнее.

Похоже, Ямано слушала нас, пока готовила барабанную установку.

Она понуро склонила голову перед Мэй.

— Нацуки, из твоих уст это звучит как тот ещё бумеранг, не находишь?

Серика, как всегда, произнесла это бесстрастно и ровно.

— Раз уж это говоришь ты, одноклассница Хикари...

— Хикари много рассказывает мне о тебе. В том числе жалуется.

Лицо Серики оставалось непроницаемым, но в голосе звучало лёгкое самодовольство.

— Вокруг Нацуки слишком много симпатичных девушек. И в первую очередь я.

Серика указала на себя.

— ...Знаю. Я тоже буду осторожнее.

Я заставлял Хикари тревожиться.

После замечания Серики я почувствовал, что должен отнестись к этому серьёзнее.

Будь рядом с Хикари парень, с которым она слишком близка, я бы тоже беспокоился.

Главное — правильно соблюдать дистанцию.

— Так, разговоры закончены. Вроде всё готово, давайте начинать.

Пока мы разговаривали, успели закончить настройку микрофонов и гитар.

— Что сыграем?

— Для разминки давайте прогоним Stray Lumi целиком.

— Хорошо.

— Понял.

Мы кивнули в знак согласия.

— Тогда начинаем!

Ямано трижды ударила палочками друг о друга.

Мы с Серикой ударили по струнам гитар, а бас Мэя подхватил мелодическую линию.

Зазвучало вступление новой песни «Stray Luminous».

Stray Luminous — сокращённо Stray Lumi.

Так назывались и наша новая группа, и новая песня.

Ивано-сэмпай ушёл, на его место пришла Ямано, и хотя без трений не обошлось, теперь мы наконец смотрели в одну сторону.

Мы будем заниматься группой всерьёз. И устроим лучший концерт.

С начала летних каникул мы тренировались по два-три раза в неделю.

Клуб лёгкой музыки мог пользоваться клубной комнатой и второй музыкальной аудиторией, но приходилось считаться с другими группами, поэтому число занятий в неделю было ограничено. Можно было почти даром арендовать студию при концертной площадке, где подрабатывала Серика, однако этот вариант мы оставляли на крайний случай перед самым выступлением.

Летние каникулы мы отвели на развитие базовых навыков. Иными словами, самостоятельным занятиям уделяли больше внимания, чем общим репетициям. А заниматься поодиночке каждый мог и у себя дома.

Поэтому всё лето я упражнялся на гитаре каждый день, даже когда занятий в клубе не было.

Благодаря этому я уже научился без особого труда брать сложные аккорды!

— Нацуки, ты стал играть лучше.

Когда я доиграл без единой ошибки, Серика похвалила меня.

— Значит, я не зря всё это время тренировался.

Серика не врёт.

Раз уж даже она меня похвалила, я и правда, наверное, стал лучше.

— Нацуки, ты прямо заряжен.

— Ещё бы. Я ведь решил заниматься этим всерьёз.

Теперь все стремились к одной цели, и на репетициях царила собранная, напряжённая атмосфера.

Следующий концерт у нас, скорее всего, состоится на осеннем школьном фестивале.

Летние каникулы начались всего неделю назад, так что времени оставалось предостаточно.

Мы могли выступить на стороннем фестивале ещё летом, но решили пока спокойно укреплять основы.

Пока наша цель — расти как группа и понемногу набирать аудиторию: выступать, выкладывать ролики на MeeTube и постепенно становиться известнее.

— Серика, как новая песня?

Пока мы занимались самостоятельно, мы попросили Серику заняться новой песней.

— Мелодия в основном готова. Но текста пока нет.

С этими словами Серика сыграла мелодию на гитаре.

Затем, словно ей внезапно пришла в голову идея, посмотрела на Мэй.

— Может, попросить Синохару-куна написать слова?

— Ч-что, меня?!

Мэй, на которого внезапно пал выбор, широко раскрыл глаза и указал на себя.

— Сая и Нацуки уже писали, так что по очереди теперь Синохара-кун.

— Х-хорошо... Не знаю, способен ли на это кто-то вроде меня, но попробую!

Раньше в такой ситуации Мэй наверняка отказался бы со словами: «Мне это не под силу!»

То, что теперь он сказал «попробую», доказывало, насколько серьёзно он относился к группе.

С начала занятий музыкой Мэй тоже понемногу менялся.

— Я тоже напишу такой же стыдный текст, как Нацуки и Ямано-сан!

— ...Ч-что это должно значить?!

Покрасневшая Ямано набросилась на Мэй, но, по-моему, он имел в виду ровно то, что сказал.

Ведь написанная Ямано песня «Stray Luminous» была практически любовным письмом в мой адрес.

— Если текст получится хорошим, ему не обязательно быть стыдным...

Серика произнесла это с сомнением, но затем добавила:

— Хотя если открыто выразить свои чувства, в итоге, возможно, получится лучше.

К такому выводу она в итоге и пришла.

— Я того же мнения.

Я слышал, что в «Black Witch» Серика выразила словами собственные чувства.

В написанной мной «Monochrome» я передал благодарность всем, кто остаётся рядом, а в «To the Star» — свои чувства к Хикари. По опыту знаю: если стесняться, ничего хорошего не выйдет.

— Ну что, на сегодня, пожалуй, хватит.

Я проследил за взглядом Серики и посмотрел на часы. Стрелки показывали полдень.

Уже пора было уступать комнату следующей группе. Когда сосредоточишься, время летит незаметно.

Мы торопливо всё убрали и вышли в коридор.

Там уже ждали младшеклассники из клуба лёгкой музыки — после нас комната переходила к ним.

— Спасибо за работу, Хайбара-сэмпай.

Так непринуждённо ко мне обратился Саката-кун, одноклассник Ямано.

Саката-кун был добрым младшим товарищем и не раз делился со мной полезными сведениями о Ямано.

— Как-нибудь ещё научите меня играть на гитаре.

Саката-кун был совсем новичком, поэтому даже я мог объяснить ему основы.

— Конечно. В любой день, когда буду свободен.

— Отлично! Тогда я потом напишу вам в RINE!

Пока мы разговаривали, Серика и остальные тоже беседовали с младшими. Приятная картина.

— В таких случаях надо как следует — ба-бах! — ударить!

— Б-ба-бах?

— Ага, ба-бах! Тогда контраст лучше чувствуется!

Тем временем Ямано, похоже, давала совет девушке-барабанщице.

Судя по всему, и со сверстниками из клуба лёгкой музыки она ладила хорошо.

Впрочем, Ямано и без того была общительной и симпатичной.

Теперь, когда Ямано научилась считаться с окружающими, причин её не любить не осталось.

— О, да это же Саката-кун. Привет-привет!

— А-ага... Ямано.

Заметив одноклассника, Ямано подошла ближе.

А Саката-кун с явно довольным видом потёр пальцем под носом.

Кстати, в прошлый раз он ведь...

«А если присмотреться... Ямано довольно милая, правда?»

Кажется, он сказал что-то в таком духе.

...Неужели это любовь? Он что, влюбился?

— Ну как там ваша группа?

— Да никак. Одни новички, пока это и нормальным исполнением не назовёшь.

— Ха-ха, поначалу у всех так! Но разве именно этот период не самый весёлый?

— Ну, собственный прогресс и правда замечаешь... пусть и понемногу.

Я с противоречивыми чувствами наблюдал за разговором Ямано и Сакаты-куна, когда тот вдруг обратился ко мне:

— Хайбара-сэмпай, можно вас на минутку?

Прикрыв рот ладонью, Саката-кун зашептал мне на ухо.

Он без стеснения обнимал за плечи даже сэмпая — прирождённый экстраверт.

— Можно мне пригласить Ямано на свидание?

...Ого. Значит, он и правда успел влюбиться.

Об этом говорило и слегка покрасневшее лицо Сакаты-куна.

— Почему ты спрашиваешь меня?

— Ну, вы же говорили, что никому Ямано не отдадите.

— Да откуда у меня такое право? Я всего лишь её сэмпай.

— В прошлый раз вы говорили совсем другое.

Мы перешёптывались так, чтобы озадаченная Ямано нас не услышала, но она всё же спросила:

— Эм-м... о чём вы всё это время шепчетесь?

Ямано подозрительно нахмурилась.

— Да так...

— ...Можете ей сказать.

Саката-кун произнёс это, почёсывая голову.

Похоже, он не возражал, если Ямано узнает о его чувствах. Вот это по-мужски.

— Вообще-то мы обсуждали, пора ли тебе заводить романтические отношения.

— Вы вообще о чём разговариваете?!

Ямано широко раскрыла глаза и возмутилась.

— Ты уже нашла друзей и освоилась в классе. Пора найти себе парня-красавчика.

— С-сэмпай, вы мне кто вообще?!

— План по преображению Ямано Саи ещё не закончен.

— Н-не надо ради меня заходить так далеко!

Покрасневшая Ямано потребовала свернуть план. Жаль.

— И вообще, с чего вы вдруг об этом... А.

Только теперь до неё, похоже, дошло, и она посмотрела на Сакату-куна.

Саката-кун смущённо почесал голову, но всё же обратился к Ямано с приглашением:

— Может, как-нибудь сходим куда-нибудь вместе?

— Э-э... ну...

Когда Саката-кун набрался смелости, Ямано заметно занервничала.

— М-мне, наверное, ещё рано заводить отношения!

В конце концов Ямано покраснела до ушей и со всех ног умчалась прочь.

Похоже, она просто не выдержала непривычной атмосферы.

— М-меня отвергли...

Саката-кун опёрся рукой о стену и поник.

К нему тут же подошли девушки из его группы.

— Бедный Саката-кун... Но я всегда буду рядом.

На словах она жалела его, но лицо у неё было явно радостным. Странно.

— Я бы никогда не заставила тебя так страдать.

— Мне кажется, парня надо выбирать среди тех, кто и так всегда рядом.

...В группе Сакаты-куна был один парень и четыре девушки.

Все четверо столпились вокруг убитого горем Сакаты-куна.

— Д-девочки... спасибо, что утешаете.

Почему-то мне показалось, что эта группа скоро развалится.

— ...Вот же эти экстраверты...

Глядя на Сакату-куна потемневшими глазами, Мэй вполголоса ворчал.

— Но у тебя же есть Фунаяма-сан.

— То, что у меня появилась девушка, не означает, что ненависть к экстравертам исчезла.

— ...Разве так бывает?

— Бывает. Я тоже хочу, чтобы меня окружали девушки.

Эй, ты уже просто озвучиваешь свои желания.

— Но даже окажись ты среди девушек, разве сумел бы нормально с ними разговаривать?

— ........................И то верно.

После раздумий, длившихся больше десяти секунд, Мэй честно кивнул.

Меня самого иногда забрасывало в компанию одних девушек, и там, между прочим, было ужасно неловко.

— ...Мэй-кун?

Внезапно за спиной раздался голос, в котором слышался тихий гнев.

Плечи стоявшего рядом Мэй неестественно дёрнулись.

Мы боязливо обернулись и увидели позади девушку в очках.

Это была Фунаяма-сан, девушка Мэй.

— У вас тут интересный разговор. Можно и мне послушать?

Фунаяма-сан улыбалась, но глаза у неё не улыбались.

За её спиной словно сгущалась таинственная зловещая аура.

— Н-нет, Сидзуки, это просто... неудачная фигура речи...

Путаясь в оправданиях, Мэй обливался холодным потом.

— Раз вам так хочется быть в окружении девушек, идите к ним.

— Н-нет, понимаешь! Даже если меня окружат девушки, я всё равно не смогу нормально говорить, так что на самом деле я хочу, чтобы меня окружала Сидзуки! Чтобы Сидзуки было много — вот о чём я говорил!

Фунаяма-сан некоторое время холодно смотрела на него, выслушивая это отчаянно натянутое оправдание, а затем вздохнула.

— ........Ладно. Я вас прощаю.

— Хе-хе. Умора.

Стоявшая за Фунаямой-сан Серика произнесла это с совершенно бесстрастным лицом. Ей ведь совсем не смешно.

— Я забираю Мэй-куна. У нас сейчас свидание.

— А, тогда... увидимся на следующем занятии! П-подожди, Сидзуки?!

— Идёмте, Мэй-кун.

Фунаяма-сан крепко схватила Мэй за руку и утащила его за собой.

Глядя на неё, трудно было поверить, что при первой встрече она казалась такой робкой. Похоже, любовь меняет людей.

— Тогда мы пойдём заниматься, сэмпай!

Тем временем утешенный девушками Саката-кун вместе с ними вошёл во вторую музыкальную комнату.

В итоге в коридоре остались только мы с Серикой.

— А ты, Нацуки?

— Мне теперь на подработку.

Когда играешь в группе, деньги нужны постоянно.

Чтобы покрывать расходы, приходится ещё и подрабатывать.

Смена у меня с часу до семи, так что надо быстро пообедать.

— Тогда на сегодня расходимся.

— А до станции вместе не пойдём?

— Возвращаться вдвоём было бы нехорошо по отношению к Хикари.

Похоже, она учитывала, что у меня есть девушка.

— Спасибо.

— Но если понадобится обсудить группу, церемониться я не стану.

Серика помахала рукой и ушла, бросив: «До встречи».

Раз уж я состоял в группе из двух парней и двух девушек, Хикари наверняка волновалась, даже если ничего не говорила. Как и предупреждала Серика, в таких вещах следовало быть осторожнее.

＊

На пути к выходу я миновал школьное поле.

Футбольная команда как раз проводила тренировочный матч с другой школой.

Я ненадолго остановился. Примерно в центре поля стоял Рейта.

Он играл в полузащите, раздавал пасы и руководил партнёрами.

Остальные десять игроков двигались словно руки и ноги Рейты, выполнявшего роль диспетчера.

— Беги, Коки!

Продольная передача Рейты проскользнула между защитниками соперника и дошла до нападающего.

Пас вывел форварда на свободное пространство. Он оказался на самой грани офсайда — флаг не подняли. Нападающий ворвался к воротам и пробил.

Мяч мощно влетел в сетку.

— У-о-о-о!

Скамейка запасных Рёмэя взорвалась радостными криками.

— Отличный пас, Рейта!

— Да нет, это ты здорово открылся, Коки.

Рейта дал пять форварду-второкласснику по имени Коки.

Всё-таки Рейта по-прежнему великолепно видел поле.

Во время баскетбольного матча на школьном турнире эта способность тоже пригодилась, а теперь он вовсю применял её в родном виде спорта.

Через несколько минут после гола прозвучал финальный свисток.

Рейта и остальные радовались. Похоже, они победили.

В отборе на летний Интерхай футбольная команда выбыла во втором раунде, а перед каникулами третьекурсники завершили выступления. Поэтому сейчас в тренировочном матче играла новая команда из перво- и второкурсников.

Рейту, как я слышал, выбрали новым капитаном.

При нормальном развитии событий это было бы совершенно естественно.

Но после истории с дракой и отстранением от занятий Рейта доставил футбольной команде немало проблем.

Поэтому он не ожидал, что его выберут капитаном, однако, как я слышал, товарищи по команде настойчиво выдвинули именно его.

Глядя на эту картину, легко было понять, насколько в футбольной команде доверяли Рейте.

Смеявшийся вместе с товарищами Рейта вдруг заметил меня.

— Привет, Нацуки. Ты смотрел?

Вытирая пот полотенцем, он подошёл ко мне.

Даже жест, которым он отбрасывал волосы со лба, ему невероятно шёл. Всё тот же невозможный красавчик.

— Только самый конец. Передача была отличная.

— Ха-ха, правда? Я всё время искал возможность отдать вертикальный пас.

Рейта широко улыбнулся, показав белые зубы.

— Похоже, новая команда уже неплохо сыгралась.

— Да. Когда меня выбрали капитаном, я понятия не имел, что из этого получится.

Рейта устало пожал плечами.

— Теперь надо оправдать их доверие, да?

— Конечно. Однажды я уже их подвёл.

Рейта задумчиво посмотрел на скамейку, где сидели его товарищи.

— То, что я сейчас снова спокойно играю в футбол, — твоя заслуга, Нацуки.

С этими словами он легонько стукнул меня кулаком в грудь.

— Я всего-то ударил тебя по лицу.

— Если теперь вспомнить, ты тогда грубо нарушил правила.

— Тогда меня слегка занесло...

— Ха-ха, я уже не в обиде. Драка на берегу реки — это тоже юность, разве нет?

— На деле зрелище оказалось куда болезненнее, чем я ожидал.

Да и больно было. Драться кулаками и правда не стоит.

— Такова реальность. Она не выглядит так красиво, как в историях.

Рейта рассмеялся, но продолжил пристально смотреть на меня.

— И всё же твои поступки действительно изменили нас. Без тебя я наверняка бросил бы школу и больше никогда не играл в футбол.

— ...Ну, и к лучшему, и к худшему.

— Что ты имеешь в виду?

Рейта озадаченно спросил.

— Просто... если бы меня не было, возможно, и той драки вообще не случилось бы.

Вернее, она точно не случилась бы. Я это знал.

Получается, именно я спровоцировал и драку Рейты, и последовавшее отстранение.

Тогда на него одновременно давили семейные проблемы и исчезновение Миори.

И наша ссора тоже наверняка стала одной из причин.

Но если бы не мой таймлип — то есть в мире первого круга, — по крайней мере исчезновения Миори не произошло. Поэтому и Рейта не ввязался в драку.

Если не вдаваться в скрытые обстоятельства, внешне он тогда без проблем окончил школу.

С этой точки зрения можно было решить, что я лишь зря создавал неприятности.

— Ха-ха, нет смысла так далеко забираться в прошлое.

Рейта, видимо, принял мои слова за шутку и рассмеялся.

Его реакция была естественной. Ведь изначальный ход событий знал только я.

— А, кстати. Нацуки, ты свободен вечером восьмого августа?

Рейта словно внезапно вспомнил об этом и сменил тему.

— Э-э... утром у меня клуб, а после обеда я свободен.

Расписание было забито, но вечера оставались сравнительно свободными.

— В Маэбаси ведь будет фестиваль фейерверков. Может, и в этом году пойдём все вместе?

— Точно, уже сезон фейерверков!

Из-за вечной занятости я совершенно об этом забыл.

Забыть одно из главных летних событий юности — позор на всю жизнь!

— Конечно, пойду... хотел бы я сказать, но...

— Если собираешься пойти вдвоём с Хосимией-сан, смело выбирай её.

Рейта понял, о чём я думаю, и сам предложил этот вариант.

— Я спрошу Хикари.

— Хорошо. Я не стану настаивать, просто в последнее время мы почти не виделись.

— ...Это верно. Раз уж есть повод, хочется снова собраться всем вместе.

После перехода во второй класс нас распределили по разным классам.

Клубы, подработки, пианино — каждый был занят собственной жизнью.

По отдельности мы, конечно, часто разговаривали, но возможностей собраться всем шестером стало заметно меньше.

— Эй, Рейта! Тренер велел всем собраться!

Окадзима-кун из футбольной команды позвал Рейту издалека.

— Тогда до встречи, Нацуки.

— Ага. Потом напишу в RINE.

Рейта вернулся в круг футболистов.

Ему и правда больше всего шло быть вот так, в центре команды.

— ...Ой, мне тоже пора на подработку.

Я посмотрел на часы и обнаружил, что прошло больше времени, чем казалось.

＊

Пообедав в бургерной у станции, я отправился в Café Mares.

До начала смены оставалось всего десять минут. Надо было скорее переодеваться.

— Эй, подожди...

В тот момент, когда я открывал дверь комнаты отдыха, мне послышался какой-то странный голос.

Но я спешил и всё равно распахнул дверь.

В следующее мгновение я понял, что означали те слова. Меня просили подождать.

За дверью оказалась переодевавшаяся Нанасэ.

— Х-Хайбара-кун...?!

Я на мгновение застыл от неожиданности, а затем поспешно отвернулся.

— П-прости!

Я с хлопком закрыл дверь. Ответа не последовало, лишь послышался шелест одежды.

Когда девушка переодевается в комнате отдыха, на дверь полагается вешать табличку «Переодеваюсь».

Раз таблички не было, значит, Нанасэ забыла её повесить.

Следовательно, я не виноват... наверное. По крайней мере, формально.

Пока я так рассуждал, дверь открылась.

— ...Прости. Теперь можешь войти.

Хотя Нанасэ извинилась, она смотрела на меня тяжёлым, недовольным взглядом.

— ...Нанасэ, ты злишься?

— Не злюсь. Это я забыла повесить табличку.

Но, вопреки словам, выглядела она явно раздражённой.

— Только... разве ты не слишком долго смотрел?

— Н-ничего подобного.

Она попала в точку, и голос у меня предательски сорвался. Звучало совершенно неубедительно.

Я всё-таки парень!

Внутренне признав очевидное, я всё равно продолжал делать вид, будто ничего не произошло.

— Я просто от неожиданности застыл.

— То есть ты вовсе не разглядывал меня с ног до головы?

— Конечно нет. С чего бы мне такое делать?

И уж точно я не зацикливался на подробностях того, что увидел. Совершенно точно.

Спокойно. Нанасэ ведь мне как младшая сестра. Хотя, конечно, на самом деле она мне не сестра.

Нанасэ долго и пристально смотрела на меня, а затем глубоко вздохнула.

— Ладно. Лучше скорее переодевайся. Смена скоро начнётся.

— А-ага...

Я достал из своего шкафчика рабочую форму.

Но стоило мне начать переодеваться из школьной формы, как я почувствовал на спине взгляд Нанасэ.

— Э-э... Нанасэ-сан?

— Что?

— Мне тоже надо переодеться...

— Вот и переодевайся.

— Под таким взглядом это не очень удобно.

— Теперь и ты узнаешь, каково было мне.

Нанасэ фыркнула. Да ты всё-таки злишься!

— ...Л-ладно.

Впрочем, сама по себе необходимость переодеться при ней не была катастрофой.

Нанасэ не сводила с меня глаз, пока я расстёгивал рубашку.

Из-за светлой кожи было особенно заметно, как её лицо всё сильнее заливается краской.

— Слушай... если тебе неловко, можешь не смотреть.

Я не выдержал и указал на это, но Нанасэ сердито уставилась на меня.

— С чего мне смущаться, просто увидев парня без верхней одежды?

— Ну, тогда ладно...

Слова и цвет лица у неё совершенно не совпадали.

Я всё ещё оставался достаточно одет, так что ничего особенного не происходило.

...И всё же от её пристального взгляда мне стало не по себе.

Вот что она сама чувствовала минуту назад. Честно говоря, мне стало стыдно.

Я продолжил переодеваться.

— ...Я-я пойду вперёд!

Нанасэ, похоже, больше не выдержала и поспешно выскочила из комнаты отдыха.

— Эй, Юино-тян, ты чего?!

— Х-Хайбара-кун начал переодеваться!

— Чего?!

Снаружи донёсся разговор Нанасэ и Кирисимы-сан. Вот уж формулировка!

Я виноват, что случайно вошёл к ней во время переодевания, но не надо выставлять всё так двусмысленно!

＊

Сегодня нас на смене трое: я работаю на кухне, а Нанасэ и Кирисима-сан — в зале.

День будний, но из-за летних каникул среди посетителей много школьников и студентов. Впрочем, обеденное время уже прошло, так что особой суеты нет. В кафе царит спокойная атмосфера.

— Эй, Хайбара-кун.

Наверное, ей стало скучно, и Нанасэ заговорила со мной через стойку.

— Что такое?

— Ну... это...

Для Нанасэ такая нерешительность была редкостью.

— Посмотришь?

Она достала из кармана смартфон и показала мне экран.

Похоже, там были результаты фортепианного конкурса. В списке значилось имя Нанасэ.

— Ого, ты заняла призовое место?

— Да. Пока только на районном этапе, но я впервые за долгое время попала в число призёров.

Нанасэ счастливо улыбнулась.

В этот момент она почему-то выглядела совсем ребёнком.

— Поздравляю.

Я не знал, насколько серьёзным был этот конкурс, но результат явно стоил радости.

— Хи-хи, спасибо.

С музыкального фестиваля, на котором Нанасэ преодолела свой внутренний барьер, прошло уже около полугода.

Я слышал, что она снова начала участвовать в фортепианных конкурсах, но не ожидал, что так быстро займёт призовое место.

— Тебе так хотелось, чтобы тебя похвалили?

Кирисима-сан с ухмылкой подошла к Нанасэ.

— О чём вы?

— Ты же вся сияешь. Как щенок, который виляет хвостом.

Услышав сравнение Кирисимы-сан, Нанасэ вспыхнула до ушей.

Ну да, на её лице и правда словно было написано: «Похвали меня, похвали!»

После того музыкального фестиваля Нанасэ стала гораздо открытее выражать свои чувства.

Она больше не скрывала свою детскую сторону — и хорошую, и плохую. ...По крайней мере, передо мной.

— Юино-тян, влюбляться в чужого парня — плохая идея. Тем более если вы вместе работаете.

Кирисима-сан с серьёзным видом попыталась её остановить.

Выражение у неё было удивительно убедительным. Неужели личный опыт?

— Вы не так поняли, Кирисима-сан. Я для Нанасэ вроде старшего бра... мф!

Я хотел объяснить, что я для неё старший брат, но Нанасэ зажала мне рот ладонью.

— Скажешь ещё хоть слово — убью!

Пока перепуганная Нанасэ не давала мне договорить, Кирисима-сан продолжала:

— У меня тоже было такое: влюбилась в парня, у которого уже была девушка. Упивалась собственной несчастной судьбой и всё надеялась на шанс, даже говорила что-то вроде: «Ой, какая у тебя строгая девушка»...

Слишком уж жизненно звучит.

Вот они какие, общительные студентки с бурной личной жизнью.

— Но такие чувства никогда не делают тебя счастливой...

Кирисима-сан заметно поникла. Как всегда, её настроение скачет без предупреждения.

— Поэтому, Юино-тян, забудь Нацуки-куна! Хорошо?!

— Н-нет! Я вообще не испытываю к Хайбаре-куну ничего такого!

Нанасэ покачала головой в ответ на горячие уговоры Кирисимы-сан, которая, видимо, переживала за неё.

— Правда-а?

Но Кирисима-сан всё ещё сомневалась.

Неужели со стороны настолько заметно, что Нанасэ ко мне привязана? Хотя да, заметно.

— Тогда что ты думаешь о Нацуки-куне?

Кирисима-сан придвинулась к Нанасэ и задала вопрос в упор.

— Ну... он для меня вроде старшего брата...

Поняв, что дальше отнекиваться не выйдет, Нанасэ ответила честно.

— С-старшего брата?

— ...Да. Хотя мне и неприятно это признавать...

Произнеся это вслух, Нанасэ смутилась ещё сильнее.

Когда она заявляет такое прямо, даже мне становится неловко!

Я-то постоянно шучу на эту тему, но если Нанасэ говорит всерьёз, это уже совсем другое!

— Не думала, что Юино-тян превратится в такую коварную женщину...

Кирисима-сан потрясённо смотрела на Нанасэ.

— К-коварную женщину...?

Пока Нанасэ недоумевала,

— Это то же самое, что парень, который говорит: «Она мне как младшая сестра»!

Кирисима-сан резко ткнула в неё указательным пальцем.

— Такие парни сперва называют девушку сестрёнкой, а потом незаметно начинают ей изменять! Какая же это сестра?! У тебя что, тяга к запретным отношениям?! А?!

Похоже, слова Нанасэ задели Кирисиму-сан за живое.

Она ухитрялась яростно шипеть, не повышая голоса и не мешая посетителям.

В ней уживались разум и эмоции. Настоящий человек. (Что это вообще за вывод?)

— Н-неужели...?

Нанасэ, которую назвали коварной женщиной, явно была потрясена.

— Может, это ты заставляешь её так говорить?

Кирисима-сан внезапно перевела взгляд на меня. Я словно оказался под остриём меча.

— Н-нет, я её не заставляю...

Хотя вообще-то несколько раз просил называть меня братиком.

Я вспомнил об этом и замолчал, отчего давление Кирисимы-сан лишь усилилось.

— Вот поэтому красавчики часто оказываются подонками. Не позволяй такому тебя обмануть.

Обняв Нанасэ за плечи, Кирисима-сан продолжала сверлить меня взглядом.

— Не надо ставить меня в один ряд со всеми вашими бывшими.

После каждого расставания я выслушивал её жалобы, но со мной тех типов и сравнивать нечего.

— Ч-что значит «со всеми»?! Они вообще-то были хорошими людьми! Поначалу!

Зачем ты их так неуверенно защищаешь? Что ты к ним вообще чувствуешь?

— Но сейчас у вас хороший парень и вы счастливы, верно?

— Именно! Он совсем не такой, как те! И не изменяет!

Кирисима-сан счастливо улыбнулась.

Если первое достоинство парня, которое приходит ей в голову, — «не изменяет», прошлое у неё и правда мрачное.

— Хи-хи... Значит, я коварная женщина...

А Нанасэ, потрясённая словами Кирисимы-сан, горько усмехнулась.

— Эй, Нанасэ. Не принимай близко к сердцу.

— ...Ничего. Я ведь даже возразить не могу.

У Нанасэ на глазах выступили слёзы, и вокруг неё словно сгустилось мрачное облако.

— В любом случае, мужчины, которые изменяют, — подонки! Нацуки-кун, смотри не стань таким!

Кирисима-сан подвела итог разговору, который окончательно вышел из-под контроля.

— Да-да, понял.

В тот миг в памяти мелькнул профиль взрослой Миори.

«Я сделаю тебя счастливой».

...И что с того? Кирисима-сан права.

Я поклялся сделать Хикари счастливой. Поэтому изменять ей я не стану никогда.

И вдруг я вспомнил другие слова Хикари.

Тогда ей было больно и тяжело, но переживание оставило у неё противоречивые чувства.

...Даже если тот опыт как-то исказил её отношение к близости, это ничего не меняет!

＊

Колокольчик звякнул, возвещая о новом посетителе.

— Добро пожа...

Я уже собирался договорить, но невольно распахнул глаза.

— Привет, Нацу! Юи-Юи!

— Йо. Мы ненадолго.

В кафе вошли невысокая девушка и крепко сложенный парень — Ута и Тацуя.

Оба были в школьной форме и несли на плечах спортивные сумки.

— Добро пожаловать. После тренировки?

Работавшая в зале Нанасэ проводила их к столику.

— Ага! Сегодня мужская баскетбольная команда закончила тренировку одновременно с нами!

Ута весело болтала с Нанасэ.

Тем временем Тацуя подошёл ко мне.

Даже через стойку он казался огромным.

— ...Ты что, ещё крупнее стал?

— О, заметил? Полгода всерьёз качался — вот и результат.

Тацуя напряг мощные, словно брёвна, руки и широко улыбнулся.

— Похоже, в баскетболе я тебя уже никогда не обыграю.

— Проверим? Не хвастаюсь, но за этот год я стал гораздо лучше.

— Воздержусь. Если продавишь меня силовым ведением, я точно проиграю.

— Эй, решил уйти непобеждённым? Нечестно.

Тацуя ворчал, но вряд ли всерьёз.

Даже без проверки чувствовалось: он совершенно уверен, что сейчас победит.

Вообще-то ещё год назад в чистом мастерстве я ему уступал.

Тогда у меня было огромное преимущество: я заранее знал его стиль игры. Но победа есть победа. Если Тацуя станет профессионалом, буду хвастаться ею до конца жизни.

— Ну как новая команда?

Я задал почти тот же вопрос, что и Рейте.

— Никак. С такой игрой Интерхай нам только снится.

Однако ответ Тацуи оказался полной противоположностью ответу Рейты.

Говорят, на летнем турнире мужская баскетбольная команда Тацуи дошла до полуфинала префектурного отбора.

На первом круге, кажется, во втором классе они вылетели уже во втором раунде.

Такой рывок почти наверняка объяснялся тем, насколько вырос Тацуя как игрок. После знакомства со мной он решил стать профессиональным баскетболистом и явно превзошёл себя из первого круга.

— Тацуя, ты ведь теперь капитан?

— Ага. Не совсем моё амплуа, но попробую.

После летнего турнира третьегодки ушли из команды, и Тацуя стал новым капитаном.

Сам ход событий совпадал с первым кругом, но внутренний настрой Тацуи наверняка был совсем другим.

— Если Рейта и Ута справляются, то и я смогу.

— Это ты сейчас меня ругаешь? Я всё слышу-у!

Ута, до этого изучавшая меню за столиком, надула щёки и подошла к нам.

— «Даже Ута справляется»... Ты о чём?

— А, Нацуки ещё не знает? Ута теперь капитан женской баскетбольной команды.

Тацуя сказал это, легонько положив ладонь ей на голову.

— Ну... формально да...

— Я вообще не знал.

Ута с неоднозначным выражением лица убрала руку Тацуи и принялась объяснять:

— Я думала, новым капитаном точно станет Миорин — она единственная второклассница в основном составе. А потом Миорин вдруг заявила, что выдвигает меня! Почему я?!

Похоже, Уту это до сих пор не устраивало: она схватилась за голову.

— Ну... мне кажется, я понимаю Миори.

Ута в любой компании становилась душой коллектива и умела оживить атмосферу.

— А я точно справлюсь...?

— Но с тех пор, как тебя выбрали, уже прошло какое-то время, верно?

— Я стараюсь, но уверенности всё равно нет. И играю я не настолько хорошо.

— С тобой всё будет хорошо, Ута.

— Мне приятно это слышать, но у тебя нет никаких оснований так думать!

— Доказательства есть. Тогда ведь именно ты помогла Миори.

Когда Миори перестала отдавать передачи и поссорилась со старшими, именно Ута помогла обеим сторонам снова найти общий язык.

— Тогда...?

Ута непонимающе склонила голову, но тут же вспомнила и возразила:

— Н-но Миорин тогда спас ты, Нацу!

— Я лишь помогал Уте, которая сама пыталась спасти Миори.

Именно усилия Уты вернули нормальную атмосферу в разваливавшуюся команду.

Если подумать, её выбор капитаном казался скорее закономерным.

— Да и Мотомия на лидера не тянет.

— Согласен. Она вечно делает что хочет.

— За что вы так с Миорин?!

Ута потрясённо смотрела на нас с Тацуей.

— ...Ну, раз Нацу так говорит, я хотя бы постараюсь.

Ута произнесла это со вздохом.

— Всё равно удивительно: Тацуя, Рейта и Ута — все стали капитанами.

Насколько помню, на первом круге ни Рейта, ни Ута капитанами не были.

Я не имел отношения к этим секциям, поэтому причин не знал.

— Я решил стать профессионалом. Если не сделаю команду сильнее, всё это бессмысленно.

Лицо Тацуи было полно боевого духа.

— Летний отбор на Интерхай мы проиграли, но поняли, что можем бороться. В следующий раз победим.

— Удачи, Тацуя. Я за тебя болею.

— Можешь хоть сейчас вступить в баскетбольную секцию. Твой трёхочковый нам пригодится.

— Извини, но я решил всерьёз заниматься группой.

— Ц, тогда ничего не поделаешь.

Тацуя с лёгкой усмешкой вернулся к столику. Ута пошла за ним.

Наверное, они решили не отвлекать меня от работы слишком долго.

— Ута, что будешь?

— М-м... Я — омурайсу!

— Тоже неплохой вариант.

— Хи-хи, возьмёшь то же, что и я?

— ...Что за ерунда? Как-то мерзко звучит.

— Эй! Что ты говоришь девушке, которая тебе нравится?!

Пока я мыл посуду, они весело препирались.

— Итак, что будете заказывать?

Когда Нанасэ спросила, Тацуя ответил: «Два омурайсу».

— Надо же. А разве это не «мерзко»?

— Что поделать. Девушка, которая мне нравится, так хочет.

Тацуя пожал плечами, и Ута удивлённо распахнула глаза.

— Ч-чего-о? Я вовсе не просила тебя брать то же самое!

— Шучу. Я и сам хотел омурайсу.

Похоже, у Уты не нашлось слов для возражения: она молча смерила Тацую недовольным взглядом.

— Заказ принят.

Посмеиваясь над этими двумя, Нанасэ вернулась ко мне.

— Два омурайсу. Хотя ты наверняка и сам слышал.

— Понял.

Ответив Нанасэ, я достал из холодильника яйца.

— В последнее время эти двое особенно хорошо ладят.

— Ага.

Они и раньше дружили, но после перехода во второй класс, кажется, сблизились ещё сильнее.

Тацуя не скрывал, что ему нравится Ута, а она принимала его чувства и порой даже поддразнивала его из-за них. В последнее время я часто видел, как они вместе возвращались с занятий в секциях.

— Наверное, потому, что Тацуя стал активнее за ней ухаживать?

— Похоже на то. Ута тоже явно не против, так что с такими темпами это лишь вопрос времени.

Нанасэ училась с Утой в одном классе. Наверняка она многое от неё слышала.

— Кажется, Хайбару-куна она уже окончательно отпустила.

Нанасэ была права. В последнее время я больше не чувствовал на себе взгляд Уты.

Наверное, она и в Café Mares пришла потому, что снова воспринимала меня просто как друга.

Если бы у неё ещё оставались чувства, Ута не стала бы делать ничего, что можно было истолковать как «я пришла повидаться с ним». Ведь она всё это время старалась не задеть Хикари.

После того как мы с Хикари начали встречаться, Ута явно стала держаться от меня на расстоянии.

Разумеется, в общей компании мы разговаривали как прежде, но наедине почти не общались.

А в последнее время она снова спокойно заговаривала со мной.

Наверное, решила, что теперь может разговаривать со мной как обычно.

«...Только не давай мне снова на что-то надеяться, ладно?»

Я вспомнил, как Ута плакала на осеннем школьном фестивале.

— ...Значит, мы действительно снова стали друзьями. Главное — это.

Мне было самую малость грустно. Но говорить об этом не стоило.

Готовя два омурайсу, я мельком посмотрел на столик у окна.

Ута без умолку рассказывала о сегодняшних событиях, а Тацуя время от времени поддакивал.

— За этот год Нагиура-кун сильно повзрослел.

— ...Ага. Хотя мне немного не хватает его прежней шумности.

Год назад Тацуя был типичным напористым экстравертом: не подстраивался под окружающих, а сам задавал тон. Теперь он внимательнее относился к окружающим и при необходимости умел сдержаться.

— Знаешь, Нагиура-кун в последнее время пользуется успехом у девушек.

— ...Правда?

— Да. С Хайбарой-куном ему, конечно, не сравниться, но Сиротори-куна он, возможно, уже обошёл.

Правда, после истории с дракой репутация Рейты неизбежно пострадала.

Почти все недоразумения уже разрешились, но мне всё равно казалось, что некоторые его побаиваются.

— Но у Хайбары-куна есть девушка, так что фактически Нагиура-кун, возможно, сейчас самый популярный.

— Вообще странно, что раньше он не пользовался успехом. Он ведь красавец.

— Раньше многие девушки его боялись. Но теперь он стал вести себя увереннее и спокойнее, верно? Всё больше девушек привлекает этот контраст.

Нанасэ весело рассуждала об этом, глядя на Тацую.

— А ты сама что думаешь, Нанасэ?

В последнее время Нанасэ тоже часто бывала рядом с Тацуей, и я спросил из чистого любопытства.

Она слегка удивилась, а затем тихо рассмеялась.

— Даже не знаю. Может, он и меня немного привлекает.

Похоже, утверждение, что уверенные мужчины нравятся девушкам, всё-таки было правдой.

...Погоди. Тогда с чего бы мне быть популярным?

Пока я об этом размышлял, оба омурайсу были готовы.

— Спасибо за ожидание.

Нанасэ отнесла блюда Тацуе и Уте, и те сразу взялись за ложки.

Попробовав по кусочку, оба повернулись ко мне и подняли большие пальцы.

Пустяк, а мне стало приятно. Пусть после перехода во второй класс нас распределили по разным классам и мы стали реже видеться, наша дружба никуда не исчезла.

＊

В толпе у турникетов станции Такасаки выделялась одна девушка.

— Нацуки-кун!

Заметив меня, Хикари расцвела в улыбке.

Она замахала обеими руками и побежала ко мне.

Парни, которые крутились поблизости и поглядывали на Хикари, недовольно цокнули языками и разошлись.

— Доброе утро, Хикари.

— Угу. Как будто давненько не виделись, да?

Мы не встречались с первого дня летних каникул — уже целую неделю.

Сияющая от радости Хикари была в белой блузке с короткими рукавами и мини-юбке — лёгком летнем наряде. Мини-юбки она носила редко.

— Этот наряд мне Юино-тян подобрала. Ну как?

Вот почему он немного отличался от обычных вкусов Хикари.

— По-моему, ты невероятно милая.

— Хи-хи, спасибо.

Хикари слегка покраснела и смущённо улыбнулась.

— В мини-юбке непривычно: всё так продувает. Хотя она милая, конечно.

Видимо, её беспокоили взгляды окружающих: Хикари то и дело одёргивала подол.

...Да уж, сразу видно вкусы Нанасэ.

Взгляд Нанасэ на Хикари временами довольно недвусмысленный — в том самом смысле. Хотя это моё махровое предубеждение.

Как бы то ни было, Хикари выглядела невероятно мило. Ей вообще шла почти любая одежда, но когда милая девушка надевала милый наряд, получалось просто до невозможности мило.

— Н-не смотри на меня так пристально...

Похоже, я сам не заметил, как слишком долго её разглядываю.

— Прости.

— Мне, конечно, приятно... Но ты слишком пялишься на мои ноги. Пошляк.

Хикари смерила меня укоризненным взглядом и несколько раз легонько ткнула кулачком в плечо.

Возразить мне было нечего, поэтому я решил, что лучше всего сменить тему.

— Давай уже пойдём.

Я уверенно — по крайней мере, мне так казалось — взял Хикари за руку и двинулся вперёд.

Мы прошли через турникеты JR и направились к платформе линии Рёмо.

Всю дорогу я держал Хикари за руку, но она почему-то выглядела недовольной.

— Что такое, Хикари?

— ...Нацуки-кун, ты, похоже, уже привык, да?

— К чему?

— Я каждый раз волнуюсь, а ты будто в последнее время уже привык! Так легко говоришь, что я милая, совершенно естественно берёшь меня за руку!

Хикари жаловалась, густо краснея.

— Что мне прикажешь на это ответить... Я тоже волнуюсь, между прочим.

— Правда-а? А по лицу и не скажешь. Такой спокойный.

— Ну, по сравнению с тем временем, когда мы только начали встречаться, я и правда стал немного увереннее.

Точнее будет сказать, что я просто научился лучше скрывать волнение.

— ...Нечестно. Почему только ты, Нацуки-кун?

Хикари внезапно резко потянула меня за руку, и я слегка пошатнулся.

В тот же миг к моей щеке прижалось что-то мягкое.

Я поспешно повернул голову и увидел победное выражение на лице Хикари.

— Чт... ты...

— Хи-хи. Вот теперь ты растерялся.

Хикари довольно улыбалась, хотя сама покраснела до ушей.

— Прямо здесь...

Я торопливо огляделся, но в пределах видимости никого не было.

— Я всё-таки проверила, что рядом никого нет.

— Но всё равно...

— ...Я перестаралась, да? Прости.

Похоже, Хикари тоже пришла в себя: она поникла и виновато извинилась.

При виде неё меня захлестнула нежность.

— Ну что с тобой делать.

Я положил ладонь ей на голову и ласково погладил по волосам.

Хикари покорно позволяла себя гладить и расплылась в глуповатой улыбке: «Хе-хе...»

Милая. Почему моя девушка настолько милая?

— Смотри, эти двое.

— Оба красные. Мило-о.

Оказавшаяся на платформе парочка, похожая на студентов, поддразнила нас.

Похоже, мы сами не заметили, как оказались в собственном мирке. Стыд какой.

Мы с Хикари начали встречаться прошлой осенью.

Сменились времена года, и снова пришло лето. Скоро будет уже год.

Казалось бы, даже мы уже должны были перестать вести себя как неопытная парочка, которая ничего вокруг не замечает... Но не перестали.

＊

Пересев с поезда на автобус, мы добрались до Кирю.

Сегодняшним местом для свидания стал Caribbean Beach — «море» префектуры Гумма.

Официальное название — бассейн Кирю Ниисато. Говорят, воду там подогревают остаточным теплом соседнего мусороперерабатывающего центра.

— Как ни странно, я здесь впервые.

— Правда? А я раньше приезжала сюда с родителями.

— ...А Сэй-сан вообще ходит в бассейны?

Я совершенно не мог представить, как он играет с ребёнком в бассейне.

— Не ходил. Поэтому мы приезжали вдвоём с мамой.

— Ох...

— Да ничего страшного. Толку-то от папы, даже если бы он пришёл.

Жестоко она с ним.

Впрочем, Сэй-сан сам довёл до такого отношения.

— Народу немало.

— Самая середина летних каникул всё-таки.

Болтая, мы встали в очередь на вход.

Большинство посетителей составляли семьи с детьми, остальные — компании школьников и парочки.

Было девять пятьдесят пять. Вход ещё не открыли, а парковка уже почти заполнилась.

— Здесь столько людей... Мы вообще сможем нормально поплавать?

— Думаю, тут гораздо просторнее, чем ты представляешь, Нацуки-кун. Всё будет хорошо.

Наконец посетителей начали запускать, и очередь быстро дошла до нас. Внутрь мы попали неожиданно легко.

Перед раздевалками мы с Хикари разошлись и отправились переодеваться.

Я взял те же плавательные шорты, что и прошлым летом: чёрные, простого фасона.

Переодевшись почти сразу, я вышел из раздевалки и прошёл к бассейнам.

Внутри уже было полно народу, но сам комплекс оказался огромным.

По крайней мере, ощущения тесноты не было.

Я подошёл к информационному стенду рядом с выходом из раздевалки.

На первом этаже находились детский бассейн и бассейн с течением, на втором — волновой и двадцатипятиметровый бассейны, а также водные горки. Ещё были джакузи и сауна.

Разглядывая схему, я ждал Хикари.

Причину лёгкого волнения даже объяснять не требовалось.

Ровно год прошёл с тех пор, как я в последний раз видел Хикари в купальнике.

Я всё-таки парень. Конечно, мне хотелось увидеть, как выглядит моя девушка.

— Прости, что заставила ждать, Нацуки-кун!

Голос раздался у меня за спиной.

Я обернулся и увидел Хикари.

Купальник на ней был не тот, что прошлым летом.

— ...Н-ну как?

В прошлом году она носила купальник с парео.

А в этот раз выбрала простой бикини.

Новый фасон был заметно смелее прошлогоднего, и Хикари явно стеснялась непривычно открытого наряда.

Я невольно засмотрелся и тут же смутился.

— К-купальник у тебя другой, не как в прошлом году.

— ...Угу. Купила новый. Мне идёт?

Хикари покраснела. Неудивительно, что окружающие парни то и дело поглядывали в её сторону.

С её красотой это было неизбежно, но мне всё равно становилось не по себе.

— Очень идёт.

— ...С-спасибо. Хотя мне всё-таки немного неловко.

Чувствуя чужие взгляды, она ёрзала и пыталась прикрыться.

— Это тоже вкус Нанасэ?

— Что? Нет, этот я выбрала сама.

И хорошо. Если бы такой смелый вариант подобрала Нанасэ, её вкус выглядел бы уж слишком двусмысленно. Пронесло... наверное.

— Может, он... слишком откровенный?

— ...То есть ты сама это понимаешь.

— Просто... я хотела, чтобы ты подумал, что я красивая.

— Ты очень красивая. Только мне не хочется, чтобы на тебя так смотрели другие парни.

Я неловко почесал затылок, а Хикари счастливо улыбнулась.

— Тогда пока прикроюсь.

Она достала из сумки рашгард и накинула его.

Застегнув молнию, Хикари сразу стала выглядеть гораздо скромнее.

— У тебя и кофта с собой?

— Угу. Я тоже не хочу, чтобы на меня слишком смотрел кто-то, кроме тебя.

Значит, мне смотреть можно. От этой мысли сохранять спокойствие стало ещё труднее.

Но внешне я упорно держал невозмутимое лицо.

— Я думал, ты придёшь в прошлогоднем купальнике.

— А ты в том же, что и год назад.

— Ага. С прошлого лета я его больше не надевал, так что это всего второй раз.

И всё же новый образ Хикари никак не выходил из головы.

...К тому же мне показалось, что по сравнению с прошлым годом она немного изменилась...

— Я тоже свой почти не носила...

Нет-нет, успокойся. Сейчас не время поддаваться глупым мыслям.

Сегодня мы приехали весело провести день в бассейне. Надо выбросить это из головы.

— Вообще-то, понимаешь...

Не подозревая, что я как раз пытался переключиться, Хикари тихо продолжила:

— Прошлогодний купальник стал мне немного тесен...

Где именно — спрашивать было неловко, да и ответ, похоже, был очевиден.

Вариантов было всего два, но я предпочёл не развивать эту мысль.

— ...

Когда я промолчал, Хикари легонько толкнула меня в плечо.

— ...Ну скажи хоть что-нибудь.

И что, по-твоему, я должен сказать?!

Сложность общения просто зашкаливала!

＊

Найдя место для вещей, мы первым делом пошли в бассейн с течением.

Вода была подогретой — не холодной, а приятно тёплой. Поток подталкивал в спину, и тело само двигалось вперёд. Хикари положила руки на арендованный круг и с довольным видом плыла по течению.

— Как хорошо-о.

Я шёл по воде рядом с ней.

Кстати, ходьба в воде почти не нагружает суставы и при этом отлично подходит для тренировки. Перед поступлением, когда я худел, часто занимался этим в бассейне при спортзале. Ностальгия.

— Добираться было далековато, но хорошо, что мы приехали.

— ...Ага.

Свидание в бассейне получилось из-за фразы Хикари: «Хочу и в этом году съездить на море». Неделю назад мы болтали по телефону и вспоминали прошлогоднюю поездку всей компанией. Мы с Тацуей соревновались в кроле, Миори перевернула мой круг и окунула меня, Ута расстреливала из водяного пистолета, я отдыхал с Нанасэ под зонтом, банан, на котором мы катались все вместе, перевернулся, за обедом мы с Рейтой и Тацуей несли какую-то чепуху, Серика поражала всех слишком сложными постройками из песка, а во время пляжного волейбола мне приходилось изо всех сил прикрывать Хикари, в которую все целились... Мы действительно наслаждались морем на полную.

То было почти чудесное лето. Его картины до сих пор стояли у меня перед глазами.

Но этим летом общей поездки на море не планировалось.

Мы немного обсудили поездку в RINE, однако попросту не смогли совместить расписания.

Все состояли в разных секциях: лёгкой музыки, мужского и женского баскетбола, футбола, литературы. Кроме того, у Нанасэ были занятия фортепиано, Хикари работала над романом, несколько человек подрабатывали, а у кого-то наверняка имелись семейные дела. Согласовать всё в таких условиях почти невозможно. В прошлом году свободные люди вроде меня могли подстроиться под остальных, но теперь всё изменилось.

— Жалко, что мы не смогли поехать все вместе... Спасибо, что пригласил меня сюда.

Хикари расстроилась, и я предложил ей бассейн. Конечно, он не заменит поездку на море всей компанией, но мне хотелось порадовать её чем-то другим.

— Забавно, правда? Прошлым летом все могли поехать, а я не знала, получится ли у меня. А теперь наоборот: я могу, зато всем остальным трудно.

За год меняется многое.

Моё предчувствие, что то лето больше никогда не повторится, оказалось верным.

— Хорошо, что мы тогда всё-таки поехали.

— Угу. Если бы я так и не попала туда, наверняка потом жалела бы.

— Даже скучаю по тем дням, когда сидел рядом, пока ты писала роман в кафе.

— ...Уже год прошёл. Тогда я доставила тебе столько проблем, Нацуки-кун.

— Даже я растерялся, когда внезапно узнал, что ты ушла из дома.

— И ведь сразу приехала на ближайшую к твоему дому станцию... Если подумать, я с самого начала собиралась положиться именно на тебя. Наверное, была ужасной девушкой, которая пользовалась твоей добротой.

— ...Ты сама это говоришь?

— Где-то в глубине души я верила, что ты обязательно меня спасёшь.

— Но разве ты меня тогда не недолюбливала?

— Поначалу — да. Хотя лицо мне нравилось с самого начала.

— Это что ещё за утешение?

На мою реплику Хикари тихо рассмеялась.

— В прошлое уже не вернуться, но пережитое стало опытом и сделало меня такой, какая я сейчас.

Фраза прозвучала нарочито возвышенно, словно строка из романа.

— Если бы не ты, я до сих пор была бы папиной марионеткой. Наверное, так и прожила бы жизнь без единого счастливого воспоминания о юности и постоянно об этом жалела.

Под водой Хикари незаметно переплела со мной пальцы.

— Поэтому, Нацуки-кун, я так счастлива сейчас: могу идти к мечте рядом с любимым человеком. И всё это благодаря тому, что ты меня спас.

Её улыбка сияла, словно радуга.

— Я тоже счастлив сейчас как никогда.

Когда-то моя юность была серой, а теперь я хотел переписать её в цвета радуги. В сущности, только это и двигало мной, но в последнее время всё больше людей меня за это благодарили. Если мои поступки делали счастливее тех, кто рядом, я тоже был рад. Значит, этот прыжок во времени не был бессмысленным.

— Это всё благодаря Хикари и друзьям, которые остались рядом со мной.

— Нацуки-кун, как ты умудряешься с таким серьёзным лицом говорить такие стыдные вещи?

— Вообще-то ты сама только что говорила ещё более смущающие вещи!

А ведь момент был таким трогательным! И тут она внезапно разрушила весь настрой!

— Нацуки-кун, хочешь тоже воспользоваться кругом?

Посмеиваясь, Хикари протянула мне круг.

— Тогда, пожалуй, воспользуюсь.

Я забрался внутрь и расслабленно опёрся на него.

Было приятно покачиваться на воде, отдаваясь течению.

Всё это время Хикари должна была идти рядом... но в какой-то момент исчезла.

Я только подумал, куда она делась, как ответ внезапно появился за моей спиной.

Хикари забралась в тот же круг позади меня и тесно прижалась к спине.

— Э-эй, Хикари?!

— Смотри, мы вдвоём едва-едва помещаемся!

Я оглянулся через плечо и увидел совсем рядом её мокрое, улыбающееся лицо.

Пока я лежал на круге, Хикари обняла меня со спины.

Она прижалась ко мне всем телом.

От такой близости я окончательно растерялся.

В бассейне с течением было полно людей, но все веселились в своих компаниях, так что особого внимания мы не привлекали... И всё же мне было ужасно неловко.

Я освободился от её объятий, нырнул и выскользнул из круга.

— Эй, почему ты убежал?

Хикари недовольно надула щёки.

Похоже, она совсем не понимала, насколько сильно меня смущает. Хотя, зная Хикари, она вполне могла делать это нарочно... В любом случае страшновато. Вот она, роковая девушка.

— Ну ведь ты совсем ко мне прижалась...

После этих слов Хикари покраснела и отвела взгляд.

Наверняка это был тот случай: «Сделала нарочно, но смутилась, когда об этом сказали вслух»!

За десять месяцев отношений я понемногу научился понимать характер Хикари.

— ...Не говори так. Сам такой.

Вот кто бы говорил.

Пожалуйста, хватит меня так дразнить. Я и так едва сохраняю спокойствие.

Хотя, возможно, она именно потому и не беспокоилась, что доверяла мне...

— К-кстати, Рейта спрашивал, свободны ли мы восьмого августа.

Я решил изо всех сил сменить тему.

— Восьмого августа? ...А, точно. В этот день фестиваль фейерверков в Маэбаси.

— Он предлагает всем вместе сходить посмотреть фейерверки.

— Конечно пойдём! Хочу снова собраться всей компанией!

— Тогда отвечу Рейте.

— Хорошо!

Хикари с улыбкой кивнула и продолжила:

— Вообще-то я сама думала пригласить тебя, Нацуки-кун.

Вот почему она сразу всё поняла, услышав только дату.

— Но если мы пойдём все вместе, я всё равно увижусь с тобой. Двойная выгода.

— Только наедине мы не останемся и пообниматься не сможем.

— Значит, сегодня наверстаю!

— У-о-о?!

Хикари схватила меня за плечи и с плеском толкнула в бассейн.

Сама меня толкнула, а теперь беспомощно барахталась под водой. Я подхватил её.

Наши взгляды встретились. Паника на лице Хикари сменилась облегчением.

На одно мгновение наши губы соприкоснулись.

Мы вместе вынырнули на поверхность.

— ...Эй, Хикари?

Она ничего не ответила, повернулась ко мне спиной и выбралась из бассейна.

— Я устала. Давай немного отдохнём.

...Почему она выглядела такой спокойной?

Я тоже вышел из воды. Хикари почему-то всё время стояла ко мне спиной. Уши, видневшиеся между мокрыми прядями, пылали красным. Ничуть она не была спокойна.

— ...Тебе не понравилось?

— ...Нет, дело не в этом.

В последнее время Хикари не прекращала наступление. Хотелось, чтобы она хоть немного сбавила напор.

Моё сердце и так давно было прострелено; такими темпами оно скоро рассыплется на кусочки.

Мы встречались около десяти месяцев. Держались за руки, обнимались и целовались, но наши отношения оставались вполне невинными.

Впрочем, я не мог отрицать, что просто не понимал, когда и как нам сделать следующий шаг. Иногда мне казалось, что Хикари тоже об этом думает. Но мы всё ещё школьники, и я не знал, стоит ли нам торопить отношения.

За это время я понемногу привык к тому, что у меня есть девушка.

Я стал лучше понимать, как вообще проходят свидания.

Но дальше начиналась неизвестность. Я хотел, чтобы наши отношения развивались, однако боялся поспешить и ранить Хикари.

Здесь нельзя было вслепую рваться вперёд.

Нужно было серьёзно подумать о наших отношениях и не спеша решить, как двигаться дальше.

＊

Устав от плавания, мы отдыхали у бассейна.

Caribbean Beach был крытым, так что солнце здесь нас не изматывало.

Кондиционеров тут, конечно, не было, но всё равно куда лучше, чем снаружи.

— Нацуки-кун, как думаешь, чем ты будешь заниматься через десять лет?

Отпивая спортивный напиток, Хикари вдруг задала такой вопрос.

— С чего это вдруг?

— М-м, просто так? Ну, нам ведь уже пора задумываться о будущем.

И правда, уже наступили летние каникулы нашего второго года в старшей школе.

Пожалуй, уже пора было начинать думать, куда идти после выпуска.

— Даже не знаю... Наверное, устроюсь на обычную работу.

Пусть мы с Серикой и остальными всерьёз занимались группой, профессиональным музыкантом я себя в будущем не видел.

По крайней мере, сейчас моего мастерства не хватало даже на то, чтобы представить такой исход.

— А в какой компании ты работаешь?

— В крупной строительной компании.

Услышав мой короткий ответ, Хикари озадаченно захлопала глазами.

— ...Очень конкретно. Хочешь работать в строительной компании?

— Нет, ничего такого.

— Ну и ответ.

Хикари рассмеялась, позабавленная моими словами.

Неудивительно, что ответ прозвучал бессмысленно: я просто рассказал о недавнем сне.

Я думал о том, как сложилась бы моя жизнь, если бы никакого прыжка во времени не произошло.

Если дать этому название, пожалуй, подошло бы «правильное будущее».

В том «правильном будущем» я устроился на обычную работу и вновь встретил Миори.

Увидев её, я вспомнил о своих чувствах, и мы начали встречаться.

Всё было поразительно ясным и правдоподобным — настолько, что не верилось, будто это всего лишь сон.

— А кто тогда будет рядом с тобой, Нацуки-кун?

У меня похолодело в груди.

Хикари улыбалась и пристально смотрела на меня.

Наверное, ей казалось, что она просто заигрывает со мной.

— Конечно, ты, Хикари.

И я солгал.

Точнее, мне ничего не оставалось, кроме как солгать.

Я прекрасно знал, насколько проницательна Хикари.

Но всё равно не мог ответить, что рядом со мной была Миори.

— Я так и думала!

Хикари широко улыбнулась, явно довольная, что угадала.

— А ты, Хикари?

Ещё немного расспросов — и я мог выдать себя, поэтому перевёл разговор на неё.

— А я стану писательницей. И не просто писательницей, а автором бестселлеров!

— Вот это мечта.

Стоило мне поддакнуть, как Хикари с воодушевлением продолжила:

— Я дебютирую ещё в старшей школе, а потом поступлю на литературный факультет. Но первая книга будет продаваться не очень хорошо, поэтому после университета я стану работать в офисе папиной компании и писать романы параллельно.

— Как всё подробно.

— ...А потом, лет в двадцать пять, выпущу настоящий хит. Экранизация! Миллион проданных экземпляров! Заказов станет гораздо больше, доходы стабилизируются, и я смогу полностью посвятить себя книгам. Когда не останется основной работы, в жизни появится немного свободного времени... Но к тому моменту...

Ещё секунду назад голос Хикари звенел от радости, но вдруг совершенно потускнел.

— Рядом со мной не было тебя, Нацуки-кун.

Её печальный взгляд не отрывался от меня.

Почему она вдруг заговорила об этом? Всё звучало почти как расставание.

— Это я пренебрегла тобой. Работала, писала романы — и времени на встречи с тобой почти не осталось. Но даже тогда я ставила книги на первое место. Поэтому твои чувства постепенно угасли... а когда я это заметила, было уже поздно. Я исполнила мечту, но рядом со мной никого не осталось.

— Ты что, умеешь видеть будущее?

— Нет. Мне просто приснился такой сон.

— Тогда не стоит об этом переживать.

То же самое относилось и к моему сну. Он не заслуживал серьёзного анализа.

А его необычная правдоподобность наверняка объяснялась богатым воображением Хикари.

— Как бы занята ты ни была, я всё равно останусь рядом.

Услышав это, Хикари радостно кивнула.

— Спасибо, Нацуки-кун.

— Так вот почему ты сегодня всё время ко мне льнула?..

— ...Мне стало немного страшно. Хотя я и понимаю, что это всего лишь сон.

Хикари смущённо покраснела.

— ...Всё будет хорошо. Даже если это и правда настоящее будущее.

Даже если благодаря проницательности, логике и воображению Хикари тот сон оказался почти безошибочным прогнозом, выход всё равно существовал.

— Раз знаешь, что так случится, надо просто не допустить такого будущего.

Именно этим я всё это время и занимался.

Я знал первый круг и всё же менял мир второго.

— Понятно. Очень на тебя похоже, Нацуки-кун.

Хикари согласно кивнула.

А затем, словно ей внезапно пришла в голову новая мысль, спросила:

— Ты знаешь, что такое временной парадокс?

— Это когда путешественник вмешивается в прошлое и из-за этого возникает противоречие с настоящим... что-то вроде того?

Разумеется, я знал.

В конце концов, я сам пережил прыжок во времени.

Подобные теории я изучил сразу после возвращения в прошлое.

Правда, ответа на вопрос, что именно со мной произошло, так и не нашёл.

Оставалось считать, что бог исполнил моё желание «заново прожить юность».

— Почему ты вдруг об этом заговорила?

— Потому что по твоей логике получается временной парадокс.

Я ведь и правда сказал: если знаешь настоящее будущее, его можно переписать.

— Но тогда это «настоящее будущее» просто перестанет существовать, разве нет?

— ...Верно. Если считать, что всё это было лишь моей фантазией, никаких противоречий не возникнет.

— Тогда... — продолжила Хикари.

— Допустим, я знаю будущее через десять лет и вернулась в прошлое, чтобы его переписать... Значит, временной парадокс уже возник, верно?

...Почему она говорит о таком?

Наверное, её слова казались мне настолько убедительными потому, что я сам пережил прыжок во времени.

Слишком уж удобно считать, что случившееся со мной не может произойти с другим человеком.

И всё же в поведении Хикари не было ничего странного... кажется.

По крайней мере, вначале она поступала точно так же, как в первом круге, сохранившемся в моей памяти.

— Что в таком случае происходит с изменённым прошлым? Обычно выделяют три гипотезы.

Пока я размышлял, Хикари продолжила:

— Первая: попасть в прошлое можно, но вмешаться в него нельзя. Даже если попытаешься что-то изменить, сработает сила судьбы и сведёт усилия на нет. То есть ничего не произойдёт — и заставить что-либо произойти невозможно.

Она излагала всё на удивление складно.

— Вторая: настоящее изменяется вслед за вмешательством в прошлое. Например, если я вернусь назад и убью папу, то сама исчезну... что-то в таком духе.

Словно она давно и тщательно изучала этот вопрос.

— Третья: в момент возвращения в прошлое возникает параллельный мир. Поэтому сколько ни меняй прошлое, на мир, в котором я жила до прыжка, это никак не повлияет.

Это всего лишь предположение, обычная отвлечённая беседа — по крайней мере, так должно было быть.

— Какая гипотеза кажется тебе правильной, Нацуки-кун?

— ...Разве на такой вопрос вообще можно ответить?

— Скажи просто по наитию.

— Наверное, третья.

— Почему ты так думаешь?

— Да нет у меня причины. Просто показалось...

Разве что в последнее время мне снились слишком уж реалистичные сны.

В мире, где прыжка во времени не произошло, другой я проживал совершенно незнакомую мне жизнь.

— ...Просто мне хочется, чтобы верна была именно она.

Первую гипотезу опровергал уже тот факт, что я сумел вмешаться в прошлое.

Вторая была вполне возможна. Я не мог вернуться в будущее и узнать правду.

Поэтому мне хотелось верить в третий вариант.

Ведь если мои нынешние поступки переписывали то будущее,

если из-за них исчезали дни с Миори, когда мы признались друг другу в любви,

...я мгновенно понял, что этого мне не хочется.

— Спасибо, Нацуки-кун. Это мне очень пригодится.

Я вдруг заметил, что Хикари с серьёзным видом делает заметки в смартфоне.

— ...Твоя следующая книга будет научной фантастикой?

— Хи-хи, именно! Спасибо, что ответил всерьёз!

Хикари улыбнулась, словно подтверждая, что я угадал.

...Так это всё ради романа? А я зря разволновался.

— Представляешь, главная героиня возвращается в прошлое! И с помощью знаний из будущего лихо решает проблемы, от которых раньше страдала. По-моему, звучит интересно! А ты как думаешь?

— ...Н-ну, вроде бы?

Слишком уж похоже на моё положение — мне даже трудно воспринимать это как занимательный сюжет!

Правда, я сам ни разу не смог так вот лихо решить проблему с помощью знаний из будущего.

— Вчера вечером я всё думала об этой книге, а потом мне приснился кошмар, будто через десять лет мы с тобой расстались... Утром я проснулась и расплакалась.

Объяснив истинную причину разговора, Хикари осторожно взяла меня за руку.

— Но я была рада, что ты сказал, что такого не будет.

Даже глядя на солнечную улыбку Хикари, я не чувствовал радости.

Почему меня мучило странное чувство вины? Я ведь ничего не сделал.

...Даже если тот сон и правда показывал «правильное будущее».

Но теперь, когда я вернулся в прошлое и заново проживал юность, эта история меня уже не касалась.