Вспыхнул яркий свет, и Юн Чон Ин, всё ещё с мокрыми от смеха дорожками слёз на лице, схватил микрофон и поспешил к парням. Те уже торопливо стягивали с себя кошачьи ободки, и выражения их лиц были такими убитыми, словно они только что потеряли смысл жизни.

— Эй, а чего это вы ободки снимаете? — с самым серьёзным видом спросил Юн Чон Ин.

— А как ты думаешь, почему? — мрачно отозвался парень, стоявший с краю.

В следующую секунду весь зал снова взорвался хохотом.

Следующим номером оказалась пародия на «Могучих рейнджеров». Когда супергерои, столкнувшись со слишком сильным монстром, позорно бросили девушку и сами пустились наутёк, зрительный зал разразился оглушительными аплодисментами и свистом.

После этого две девушки исполнили балладу, затем были танцы, сценка по мотивам популярного телешоу, и время текло так незаметно, что вскоре очередь дошла до первого класса.

Я невольно задержала дыхание.

Оглянувшись, я заметила, что напряжена не только я. Одни сидели, словно окаменев, другие не сводили с сцены глаз, полных ожидания.

Белый свет, до этого лившийся сверху, внезапно погас, и зал погрузился в густую темноту. Исчезло всё — я не видела даже лица сидевшей рядом Ируды. Не отрывая взгляда, я смотрела на сцену.

И вдруг сверху ударил яркий прожектор.

Почти сразу он снова погас, оставив лишь слабое красноватое сияние. Лиц было почти не различить, но силуэты проступали отчётливо. Стройные фигуры, а впереди, девушка с длинными чёрными волосами, отливавшими тёмно-алым под красным светом. Этот силуэт был мне слишком хорошо знаком.

Через мгновение пятеро одновременно двинулись в такт музыке.

Зал буквально взорвался.

— Ого! Это же Boom Boom Pow!

Я невольно ахнула.

Конечно, для выступления выбрали тех, кто хорошо танцует, но даже среди них Ё Рён выделялась безоговорочно. Её тонкие, почти хрупкие руки двигались с удивительной силой и уверенностью, словно музыка текла прямо через неё.

Когда вспыхнул белый свет и её лицо стало видно полностью, по залу прокатился общий вдох.

Белый лоб, правильные черты лица, прозрачные чёрные глаза, в центре действительно стояла Ё Рён.

До этого зал буквально разрывался от криков, но в одно мгновение наступила такая тишина, будто всех разом погрузили под воду.

Я понимала почему.

Это была та самая необъяснимая притягательность, которой обладала Ё Рён. Она умела одним своим присутствием заставить людей замолчать.

Но уже в следующую секунду тишину смела новая волна восторженных воплей.

Танец не был откровенно соблазнительным, как у большинства женских групп, однако Ё Рён исполняла его настолько уверенно и красиво, что невозможно было отвести взгляд. Под ритм музыки её распущенные волосы длинной волной взлетали за спиной.

Раздался странный электронный звук, и все пятеро одновременно медленно опустили головы, словно кто-то выключил их одним нажатием кнопки.

Когда выступление закончилось, зал окончательно обезумел.

— Ё Рён! Выходи за меня!

Кто-то кричал это во весь голос, другие, переглядываясь, восхищённо шептали:

— Она вообще что-нибудь не умеет?

Свет снова погас.

Несколько человек, ожидавших сбоку, быстро выбежали на сцену. Послышался лязг металла по деревянному полу, они расставляли реквизит. Я крепче прикусила губу.

Когда прожекторы снова вспыхнули, теперь уже девушки завизжали так громко, что у меня заложило уши.

— А-а-а-а!

— Да это же нечестно!

— Как вообще получилось, что все четверо здесь?!

Я невольно кивнула.

На сцене стояли шесть стульев, и на каждом сидел один из участников, широко расставив ноги, опираясь локтями на колени и подпирая подбородок рукой.

Чёрные классические брюки, белые рубашки.

В колонках глухо ударил бас.

Все шестеро одновременно слегка качнули коленями, и носки их ботинок синхронно ударили по полу.

И зал снова захлебнулся криками.

Wild Eyes группы Shinhwa.

Та самая легендарная хореография со стульями.

Джи Хо, который обычно улыбался нам, сейчас смотрел вниз абсолютно бесстрастным взглядом — тем самым лицом, которое показывал незнакомым людям. Когда его нога снова качнулась в ритме музыки, серебристые волосы вспыхнули под прожекторами холодным сиянием.

Квон Ын Хён тоже не улыбался.

На чёрных волосах Чон Ю Чхона играли голубоватые отблески света.

Но сильнее всех меня удивил У Джу Ин.

Когда-то я считала его маленьким, не из-за роста, ведь теперь он уже был выше ста семидесяти сантиметров, а из-за его характера. Однако сейчас длинные ноги, обтянутые чёрными брюками, выглядели непривычно взрослыми, а золотистые глаза под длинными ресницами были совершенно серьёзными.

Я всегда думала, что у него просто добрые, мягкие глаза.

Но сейчас, без единой улыбки, подпирая подбородок рукой, он казался совершенно другим человеком.

На миг мне показалось, что его взгляд скользнул в мою сторону.

И в этот момент музыка заиграла в полную силу.