Карета гремела. Рэй по привычке нервно грызла ногти, а ее брат, который был на три года старше, держал в зубах сигару. Но не ту, к которой он привык, а дешевую. Такую, какую обычно курят в трущобах Венчиса. Это как нельзя лучше отражало текущее положение их дома.

— Не волнуйся. Мы скоро вернемся.

— …

— Что, молчать будешь? Выглядишь такой подавленной, будто произошло что-то ужасное.

Ужасное. Рэй хотелось переспросить. Война в соседнем королевстве. Экономический спад, который обрушился на страну. Отец, ушедший из жизни и оставивший им лишь долги. Мать, уехавшая лечиться в деревню после нервного потрясения. Брат, попавший в ловушку мошенников и потерявший последние деньги. Даже родные выгнали их из дома, им больше некуда было пойти. Если это не ужасно, то что?

— Если мы доведем это дело до конца, то сможешь жить как леди. Погасим долги перед родственниками, мама снова сможет гордо ходить по улицам. Ты меня поняла, Рэй?

Рэй перестала мучить ногти, предчувствуя, что брат вот-вот даст ей пощечину. Вместо этого девушка перевела взгляд на окно кареты. Этого хватило, чтобы удовлетворить Хэйша. Молодой человек тут же продолжил, с куда более спокойным выражением лица.

— И все-таки, неужели столь благородное семейство решило построить особняк в такой глуши? Похоже, нас встретит какой-нибудь деревенщина, перемазанный навозом.

— Хэйш.

— Я всего лишь честен. Надо уметь говорить правду.

— Не говори таких вещей перед хозяевами дома.

— Ты что, меня за дурака держишь? Это твоя беда, что ты такая… неграмотная деревенщина. Думаешь, эти благородные, кем бы они ни прикидывались, сами-то живут лучше?

«Неграмотная деревенщина». Это оскорбление для Рэй было особенно болезненным.

— И кто в этом виноват, Хэйш? Если бы ты не приставал ко всем моим наставницам, я бы давно всему научилась.

— Конечно, опять винишь других. Может, начнешь винить свою дурную голову? За это время можно было бы выучить с десяток иностранных языков.

Его взгляд потемнел. Скажи Рэй еще хоть слово, он бы снова замахнулся. Ей оставалось только молча кусать губы от обиды.

— Даже погода сегодня мерзкая. Как будто ничто в этом мире вообще не может радовать.

Шел дождь. Рэй нравился звук дождя, и она потянулась к окну, чтобы открыть его, но тут же отступила, услышав замечание Хэйша. Ей было не столько страшно, сколько противно. Будучи старшим сыном, он привык, что его никто не осмеливался перебивать, и ненавидел любые возражения. Настолько, что даже отец, который всегда оставался спокойным, терял терпение и делал ему замечания. Хотя это ничего не изменило, и вся тяжесть гнева Хэйша вновь ложилась на плечи Рэй.

Тук-тук. Возница лениво постучал в карету. Поначалу радушный, он, похоже, изменил свое отношение к Рэй и Хэйшу, едва узнав о разорении их семьи. Более того, теперь, под предлогом дальности пути, кучер бесстыдно требовал доплаты. Хэйш пытался спорить, но выбора у него не было, и он вынужден был согласиться.

— Похоже, прибыли.

Только тогда Хэйш посмотрел наружу. Дорожка вела вглубь заросшего леса, но для кареты она была слишком узкой. Да и дождь не прекращался. Не рассчитывая на теплый прием, брат и сестра оказались в безвыходном положении.

— Эй, вези нас дальше, нам еще тащить багаж, да и дождь такой, что идти невозможно.

— Это уже не мои заботы. И так достаточно близко вас подвез.

— Что?

— Честно говоря, если бы я знал, что путь лежит через такую глушь, то запросил бы больше. Радуйтесь, что вообще вас сюда доставил.

— Повтори, что ты сказал? Деньги взял, и что теперь? Ишь, бедный возница, прозябающий на гроши, которая дает какая-то жалкая повозка…

— А не моя ли «жалкая повозка» вас сюда привезла? Забирайте-ка свои вещи и разбирайтесь сами.

Разъяренный кучер сбросил багаж на землю. Пока Хэйш, скрипя зубами, подбирал сумки, упавшие в грязь, Рэй вылезла из кареты.

— Ты что, правда думаешь, что ты все еще благородный господин? Нищий нахал!

Если бы это случилось в дни былого процветания, такое унижение Хэйш бы не потерпел, но карета уже давно скрылась вдалеке.

Дождь лил без устали. Труднопроходимая тропинка, из-за которой даже не видно было входа в поместье. Багаж, который было невозможно поднять даже вдвоем. Рэй чувствовала, как одежда все больше промокает, и холод начинает пробираться под кожу.

— Я этого ублюдка поймаю и выколю ему глаза!

Похоже, они могли умереть прямо здесь от холода и усталости. Рэй с трудом подняла сумку с драгоценностями и подошла к брату, который метался, как разъяренная саранча.

— Мы можем сами донести то, что получится, а потом уже попросим помощи у хозяев.

— Он меня унизил! Этот ничтожный крестьянин оскорбил меня, дворянина!

— Ты что, не понимаешь? Криками проблему не решить. Пойдем внутрь, иначе простудимся и заболеем.

— Черт побери! Я тебе покажу! Ты у меня поплатишься!

С красными от злости глазами, Хэйш взял две дорожные сумки, самые важные для него, ведь он обожал свою одежду. В итоге на Рэй остались все письма, подарки и вещи, которые предназначались для хозяев дома. Брат и сестра молча пошли вперед: Хэйш был зол, а Рэй старалась не привлекать к себе внимания.

Дождь лил, безжалостно обрушиваясь на них. Он пропитал ее платье и окончательно испортил туфельки. Хэйш, который должен был выглядеть как джентльмен, теперь напоминал простого конюха. Кажется, с самого начала, когда они нашли эту карету, все пошло наперекосяк. Оставалось надеяться, что их хотя бы не прогонят с порога.

— Черт возьми! Неужели я должен терпеть это унижение? Лишь бы одежду не испортить!

Его слова, приглушенные дождем и ветром, звучали глухо. Рэй, тяжело вздохнув, замедлила шаг.

— Хэйш.

— Что еще?!

— Кажется, мы пришли.

Хэйш остановился, пораженный. Дом оказался больше и роскошнее, чем он ожидал. Стены, обвитые алыми розами, и флаги, развевающиеся под напором ветра, излучали величие. Хэйш, ожидавший увидеть дом сельского лорда, был поражен, как лягушка перед змеей.

— Хэйш.

— Знаю, знаю. Не подгоняй меня!

Хэйш раздраженно постучал в тяжелые ворота, которые тут же отворились, словно приглашая их войти. Никто не встретил их, и брат первым шагнул внутрь, а Рэй последовала за ним, озадаченная тем, что здесь не было даже сторожа.

Они медленно шли по аллее вдоль влажных клумб. Аккуратно подстриженный газон говорил, что садом недавно занимались, но особняк был погружен в зловещую тишину. Было время ужина, когда весь дом должен быть полон суеты, но здесь царила тишина, словно все вымерло.

— Эй! Здесь кто-нибудь есть?

Брат и сестра чувствовали тревогу. Они добрались до дверей, освещенных единственным канделябром, и Хэйш с силой дернул львиную ручку, так что дверь чуть не слетела с петель. Ему уже было все равно: он должен был хотя бы увидеть хозяина дома, чтобы успокоиться.

— Черт! Здесь кто-нибудь есть?!

— Хэйш, мы, возможно, ошиблись дверью?

— Откройте! Да откройте же! Как так можно? Я отдал все свое состояние, чтобы добраться до…!

Скрип. Старое гнилое дерево с визгом заскрежетало по полу. Наконец, дверь, до этого наглухо запертая, приоткрылась, и наружу выглянул мрачный старик.

— Кто там?

Голос был ледяной, взгляд надменно вскинулся, словно собеседник ему не по нраву. С первого взгляда было ясно: старик не ждал гостей.

— Я Хэйш из рода Лисбернов. Я прибыл на встречу с лордом этого дома. Где же это письмо…

— Лорд о вас не упоминал. Ступайте прочь.

Старик решительно собирался закрыть дверь, но Рэй поспешно выхватила из складок одежды влажное письмо и протянула его.

— Передайте это лорду.

Старик не брал письмо, только упорно всматривался в Рэй. И лишь спустя несколько неловких секунд, заставивших девушку зябко напрячься, произнес, не сводя с нее глаз:

— Проходите.

— О, благодарю вас.

— Давно бы так.

Рэй бросила на Хэйша быстрый взгляд, надеясь, что тот поймет ее без слов, но догадливость явно не была его сильной стороной. Напротив, брат с дерзостью потребовал себе одежду и горячую ванну, расположившись в кресле. Рэй и слова не нашла, чтобы выразить свое негодование.

— А вы, мисс? — обратился к ней старик.

— Простите?

— Вам разве не нужно отдохнуть, принять ванну или переодеться?

На удивление, вопреки первому впечатлению, старик внимательно вглядывался в лицо Рэй, будто его что-то насторожило. И ей это тоже показалось странным, даже неприятным.

— Я предпочла бы сперва увидеться с лордом.

— В таком виде?

— Тогда передайте ему хотя бы письмо…

Внезапно послышался мелодичный звон бокалов, и аромат, манящий и возбуждающий аппетит, потек вниз по лестнице, окутывая Рэй и словно касаясь ее обуви. Она невольно сглотнула, желудок жалобно заурчал, а взгляд непроизвольно устремился наверх.

На полу у ее ног начала собираться лужа от дождевой воды, что стекала с волос и одежды. В этот момент девушка почувствовала чей-то взгляд. На лестнице, прислонившись к перилам, стоял человек, чей силуэт обрисовывался в полумраке.

— Хозяин.

Мужчина слегка пригубил бокал, держа его одной рукой, и нагло рассматривал Рэй, начиная с мокрых светлых волос и опускаясь к дрожащим от холода лодыжкам. Без стыда, без малейшей попытки скрыть свои намерения, он пронзительно смотрел, даже облизнулся, когда вода падала каплями с подола юбки. Их взгляды встретились.

— Господин, это Хэйш из семьи Лисбернов. А также… — старик обернулся к Рэй, явно ожидая, что она представится.

— Рэй Лисберн, — ответила она.

— Они утверждают, что принесли письмо.

Старик осторожно протянул письмо своему хозяину. Мужчина оставался на верхней площадке лестницы, и оба незваных гостя стояли, взирая на него снизу.

— Эллиот Вестер, — пробормотал хозяин дома, быстро пробежав глазами письмо.

— Это имя моего дедушки. Он скончался в прошлом году. Как-то давно он помог этому дому, — с напыщенной гордостью добавил Хэйш, наскоро отряхнув полотенцем капли воды. — Наш род недавно оказался в сложной ситуации, поэтому мы с сестрой ищем место, где могли бы остановиться ненадолго. Возможно, это неожиданно для вас, но, поверьте, род Лисбернов не забывает оказанных ему услуг. Слово рода…

— Кстати, — мужчина, казалось, был чем-то раздражен и потер шею, — сестрица весьма хороша собой.

— Что?

Пока Хэйш ошеломленно пытался подобрать слова, мужчина неторопливо начал спускаться по лестнице. Темный силуэт частично скрывал его черты, но чем ближе он подходил, тем яснее становилось, что его фигура поражала величиной, а взгляд напоминал звериный — вокруг зрачков желтели опасные огоньки. Хэйш отступил, едва не упав от изумления.

— Есть жених? 

Теперь он обратился прямо к Рэй, проводя длинным, заостренным ногтем по затылку, не сводя глаз с ее губ.

— Нет.

— Правда?

— Правда.

Мужчина слабо улыбнулся, но Рэй, стоявшая близко, могла уловить эту едва заметную насмешку.

— Оставайтесь.

— ….

— Сколько угодно.

Удивленнее всех был Хэйш: он думал, что их пребывание здесь ограничится одной неделей, а теперь хозяин даже не называл сроков.

— Благодарю вас. Позвольте узнать ваше имя…

Но мужчина проигнорировал Хэйша, продолжая смотреть только на Рэй.

— Клодан Кассел.

Простое и лаконичное знакомство. Рэй машинально сжала подол юбки, с которого наконец перестало течь.

Это было странное чувство.

Как это возможно, что мне хочется оказаться в объятиях человека, которого я вижу впервые…

Живот свело, холодок пробежал по спине. Она прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы привести себя в чувство, слегка тряхнула головой и подняла глаза.

Мужчина продолжал ее пристально разглядывать.

---

Переводчица на связи. Привет всем!

Те, у кого новелла в закладках аж 4 года пылится, пардон за пинг. Первая ветка — либо кривой, как зубы Невилла Долгопупса до глоу-апа, анлейт, либо… не знаю что. Но ребята старались и дошли примерно до 9 главы орига. Я перевожу с корейского, поэтому пришлось вставать на вторую ветку.

Новеллы на полпути обычно не бросаю, так что добро пожаловать!