Пекло! Солнце палило так, будто он угодил в жерло вулкана. Ли Цу, тяжело дыша, брёл под его лучами. Каждый его шаг был мучительно медленным — казалось, он почти не продвигался вперёд.

За его спиной на песчаных дюнах тянулась цепочка следов. То редкая, то частая, она перемежалась со странными ямками в песке — верными признаками того, что кто-то падал и снова поднимался.

Белая пустыня осталась далеко позади, как и то странное хайцзы с остовом автомобиля. Песок вновь обрёл свой привычный жёлтый цвет. Ли Цу не помнил, когда это произошло. Ведомый лишь инстинктом, он продолжал идти вперёд, сверяясь с направлением по GPS.

Сколько он уже шёл? Десять часов? Он не знал. Помнил только, что однажды стемнело. Тогда у него ещё оставались силы съесть немного сухого пайка и найти для ночлега укромное место в тени дюны.

Он совершенно не помнил, как долго был в пути. Тридцать километров, о которых говорил Хэй Яньцзин, растянулись, казалось, на все три тысячи. Однако остатки здравого смысла подсказывали ему, что дело лишь в его черепашьей скорости.

Идти по песку было невыносимо тяжело. Обезвоживание и жара сковывали движения. То, что он до сих пор не умер, уже было большим достижением, а то, что он продолжал идти — настоящим чудом.

— Только не сдохни!

Он часто вспоминал эту фразу. Если бы сейчас, в бреду, ему привиделся тот парень, он бы швырнул ему в лицо:

— Твою мать, сам бы попробовал!

И вот, когда сознание его совсем помутилось, он вдруг увидел посреди пустыни длинную полосу странного цвета.

— Чёрт, галлюцинации. Начались самые настоящие. Какого хрена, почему не вода или красотка? Что это за полоса такая? На вид ещё суше, чем сама пустыня.

Ли Цу мысленно выругался и поплёлся к этой полосе. Подойдя ближе, он вдруг понял, что перед ним — старое шоссе.

Он замер. Ноги подкосились, и он едва не рухнул в обморок. Значит, Хэй Яньцзин его не обманул. В пути ему не раз казалось, что его провели, но этот Хэй Яньцзин хоть и псих, но всё-таки человек надёжный.

На шоссе он практически выполз. О нет! Эта дорога — вовсе не конец пути. Ему предстояло пройти ещё очень много.

Он побрёл дальше. По твёрдому покрытию идти было намного легче. Внезапно его осенила мысль: откуда Хэй Яньцзин мог знать об этом месте? Но он тут же отогнал её, решив направить все силы на ходьбу.

Когда у тебя остаётся лишь один, отчаянный шаг, медлить нельзя. Если ты колеблешься, значит, на самом деле у тебя есть и другие выходы, просто ты не хочешь ими пользоваться.

— Се Юйчэнь

Он прикинул что к чему и решил выпить остатки воды из фляги, чтобы ускорить развязку. Он сделал несколько глотков обжигающе горячей воды. Впрочем, этой «половины» на деле было не больше половины стакана.

Четыре часа спустя его обнаружил современный джип, пересекавший пустыню Бадань-Цзилинь. В тот момент Ли Цу лежал ничком прямо посреди шоссе, почти невидимый в слепящих бликах солнца, и его едва не раздавили в лепёшку.

К счастью, у людей в машине был опыт оказания первой помощи. Они немедленно дали Ли Цу солевой раствор и отвезли его в больницу.

Ли Цу впал в кому из-за сильного обезвоживания. Когда он очнулся, прошло уже одиннадцать дней с тех пор, как он потерял сознание на шоссе. Память начала возвращаться к нему только на пятнадцатый день.

Увидев больничный потолок, лицо отца и знакомое выражение на лице Лян Вань, он наконец расслабился.

«Наконец-то я вернулся. Всё закончилось», — подумал он.