Нин Юэ прекрасно понимала, в каком настроении сейчас находится старшая служанка Чжун, но если оставить безнаказанным поступок Дун Мэй, то вскоре каждая жалостливая душа начнёт пользоваться слабостью старой служанки.

«Момо Чжун, поверь, я не хочу ставить тебя в неловкое положение», — мягко пояснила барышня. «Просто боюсь, что иначе остальные быстро поймут, как легко тобой манипулировать. Если сегодня спустить это Дун Мэй, то завтра появятся вторая, третья «Дун Мэй» … А потом, когда откажешь кому-нибудь, то они сочтут, что ты просто зазналась».

Эти истины дались ей не сразу — пришлось пережить немало горьких ошибок, прежде чем она постигла мудрость дворца.

Сначала старшая служанка Чжун подумала, что молодая госпожа хочет её унизить, но выслушав объяснения, осознала искреннюю заботу молодой госпожи. Лицо её слегка покраснело от смущения: «Простите, эта глупая старуха никак не сравнится с проницательностью молодой госпожи. Эта служанка проявила неосторожность и впредь будет внимательнее».

Нин Юэ кивнула и достала из шкафа два флакона в одной пилюли с экстрактом женьшеня, а в другой - пилюли с линчжи: «Возьми, ешь по одной в день, чередуя. Сегодня — пилюлю с женьшенем, завтра — пилюлю с линчжи. Пропей их три месяца — и будешь выглядеть лет на десять моложе».

Старшая служанка Чжун не решалась принять подарок: «Молодая госпожа! Это … это слишком ценно!»

Нин Юэ ответила: «Эти ингредиенты подарила мне вторая тётушка, мне они сейчас не нужны. Возьми два флакона, а оставшиеся два передай второй тётушке — это будет моя благодарность ей. В конце концов, именно благодаря второй тётушке мне удалось спасти мою мать: та сумела разоблачить управляющую делами кухни Ван. Наверняка, она потратила на это немало денег, так что эта небольшая дань уважения вполне уместна».

Теперь у старшей служанки Чжун не осталось ни тени сомнений. Напротив, она теперь чувствовала вину, ведь молодая госпожа так добра к ней, а она ещё подозревала, что та хочет использовать Дун Мэй, чтобы унизить её. Это было настоящим проступком!

Старшая служанка Чжун радостно ушла и вскоре вернулась с коробочкой печенья с лепестками роз.

Такое печенье с лепестками роз — редкий деликатес из Цзяннани, в столице их было почти не достать. Обычно их привозили из Цзяннани по просьбе второй тётушки, и в небольшом количестве. Вторая тётушка делилась ими лишь со старой госпожой, а остальное оставляла себе. То, что она решилась поделиться таким лакомством, ясно показало, насколько довольной она осталась сегодняшними результатами.

Нин Юэ взяла кусочек печенья, и настроение у неё заметно улучшилось.

Старшая служанка Чжун даже не спросила, откуда молодая госпожа вдруг научилась готовить целебные пилюли. Для неё стало очевидным одно: её молодая госпожа словно проснулась новым человеком, полным мудрости и понимания, и оставалось лишь радоваться этому преображению.

Тем временем, когда Нин Юэ наслаждалась сладким угощением, Линь Юнхэ мучилась тяжёлыми думами.

Эта девчонка росла у неё на глазах — вспыльчивая, ограниченная, болезненная. Когда же она успела стать другой? Сегодняшние события — одно за другим: сначала вторая тётушка выяснила, что управляющая делами кухни Ван урезала их положенные доли содержания, затем таинственный Сыкун Лю появился из ниоткуда, чтобы осмотреть Линь Ланьчжи … Случайность это или результат действий этой девчонки?

Если случайность — то слишком уж невероятная.

Но если предположить чьё-то вмешательство, то вряд ли девчонка могла привлечь Сыкуна Лю.

Линь Юнхэ и подумать не могла, что всему причиной стал Сюань Инь. В растерянности она закрыла глаза и провела беспокойную ночь, мучимая кошмарами.

Между тем Сюань Инь, мурлыча весёлую мелодию, возвращался в резиденцию чжуншаньского вана в приподнятом настроении: «Меня обижают, сестра! ~ Как ты могла позволить такому случиться, Юэ’эр? ~ Сестричка не хочет меня обнимать. ~ Юэ’эр, скорее обними своего старшего брата! ~ Сестра сказала, что ненавидит меня. ~ Я наверняка ослышался. ~ Юэ’эр, немедленно признайся, что любишь своего старшего брата!»

«Ха‑ха … ха‑ха‑ха!» — Сюань Инь катался по мягкой обивке кареты, заливаясь неудержимым хохотом. Нет ничего забавнее, чем видеть, как маленькая девчонка выходит из себя! Даже порезы стоили того!

Дун Ба недовольно скривил губы: Ну подумаешь, притворился мертвым ненадолго, да ещё и получил удар камнем! Стоит ли так глупо смеяться целых полчаса? Ну и веселье!

Карета остановилась перед воротами резиденции чжуншаньского вана. Дун Ба повел лошадей в конюшню, а Сюань Ин неспешно направился во двор Цинхуэй. Не успел он пройти и половины пути, как путь ему преградил Сюань Юй.

Лицо Сюань Юя было мрачнее тучи: «Где ты пропадаешь целыми днями?»

Сюань Инь был в хорошем настроении и не желал препираться с этим ледяным истуканом. Он помахал коробочкой в руке: «Прогулялся немного по городу, заодно купил немного печенья с розовыми лепестками. Хочешь попробовать? Только не ешь много — это подарок для Сяо Ин».

Сюань Юй бросил на него холодный взгляд, но руки не протянул: «Что у тебя с головой?»

Сюань Инь, конечно, не собирался рассказывать, что шишка появилась от брошенного Нин Юэ камня. Он прочистил горло и пробормотал: «Ударился ненароком».

Сюань Юй посмотрел на него с сомнением, затем его взгляд упал на слегка скованную правую руку младшего брата. Он резким движением схватил её! Сюань Инь попытался отстраниться, но опоздал: Сюань Юй задрал его рукав, обнажив повязку.

«Это ещё что такое?» — голос звучал угрожающе низко — видно было, что он всерьёз разозлился.

С раздражённым видом Сюань Инь отбросил его руку: «Да какая разница? Подрался просто, доволен?»

Глаза Сюань Юя мгновенно стали жёсткими, как лёд: «С кем подрался?»

Сюань Инь бросил на него холодный взгляд, усмехнулся и прошёл мимо, демонстративно игнорируя его вопрос.

Вдруг Сюань Юй прищурился и, словно подумав о чем-то, резко рванул ворот его одежды.

«Эй! Сюань Юй, ты что, ненормальный? Зачем рвёшь мою одежду?!» — зло выкрикнул Сюань Инь, отступив назад и поправляя воротник.

Сюань Юй убедился, что амулет-безопасности висит на месте.

«За эти дни ты хоть раз снимал амулет-безопасности?» — задумчиво спросил он.

Во взгляде Сюань Иня мелькнула искра раздражения: «С самого рождения ни разу не снимал, разве не знаешь?»

Глаза Сюань Юя чуть дрогнули, он тихо сказал: «Хорошо, что не снимал. Запомни: амулет-безопасности освящён, он очень важен для тебя. Ни в коем случае не снимай его».

«Да понял, понял!» — Сюань Инь раздражённо махнул рукой, намереваясь уйти, но снова услышал голос брата.

«В последние дни у тебя ничего необычного не происходило?»

«Нет».

«Тогда почему ты упал в обморок тем вечером? Что ты делал перед тем, как потерять сознание?»

Сюань Инь обернулся с усмешкой: «Трогал грудь нескольких женщин, а что? Это тебе мешает?»

…………….

Вернувшись в свою комнату и вспоминая разговор с Сюань Юем, Сюань Инь помрачнел, снял амулет-безопасности и спрятал его в ящик стола.

Поздно ночью снова пошёл снег густыми хлопьями. Сюань Инь принимал ледяную ванну, когда раздался осторожный стук в дверь.

Решив, что это Сюань Юй, он язвительно крикнул: «Ну поднял я Котел Владыки — и что с того? Разве это повод так волноваться? Успокойся, я никогда не превзойду тебя! Так что спокойно оставайся дацзянцзюнем*!»

«Брат Инь, это я», — раздался голос.

Это была Сяо Ин.

Сюань Инь, поспешно обернувшись в полотенце, подошёл к двери и впустил девочку.

Как и в прошлый раз, маленькая девочка стояла босиком в лёгкой ночной одежде, сжимая в руках тряпичную куклу.

«Опять кошмар приснился?» — спросил он.

«Угу», — кивнула Сяо Ин, съёжившись и крепче прижимая к себе куклу.

Сюань Инь вздохнул, взял её на руки и уложил в постель, согревая своими руками её холодные ступни.

«Почему у детей столько кошмаров? В прошлый раз после твоего возвращения из бамбуковой рощи тоже самое было, и сегодня снова … Может, ты что‑то увидела и испугалась?»

Сяо Ин опустила длинные ресницы: «Нет».

Сюань Инь зевнул.

Сяо Ин сказала: «Брат Инь, ложись спать тоже».

Сюань Инь отправился в ванную комнату и переоделся в халат — чуть теплее, чем обычная ночная одежда.

Сяо Ин игриво добавила: «На самом деле, я не возражала бы, если бы ты не одевался».

«Не болтай ерунду, ты ещё ребёнок!» — Сюань Инь легонько ущипнул её за ушко.

Сяо Ин показала язык, обняла его за шею и уткнулась лицом в изгиб его плеча: «Брат Инь, ты ранен».

Сюань Инь взглянул на руку с повязкой: «Пустяки, не болит».

Сяо Ин поджала губы, она хотела что‑то спросить, но сдержалась: «Мне не нравится брат Юй».

Сюань Инь, глядя в потолок, спросил: «Почему?»

«Потому что брату Инь он тоже не нравится, значит, и мне не нравится».

Сюань Инь примирительно заметил: «Всё не так плохо. Хотя он иногда ведет себя как зануда, но всё-таки он наш старший брат, я не испытываю к нему ненависти».

«А брату Инь нравится Сяо Ин?»

«Конечно».

Сяо Ин блаженно сомкнула веки: «Мне тоже нравится брат Инь».

_________________________________

Примечание:

* - дацзянцзюнь - главнокомандующий; главный полководец.

Перевод: Флоренс