— Для начала полчаса будете ругать сами себя. Не слишком тихо, чтобы я слышал. Но и не слишком громко, чтобы не пугать прохожих, — Принц Чэнь вздёрнул подбородок. — Здесь много гостей, так что ругайтесь изящнее.

Мужчины потеряли дар речи.

Они никогда не слышали более жестокого требования.

Внезапно они услышали звук вынимаемого из ножен клинка.

Глядя на холодный блеск стали, они сглотнули:

— Я урод!

— Слишком тихо, Ваше Высочество не слышит! — как у образцового подхалима, у Приближённого слуги был богатый опыт в издевательствах над людьми. — Громче!

— Я уродлив как свинья!

Принц Чэнь нахмурился:

— Ты ещё смеешь сравнивать себя со свиньёй? Выбери другое животное.

Мужчины утерли слёзы. Неужели они хуже свиней? Им хотелось зарыдать в голос, но они боялись острых клинков.

Знали бы они раньше, не стоило опережать управляющих и браться за это дело.

Командир отряда Стражи Цзиньу молча отвернулся, делая вид, что не замечает их жалкого вида. Ничего личного, просто привычка.

Никто не заметил, как двое слуг из Резиденции Принца Чэня поспешно покинули чайную.

— Ваше Высочество, — когда те вышли за двери, слуга тихо прошептал принцу на ухо, — я уже послал людей выяснить, кто они такие.

Принц Чэнь кивнул и посмотрел на рыдающих мужчин:

— Продолжайте. Я восхищён вашей смелостью говорить обо мне плохо.

Те зарыдали ещё громче, убитые горем.

Они же говорили плохо о семье Мин, как это превратилось в то, что они ругали Принца Чэня?

— Пятый брат, — Принц Ци отодвинул ширму и вышел, даже не взглянув на плачущих мужчин. — Раз эти двое раздосадовали тебя, отправь их прямиком в ямэнь. Зачем тебе тратить на них время?

— А, это ты, Четвёртый брат, — Принц Чэнь, приподняв бровь, взглянул на отодвинутую ширму. — Значит, ты всё это время был здесь. Похоже, ты тоже считаешь, что они перешли все границы, и поможешь мне их проучить?

Принц Ци сел рядом с ним:

— Это всего лишь двое невежественных людишек. Они не стоят того, чтобы ты поднимал такой шум.

— Четвёртый брат, ты меня совсем не знаешь. Даже если бы меня обидел пятилетний ребёнок, я бы… — Принц Чэнь осёкся и повернул голову к другой ширме, отодвинутой всего на ширину ладони.

Почему-то ему показалось, что показавшееся в щели личико очень похоже на Поросёнка Мин.

— Они не пятилетние дети, неужели не понимают, что можно говорить, а что нельзя? — отвёл он взгляд, опустил закинутую ногу на ногу и поправил верхнюю одежду и нефритовую подвеску на поясе. — Я сказал полчаса, значит, ни минутой меньше.

Он поднёс чашку к губам, сделал вид, что пьёт, а сам краем глаза снова покосился на ширму с узкой щелью.

— Пятый брат, ты слишком раздуваешь это дело…

— Они говорили обо мне гадости, и я не могу даже рассердиться? — холодно хмыкнул Принц Чэнь. — С самого детства даже Отец-Император не говорил мне такого. Кто они вообще такие?

Увидев, что Юнь Дуцин упёрся и твердит, что эти двое оскорбили именно его, Принц Ци понял: тот намеренно раздувает скандал.

Что простому народу интереснее: дела какого-то принца или сановника третьего ранга?

Оскорбил принца и был вынужден полчаса ругать самого себя — какая прекрасная тема для сплетен за чашкой чая.

К тому времени кто вообще вспомнит, о чём изначально говорили эти двое?

Для простого люда не имело значения, сколько титулов получила семья Мин, они даже в рангах этих титулов не разбирались. Главное, что это точно не так важно, как титул супруги принца.

Приближённый слуга Принца Чэня подошёл к окну и улыбнулся съёжившимся мужчинам:

— Господа, у нашего принца характер хороший, он снисходителен и доброжелателен. А вот у меня характер скверный. Если не продолжите, не обессудьте, я вашего лица жалеть не стану.

— Мин-мэймэй, почему ты киваешь? — спросила Чжоу Сяо у Цзючжу.

— Я думаю, тот человек абсолютно прав. У Вашего Высочества действительно хороший характер, он снисходителен и доброжелателен, — Цзючжу, прижавшись к ширме, не моргая смотрела на происходящее.

Даже когда она случайно столкнула его в сугроб, Ваше Высочество на неё не рассердился.

Чжоу Сяо лишилась дара речи.

Остальные девушки тоже.

Это было слишком нелепо.

С таким наивным характером сестрицу Мин в Резиденции Принца Чэня наверняка будут обижать.

Принц Ци понял, что Юнь Дуцин упрям как осёл, и решил уйти.

— Четвёртый брат, — остановил его Принц Чэнь. — Ты всегда так любил своих братьев. Неужели не хочешь остаться со мной и проучить этих негодяев, что меня оскорбили?

Принц Ци, обычно такой мягкий и добродушный, ощутил непреодолимое желание заткнуть Юнь Дуцину рот.

— Раз уж Пятый брат хочет, чтобы я остался, я, конечно, не откажусь, — Принц Ци снова сел. У стоявших за его спиной слуг лица окаменели.

Принц Ци был в отчаянии, зато остальные гости за ширмами с интересом наблюдали за представлением. Чтобы Принц Чэнь их не заметил, кто-то даже тайком достал кисть, бумагу и тушь и начал обмениваться записками.

【Достоин звания Властного принца! В каждом его слове и жесте — истинное императорское благородство!】

【Красные одежды с золотой вышивкой! Кто, кроме Властного принца, мог бы носить их с таким шиком?】

【Принц рядом с ним тоже очень хорош собой.】

【Все принцы на одно лицо, и только Властный принц — особенная звезда на небосклоне.】

【Я только что видела здесь госпожу из семьи Мин. Интересно, видела ли она это властное величие Принца Чэня?】

Бум!

Цзючжу сидела на корточках за ширмой. Принц Ци заслонил ей обзор, и она попыталась отодвинуть створку пошире, но поскользнулась и вывалилась наружу.

Слуги Резиденции Принца Чэня и Резиденции Принца Ци, а также стражники Цзиньу — все посмотрели на неё.

Так это и вправду она!

Принц Чэнь, узнав ту, что упала, как ни в чём не бывало поднялся, подошёл к ней и помог встать.

— Ваше Высочество, — Цзючжу отряхнула пыль с юбки. — Какая встреча!

Принц Чэнь промолчал.

— Ноги не затекли?

— Немного, — Цзючжу обернулась на подруг за ширмой и увидела, что те наглухо закрыли створки, не оставив ни единой щели.

Сделав вид, что не знает о других людях за ширмой, Принц Чэнь взглянул на двух мужчин, всё ещё проклинавших самих себя:

— Отведите их в Управу столичного магистрата. Здесь дамы, нечего их уши пачкать.

— Быстрее, быстрее, записывайте! — прошептала за ширмой Госпожа Чэнь подругам. — Вы поняли модель поведения «Властный принц и нежная барышня»?

Остальные девушки закивали. Вот он, настоящий Властный принц и его нежная возлюбленная. Рассказы сказителей были какими-то пресными, им не хватало реализма и тонкости.

Чжоу Сяо промолчала.

Ей вдруг показалось, что она — единственный нормальный человек в их компании.

Услышав, что им больше не придётся себя ругать, мужчины снова расплакались от облегчения. Это было в сотни раз хуже, чем когда их ругали управляющие.

Когда Стража Цзиньу уволокла этих двоих, Принц Чэнь кашлянул:

— Я только что…

— Ваше Высочество сейчас был так красив и блистателен! — глаза Цзючжу горели. — Вы были похожи на великого героя, сошедшего с небес, чтобы покарать несправедливость!

Кхм, не стоило хвалить его так искренне.

Принц Чэнь улыбнулся:

— Я просто не выношу, когда несут подобный бред. Господин Мин — честный и выдающийся чиновник, его хвалит народ. Разве можно позволить мелким людишкам его порочить?

Какой девушке не понравится, когда хвалят её обожаемого отца? В этот миг в глазах Цзючжу сияли не звёзды, а жаркое солнце.

— Ваше Высочество так же хорош, как и мой отец, — улыбка Цзючжу была сладкой, словно она окунулась в бочку с мёдом.

Принц Ци посмотрел на сияющую улыбку, которую девушка из семьи Мин дарила Юнь Дуцину, и его брови едва заметно дёрнулись. Он не понимал, почему эта госпожа так доверяет и так восхищается невежественным, властным и надменным Юнь Дуцином.

Неужели ей никто не рассказывал о прошлых «подвигах» Принца Чэня? Или, как гласят слухи, она ради власти и богатства намеренно пытается угодить Су Мэйдай и Юнь Дуцину?

Глядя на невинную улыбку Мин Цзючжу, он задавался вопросом: неужели она и вправду та подхалимка и пособница зла, о которой говорила матушка?

— Так себе, так себе. Мне ещё многому нужно учиться у господина Мина, — Принц Чэнь слегка приподнял подбородок, сохраняя свой обычный высокомерный вид, вот только уголки его губ никак не хотели опускаться.

Он ущипнул Цзючжу за пучок волос:

— Ты оставайся здесь, играй дальше, а я лично съезжу в Управу столичного магистрата.

Если кто-то строит козни против семьи его будущего тестя и его будущей супруги, а он не ответит тем же, куда ему потом девать свою репутацию?

Спрятавшиеся за ширмой девушки, поняв, что Принц Чэнь их заметил, тихо отодвинулись к столу, взяли чашки и сделали вид, что никогда не подглядывали.

Они ведь порядочные барышни из знатных семей, как они могли подсматривать за чужими разборками?

— Четвёртый брат, — сказал Принц Чэнь перед уходом, не забыв о Принце Ци. — Пойдёшь со мной в Управу столичного магистрата.

Принц Ци посмотрел на него. Он знал, что это не просьба.

Он медленно улыбнулся:

— Хорошо.

— Ваше Высочество, — Цзючжу тут же схватила его за рукав. — Я тоже хочу пойти.

Она что, трёхлетний ребёнок? Почему такая прилипчивая?

В Управе столичного магистрата вечно суматоха, на разборы дел сбегаются зеваки — не место для юной девушки.

Он опустил взгляд на край своего рукава, за который она уцепилась. Слегка дёрнул, но хватка не ослабла.

— Тогда веди себя хорошо и не отходи от меня ни на шаг.

Он… он просто боялся, что она вот-вот расплачется, и ничего больше.