— Обучите её, – резко бросила хозяйка борделя, едва переступив порог комнаты.

— Вы про ту девушку, что прибыла сегодня? – тут же переспросил человек, сопровождавший её.

— А про кого ещё, как не про эту девку? – избавившись от элегантных манер и притворного аристократизма, женщина наконец показала своё истинное лицо. – В любом случае, если жертвы приползли сюда не по своей воле, то нуждаются в обучении. Сам знаешь.

— Да, конечно.

— Так что сделайте это прямо сейчас.

— Прямо сейчас?

— Почему ты постоянно переспрашиваешь?!

— Просто обычно Вы проводили проверку личности и пытались убедить…

— Ей некуда идти, – хозяйка резко оборвала подчинённого и взяла сигарету, её рука заметно подрагивала. Горло словно горело, и она, бросив курить, залпом осушила бокал с алкоголем.

Причина, по которой женщина отослала кучера и поспешила к девушке, заключалась в непременном желании обменяться парой слов и узнать что-нибудь о её окружении; например, есть ли у неё семья, которая будет искать её, если она исчезнет. Однако в том не было необходимости: несуразное пальто, которое сняла девушка, повернувшись к ней спиной, эти многочисленные карманы, пришитые к подкладке – хозяйка борделя сразу поняла, почему та столь упорно отказывалась снимать его, даже терпя невыносимую жару: девушка отлично знала вкус горести. А повадки загнанных в угол знают лишь те, кто сам оказывался в безвыходном положении. Потому и горький вкус висящего в воздухе несчастья казался таким сладким.

— Не смейте причинить ей вред. Она обошлась мне в пять тысяч.

— Конечно. Использовать анестетик и афродизиак?

— Да, чтобы не навредить. Но тщательно рассчитайте дозу, иначе ещё калекой станет. – И, наконец, женщина подняла тему, которую вовсе не желала ворошить. – А тот мужчина?

— Ушёл, – ответил стоявший у двери сотрудник.

— Карета точно исчезла?

— Да. Подтверждено, что он направился к отелю «Ритц», – хозяйка кивнула в ответ и залпом осушила бокал ещё один бокал.

Надо признаться, было как-то не по себе. Мужчина не желал секса, значит, им двигал такой удивительный рыцарский порыв, как спасти даму в беде? На это тоже мало походило. То, что он был ей незнаком, крайне беспокоило. Однако, если же он собирался что-нибудь сделать, то уже бы явно предпринял какие-либо попытки. Женщина нервничала больше обычного; её также тревожило, что могла натворить девушка, услышав слово «бордель».

— Начинайте обучение прямо сейчас, пока девчонка не натворила глупостей. Сделай всё в комнате и до рассвета погрузите в карету и отправь в Лотт.

— Да.

— Хорошенько спрячь её. Приведешь, когда повелю. И повторюсь: не переборщите с дозой. Если она станет калекой, такая же судьба ждёт и виновника. Понял?

— Понял.

Хозяйка выпила ещё немного крепкого алкоголя, и, когда захмелела, её сердце, колотящееся от тревоги, постепенно успокоилось. Ничего особенного не произошло. Эта ночь проходит без происшествий, и девушку не забрали. Кажется, с возрастом она просто стала более мнительной.

Когда тремор в руках, подобный дрожи осинового листа, полностью унялся, женщина снова выглядела очень изящной, словно камергер королевского дворца. И, примерно в то же время, десятки затаившихся волков собирались у прекрасного особняка, стоящего на берегу реки Дауб.

***

Затемнённый двор великолепного борделя; среди теней садовых деревьев медленно двигалась едва различимая фигура. Таинственный гость, который, как говорилось, покинул особняк, не спеша прогуливался по саду. Его безмятежная расслабленная походка, с руками в карманах и слегка ссутуленными плечами, была той самой, от которой его дорогая матушка пришла бы в ярость. Оскар быстро стёр остатки образа матери, на мгновение завладевшими его мыслями, ровно так же, как он растоптал сигарету.

Тем временем он продолжал бродить среди деревьев, словно наслаждаясь ночной прогулкой. Густая трава заглушала шаги, а сильно дующий ветер скрывал присутствие незнакомца. Взгляд мужчины, прикованный к одной точке, был скрыт плотной листвой над его головой. Оскар, медленно двигавшийся к комнате девушки, словно хищник, приближающийся к добыче, остановился в одном подходящем месте и прислонился к дереву: её комната находилась прямо перед его глазами. Было видно, что шторы задернуты; между ними слегка виднелся луч света, и, время от времени, проглядывали некоторые движения.

— Король Фельпе уже получил отчёт, – сообщил Саймон, подойдя на шаг ближе. Маркиз тихо цокнул языком; он пытался перехватить отчёт о сейфе, но опоздал.

Фельпе. Город-госудрство, которое по площади и численности населения уступало даже заурядному княжеству. Несмотря на смутные времена в современной истории Норфолка, Фельпе всё же не утратил статуса королевства; тому послужило несколько причин, однако самой решающей являлся банк.

Королевский банк Фельпе. Открывшийся около четырёх веков назад и ставший первым на континенте Норфолк, он славился тем, что никогда не разглашал информацию о своих клиентах. Независимо от того, кто открывал сейф, информация о его владельце считалась сверхсекретной и никогда не раскрывалась, даже по запросу королей других стран. При внесении денег источник средств не спрашивается, а информация о их владельце является конфиденциальной. Неудивительно, что всевозможные «чёрные» деньги континента Норфолк стекались именно в банк Фельпе, а в последнее время ходили слухи, что туда поступают и скрытые богатства павшей королевской семьи Полли. Фельпе сам по себе стал гигантским хранилищем для власть имущих континента Норфолк: сильные мира сего относились к банковскому законодательству Фельпе как к чему-то священному, чтобы защитить свои тайные капиталы.

Типичным примером этому служил Совет королевств Норфолка. Ещё столетие назад королевские дома разных стран, сцеплявшиеся друг с другом, словно свора псов, сражаясь за территории, теперь так нелепо объединились, называя себя «советом», дабы поддерживать дружественные отношения. Это являлось ярким примером того, что эпоха, когда положение и земля гарантировали власть, уходила в прошлое. Однако «грязные» деньги сами по себе могли стать предлогом для убийства; до появления банковского законодательства было множество случаев, когда дети убивали родителей, пытаясь захватить ценности из сейфа. В конечном итоге, власть имущие, чтобы защитить свои активы и жизни, оказали довольно сильное влияние на банковское законодательство Фельпе.

Так, оно не ограничивало вклады, но устанавливало огромные ограничения на снятие средств. Сейф мог открыть только исконный владелец или его законный преемник, унаследовавший состояние законным путём. Даже если у кого-то был ключ, он не мог открыть сейф, если не был его законным владельцем. Однако, на случай, если владелец сейфа умирал, не пройдя надлежащей процедуры наследования, по истечении двадцати лет с даты открытия сейфа право на его открытие предоставлялось тому, кто получил ключ.

Сейф под номером 5555 попадал как раз под этот случай. Банк, для защиты личности держателя ключа, выдавал свидетельство о праве владения. Оно – документ, означающий, что предъявитель станет владельцем сейфа, если законный хозяин не объявится, и выдать его могли лишь раз в определённый период. Человек, получивший право на ключ, проходил тщательную проверку, и на время процедуры подтверждения признавался временным владельцем сейфа. Это означало, что он не мог сразу открыть его, но находился под защитой банковского законодательства Фельпе. Если на этом этапе приобретатель исчезал по какой-либо причине, сейф, даже при наличии ключа, блокировался на следующие двадцать лет, поскольку считалось, что теперь он замешан в преступлении. Девушка получила свидетельство, и этот факт доложили королю Фельпе, который ценил банковское законодательство превыше всего. Это означало, что она стала «живым ключом».

Саймон затаил дыхание рядом с господином. Оскар же, полностью погружённый в тишину, настойчиво смотрел только в одну точку.

Этой девушке сильно не повезло. Ужасно не повезло с тем, что она стала мишенью для Оскара Райнхарта. Хотя, с другой стороны, повезло в том, что она успела получить свидетельство раньше, чем он смог что-либо предпринять. Но, пожалуй, было бы куда выгоднее просто отдать ключ за огромное вознаграждение, чем стать такой мишенью.

В этот момент маркиз, опиравшийся на ствол дерева, слегка отстранился. Саймон инстинктивно поднял взгляд на особняк. Один из доверенных людей, проникший в здание и плотно прижавшийся к окну этажом выше комнаты девушки, настойчиво указывал пальцем вниз. Оскар скользнул во мрак, словно движущаяся тень луны. Волки, тайно пробравшись в разные уголки особняка, затаив дыхание, следили за своим господином. Путь под ногами хозяина был расчищен ими заранее, чтобы он не споткнулся о камни. Оскар неторопливо поднимался по лестнице, и когда достиг коридора, мужчины, охранявшие комнату девушки, уже были устранены его людьми. Двоих рослых дюжих мужчин волокли прочь, но при этом не слышалось ни единого звука.

Оскар Райнхарт спокойно прошёл мимо волочащихся по полу тел и подошёл к двери комнаты. Он молча опустил взгляд на дверную ручку, затем поднял глаза и уставился на дверь. Из-за достаточно тонкой перегородки доносились слабые стоны, странный запах и гнусные смешки, полные возбуждения.