Глава 33.

– Вчера мне тоже показалось это странным, – сказал Седрик строгим голосом. – После того, как я извинился перед юной леди Кишор, потерявшей сознание, и другими гостями и отправил их домой, я решил узнать, почему Альфонса не было рядом с вами, и тогда мне в голову пришла мысль. Неужели вы, настолько мудрый человек, не знали, когда приедет мадам Розан?

– ……

– Я приказал Альфонсу оставаться рядом с вами. Я, вы и Альфонс знаем, что это также имеет символическое значение, показывающее другим, что я всегда рядом с вами, желая защитить.

Артизея отвела взгляд, не понимая, почему мужчина злится.

– Но мысль, которая никак не покидала меня, заключается в том, что вы сами приказали Альфонсу покинуть дом в тот день, когда вы впервые пригласили гостей. Вы не знали, что мадам Розан вчера должна была вернуться? Вы-то?

– Моя проницательность не означает, что я всё знаю.

– Это не ответ. Вы это подстроили или нет?

– …… – Артизея медлила с ответом.

Можно спланировать всё, не говоря лорду. Однако лгать, когда об ответе спрашивают, – это предательство верности.

– Да, – ответив так, девушка посмотрела на Седрика.

Это не было тем, о чём нельзя говорить. Причина, по которой Артизея медлила в этом вопросе, заключалась в том, что собеседник выглядел крайне разозлённым.

– Нельзя сказать, что это было постановкой. Я просто пригласила людей, приурочив день чаепития ко дню возвращения матушки. И это было необходимо, – тихо вздохнула Артизея. Но была честна.

Всё потому, что она обещала сообщать о том, что запланировала.

– Я хотела дать понять, что разорвала все связи с особняком Розан, – сказала юная леди.

Все знают, что Милайра ненавидит меня.

Любой, кто видел меня на балу, понимает, что в семье Розан плохо обращаются со мной.

Однако несмотря на это, люди продолжают дорожить семейными узами.

Те, кто не знает меня лично, или те, кто не входит в круг моего общения, начали бы говорить, что мне не следует плохо обращаться с матерью.

Даже те, кто знает меня, посчитали бы, что отношения матери и дочери нелегко разорвать.

– И если бы не эта возможность, я бы не смогла сразу заполучить семью Розан в свои руки. Я говорила, что забрала ключи и бухгалтерские книги у Била, но в сейфе особняка хранится лишь небольшая часть имущества.

– Тия.

– Право управления делами, вотчинами и другими имуществами находится в руках агентов, а эти агенты – люди, выбранные Его Величеством Императором. Даже если я вступлю в брак и унаследую титул, матушка не откажется от них так просто.

Однако сейчас, когда дело дошло до такого, и Император, и Лоренс встанут не на сторону Милайры, а на мою.

Они не смогут притвориться, что ничего не знают, и позаботятся о моих законных правах.

До сих пор я всегда была послушной дочерью. Перед Императором я всегда вела себя как ещё более нежная и послушная дочь.

Пришло время пожинать плоды.

– Кажется, я потеряла своё достоинство как будущая эрцгерцогиня Эфрон, однако моя репутация изначально была подорвана. Для меня лучше быть несчастной девушкой, чем ввязываться в судебные процессы, которые позволят поливать имя Эфрон грязью.

Это борьба за право владения собственностью между членами одной семьи, а также борьба между любовницей Императора и её же собственной дочерью.

Даже цветок, который Милайра носит в волосах, становится главной темой, на которую обращают внимание газеты, пишущие сенсационные статьи.

Я не могу оставить это так.

Не ради себя, а для эрцгерцога Эфрон.

– Тия.

– Состояние маркиза Розан отнюдь не маленькое. Это окажет большую помощь Вашему Высочеству в будущем. С другой стороны, оно слишком велико, чтобы оставлять его в руках брата Лоренса.

Седрик закрыл лицо ладонью:

– То есть вы хотите сказать, что подобное ваше избиение было необходимо?

– Да, – без колебаний ответила Артизея.

Конечно, это страшно.

Однако это было необходимо, поэтому я охотно бросилась в гущу событий. Всего лишь небольшой трюк, чтобы справиться с тем, что в любом случае должно было случиться.

Для того чтобы всё пошло своим чередом, и мне оставалось прикладывать лишь небольшие усилия.

– С того момента, как вчера вечером я лёг спать, я думал, что не буду на вас злиться, и продолжал думать об этом, когда проснулся этим утром, но вы заставляете меня изменить решение, – однако Седрик был крайне зол.

Девушка не могла понять этого.

– Почему вы злитесь? Простите, что не рассказала вам заранее, но подобная ситуация принесла большую выгоду от небольших усилий, о которых не стоило и упоминать. Никто не пострадал. Я слышала, что Элис вывихнула запястье, но, вероятно, травма несерьёзная.

В этот раз я сделала всего 3 вещи.

Получила известие от одного из слуг Императора, что Милайра выехала в столицу, пригласила гостей и дала Альфонсу день отдыха.

Это Милайра накинулась на меня, и гости это видели. Единственным человеком, кому в данной ситуации был причинён несправедливый вред, является Элис, которую избили после того, как она закрыла меня собой.

В той ситуации не было ничего, что могло бы задеть нравственные чувства Седрика.

Однако мужчина вновь заговорил сдавленным от гнева голосом:

– Разве вы не ранены?

Это было чем-то неожиданным.

Артизея несколько раз моргнула.

– Тия, я злюсь не потому, что думаю, что для совершённого вами нет причин. Я злюсь, потому что вы подвергли себя опасности.

– Мн, мне ничего особо не угрожало. Матушка ни за что не убила бы меня, – запнувшись, ответила юная леди.

– Вы не должны делать этого, – тихо заговорил Седрик. – Вы не должны использовать себя как инструмент. Если вы начнёте считать и думать, что это нормально, однажды вы откажетесь даже от своей жизни. Нельзя так обращаться с человеком, даже если вы делаете это сами.

Артизея смотрела на него, ничего не говоря.

Ведь так и было.

В любом случае, я никогда не думала, что оставшаяся часть моей жизни чего-то стоит.

Жизнь без языка и конечностей была бессмысленной, даже дополнительные годы жизни с чей-то помощью не наделили бы её смыслом.

Поэтому мне хочется использовать эту жизнь с куда большей пользой.

Но изменилось ли бы что-то, если бы мои конечности и язык остались целы?

Нет. Поскольку самым простым способом, чтобы изменить ту ситуацию, было активировать магический круг, я бы с радостью сделала это, даже если бы мне оставалось жить не годы, а десятилетия.

До сих пор я всегда считала, что моё тело – дешёвый ресурс, который почти ничего не стоит.

Нет необходимости предлагать деньги или прилагать усилия, чтобы купить преданность.

Я уже установила её цену.

Преданных людей трудно найти, а как только их уничтожают, наступает конец.

Более того, сила воли человека имеет свои пределы, поэтому, если продолжать давать ему сложные задачи, она иссякнет.

Поэтому, покупая лояльность, стоит тщательно выбирать, куда её потратить.

По сравнению с этим, моё тело невероятно ничтожно.

Оно не может ни жаловаться, ни испытывать страх предательства, ни отклониться от запланированного.

Вот почему Артизея была растеряна. Она никогда раньше не слышала ничего подобного.

Если говорить о моём здоровье, да, были те, кто заботился о нём.

Элис всегда волнуется о нём, и я знаю, что Софи тоже переживает.

После того, как я зарекомендовала себя как маркиза Розан, у меня появились подчинённые. Толпа льстецов выражала беспокойство о моём здоровье преувеличенными выражениями.

Даже Лоренс присылал лекарства.

Поскольку я была ресурсом, который трудно заменить.

Когда я была маленькой, Милайра заботилась обо мне, когда я болела. Были времена, когда ей надоедало, и она сразу бросала это дело, но были и времена, когда она оставалась спать со мной так долго, как только могла.

Но когда я говорила: «Этого достаточно», все уходили.

Даже Элис.

– Тогда я ничего не могу поделать, – говорила она, смотря мне в след с грустным лицом.

Я впервые вижу, как кто-то сердится из-за этого. Как кто-то говорит, что я не могу использовать своё тело в качестве инструмента.

И о том, что я – тоже человек.

– Я говорил вам в самом начале. Если хотите взяться со мной за руку, вы, Тия, тоже не должны страдать.

– Ах, – Артизея коротко выдохнула.

Она улыбалась, когда слышала это, не воспринимая всерьёз.

– Вы даже не думали об этом? – спросил Седрик, пристально смотря на неё.

– ……

Он приблизился к кровати.

– Простите, – девушка склонила голову.

Седрик поднял её руку, небрежно лежавшую на одеяле. И тепло обхватил её обеими ладонями.

– Есть ещё одна вещь, которую вы сделали неправильно.

– ……Да, – ответила Артизея приглушённым голосом. Сейчас она не пыталась оправдываться.

– Вам не следует вести себя как та, кто причиняет мне неприятности.

– Не думаю, что причиняю какие-либо неудобства. Я благодарна вам. Даже не думала, что вы приедете лично……

– Вы серьёзно думали, что я пошлю лишь несколько человек, а не отправлюсь туда сам, когда услышу эти новости?

Артизея посмотрела на мужчину с понимающим выражением лица.

Я так и думала.

В любом случае, мой план предусматривал, что спасение придёт от эрцгерцога Эфрон.

Для этого результата были учтены сообразительная личность Ризе и тот факт, что Макос Хэнсон находится в резиденции Эфрон.

Однако я не ожидала, что приедет сам Седрик.

Я не предполагала, кто конкретно приедет или не приедет.

– Я сделал то, что должен был. Знаю, что вы считаете эту помолвку лишь номинальной и не принимаете меня за своего настоящего жениха. Если так, то считайте меня хотя бы своим товарищем.

– Я решила служить вам как своему господину. Так почему вы говори……

– Тогда почему ты не хочешь перейти под мою защиту? Возможно, твоя роль – думать и двигаться, но моя – защищать тебя.

– …… – Артизея прикусила нижнюю губу.

– Сейчас вы понимаете, что должны сказать мне?

Это несколько сбивало с толку.

Артизея колебалась.

Она хорошо разбиралась в психологии людей и всегда добивалась желаемого результата.

Однако она не могла понять, Седрик желал услышать сейчас: «Мне очень жаль» или «Спасибо».

В конце концов, юная леди поблагодарила с ярко-красным лицом:

– Я рада, что вы пришли спасти меня.

Это было смущающее чувство, которое она не разделяла с другими.

Лицо Седрика покраснело так же, как и лицо Артизеи.

Однако он не отпустил её руку, которую держал. Наоборот, он сильнее сжал тонкую ладонь.

Артизея немного опустила голову.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –